Исключение из правил. Глава 80. Мечта

        Идет лекция по истории КПСС, а значит, я занимаюсь своими делами – читаю художественную книгу. Преподаватель может и по аудитории пройтись, поэтому я, немного прислушиваюсь, чтобы он не застал меня за чтением.
– Важнейшей задачей было организационное и хозяйственное укрепление колхозов и совхозов. В этих целях по решению январского (1933 года) Пленума ЦК и ЦИК ВКП (б) было образовано 3368 политотделов МТС и 2021 политотделов совхозов. Для работы в них партия направила 25 тысяч коммунистов.
– Что читаешь? – спрашивает КорС, и разочаровано отслоняется. – У-у, на украинском языке. Я все равно ничего не понимаю. А ты что, все понимаешь?
– Так же как по-русски, – мне это не кажется особенным.
– Молоток, – почему-то удивляется Королев, хотя и знает, что я вырос на Украине. Особенно ему горько оттого, что сам он владеет только русским языком. Недосмотрели его родители ученые, а ведь могли его научить хоть латыни какой-нибудь.
– Политотделы стали центрами политического воспитания колхозников и партийного руководства колхозами. С их помощью была проведена большая работа по очистке колхозов от враждебных кулацких элементов, по укреплению колхозных партийных организаций, воспитанию массового колхозного актива …
– Иванов, – шепчет Лео, – хватит читать! Нет, правда, а то так глаза до дыр протрешь!
Я читаю и у меня перед глазами раскрываются картины освободительной борьбы украинского народа в ХVІІ веке против татар и турок. На какое-то время я перестаю воспринимать преподавателя. Интереснейшая все-таки книга, ничего не скажешь!
Вася, видя, что я не конспектирую материал лекции, сказал, что я немного беспринципный. Что ж, может он и прав. Сам Вася проявляет завидную принципиальность, записывая все подряд. Это как капитан 2 ранга Жихарь – тот один коммунист во всем нашем училище, а Вася – единственный принципиальный человек во всем моем отделении.
– Укреплению колхозного строя способствовал новый Устав сельскохозяйственной артели, принятый в 1935 году ІІ Всесоюзным съездом колхозников-ударников. Понимаете, товарищи курсанты, в первом Примерном уставе, принятом в 1930 году, не были отражены вопросы организации труда в колхозах, порядок колхозного землепользования, распределения доходов по трудодням, а также размеры приусадебных участков колхозников в их личном пользовании, – разъясняет нам преподаватель.
Зона, Веня и Вася отчаянно зевают, из них только Веня прикрывает рот рукой. Что значит столица!
– Что вы ночью делали? – шутит Лео. – Подозрительно даже!
– Ты все понимаешь неправильно. Просто не выношу я тем по экономике, – тушуется Веня, – совсем ничего не понимаю, и в сон сразу клонит. Сразу видно, что я чистый гуманитарий!
– Серьезно? – Снова насмехается Лео, – Ну-ка, друг ситный, покажи, что ты там прячешь под партой?
– «Веселые картинки!» – Смеется Веня и показывает Лео Журнал «Playboy». Лео удивился, но виду не подал. И откуда у сына советского генерала американский порнографический журнал?
Я перестаю их слушать и углубляюсь в чтение, из которого меня выводит перемена. Все встают со своих мест, а Лео обращается ко мне:
– Я за тобой наблюдал, чего это у тебя вид был такой … блаженный, что ли?
– Интереснейшую книгу читаю о запорожских казаках. Читаю и мечтаю сыграть в художественном фильме по этой книге.
– Всего-то? А я-то думал, что ты хочешь попасть в то время!
– Благодарю, с меня и фильма вполне хватило бы.
Но на перемене я с интересом обдумываю, как бы это могло быть на самом деле, если бы была создана машина времени, и мне бы разрешили попасть в то время? Например, на танке с двойным боекомплектом! Забавное бы вышло приключение!
Переменка пролетела ужасно. В смысле, ужасно быстро. Майор Козлов гоняет курсанта Баранова по предвоенному положению Европы, а Артем мелко плавает. И плавает чем дальше, тем мельче.
– Когда был официально оформлен военный блок трех агрессивных стран: Германии, Италии и Японии? Отвечайте-с! Что вы так сосредоточенно смотрите в потолок, словно ищете там ответ? Не нашли слов для ответа? Потолочные данные вам не помогут.
– Половые тоже, – шутит Лео. – Так же, как и пальцевые!
– Никак нет, то есть так точно, нашел! Германия, Италия, Япония на основе тройственного союза стремились установить «новый порядок» в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке и освоить «великое восточноазиатское пространство», – уверенно ответил Артем.
– Содержательный ответ, очень, – хмыкнул преподаватель, и, видя, что Баранов собирается еще что-то брякнуть, перебил его. – Ну, хватит воду лить. То есть Германия и Италия стремились в восточную Азию, я вас правильно понял?
– Так точно, – бодро отчеканил Баранов.
– Может, все-таки только Япония собиралась осваивать это самое пространство? – толсто подсказывает преподаватель.
– Никак нет! Германия и Италия тоже, – уверенно барахтается и пускает пузыри Артем, не понимая, что это уже бессмысленно.
– Что ж, с ваших слов записано, верно, и сказано точно!
По совести сказать, меня уже давно не смешат такие ответы. Все-таки мы уже учимся на втором курсе, и стыдно должно быть курсанту военно-политического училища так плохо знать профилирующий предмет. Надо будет дать Баранову нагоняй и от себя.
– А как все-таки на счет даты оформления блока?
Баранов молчал, поспешно перебирая в памяти свои скудные знания. Наконец он решился блефануть: «1938 год, Рим».
– По историческим меркам, вы вроде и не сильно ошиблись, всего каких-то там два года. Но блок был оформлен в Берлине 27 сентября 1940 года. Вы фальсификатор, товарищ Баранов. Ну что, поплывем дальше, или сразу согласитесь на два балла?
– За что два? Не за что ведь? – не соглашается Артем.
– Вы правы, и два не за что ставить. Надо бы вам поставить кол, но чтобы у вас не возникло соблазна исправить его на четверку, я вам все-таки завышаю оценку и ставлю два. Садитесь. Плохо, Баранов, историю нужно знать. Тем более что вы получите диплом, в котором будет написано, что вы учитель истории и обществоведения. Представляете? Впрочем, впереди у вас будет еще много возможностей восстановить истерическую справедливость.
– Историческую, – поправил майора Артем.
– И историческую тоже, – согласился наш преподаватель. – Товарищи курсанты, каждому из вас я говорил, а может и не говорил, историю нужно знать! Знания могут пригодиться вам в будущем. Может даже очень. … Следующий вопрос. …
Артем с несчастным видом покачал головой и вернулся на свое место. Все углубились в конспекты, а я окинул взвод взглядом. У Бао на лице явственно заметна печать задумчивости, и даже муха, ползающая по его лицу, от удивления разинула рот. Батя перехватил мой взгляд и шепнул:
– Кто знает, может в суровых буднях борьбы за выживание он пришел к выводу, что лучше выглядеть тугодумом, чем вольнолюбцем?
– Да вы не прячьтесь за спины друг друга, – улыбнулся преподаватель, – все равно я непременно дам высказаться всем, кого сочту нужным выслушать! Иванов, а Иванов! – окрикнул меня преподаватель. – Ну-ка, дайте мне ответ на следующий вопрос, как звучал девиз союза коммунистов до учредительного съезда, который прошел … где?
– В Лондоне в июне 1847 года, – с готовностью ответил я, но тут вскочил Вася.
– Разрешите мне ответить? «Пролетарии всех стран соединяйтесь!» – радостно выкрикнул Вася, перебив меня.
– Иванов, вопрос был адресован вам, – хладнокровно напомнил преподаватель.
– Девиз сначала звучал так: «Все люди братья». На учредительном съезде «Союза коммунистов», созданном после раскола «Союза справедливых» по настоянию Энгельса девиз заменили призывом «Пролетарии всех стран соединяйтесь!»
– Хорошо, можете оба сесть. Сержант Иванов – пять, курсант Россошенко – два. Если у вас возник вопрос, почему я именно так оценил ваш ответ, подойдете ко мне на перемене. Ну-с, продолжим.
– Бать, ты чего так покраснел? Не готов, что ли? – наклонился я к Бате.
– Тебе показалось. Я вообще никогда не робею, не бледнею, не краснею, – уткнулся Батя носом в конспект.
В этот напряженный момент, когда взвод с пересохшими глотками ожидал, кого вызовет к доске преподаватель, тишину в аудитории вдруг нарушил задорный смех Королева.
– Курсант Королев, что с вами? – выразил всеобщее удивление преподаватель. – Поиграть со мной вздумали? Ну, я жду.
КорС ко всеобщему удивлению повел себя, как никогда раньше. Вместо того чтобы начать врать и выкручиваться (типа мошка заползла, а он щекотки боится), он сказал правду.
– Извините, товарищ майор. Я вчера на кооперативном рынке купил брошюру с гороскопами и, вот, читал, – признался Королев.
– Может брошюра все-таки с анекдотами? – борется майор с желанием подойти и проверить, в чем там на самом деле дело.
– Никак нет, – показал брошюру с нарисованными знаками зодиака на обложке Королев. Вопреки всему, ему все еще весело.
Майору нет, но начинает он издалека. Ручаюсь, что выходка Королева вылезет ему боком. Разумеется, Серега к занятиям готов, но преподаватель всегда знает больше и глубже, так что может оно совсем другим боком ему вылезет.
– Политработник не должен верить в приметы, – говорит майор Козлов. – Кстати, а что вас там так рассмешило?
– Вот, моему знаку написано, что сегодня легко забеременеть!
Это называется психологическая разгрузка – после страха в ожидании вызова к доске, взвод взорвался смехом и ржанием.
– Сержант Иванов, вы командир отделения Королева? Сегодня суббота? Проследите за тем, чтобы он не пошел в увольнение. А то вдруг предсказание сбудется? Позор-то на весь свет – курсант Симферопольского военно-политического училища, кандидат в члены КПСС, и вдруг забеременел! Хотя вы все должны знать и понимать, что звезды склоняют, но не заставляют. Продолжаем. Давайте, товарищ Королев, к доске. Как это у вас говорят? Вперед за орденами!
– Это он сейчас, о каких звездах? – не понял Вася.
– О тех, что на наших знаменах и погонах, – с видом заговорщика ответил Миша, и Вася сразу впал в ступор. Правда, такое его поведение уже не удивляет и давно никого не смешит.
Проходя мимо меня, Королев прошептал:
– Иванов, ты, когда меня в увольнение отпустишь?
– После непонятно какого числа. Да и то не факт!
Лис смеется, что это не есть «гут». КорС окончательно понимает, что на эти выходные он точно лишился всех радужных перспектив.