Были и небылицы Старого города. Любовь Мары

Последние лучи заходящего солнца блеснули каким-то тусклыми зеленоватыми искрами и огромное светило закатилось за горизонт. Город погрузился в вечерний мрак. Это был даже не мрак, а словно вуаль, что  вдруг накинул он на свои улочки, соборы и их острые шпили.
Река замерла, она уже ждала чего-то чуждого ей. Туман едва касался воды.

Этот западный город хранит много древних тайн. Его некогда тихие, узкие и замощенные булыжником улицы, до сих пор по ночам продолжают жить прежней жизнью, а хранители города не желают сдавать свои позиции.

Вот и сегодня, ровно через сто двадцать дней с последнего дня апреля, после самой страшной бомбежки, старая Мара вышла из своего дома. Она тихо прикрыла входную дверь и пошла к реке. Так бывало уже много раз, но сегодня была Мара особенно осторожна. У двухэтажного здания, где жила старушка, сложенного из красного массивного кирпича, на фасаде которого, украшенном узорами и каменной резьбой, примостились две горгульи. Они, сложив крылья, внимательно наблюдали за ней.

Старая немецкая черепица, покрытая многолетней плесенью и мхом, дополняла этот мрачный вид дома. Небольшая готическая часовня, что стояла вдалеке с длинным шпилем, почти касалась неба. А дальше, за сенью разномастных кустов и деревьев, простирался огромный пустырь. Только иногда эту картину нарушало тихое журчание ручья, что расположился у края дороги. Улица, на которой стоял этот дом, называлась «Katzensteig» или «Кошачья тропа».

Женщина держала в руке небольшую корзинку, прикрытую плотной дерюгой. Что там лежало и издавало невнятные звуки, понять было невозможно. Когда Мара подошла к воде, то стала тихо напевать песню. Женщина пела и непонятные слова будто заворожили всё вокруг: река примолкла и не плескала свои воды, а туман, разбросавший до этого  грязные пряди, свился в серый шар,  ветер же на миг замер. Но вода уже открыла свою пасть и когда корзинка оказалась на волне, в один миг проглотила ее. Только слабый крик того существа, что лежало в корзине, на мгновение нарушил плотную тишину и серый шар тумана скатился следом в ту же пропасть.

Небо вдруг очистилось, и луна осветила фигуру женщины, что стояла на берегу с протянутой рукой. Река зашумела своими волнами, забурлила, словно вскипела на сильном огне и вдруг выкинула что-то в руку женщине.
Это была кость, отполированная временем и напоминала она то- ли птицу с огромным клювом, то-ли человек в длинном плаще, понять было невозможно. Старуха крепко держала подарок реки в кулаке, а потом плюнув в воду, повернувшись к ней спиной, стала медленно подниматься с крутого берега к своему дому.

С момента основания и до сегодняшнего дня этот город всегда считался мистическим, странным. Даже место, где он расположился, словно было определено не случайно.
Как гласит древняя запись, рыцари -тевтоны, что возвращались из похода, сначала решили выбрать для своего ночлега и последующих остановок, другой городок. Но дорога оказалась долгой и утомила их раньше, поэтому тевтонцы решили сделать привал на Королевской горе близ языческого капища. Этих бесстрашных и напрочь пропитанных религией мужчин, не смутило такое соседство, но как только они расположились на отдых и развели свои костры, случилось полное солнечное затмение.

Сейчас уже сложно сказать, почему рыцари сочли это добрым знаком, ведь обычно поверья трактуют затмение наоборот. Так появился этот город на горе у подножья реки и пересечении многих дорог. Маги и чернокнижники, колдуны и ведьмы, словно на огонь, стали слетаться в этот город и селились на глухих улочках, подальше от людских глаз. Через какие-то десятки лет слух об их силе и могуществе гремел во всей Европе. Школы, оккультные и магические, занимались не только особыми науками, но сбором необычных и загадочных явлений. Впрочем, по слухам, они есть и сейчас. А Кнайпхоф, местечко в этом городе, окруженное со всех сторон водой, явилось средоточием этих сил.
До сих пор бытует мнение, что именно здесь находится «дверь» в другой мир и при определенном стечение обстоятельств, под действием необъяснимых сил, люди исчезали. Да, магическая воронка есть, она продолжает существовать.

Тем временем Мара вернулась домой, надежно и бережно спрятала то, что отдала ей река Прегель в шкатулку с хитрым замком и легла спать. Теперь она точно знала, что молодой Якоб, что жил в соседнем доме и брезгливо отворачивался, когда она проходила мимо, будет её. Старая Мара любила Якоба, хотя признаться в этом не могла даже себе. Ну теперь, когда в её руках была эта жуткая и таинственная вещь, старая колдунья была всесильна и судьба Якоба была предрешена.
Город же замер под действием новых сил, что вдруг неожиданно появились на его земле и стал ждать.

Когда-то очень давно в этих краях, в неожиданно возникшем среди лесов новом городе, появился молодой маг. Он, по слухам, несмотря на свой возраст, постигнув многие тайные науки, был просто виртуозом этого темного дела. Разыскивая новые знания, он наткнулся на трактат, где сохранились сведения о некоем страже, что владеет амулетом, способным исполнять все, что пожелает человек. Но в оплату этому стражу нужно приношение, наполненное горячей человеческой кровью.

Здесь же в старом городе, пропитанном колдовством и страшными тайнами, маг надеялся найти этот амулет. Ему повезло, совершив много кровавых жертв, маг оказался обладателем амулета. Прожив не одну сотню лет, используя магию этой страшной вещицы, маг уже решил, что будет жить вечно. Страшные события войны, которая докатилась до этого города, пожары и разрушения от бомбежек, не пощадили мага, и однажды он оказался завален в подвале своего дома. Как оказалось, даже такие способности не могут спасти человека от расплаты за черные дела.

История умалчивает о том, как амулет тогда оказался у мага, но однажды, когда еще не старая Мара бродила на исходе дня на пустоши за домом, надеясь найти хоть что-то для растопки печи. Город был в руинах, но хранителям колдовских знаний было не важно это, ведь чем страшнее и непонятнее время, тем лучше для их темных дел.
Вдалеке маячили старые каменоломни, из которых когда-то таскали камни на укрепление форбурга королевского замка. Она решила сходить туда и попытать удачу. 
Дров на растопку и обогрев она не нашла, но прямо у нее на глазах обвалился край ямы и огромный камень, похожий на голову какого-то чудовища, упал на её дно. Когда осела пыль и когда Мара от испуга пришла в себя, то увидела в образовавшейся нише, ящик небольшого размера. Осторожно ступая по краю обвала, она добралась до ниши и схватила ящик за ручку, что торчала на его крышке.
Дома Мара появилась, как ей показалось, в следующее мгновение. На самом деле, спрятав ящик под большой головной платок, она бежала от ямы быстрее скакуна. Это уже потом она вспоминала, как пробиралась домой в сумерках, но ей повезло, Мару и её ящик никто не заметил. Кое-как растопив печь, она, стряхнув остатки пыли, попыталась открыть ящик. Но все было напрасно: крышка не поддавалась, она была словно единым целым со стенками, вот только ручка, сделанная из дерева, болталась, готовая оторваться. Мара уже отчаялась и решила взять в руки тяжелый топор, чтобы как следует ударить по ящику. Она поставила ящик на каменный пол, но зацепила ручку краем вязанной теплой накидки, а та, провернувшись по кругу, откинула крышку…