Несостоявшаяся любовь

1
В который раз за день раздался телефонный вызов. «Чтоб вам подавиться!» – устало подумал Егор Смыслов. Последнее время мошенники звонили по нескольку раз в день. Он собирался уже привычным движением сбросить вызов, но, с удивлением, заметил, что на экране высвечивается вовсе не неизвестный номер. Звонил Эдик, бывший одноклассник, из небольшого подмосковного городка, где Егор много лет назад закончил среднюю школу.

Последний раз они созванивались лет 20 назад. Как раз перед встречей к 30-летию их выпуска. В том году Смыслов в первый и, до сих пор, единственный раз приехал на встречу с одноклассниками.

Егор сразу вспомнил, что в этом году будет 50-летие их выпуска. Надо же! Полвека минуло, как им выдали «аттестаты зрелости» и выпустили во взрослую жизнь. Тогда, аккурат в середине 70-х, им и во сне не могло присниться, сколь драматичной окажется эта жизнь не только для каждого из них без исключения, но и для всей огромной страны.

Губы Смыслова невольно немного растянулись в полуулыбке. Когда в последний раз он улыбался по-настоящему, уже и вспомнить нельзя. Уже почти три года, как Егор жил один. Дети, выросшие, выучившиеся и выпорхнувшие из родительского гнезда жили теперь отдельно. Супруга Смыслова уже скоро три года, как покоилась на одном из московских кладбищ. После трёх лет борьбы с очень поздно обнаруженной онкологией. Сорок лет тому назад их, как совершенно безнадёжных в деле нахождения для себя пары, «свели» родственники. Теперь лишь редкие визиты сына с семьёй, включая малышку-дочку, Егорову внучку чуть скрашивали его одинокую жизнь вдовца. Да ещё более редкие визиты не вышедшей замуж дочери…
   
Егор принял вызов и через минуту, после неизбежных в таком случае долгих приветствий и восклицаний: «Сколько лет! Сколько зим!» – он узнал, что ребята хотят организовать встречу их выпуска.
– Поскольку за полвека ряды наши изрядно поредели, ребята решили, что имеет смысл собраться вместе обоим параллельным классам: бывшим когда-то 10«А» и 10«Б», – добавил Эдик.

После этой новости сердце Смыслова дрогнуло и «провалилось» куда-то вниз, как при прыжке в пропасть.


2
…Смыслов учился уже в выпускном, 10-м классе, и был почти «отличником боевой и политической подготовки», имея отменную успеваемость по всем школьным предметам, кроме физкультуры. Практически, всех знакомые Егору ребята-ровесники, и, уж точно, все его одноклассники в этом возрасте уже завели подруг. И по вечерам, особенно весной, допоздна гуляли парами. Некоторые уже и поменять подругу успели. Только Смыслов даже не прошёлся ещё ни разу в жизни ни с одной девушкой. Девушки, вообще, были для него загадочными существами, почти что «инопланетными». Хотя, между прочим, и сестра у него имелась, на пару лет постарше. А уж кузин разного возраста, от уже взрослых девушек до младшенькой «пятиклашки», у него было - пальцев на руках едва хватит, чтобы пересчитать. Но вот поди ж ты! С любой другой девушкой, кроме своих родственниц, Егор, даже и представить не мог, о чём можно поговорить и как к ней вообще подступиться.

Даже с одноклассницами он мог о чём-то перекинуться парой фраз исключительно в компании из нескольких человек. Стоило же только остаться с какой-либо из них наедине, как у него сразу «язык прилипал к нёбу», слова «застревали в горле» и в помещении устанавливалась гнетущая тишина, в которой оба чувствовали себя неловко. Хотя, понятное дело, как у всех юношей, у Егора юное тело и гормоны требовали своего. И по этой причине к девушкам его, естественно, тянуло…

А в классе, параллельном классу Смыслова, училась девочка. Вполне себе обычная девочка. Хотя, впрочем, обычная, да не совсем. И способности к «предметам естественно-математического цикла» имела недюжинные. И внешние данные имела, не уступающие способностям к учению. Звали девочку Клара Суханова.

Знакомы они не были. Да и как бы им познакомиться, учитывая Егорову «лёгкость» обхождения с девушками? А Клара, поскольку, была, как уже сказано, девушкой обычной то ещё в предвыпускном классе имела кавалера, с которым совершала прогулки по вечерам. Причём и кавалер-то у неё отыскался ей под стать, Владик из уже на тот момент, выпускного класса. И собой видный, «златокудрый», почти как Есенин, и способности к математике и физике проявлял особенные.

«Сердцеедом» был Кларин кавалер. И Сухановой даже приходилось проявлять характер, отстаивая своё право на дружбу с Владиком в противостоянии с другими его «поклонницами». И всё же, в силу возраста, Клара была ещё слишком наивной девочкой. А у Владика была другая любовь – девочка из своего класса. Любовь, как ни странно, если иметь в виду его качества «сердцееда», безответная и безнадёжная. И Клару он выбрал в подруги исключительно, чтобы приглушить тоску от неразделённой любви. И не мог потому понять до конца чувства девочки, искренне поверившей в серьёзность намерений своего кавалера…

Кто знает, может чистое и нежное чувство Клары сделало бы своё. И Владик по-настоящему полюбил бы эту девочку, излечившись тем самым от своей безнадёжной первой любви. Только тут, как нередко в жизни случается, вмешался «Его Величество, случай». Как-то Владик с приятелями, решили по-мальчишески Клару разыграть. И в самом розыгрыше-то не было ничего особенно неприятного или подлого, а всё же ставил он под сомнение взаимодоверие между молодыми людьми. И Клара, столь же решительно, как ранее «отшивала» всех поклонниц Владика с их угрозами, показала своему кавалеру на дверь… Так и вышло, что, когда для Сухановой подошло время выпускного вечера, кавалера у неё не было.


3
До выпускного вечера Егор и Клара так и оставались очно друг с другом незнакомыми. Суханова перевелась в их общую нынешнюю школу только в 9-м и, вообще, немногих знала из параллельного класса. А Смыслов, и вовсе, с людьми сходился непросто. Поэтому, хоть и учился в данной школе с 3-го класса, а даже с ребятами-то из параллельного знаком был только «шапочно». А уж девочек и подавно, даже тех, что учились параллельно с ним «с младых ногтей» и то по именам не всех знал.  Поскольку будущий городок, а в то время ещё просто посёлок, расстраивался и рос весьма бурно, каждый год во всех классах появлялось много новеньких. Чтобы и с ними успеть познакомиться, Егору надо было стать другим человеком, чего от него, конечно, ждать не приходилось.

Однако же заочно Смыслов и Суханова друг о друге слышали. Опять всё упиралось в хорошее знание обоими физики и математики. Поскольку физику им преподавала одна и таже учительница, то для стимулирования обоих к ещё большему старанию, частенько ставила каждого из них в пример другому. Очень было Егору любопытно: что же за девочка такая, которая не только не уступает ему в успехах по физике, но порой и превосходит?! Однако же, пересилить свою робость перед девочками и познакомиться с этой удивительной Кларой Сухановой духу у него так и не хватило.

Понятное дело, раз уж даже прогуляться с девушкой к выпускному вечеру Смыслову ни разу не довелось, то о том, чтобы с девушкой потанцевать и речи быть не могло. На танцах до сего момента Егор тоже ни разу в жизни не бывал. С танцами у Егора вообще было непросто. Если в способностях к школьным предметам он всегда был не на последних ролях, то с его физическими данными дело обстояло гораздо хуже.
С рождения Смыслов выделялся среди сверстников очень неважными реакцией и координацией движений. Впрочем, по правде сказать, «неважными», это ещё слишком мягко сказано. Силу и выносливость можно тренировать. Скорость реакции и координация движений даются человеку с рождения и на всю жизнь… Из-за этого Смыслов часто становился объектом насмешек сверстников.

В классе ребята хотя бы   знали о его успехах в учёбе. Да и списывать у Смыслова домашнее задание, невыполненное по причине того, что полдня прогоняли мяч на спортплощадке, одноклассникам Егора приходилось не раз. Поэтому в классе над Егоровой неловкостью и неуклюжестью не надсмехались. А вот во дворе почти никто и не знал о хорошей успеваемости Смыслова. Да и школьные успехи не считались во дворе за доблесть. Во дворе все детские годы Егор был на положении «гадкого утёнка».

Посему и на танцы Егор никогда не ходил. Ладно, медленные танцы. Их Егор и так игнорировал, поскольку пригласить девушку на танец не решился бы никогда в жизни. Но и быстрые групповые танцы, в частности, царивший тогда на танцплощадках шейк, были для него недоступны. Потому, как на его неловкие, угловатые, порой даже не в такт музыке, движения без смеха или, хотя бы, без улыбки смотреть было просто невозможно…

И что? Вовсе не пойти на выпускной? Но ведь такое событие бывает раз в жизни! Пойти и просидеть весь вечер, пока будут танцы, на лавочке? Наверное, такой выпускной вечер мог, на самом деле, запомниться на всю жизнь. Только запомниться, как собственные несостоятельность и бесславие … И Смыслов придумал выход из этого положения.

Родная сестра Егора и одна из его одноклассниц, Кира, несмотря на двухгодичную разницу в возрасте были близкими подругами. Впрочем, при всём этом и с Кирой у Егора тоже не выходило общаться запросто. Но тут уж он заставил свою натуру «преодолеть себя». Ещё до начала официальной торжественной части выпускного вечера, Егор подошёл к Кире и попросил её стать на тот вечер его «учительницей танцев». Прямо «с корабля на бал». У Киры к тому времени был свой кавалер, ещё постарше бывшего кавалера Сухановой, Владика. Друг Киры уже пару лет, как закончил школу и поступил в военное училище. У военных с дисциплиной было строго, и попасть к Кире на выпускной у её кавалера не получилось. Поэтому девушка и согласилась сыграть на вечере роль «учительницы танцев» для Смыслова.


4
Вечер начался с торжественной части. Выступил с напутственной к выпускникам речью директор школы. Выступила та самая учительница физики, которая в классе Егора была ещё и классной руководительницей. Настал черёд выступления представителя от учеников. И тут директор, ведущий всю церемонию объявил фамилию … Суханова! Сердце у Егора бешено забилось: сейчас он, наконец, увидит ту, которую ему целых два года ставили в пример! А на сцену поднялась очень симпатичная девочка с немыслимо сложной причёской. Девочка начала что-то говорить, но Егор не слышал слов. Он смотрел в её прекрасные карие глаза и понимал, что сейчас заплатил бы любую цену за возможность с ней познакомиться и подружиться. Но не менее ясно он понимал и то, что с его натурой это совершенно нереальное событие…

Голос Клары вдруг дрогнул, и в глазах заблестели слёзы. С трудом, изо всех сил борясь с нахлынувшим волнением Суханова закончила своё выступление и сошла со сцены, затерявшись среди своих одноклассников. А Егор никак не мог вернуться к действительности, так поразила его эта до сей поры незнакомая ему девочка…

Потом началось торжественное вручение аттестатов. Егор, хоть, конечно и ждал своей очереди, замечтался, как он подойдёт к Кларе, представится, познакомится… Мечты прервал тычок в бок от соседа-одноклассника. Оказывается, замечтавшись Смыслов не услышал, как прозвучала его фамилия в приглашении подняться на сцену за аттестатом. Он вскочил, торопливо прошел на сцену и получил аттестат из рук директора. А немного времени спустя после того, как Егор вернулся на своё место в зале, на сцену вызывали и Клару. И Смыслов опять любовался поднявшейся на сцену Кларой, как любуются иностранной кинозвездой, понимая, что она абсолютно недосягаема, а все мечты о знакомстве так и останутся мечтами. Церемония продолжалась, ещё достаточно долгое время. Были ещё какие-то выступления, напутственные слова в адрес выпускников, но Егор за этим уже не следил.

Наконец, торжественная часть закончилась и был объявлен следующий «пункт программы»: танцевальный вечер. Под танцзал, естественно, приспособили зал спортивный. Смыслову волей-неволей пришлось отбросить мысли о Кларе и сосредоточиться на предстоящих «уроках». Больше всего он боялся наступить своей «учительнице»-Кире на ногу или допустить ещё какую-нибудь совершенно нелепую оплошность. Перед первым танцем сердце у него колотилось не тише, чем при первом выходе на сцену Клары…

К удивлению Егора, даже с его физическими данными ничего архисложного в медленном танце не оказалось. А чтобы не наступить на ногу партнёрше достаточно было просто передвигать ногами, не отрывая их от пола. Потихоньку Егор приходил в себя. Сердце уже успокоилось и к третьему танцу он уже совсем освоился.
Быстрые танцы Егор пропускал. В эти моменты он, стоя у стены, искал глазами Суханову. Она веселилась, танцуя со своим классом в противоположном углу зала. А Егор вдруг осмелел. Настолько, что, в следующем быстром танце, решил всё же попробовать поучаствовать. Хватит торчать у стенки, как один из «трёх тополей на Плющихе», когда все танцуют... Конечно, движения Смыслова вовсе не стали от этого его поступка точнее или изящнее, но он уже понял, что у всех выпускников хорошее, праздничное настроение. А при таком настрое никто не станет потешаться над его неловкостью.

Так прошло несколько туров медленных и быстрых танцев. От нервного напряжения на эти час-полтора Егор даже забыл о Кларе. Он поблагодарил за «курс обучения" Киру и вышел в коридор немного отдышаться и охладиться. От долгого напряжения и волнения ему сделалось жарко…

В коридоре Смыслова ждал сюрприз: парочка бывших одноклассников-друзей отсутствующего по причине воинской дисциплины Кириного кавалера, пришедших, явно, с целью понаблюдать, как Кира хранит верность их другу. Естественно, тот факт, что она весь вечер танцует только с Егором, был воспринят ими, как «посягательство» Смыслова на возлюбленную их друга. В воздухе запахло выяснением отношений. Естественно, как это бывает в кругу молодых людей, не без силовых аргументов.

«Вот, похоже и конец выпускного вечера», – тоскливо подумал Егор. Из-за его отвратительной реакции, даже против одного оппонента у Смыслова в драке не было ни единого шанса. Что уж было говорить о том, чтобы противостоять двоим, да ещё и более крепким физически?!  Но тут, неожиданно для Егора, из открытой двери спортзала, появилась Кира, увидевшая, что назревает скандал. Даже не вступая в диалог с друзьями своего кавалера, она взяла Егора за руку и увела снова в зал. Выяснение отношений откладывалось. Как минимум, до конца танцев. Однако, в следующий момент случилось такое, что о несостоявшемся инциденте Егор уже ни разу и не вспомнил.


5
Когда Егор и Кира вернулись в зал, ди-джей торжественно объявил: «Белый танец. Дамы приглашают кавалеров!». Кире, видимо, уже наскучило танцевать все медленные танцы только со Смысловым и она, воспользовавшись моментом, пригласила кого-то из их одноклассников. Егор даже не успел заметить кого: не до того ему было, он смотрел в противоположный угол. Оттуда, не шла, а как ему казалось, плыла над полом, едва касаясь его, Клара. Через весь зал. Точно в направлении Смыслова. Рядом с Егором, хоть и не вплотную, стояло ещё два или три юноши. Все из их класса, из 10«А». «Вот, сейчас подойдёт поближе», – думал Егор, – «И свернёт к кому-нибудь из ребят!». Ну не к нему же, в самом деле, к такому, стесняющемуся даже поговорить с девчонкой, типу, идёт это неземное создание, эта «принцесса ангелов»!

Если бы Смыслов мог знать, о чём в этот момент думает Клара, он бы и вовсе чувств лишился. Клара ведь тоже до сегодняшнего вечера даже не имела представления о том. как выглядит юноша из параллельного класса, которого их учительница физики не раз ставила ей в пример. Поэтому откуда ей было знать о проблемах Егора в отношениях с девушками? Да и о прочих многочисленных «тараканах», обильно, как и свойственно тараканам, размножившимся в его ещё совсем юной голове.
Клара ещё не вполне оправилась от переживаний, вызванных разрывом с Владиком. Ей хотелось поскорее «стряхнуть» все эти воспоминания и уж этот вечер провести весело с новыми приятными впечатлениями. Увидев на церемонии Егора, о котором была наслышана, и найдя его достаточно симпатичным молодым человеком, Клара решила, что приглашение Егора на белый танец будет хорошим шансом оставить «прошлое в прошлом».

Конечно, она волновалась! Легко ли девчонке на глазах всего зала, т.е. двух присутствующих классов, пересечь этот зал и пригласить на танец совершенно незнакомого парня?! А вдруг откажется?! Мало ли что у него в голове? Она же ничегошеньки о нём не знает! Но глаза страшат, а руки, т.е., в данном случае, ноги, делают! Суханова направилась к противоположному концу зала и пути к отступлению у неё уже не было.
   
Расстояние всё сокращалось. Егор оторопел, понимая, что это не сон. Клара шла и смотрела прямо на него. Уже поздно было сворачивать налево или направо. Очевидно, что она направлялась именно к Смыслову. В ушах у парня зазвенело, сердце запрыгало, норовя ускакать из груди прочь, но он всё ещё не мог поверить, что это именно к нему идёт, точнее, «плывёт» или парит над полом эта необыкновенная, по его мнению, девочка ...

– Можно пригласить тебя на танец? – решительным, несмотря на волнение, голосом спросила Клара
– Конечно! –  всё ещё не веря происходящему, выпалил Егор.
Сдерживая дрожь в теле, он взял Суханову за талию, осторожно касаясь её, как хрупкого изделия из драгоценного старинного фарфора, и повёл в танце под тихую лиричную мелодию. Но Смыслову казалось, что не скользят они вдвоём по полу, а несутся куда-то вверх, навстречу чему-то прекрасному и неизвестному. И, повинуясь этому ощущению, Егор, чуть наклонившись к Клариному уху, тихо сказал: «Какая ты молодец, что пригласила меня на этот танец! Мне безумно хотелось пригласить тебя, но я бы ни за что не решился…».

Танец закончился. Егор поблагодарил Суханову, отвёл её в тот конец зала, где «тусовался» Кларин 10 «Б». Поскольку начался быстрый танец, а кругом были лишь Кларины одноклассники, Егор не решился участвовать в этом очень плохо ему дающемся действе среди «чужих». Он опять встал у стенки, пытаясь осмыслить происходящее.

Это было. Было с ним и было не в мечтах, не во сне, а на самом дел. Егор лихорадочно соображал, что же ему делать дальше?! Пригласить Клару на следующий медленный танец? Но вдруг, она его пригласила лишь от скуки, чтобы немного разнообразить вечер? И на его приглашение ответит отказом, приподняв изумлённо брови: мол, что это ты себе вообразил, «гадкий утёнок»? Но может, судьба, и взаправду, даёт ему шанс, который бывает раз в жизни?!

Перемещаясь в процессе танца в кругу своих одноклассников, Клара оказалась в некотором отдалении от Смыслова. В перерыве между танцами Егор не решился подойти к ней, чтобы поговорить. Он ещё никак не мог преодолеть то ошеломление, в которое его повергло приглашение на «белый» танец от Сухановой. Ведь он по-прежнему даже не представлял, как и о чём можно говорить с девочкой вдвоём?

А когда объявили следующий медленный танец, кто-то из шустрых одноклассников Клары успел её пригласить, пока нерасторопный Егор только пытался в Сухановой приблизиться. И этот танец Смыслов снова простоял у стенки…

Но уж на следующий медленный танец, решив, что никогда себе не простит, если упустит такой шанс, Егор буквально ринулся к Сухановой и первым успел пригласить её. Все следующие медленные танцы, до самого конца танцевального вечера, Егор приглашал исключительно Клару. Но т.к. быстрые танцы в окружении Клариных одноклассников он танцевать, по-прежнему, не решался, волей-неволей ему приходилось во время таких танцев опять простаивать у стенки. Ведь не бегать же каждый раз от одного конца зала к другому.
 
Пользуясь его положением у стенки, ещё раз-другой более прыткие Кларины одноклассники успевали раньше Егора пригласить её на медленный танец. Но Смыслова уже не могли расстроить такие мелочи в этот незабываемо волшебный вечер. Наконец, ди-джей объявил о завершении танцев. Был объявлен последний танец. К радости Егора, медленный. Они оба ещё не знали, что этот танец и правда для них двоих последний. Как для пары, последний…


6
…Вот и последний танец школьного выпускного вечера закончился. Выпускники гурьбой направились к выходу, чтобы гулять до рассвета, означающего для них начало взрослой жизни. Большинство молодых людей на ходу разбилось на парочки. Егор шёл под руку с Кларой, с сердцем, замирающим от странной смеси чувств. Его душа одновременно и ликовала от ощущения близости этой «неземной» девочки, и сжималась от страха непонимания, как же вести себя с ней и о чём говорить в эти предстоящие 5 часов до рассвета?!!

С шуточками и смехом, два уже бывших класса в сопровождении той самой «физички», Егоровой классной руководительницы, шагали по ночной улице, мешая спать уставшему трудовому люду. Но в этот день, никто на ребят не жаловался. Такой день ведь у каждого в жизни случается лишь единожды…
По прошествии лет, Смыслов и пары фраз не мог вспомнить из сказанного в тот вечер Кларе. Настолько сильным было его волнение от первой в жизни прогулки с девушкой. Пусть даже и в присутствии двух классов. Кажется, он плёл девушке какую-то чушь, о своих до сих пор безуспешных поисках смысла жизни, ещё о каких-то совершенно неважных вещах. Но даже и под пытками никто не сумел бы заставить его сказать этой девушке, как она ему нравится, как ему хочется быть с нею не только всю эту ночь, но и всю оставшуюся жизнь.

При одной только мысли, что он должен будет когда-нибудь в своих чувствах Кларе признаться, у Смыслова язык намертво приклеивался к нёбу. Ещё Егор помнил, что ощущал себя в ту ночь героем какой-то фантасмагории. И в глубине души всё не мог поверить свалившейся на него удаче. Его то вдруг охватывал неописуемый восторг и тогда он едва сдерживался, чтобы не закричать на весь свет о своём счастье. Но этот восторг почти сразу сменялся паникой: вот сейчас он, до сего момента ни разу не гулявший с девушкой, и едва что-то соображающий от душевного трепета, выкинет какую-нибудь несусветную глупость, и все сразу поймут, насколько он не соответствует своей спутнице...

В таких душевных метаниях прошла для Егора эта сказочная ночь. А когда, стоя на вершине высокого берега реки, два класса увидели первые лучи нехотя выползающего из-за горизонта солнца, все дружно завопили от радости, с ещё детской наивностью предвкушая впереди, в совершенно новой, взрослой, жизни счастье, счастье и только счастье. Хотя большинство из этих «выпускников во взрослую жизнь» даже и не сформулировало ещё для себя это понятие – «счастье». И вместе со всеми радостно орали Клара Суханова и Егор Смыслов.

…Он не помнил уже ни как возвращались обратно, ни какие слова он сказал Кларе на прощание. Хотя понятно, что сказал совсем не то и не так, что и как надо было сказать девушке, которую, по всему уже успел полюбить…


7
…Весь следующий день после выпускного для Смыслова прошёл, как в бреду или похмелье. Проспав несколько часов утром, после проведённой без сна ночи, Егор проснулся и, вдруг, осознал и почувствовал весь ужас произошедшего с ним.
Никто в мире ещё не знал его тайны. Никому он её пока не открывал. Все вокруг него: и родители, и учителя, и очень немногочисленные, но, верные, друзья были уверены, что этот юноша, только что получивший аттестат с одними пятёрками, будет поступать в ВУЗ. Да и, наверняка, в ВУЗ, не из числа самых последних. И никто из них ещё не подозревал, что Егор, весь год промаявшись в бесплодных поисках смысла жизни и своего призвания, так и не найдя ни того, ни другого, решил вместо поступления в ВУЗ податься на одну из множества комсомольских строек. Юноша, которому было интересно абсолютно всё, и ничто в особенности, решил действовать по принципу: «Не дойдёт через голову, дойдёт через руки!». Наивно надеясь, что в тяжком труде ему вдруг откроется истина…

Вчера, перед самым расставанием с Кларой он, в порыве откровения, вместо признания девушке в чувствах, зачем-то поведал ей, одной на свете, этот свой секрет… И как после этого ему следовало поступить с Кларой, девочкой, которую не единожды ему в пример ставили?! То, что Суханова «спит и видит» своё будущее, исключительно, как студентки какого-нибудь престижного столичного технического ВУЗА у Егора и тени сомнения не было! Открыться ей в своих чувствах и предложить поехать с ним на комсомольскую стройку?! Да Клара рассмеётся ему в глаза!
Открыться ей и предложить ждать его, когда он вернётся «весь в друзьях и в деньгах», как в песне Высоцкого? Тоже ещё, «принц датский» нашёлся. Да вокруг неё на курсе будет столько «блестящих» московских мальчиков, не чета ему, «гадкому утёнку» из провинциального посёлка … В том, что у Клары на курсе не будет отбоя от кавалеров, Егор также ни минуты не сомневался.

Но и забыть эту девочку, просто «выкинув» её из сердца, Смыслову было уже никак не возможно. Чем дольше Егор думал, тем безвыходней ему казалось его теперешнее положение. Что ж, он не мог знать чувств Клары. Того отношения, которое у неё сложилось к нему, Смыслову, после совместной прогулки длинною в ночь. А прочувствовать её отношение он ещё не умел. Ведь для него это была единственная в жизни прогулка с девушкой. И всё же, он догадывался, что, не являясь, мягко говоря, суперменом, вряд ли смог что-то такое «зажечь» в девичьей душе. Поэтому не придумал ничего лучше, чем тихо «исчезнуть» из жизни Клары Сухановой. Так она быстро его забудет. И уж горевать по нему точно не будет. Что же касается его самого, то в тяжёлом труде на комсомольской стройке он как-нибудь справится со своей тоской по едва зародившейся любви…


8
Смыслов уже устал отбиваться от родственников и друзей, пытавшихся вызнать у него, в какой ВУЗ он повезёт сдавать документы. Егор отшучивался, говоря всем, что боится сглазить. А через пару дней после выпускного он собрал документы: паспорт, военный билет, аттестат о среднем образовании и справку о состоянии здоровья, форма 286, – и, соврав родителям, что едет подавать заявление о поступлении в ВУЗ, поехал в райком комсомола.

В райкоме Смыслова встретили радушно: рабочие руки на многочисленных стройках в разных точках огромной страны были остро необходимы. А найти добровольцев в нужном количестве было непросто. И вот, пожалуйста, очередной доброволец явился сам! Но воодушевлённое настроение инструктора райкома, ответственного за набор добровольцев на комсомольские стройки длилось ровно до того момента, когда в его руках оказалась справка Егора о состоянии здоровья. Та самая, пресловутая форма 286. Глаза инструктора скоренько пробежались по стандартной верхней части справки и вдруг остановились, как будто зацепившись за что-то. Инструктор оторвал глаза от справки перевёл их на Егора, потом снова посмотрел в справку и медленно прочёл вслух: «Страдает врождённым пороком сердца».

– Это что, шутка?! – спросил инструктор уже не так дружелюбно.
 – Нет… – промямлил Смыслов. И добавил уже решительнее:
– Я хочу работать на стройке! Несмотря на некоторые проблемы со здоровьем…
– Послушай, парень, – инструктор уже открыл военный билет Егора и увидев там: «Признан негодным к военной службе с исключением с воинского учёта», – покачал головой.
– На стройках нужны здоровые мужики, способные по-настоящему вкалывать! Там тяжело гружёные тачки целый рабочий день ворочать надо.
– Ладно, - уже более примирительным тоном закончил инструктор, возвращая Смыслову его документы, – Считай, что порыв твой оценили, но выдать тебе комсомольскую путёвку не имеем права. Поищи более подходяще поприще для своего здоровья. Всего наилучшего!

…Еле передвигая ноги и ругая себя последними словами, Егор плёлся по лестнице вниз со второго этажа, на котором располагался кабинет инструктора. Ну как он мог не подумать, что с такой справкой его забракуют в райкоме?!! Ведь в прошлом году Егор уже попадал в похожую ситуацию, когда хотел поработать на летних каникулах. И его тоже не взяли на работу из-за справки о состоянии здоровья. Много раз решал такие сложные математические задачи. А тут два плюс два не сложил! Как будто в шахматах «детский мат» получил…

…Он стоял у стеклянной двери райкома и рвал свою справку формы 286. Сейчас Егор не думал, о том, что куда бы он дальше не пошёл: учиться или работать, – везде с него будут спрашивать эту справку… Он рвал её на всё более и более мелкие кусочки, которые, в конце концов ссыпались из его руки в урну, а Смыслову казалось, что это сыпятся все его мечты о лучшем будущем. Теперь, после такого позора, он и думать не смел ещё хотя бы раз приблизиться к Кларе. Кем бы он стал в её глазах? Пустопорожним болтуном? Или последней бестолочью, не сумевшей предусмотреть столь очевидного итога своей авантюры?


9
Егор Смыслов, шестидесяти семи лет отроду, сидел на диване, тупо уставившись в давно потемневший экран смартфона. Эдик давно уже дал «отбой». Но поток воспоминаний в голове Егора остановить было уже невозможно. Он отложил в сторону телефон и мысленно опять вернулся туда, в кажется, уже бесконечно далёкий 1975-й.

* * *
… Не попав на комсомольскую стройку, Егор так и не стал пробовать никуда поступить, а устроился на работу в одно из московских учреждений по случайно увиденному на автобусной остановке объявлению. Теперь каждый рабочий день рано утром он уезжал на работу в столицу, возвращаясь вечером опять в свой посёлок. Жил он на самой дальней окраине посёлка, так что с бывшими одноклассниками, жившими по преимуществу в центральной части того же посёлка или же с другой его стороны, изредка пересекался лишь случайно. Обычно, на автобусной остановке. А то и прямо в автобусе, по дороге на работу или с работы. Да, по правде сказать, и не хотелось тогда Егору встречаться с ребятами, которые норовили расспросить Смыслова, с чего это вдруг он, круглый отличник, пошёл работать, а не стал студентом? Не хотелось объяснять другим то, чего он и сам никак до конца понять не мог.

Поначалу полная реорганизация всей жизни, практически, мгновенный переход из статуса школьника в статус рабочего человека, так «завертели» Егора, что все остальные заботы и проблемы, совсем недавно волновавшие его, отошли на второй план. Честно сказать, он и о Кларе Сухановой, девочке, так поразившей его своим поступком на выпускном вечере, вспоминал, как бы вскользь, бегло. С ноткой сожаления о единственно возможным на тот момент для него, но так и не состоявшемся романе.

Но промелькнуло лето и наступила осень. Работа постепенно становилась обыденным делом и не поглощала более все мысли Смыслова долгими осенними вечерами.  Его прежние мысли и чувства стали всё настойчивей напоминать о себе. И тут Егор неожиданно понял, насколько глубоко в его душу запала та девочка, с которой он прогулял целую ночь в конце июня… Он начал тосковать по ней. И одиночество, в котором оказался Смыслов, лишившись разом и бывших друзей, «разлетевшихся» кто куда, и, едва обретённой, подруги, лишь усиливало его тоску.

В ту самую ночь, Клара сказала, что живёт на втором этаже и окна её квартиры смотрят прямо на школьный двор. Порой, когда тоска становилась совсем невыносимой, Смыслов вечером, вернувшись с работы, садился на велосипед и гнал к своей бывшей школе. Там он вставал под окнами ближайшего дома и не зная точно, где окна Клариной квартиры, следил за всеми окнами на втором этаже, пытаясь увидеть на фоне задёрнутых уже штор девичий силуэт. Изредка ему это удавалось. В такие моменты гнетущая Егора тоска немного отступала. Тогда он тихо, уже не гоня, возвращался домой. И в такие дни ночи проходили легко.

Однако, гораздо чаще, простояв под окнами часа два, Смыслов возвращался домой ни с чем. И ночью долго не удавалось уснуть. Практически, не имея больше контактов с бывшими одноклассниками, Егор не знал наверняка, но был абсолютно уверен, что Клара-то точно поступила в выбранный ею ВУЗ. И долгими бессонными ночами, ворочаясь в постели Смыслов всё убеждал себя, что Кларе, сосредоточенной на учёбе, сейчас он будет только помехой. Да и, столь практичная девушка, какой он представлял себе Суханову, толком её совсем не зная, ни за что не станет с ним сейчас связываться… С такими мыслями, проворочавшись полночи, Егор, наконец, засыпал тяжёлым, неглубоким сном.

Как-то раз, простояв так под окнами Клариного дома два часа и никого не увидев, Смыслов решил, что он обойдёт все квартиры на втором этаже, но найдёт эту, так влекущую его девушку. И тут же в его мозгу проскочила мысль: «Ну и что ты ей можешь сейчас предложить?! Отвлекающие от учёбы прогулки с тобой? Чтобы девушка «вылетела» с первого же курса? Давай, иди! Только ведь она тоже не дурочка, чтобы связать свою судьбу с таким неудачником!» От этой мысли Егор застыл, не сделав даже и шага в направлении Клариного дома. Потом понуро сел на велосипед и медленно-медленно, с тяжёлым сердцем поехал домой.

Однажды, во время очередного стояния Смыслова под окнами, к его радости, в окне, почти по центру второго этажа на шторах четко отобразился девичий силуэт. Силуэт приблизился к окну. Вдруг шторы немного раздвинулись и в промежутке между ними показалась девушка! Сердце Егора «обвалилось»! Это была не Клара… Незнакомая девушка, удивлённо взглянув на пялящегося на окна Смыслова, плотно задёрнула шторы. Откуда было Егору знать, что у Клары была младшая сестра? Не говорили они с Сухановой о родственниках в ту заветную для него ночь…


10   
… Прошло больше года после того волшебного выпускного вечера, о котором теперь постоянно со смешанным чувством нежности и печали вспоминал Смыслов. Лето уже закончилось. Наступил сентябрь. Студенты и школьники приступили к занятиям.

Приступил к занятиям и Егор. Промучившись год, он так ни на миллиметр и не приблизился к постижению собственного призвания. Зато понял, что если он и этот год пропустит, то точно останется без высшего образования. Махнув рукой на эти «поиски самого себя», Егор, под напором настойчивой агитации друга школьных лет, учившегося тогда в другой, нежели Смыслов школе, поступил-таки на вечернее отделение ВУЗа радиотехнического профиля. «В конце концов», – думал Егор, – как радиолюбителю, не противно будет учиться».

Теперь дни его мелькали, как картинки в калейдоскопе. К восьми утра надо было приехать на работу, при том, что дорога от дома занимала, аккурат, два часа. Четырежды в неделю, отработав полный рабочий день на производстве, Егор ехал на занятия. Отсидев две пары в институте, к полуночи возвращался домой. Наскоро поужинав, падал в постель, засыпая почти мгновенно, чтобы утром встать, ни свет, ни заря. И так день за днём.

Смыслов был даже отчасти рад такому напряжённому графику. Для тоски по Кларе у него просто не оставалось времени. Даже по выходным нужно было выполнять домашние задания, курсовые работы. Да и «лабораторки» назначались, как правило на субботу. И только с наступлением лета, когда приходил черёд каникул, чувство одиночества и тоска по Кларе снова погружали Егора в уныние. А отпуск лишь «подливал масла в огонь». Даже возможность заслуженного отдыха нисколько не радовала…

Его бдения под окнами дома Сухановой прекратились. В течение учебного года на это просто не оставалось времени. А летом, – он уже это знал по рассказам друга, «сосватавшего» Егора в «свой» ВУЗ, – всех студентов-очников в СССР отправляли в стройотряды. Даже надежды увидеть хотя бы Кларин силуэт в окне у него больше не оставалось.
   

11   
Однажды, ещё во время учёбы на первом курсе, Егор возвращался с работы домой. Был вечер среды, единственный вечер на неделе, когда у Смыслова не было занятий. Именно по средам, возвращаясь домой вечером, а не к полуночи, он иногда в автобусе встречал бывших одноклассников. Выйдя, как обычно, из метро на конечной станции, Смыслов сел в свой автобус, идущий за город и … вдруг увидел её! Клара вошла в автобус раньше и сейчас стояла немного в глубине, в то время как, Смыслов устроился на задней площадке автобуса. К той же задней площадке была обращена и Клара Суханова. Но в тот момент, когда её заметил Егор, Клара, повернув голову в сторону, смотрела в окно. Смыслова она пока не видела.

Штормовая буря эмоций и чувств разразилась в душе Егора. В этот момент внутри него, как будто, сошлись сразу два разных человека. Одна половина его сознания стремилась броситься к Кларе, рассказать ей всё, чем страдала и томилась душа Смыслова с того момента, как Суханова пригласила его на «белый» танец.
Но в то же самое время вторая половина его сознания издевательски потешалась над первой: «Ну что же, иди! Посмотришь, как она рассмеётся тебе в лицо! Она уж и думать о тебе давным-давно забыла. Наверняка и парень у неё уже есть – не чета тебе. А как ты будешь оправдываться, объясняя, почему ты здесь, а не на стройке в Сибири?»  Вдруг, Клара повернулась к нему лицом и их взгляды встретились…
Суханова явно его узнала, но никаких особых эмоций на её лице не отразилось. Лишь едва уловимая улыбка на миг блеснула в её всё так же прекрасных глазах и сразу погасла…

«Ну что, убедился?!» – торжествовало Егоровское «второе я», – «Да она едва-едва помнит тебя!» С этой мыслью Егор сдержал порыв пробраться к Кларе и объясниться ей в своих чувствах. Да и теснота набитого людьми автобуса – не лучшее место для признания. Он лишь машинально кивнул Сухановой, как бы здороваясь. Лёгким кивком она ответила ему. Борясь сам с собой, так и не решившись ни на что, Смыслов стыдливо опустил глаза вниз и старался не смотреть на Клару.

Так прошло минут десять. Наконец, Смыслов не выдержал и снова поднял глаза, посмотрев на Клару. О, боже! Клара стояла к нему лицом, но её взгляд не был направлен точно на Егора. А по щекам … катились две хрустальные слезинки! Клара, как будто и не стеснялась своих слёз. Лишь слегка прикусила губу…

Мгновенно Смыслову захотелось броситься к этой так влекущей его девушке! Подойти, взять за руку, заглянуть в глаза и спросить: «Клара, самый дорогой мой человек, что с тобой происходит?!»
«А может всё же и она меня не забыла? Может … эти слёзы из-за меня?!» –  мелькнула новая мысль.
Но его внутренний голос снова заверещал: «Да что ты себе думаешь?! Наверняка у неё размолвка со своим ухажёром. Она по нему страдает, а тут ты со своими утешениями и признаниями! Ещё и за руку взять вознамерился! А оплеуху получить не желаешь?!»
Егор снова опустил глаза, кляня себя за нерешительность, но так и не сделал ни одного шага навстречу Кларе.

«В полном пассажиров автобусе не стоит выяснять отношения. Но уж на остановке, когда мы выйдем, я непременно подойду к Кларе и признаюсь ей в своих чувствах!» - твёрдо решил, наконец Смыслов.

Ещё примерно через полчаса автобус остановился у остановки, где надо было выходить Смыслову и, по его представлению, Кларе. Егор, стоявший недалеко от задней двери, направился к выходу, даже не взглянув на Клару. Он полагал, что в плотно набитом автобусе ей просто и деваться некуда, кроме, как выйти в ту же дверь. Выйдя из автобуса, Смыслов встал недалеко от задней двери и стал ожидать появления на выходе Клары. В то же время, Егор не забывал посматривать и на выходящих через переднюю дверь. Вдруг Суханова всё же решит воспользоваться тем выходом?

Все, кому надо было выйти на этой остановке, выбрались из автобуса и направились по дороге к посёлку. Клары среди них не было! Смыслов решил, что он упустил-таки Клару, не заметив, как она вышла в переднюю дверь. Егор бегом рванул вперёд. Когда он обогнал всех вышедших из этого автобуса пассажиров, то сообразил, что Клара поехала дальше. По какой-то причине она не вышла на их общей остановке.

Смыслов остановился, растерянный, а автобус тем временем закрыл двери и поехал дальше. Хоть беги за ним! Да разве догонишь… Егор стоял, опустив голову, и всё никак не мог поверить в произошедшее. Сейчас он испытывал такие же чувства, как в прошлом году, у выхода из райкома комсомола. Он, конечно, не мог знать, что в это время Клара уже сменила место жительства. Но, даже обладая неважной интуицией, Смыслов почувствовал, что он натворил. Судьба ещё раз давала ему шанс, который бывает раз в жизни. И Егор так глупо, так бездарно, не сумел этим шансом воспользоваться.


12   
… Несколько дней, с утра до вечера заполненных воспоминаниями о событиях полувековой давности, пролетели, как в тумане. Наступил тот самый назначенный день встречи выпускников. Егор Смыслов, живущий в столице уже не один десяток лет, теперь, спустя двенадцать лет после похорон мамы, крайне редко приезжал в свой некогда посёлок, давным-давно ставший подмосковным городом. Да и приезжал он теперь лишь к сестре, живущей на противоположном конце города от старенькой пятиэтажки, где жила когда-то семья Смысловых.

Дорога на такси по ещё совсем новому, недавно реконструированному, шоссе до арендованного для вечера встречи кафе, в одном квартале от их бывшей школы, по утверждению Яндекс Навигатора, должна была занять чуть более получаса. И едва только машина тронулась в путь, как воспоминания о минувших годах вновь поглотили Егора, как сомкнувшиеся над головой ныряльщика воды.
    
…Минул ещё год после случайной встречи в автобусе Смыслова и Клары Сухановой. Опять наступила осень. Возвращаясь вечером, как обычно домой, Егор столкнулся в автобусе с одной из бывших одноклассниц, Анастасией. Поздоровались, разговорились. Смыслов, как бы случайно, вспомнил о Сухановой и поинтересовался у Насти, не слышала ли она что-нибудь о Кларе, её теперешней жизни. Он почти не надеялся, что-либо узнать. Всё-таки Настя училась в одном с Егором классе, а Суханова – в параллельном. И никогда в школе Смыслов не замечал, чтобы Настя водила знакомство с Кларой. К его удивлению, Анастасия ответила быстро, даже не задумавшись, как будто Суханова была её хорошей знакомой:
– А, Клара! Слышала, она замуж недавно вышла.

…Пол под Егором, как будто, начал проваливаться вниз. В глазах потемнело, а в ушах возник высокий переливающийся звон. Весь мир, ещё мгновение назад бывший цветным вдруг стал серым. Смыслов изо всех сил вцепился в поручень автобуса, собрал неимоверным усилием по крупицам «рассыпавшуюся» в один момент волю и, кое-как сумев принять безразличный вид, только выдавил из себя пересохшими губами:
– Надо же, как рано…

…Три дня после этого Егора ни на секунду не покидала одна только мысль «Клара вышла замуж!». Эта мысль непрерывно «долбила» его мозг, словно дятел, разделывающий шишку в стволе дерева. Она стучала в висках и преследовала Смыслова даже во сне. Да и весь сон становился больше похожим на бред. Как будто чей-то визгливый голос с издевательской интонацией кричал ему прямо в ухо: «Клара вышла замуж! Клара вышла замуж!»

Все дела он делал, как робот, будто на автопилоте. Благо, его работа не требовала ежедневных упорных размышлений. В основном приходилось заниматься одними и теми же, много раз наработанными манипуляциями. А вечерами, на занятиях Смыслов в эти дни лишь тупо записывал за лектором, даже не пытаясь вникнуть в суть материала.
Лишь на четвёртый день эта угнетающая, не дающая ни на чём сосредоточиться мысль стала периодически отпускать его на короткое время.

В эти дни в сердце Егора порой даже обида вскипала. В такие моменты Клара казалась ему чуть ли не «предательницей». Ведь он был уверен, что Суханова настойчиво и целеустремлённо идёт к высшему образованию. Ведь и свою нерешительность объясниться с ней Егор столько раз сваливал на своё нежелание мешать Кларе на этом пути. Боязнь отвлечь её от желанной цели. А она – нате вам! Взяла и замуж выскочила! Умом Смыслов понимал, что эти его обвинения совершенно несправедливы. Сам ведь ничего не сделал, чтобы быть с Кларой… Однако, обида вопреки разуму, всё равно, как камнем придавливала сердце. Да и многие ли способны в подобной ситуации оставаться абсолютно объективными? Вот и Егор не мог…

И всё же, гораздо большую часть времени в душе его жили теперь не обида, не ревность и неприязнь к девушке, оказавшейся очень отличной от его представлений о ней. Там жили теперь злость на собственную беспомощность, горечь потерянной любви и тоска по утраченной навсегда мечте. До известия о замужестве Сухановой Егора не оставляла надежда, что рано или поздно он её отыщет. Впрочем, как он это сделает, Смыслов представлял весьма смутно. Но теперь, когда Клара, практически, со стопроцентной вероятностью, сменила фамилию, даже эта, весьма эфемерная, если смотреть на вещи реально, его надежда рассыпалась в прах. Теперь-то Егор отчётливо осознал, что Клару Суханову он потерял. Потерял навсегда.
    
Однако, с каждым днём периоды, когда мысли о Кларе, хоть ненадолго, оставляли его, становились всё длиннее и длиннее. Через пару месяцев, Смыслов и вовсе, казалось, перестал думать о Кларе. В душе его установилось некое равновесие. Хоть теперь ему не бывало уже ни радостно, ни по-настоящему весело, но и щемящая тоска, и чувство безнадёжного одиночества теперь накатывали на Егора лишь изредка, раза два-три за месяц. Вот только краски, понемногу возвращаясь в его посеревший мир, не один год ещё оставались блёклыми, как будто выцветшими, выгоревшими на солнце…


13   
Свернув с широкой реконструированной автотрассы на оставшийся кусок старого узкого шоссе, идущего через деревню к городку, где прошли юность и молодость Егора, машина такси остановилась на светофоре. «Вынырнув» из «омута» собственных воспоминаний, Смыслов всматривался в эти так разительно изменившиеся места. Бывшие когда-то густыми леса вдоль шоссе изрядно сократились и поредели. Полей и вовсе почти не осталось – все свободные клочки земли застраивались теперь с громадной быстротой высотными зданиями. Эффект неузнаваемости усиливался ещё и тем, что Егор крайне редко посещал теперь эти края. Ехать оставалось совсем ничего. И, даже несмотря на то, что по дороге до кафе, где была назначена встреча, оставалось ещё пришлось преодолеть четыре светофора, дальнейший путь занял всего пять минут.

… Войдя в арендованный на этот вечер зал кафе минут за 10 до начала мероприятия, Смыслов увидел, что почти все, кто по словам Эдика должен был прийти, уже присутствовали в зале. И сам Эдик тоже был здесь. Уже царившие в зале оживление, веселье и радость мгновенно передались и Егору. Почти всех одноклассников он узнал сразу. Однако, время беспощадно и за десятилетия нередко меняет людей до неузнаваемости. Двоих-троих бывших соучеников Смыслов распознал, напрягая память. Со всеми перездоровавшись, перекинувшись фразой другой, с мужиками и обнявшись с каждым по-братски, Егор подошёл к ребятам из параллельного, «Б», класса. С ними поздоровался степенно, за руку. К своему удивлению. Прибывших на встречу ребят из параллельного он тоже узнал всех и даже по именам вспомнил. Пусть некоторых и с небольшой задержкой. А вот с девочками из параллельного было хуже… Лишь половину он сумел опознать. Другая половина женской части «Б» класса казалась ему совершенно незнакомой.

«Неужели же и Клара в числе неопознанных мной?!!» – едва ли не с отчаянием подумал Егор. Ведь и её время могло не пощадить. Смыслов же ничего не знал о том, как она жила все эти 50 лет… Спросить какую-либо из своих одноклассниц, нет ли среди девочек из «Б» Сухановой, Егор, конечно же не решился. Изменяя до неузнаваемости людей внешне, время бессильно изменить их внутренне. Лишь только самые крутые, переломные моменты жизни, порой всё же вносят заметные коррективы и в поведение людей. Егор, как и 50-лет назад, не чувствовал себя совершенно свободно и раскованно в отношениях с женщинами. Даже с бывшими одноклассницами.
Сердце, однако, подсказывало Смыслову, что Клары среди присутствующих нет. Он подошёл поговорить к, пожалуй, самому близкому из однокашников – Гарику. В начале разговора Егор то и дело посматривал в сторону входа, не желая пропустить момент, если вдруг появится Клара. Но увлекшись постепенно беседой, он потерял контроль за входом и даже не заметил, как в зал вошла ещё одна женщина невысокого роста, в шубке.

Вдруг взгляд Смыслова задержался на вешалке, где один из Клариных одноклассников помогал раздеться только что вошедшей женщине. Что-то очень знакомое показалось в её чертах Смыслову. И всё же, к своему отчаянию, он так и не мог с уверенностью сказать, Клара ли это? Ведь многих её одноклассников и одноклассниц Егор хоть и не часто, встречал в школьных коридорах на протяжении долгих лет. А с Сухановой они и пообщались-то одну лишь ночь. Да и часто ли они смотрели в лицо друг другу в ту ночь, гуляя под ручку?! К своему ужасу, Смыслов осознал, что столь дорогие ему когда-то черты лица за эти полвека несколько стёрлись в памяти.

Неизвестно, сколько бы ещё времени провёл Егор, «мечась» мыслями и ни на что не решаясь, если бы не чудо, случившееся в этот момент подобно тому, как это произошло полвека назад. Едва раздевшись, эта женщина внимательно взглянула на Смыслова и столь же решительно, как в свои семнадцать направилась прямо к ним с Гариком! И сердце в груди Егора забилось точно так же, как в далёком 1975-ом. И чувства все вспомнились, как вчера. Конечно, это была Клара! Она подошла и, здороваясь, широко улыбнулась той самой своей улыбкой, которую Егор, не то что за пятьдесят, но и за семьдесят лет забыть не сумел бы.