Короткими перебежками. Глава 6. Гороховый суп в оп

( предыдущая глава http://proza.ru/2026/07/14/486)

Глава 6. Гороховый суп в опасности.

Конечно, Оглоблину говорили сто раз: «Не обращай ты на дураков внимания!». То же самое постоянно твердил он себе сам. Но – легко сказать! А если не научился ветеран «с ноги» отправлять противни в духовку, если радел он до сих пор за дело душой!..

- Вы не в меня плюёте, - говорил он порой троллям, - вы в свою тарелку плюете!

В том это подразумевалось смысле, что злоба и ненависть, пролитые на кока,  должны были бы возвращаться коком несъедобной баландой. Но так не получалось – тогда бы пришлось скармливать то же и нормальным морякам – благодарным едокам, коих всегда было большинство.

Кстати, насчет плевков – учил его, когда ходил шефом Оглоблин еще на рыбаках, бойкий пекарёнок – такой прощелыга и охальник из ресторанных!.. Мол, сначала плюнь втихаря ненавистнику в тарелку, а потом уж со спокойной душой второе накладывай. Но Оглоблин хоть и посмеялся тогда от души, но полезный опыт перенимать не стал – не опустился до такой мести ни разу. Если кто-то из столующихся  уродом оказывался отнюдь не означало, что он, Оглоблин, должен тому уподобляться и человеческий облик терять. Нет – он таки останется человеком!

Однако, черное своё дело чернявенький механик сегодня сделал! Всё теперь валилось из рук, которые поминутно сжимались в кулаки, и никак не мог Оглоблин теперь на приготовлении обеда собраться – сконцентрироваться, мысленно проецируя уже бойню с маслопупым. Главное дело, чтоб она состоялась на квадратных метрах камбуза – тогда Оглоблин автоматически становится жертвой нападения, и сокрушение челюсти негодяя станет самозащитой (то, что припудренный  после мордобоя начнёт писать бумаги кому только можно, и даже кому нельзя, кок не сомневался ни на йоту). А вот если спарринг случится в офицерском салоне – на враждебной территории, вина кока будет доказанной («А какой бес тебя туда понёс?»). Такой получался расклад.

О, любимый экипажем и лично Оглоблиным гороховый суп! Прости, что оставлен ты сегодня без должного внимания и заботы трепетной в угоду какому-то шуту гороховому! Прости, что не радеет шеф над тобой, колдуя над пассировкой – чтоб лук стал истинно золотого цвета, и даже слегка поджарился бы с морковью – за секунду до черноты! Прости, родной!.. И пусть всё то останется на совести третьего механика.

Благо, что горох в пюре Оглоблин разварил накануне вечером – попутно с отделением мяса хека от костей: кок орудовал руками, кастрюля с горохом дружелюбно бухтела на плите – не забывай, мол, время от времени деревянным веслом – лопаткой помешивать.  И спасибо тому гороху – разваривался он быстро и замечательно: так, что удавалось сохранить часть горошин – для эстетики и наглядности - в густой массе.

А то был в прошлом рейсе горох в пакетах – тот не разваривался вовсе, хоть сутки ты его вари! В результате выпал тогда из меню суп гороховый – потеря ощутимая.

Эх, в эту пассировку еще перца красного болгарского – для пикантности: одного бы и хватило вполне! Но закончились уж пару недель назад взятые в южно-корейском Пусане свежие овощи и фрукты – теперь Оглоблин обходился картошкой, морковью, капустой, луком и свеклой, изобретая салатную карусель из имеющихся запасов.

А на второе Оглоблин сегодня еще куриные отбивные затеял: « KFC покурит взатяжку!».  Но, кто же мог знать накануне, что такое недоразумение в виде претензии несуразной  впечатлительного и ранимого кока из колеи выбьют!

Времени между тем оставалось  впритык. Через пару часов явится тот же третий механик, усядется за стол, и подай ему обед с супом огнедышащим и вторым горячим. И уже нельзя в этой затеявшейся вражде дать противнику хотя бы шанс, нельзя дать сбой ни в чем: к таким спиной не поворачивайся. А уж запоздать с обедом – тут многие порадуются!

Ага – фиг дождутся!

(продолжение следует)