Трагический случай

Трагический случай, о котором сейчас расскажу, произошёл в нашем посёлке позапрошлым летом. А причиной всему стала банальная нелепость или, вернее будет сказать, обычная человеческая чёрствость, когда совсем непричастного человека обвинили в несвойственном ему грехе, что и привело к необратимым последствиям.
В общем, жил в нашем частном секторе один замечательный старичок семидесяти лет от роду. Всю свою трудовую деятельность он посвятил инженерному делу – работал на разных предприятиях народного хозяйства нашей необъятной отчизны. А когда вышел на пенсию, то приобрёл себе частное домовладение в тихом южном поселении. Супруга его Мария Васильевна, работавшая прежде учителем начальных классов, видать, шибко обожала цветы, а посему их опрятный домишко всегда благоухал от цветочного изобилия.
Величали пенсионера Иваном Петровичем. Выглядел он довольно бодрым к его почтенному возрасту человеком: делал по утрам гимнастику, совершал длительные пробежки трусцой, почти до самых холодов купался в речке. И был он изрядно мечен блеском благородных седин, а всё чело его излучало добродушие и милосердие. Частенько случалось окружающим соседям занимать в долг до получки у сей добропорядочной четы – и отказа никому не бывало.
Мой дом от них расположен через дорогу слегка наискосок, так что мне часто доводилось наблюдать за их семейным бытом. И всё-то они делали радостно, с умилительной заботой друг о друге, аж, глядя на их житьё, душа неизменно радовалась. Пожалуй, что и не было в посёлке другой подобной пары, которая бы столь благотворно воздействовала на окружающих своим доброжелательным присутствием. В высшей степени интеллигентная и культурная семья обитала среди нашего общества.
Однажды к ним в отпуск приезжал с семьёй сынок – военный лётчик в звании майора. Радости-то было старикам прямо через край!
Я сам тому свидетель, как дед с бабкой поистине расцвели, погружённые в заботы о двух своих распрекрасных внучках. Слов иных не подберу, кроме всяких восхитительных, характеризуя образы моих бесподобных соседей.
А рядом с ними по левую руку соседствовала ветхая старушенция по прозванию Скарабеиха. Старуха как старуха – задержалась изрядно на этом свете, да и только. Хата её по причине немощи хозяйки пребывала в весьма запущенном состоянии без необходимого ремонта. И вот пришло время, когда Скарабеиха отправилась в вечность. Недвижимость её вскоре продали наследники, и поселилась там новая семья домовладельцев. Это была обычная молодая пара: ему лет тридцать пять, ей – немного поменьше.
В новом жилище хозяева затеяли капитальный ремонт: меняли окна и двери, перестилали полы и кровлю, красили, штукатурили, обновляли электропроводку, налаживали на новый лад отопление и т. д. Частенько обращались за помощью к соседу Ивану Петровичу: то подсобить при переноске какой-нибудь тяжести либо просто присмотреть за их малолетними ребятишками – сынком и дочкой. Да мало ли что ещё требуется в житейской ситуации. В соседском общении всё шло ровно и гладко. До поры…
И вот однажды по сложившемуся обыкновению Иван Петрович зашёл к молодым соседям, чтоб передать им свеженьких пирожков, которые только что испекла его Мария Васильевна. В дверях его неожиданно холодно встретила десятилетняя соседская девочка. Пирожки она приняла, но дверь перед самым носом старика резко захлопнула. Толком ничего не понимая, Иван Петрович в недоумении топтался на крыльце. Он не решался постучаться и войти внутрь. И тут шумно растворилась дверь и в её проёме появилась сама хозяйка с кислой миной на лице. В руках она держала пакет с пирожками. На физиономии читалось желание швырнуть гостю в лицо принесённую выпечку. Молодуха решительно сунула в руки остолбеневшему Ивану Петровичу его подношение, не объясняя причины такого холодного обхождения, почти выкрикнула:
– Не нужно нам ваших пирожков! Заберите их назад.
И с этими словами с такой силой захлопнула входную дверь, что в прихожей опасно
задребезжали оконные стёкла.
В угнетённом состоянии старик понуро побрёл с соседского двора восвояси. Он не понимал причину озлобления соседки. Ведь накануне, а точнее, вчера вечером Иван Петрович навещал их: общался с детишками, шутил со взрослыми. И всё было нормально, расстались в добром расположении друг к другу. Старик решил:
– Может, это какое-нибудь сезонное обострение. У женщин такое случается иногда. Правда, сейчас не межсезонье, а самый разгар лета. Лучше дождусь возвращения после работы Александр, пусть объяснит поведение своей благоверной…
Иван Петрович возился с поливом насаждений во дворе, когда мимо буквально прошмыгнул сосед. Он работал в совхозе шофёром и часто случалось, что поздно возвращался домой. Как в этот раз. Старик едва успел вдогонку тому пожелать доброго здравия. Но в ответ услышал лишь как Александр буркнул что-то невнятно и тут же скрылся у себя за калиткой. Всю ночь пенсионер тяжко промаялся в постели от переживаний, так почти и не сомкнув глаз.
Когда проснулся, было уже позднее утро – все трудящиеся давно отправились по местам работы. Весь день кусок не лез в горло старику, он терзался единственной мыслью:
– Чем же я так обидел соседей, что они больше не хотят даже видеть меня?
И всё-таки он не выдержал, решив сходить и их дочку расспросить о причине перемены в отношениях. Вошёл во двор, постучал в дверь.
Изнутри раздался детский голосок:
– Кто там?
С замиранием сердца старик ответил:
– Это я – Иван Петрович. Танюша, открой. Хочу кое-что у тебя спросить.
Через мгновение дверь слегка отворилась, и в проёме появилось детское личико:
– Что вы хотели?
Изумлённый столь негостеприимным приёмом, Иван Петрович только и вымолвил:
– Неужели так и будем разговаривать на крыльце, и ты не предложишь мне войти?
На что девочка живо пролепетала:
– Мамка строго наказывала вас больше не пускать к нам.
Ивана Петровича будто ушатом ледяной воды окатили. На мгновение он лишился дара речи. Но скоро собрался с духом:
– Так что всё-таки случилось? Отчего я попал вдруг в немилость? Объясни, пожалуйста!
Девочка замялась, явно не решаясь отвечать. Иван Петрович решительно приободрил её:
– Ну-ну, вижу, что ты знаешь, почему твоя мама ополчилась на меня. Отвечай же мне!
И тогда, потупив взгляд долу, Танюша сбивчиво объяснила:
– Папка получил на работе аванс и эти деньги исчезли. В тот вечер только вы заходили к нам в гости.
– Ах, вот оно что! – изумился пенсионер. – В этом причина. И, значит, твои родители вину повесили на меня. Ну, хорошо, как придут с работы, я с ними поговорю…
Вечером Иван Петрович дождался, когда соседская чета возвратилась домой, и отправился к ним окончательно прояснить ситуацию. Весь день он глотал успокоительные таблетки. Сердце так расшалилось, что пришлось принимать даже капли корвалола. И вот он снова перед соседской дверью. На стук вышел сам хозяин. При виде Ивана Петровича лицо его исказила гримаса неприязни. Не поздоровавшись, он словно выплюнул:
– Зачем ты явился, старик?
– Мне ваша Танюшка всё разъяснила. Хочу до конца прояснить ситуацию…
– Нечего тут прояснять. И так всё ясно! – резко перебил его Александр. – Кроме тебя больше никто у нас не был в тот вечер, когда пропали деньги. Утром хватились, а пятьдесят рубликов как не бывало. О чём тут можно ещё говорить! Как нам теперь дотянуть до получки?
Не находя довода в своё оправдание, Иван Петрович растерянно протянул:
– Ну, так я с пенсии займу вам денег до зарплаты. А там, глядишь, разберётесь, куда подевались ваши пятьдесят рублей.
У молодого мужчины аж желваки нервно заходили на скулах. Он с нескрываемым раздражением бросил:
– Иди ты отсюда со своей благотворительностью. Не надо нам твоего займа. Обойдёмся как-нибудь.
Это для старика было уж слишком! С горькой обидой он вымолвил:
– Александр, я считал тебя мужиком вполне рассудительным, а ты, к сожалению, оказался совсем не таким. Пусть напрасное обвинение в мой адрес останется на твоей совести, и когда выяснится вся истина, пусть тебе станет стыдно. Я крайне разочарован твоим низким мнением обо мне. Никто ещё не обвинял меня в воровстве.
– Старик, да убирайся ты, наконец, отсюда.
С этими словами Александр грубо толкнул соседа с крыльца и гневно захлопнул за собой дверь.
Подавленный несправедливостью пенсионер хмуро побрёл к себе домой.
А ночью с ним случился сердечный приступ и, пока приехала скорая помощь, Иван Петрович скончался.

P. S. Через несколько дней выяснилось, что в школе, где учился восьмилетний сын Александра, старшие ребята, по негласно принятой традиции, стали гнобить новичка. Ему несколько раз надавали тумаков после занятий, припугнули, и принудили внести за себя откуп. Тот не нашёл иного выхода, кроме как стащить деньги из дома. Одна из одноклассниц обо всём рассказала учительнице. По этому поводу вопрос решался на школьном педсовете, родители хулиганов вернули деньги семье обиженного новичка. Этим дело и закончилось.
А как же с напрасным обвинением почившего Ивана Петровича? Его-то уже не вернёшь! И продолжила жить, как ни в чём не бывало, молодая соседская чета. Только после всего случившегося больше при встрече на улице молодые не здоровались с Марией Васильевной, гордо проходя мимо, будто вовсе не они, а старушка в чём-то виновата перед ними.
Всё-таки странны и непостижимы порой бывают людские натуры!..