Тайна броши 13

Прошло три года.
Я стояла на балконе замка и смотрела, как садится солнце над васильковой рекой. Радужные рыбы выпрыгивали из воды, переливались на закате, и я улыбалась, глядя на них.
Сзади подошёл Эрик. Он обнял меня за талию и поцеловал в висок — туда, куда когда-то целовал мой дедушка. Тёплый, родной жест.
— Ты грустишь? — спросил он.
— Немного, — призналась я. — Иногда я думаю о нём.
Эрик помолчал. Потом сказал:
— Он бы гордился тобой. Ты изменила этот мир. Ты вернула магию тем, кто был её лишён. Ты открыла школу для детей, у которых нет способностей — но есть желание учиться. Ты…
— Хватит, — я улыбнулась. — Это всё мы. Вместе.
Он взял мои руки в свои. На его безымянном пальце сверкал дедушкин перстень — символ власти Вселенского мага. На моём — обручальное кольцо, простое, серебряное, которое он сделал своими руками, когда магия ещё не вернулась к нему полностью.
— Скоро свадьба Амалии, — сказал Эрик. — Она очень волнуется.
— Она уже не маленькая девочка, — я усмехнулась. — Ей уже… как же, четырнадцать? Скоро королева.
— Она будет хорошей правительницей, — сказал Эрик. — Потому что у неё есть мы.
Внизу на площади, что-то зашевелилось. Маленький пушистый комочек в драповом пальто — новый помощник Эрика, который пришёл на смену Лурату. Он размахивал лапками, пытаясь донести до стражников, что обед стынет.
— Твой помощник очень похож на Лурата, — заметила я.
— Он и есть Лурат, — Эрик улыбнулся. — Только в другой форме. Он так и не раскрыл мне тайну своих превращений.
— Может, это секрет семьи магистров?
— Может быть.
Мы стояли на балконе, и я чувствовала, как этот мир становится моим. Каждый камень. Каждая травинка. Каждый взгляд зелёных глаз, который был устремлён на меня.
Я провела пальцем по броши — она всё ещё была на моей груди, тёплая, живая. Иногда мне казалось, что я слышу голос дедушки: «Мы тебя любим».
— Я люблю тебя, Эрик, — сказала я.
— А я тебя, Мила, — ответил он. — С того самого момента, как ты упала в моей пещере.
— Я думала, ты влюблён в принцессу.
— Я люблю её, — он пожал плечами. — Как сестру. А тебя — как женщину. Как ту, с кем хочу состариться.
Я повернулась к нему.
— Тогда пошли. Нас ждёт ужин. И новости от твоего помощника.
— Он уже который раз говорит, что у нас будет трое детей, — усмехнулся Эрик.
— Трое? — я подняла бровь.
— Он сказал, что видит это в звёздах.
Я рассмеялась.
— Может, он видел звёзды после того, как выпил лишнего.
Эрик взял мою руку, и мы пошли вниз по лестнице — к шумному залу, к смеху и запаху свежего хлеба и травяного чая.
Замок ожил и где-то там, за облаками, три фигуры смотрели на нас сверху — молодая женщина, седой старик и светловолосая бабушка. Они улыбались.

Эпилог
Через пятьдесят лет. Старая женщина сидела на том же балконе, глядя на ту же реку. Её волосы были седыми, но глаза — такими же серыми, как в молодости.
Рядом сидел старик с зелёными глазами, опираясь на резной посох. Его рука сжимала её ладонь.
— Помнишь, — сказал он, — как ты упала в моей пещере?
— Помню, — она улыбнулась, и морщины разбежались от глаз. — Ты был таким… напуганным.
— Я был поражён, — он улыбнулся в ответ. — Ты ворвалась в мою жизнь как ураган.
— И ничего не оставила от неё.
— Ты оставила всё, — сказал он. — Ты оставила мне любовь.
Они замолчали, глядя на закат.
Внизу бегали внуки — двое мальчишек и девочка с зелёными глазами. Они гоняли маленького хомяка в пальто, который возмущённо пищал.
— Наш помощник всё ещё жив, — заметила старуха.
— Он бессмертен, — ответил старик. — Как и наш мир. Пока мы помним.
Она сжала в руке брошь — старую, потускневшую, но всё ещё тёплую.
— Спасибо, дедушка, — прошептала она. — Спасибо, что подарил мне этот мир.
И закат над васильковой рекой был золотым — как счастье, которое никогда не кончается.