Случайная встреча

                Случайная встреча

  Идти никуда не хотелось. Непогода. Осенний дождь то моросил, то, получив от ветра ускорение, выливал воду вёдрами на прохожих. И настроение соответствующее. Осень бывает не только золотая, воспетая поэтами, но и такая – дождь, ветер, голые ветви деревьев, нахохлившиеся воробьи под карнизом крыши.

   «Не хочется, но надо», – вздохнула Женька, натянула курточку, проверила ещё раз все ли документы взяла, помахала маме, которая пришла понянчиться с её дочкой и вышла из дома. Она спешила в МФЦ, сдать документы на детское пособие. Женька была в том возрасте, когда было уже непонятно – мама она или уже бабушка. Тридцать восемь лет недавно отметила, а родила всего полтора года назад. Живёт одна, без мужа, хорошо, что мама рядом, приходит помогать.

В лифте из зеркала на неё взглянула бледнолицая девушка со светлыми волосами, худенькая, миловидная. Мама Женьки ей часто повторяет: « Маленькая собачка до старости щенок». Женя приблизила лицо к зеркалу, «мда, можно было хоть губы подкрасить, да ладно, кто меня там знает». Она сняла резиночку с запястья, привычно собрала волосы в пучок и показала отражению язык.

На крыльце поискала зонтик в сумке, и, поняв, что забыла его дома, Евгения  натянула капюшон и шагнула в дождь.

В здание МФЦ она зашла продрогшая от дождя и ветра, выбила себе талончик на приём и огляделась в поисках свободного места на диванчиках. В зале было многолюдно, несмотря на непогоду, но места свободные тоже были. Она решила сесть в конце длинного зала. И тут…

– Жека! Это ты? –  к ней сбоку подходил мужчина.
Можно было не поворачивать голову, она этот голос узнала бы из тысячи,  да и « Жекой» звал её только ОН.

Вот почему так? Сколько лет, лет! Женя мечтала об этой встрече, сколько придумала слов, строила диалоги, ждала  разговора с ним, да просто хотелось посмотреть в любимые глаза. И одежду покупала себе с оглядкой на него, вдруг встретятся, чтобы видел – она молода и красива.  И вот ОН рядом, а она даже губы не подкрасила, стоит перед ним с мокрым лицом, растерянно хлопая ресницами.

– Привет, Жора! – с трудом удалось совладать с собой, в горле пересохло, ладошки вспотели или просто мокрые от дождя.
– Жека, я так рад встрече, ты не изменилась, нет, вру, изменилась, ну…не знаю…я чёт разволновался, увидев тебя, – Жорик  махнул куда-то в сторону, – пойдём, присядем.

Жора, Георгий по паспорту, был для Жени первой любовью, первым мужчиной, они жили полгода на съемной квартире как семейная пара, и это были лучшие месяцы в жизни Женьки.  То, что между ними была именно любовь, никто не сомневался, достаточно было взглянуть на их счастливые лица. Оба учились, подрабатывали, строили планы.   А потом…  а потом был «суп с котом».  Жорик уехал в Москву без Жеки. Говорят, что не один, с  Эльвирой, она была его подружкой детства. Объяснил коротко: « Прости, я поехал искать себя. Так надо».

Они сели на диванчик рядом, а Женьке хотелось сесть напротив, чтобы смотреть, смотреть, впитывать каждую клеточку родного лица. А так она видела его красивую обувь и что он постоянно стучит ногой по полу.

– Как ты? Замужем, дети? Кем работаешь, ну, вообще, как тебе живётся?
– Я в декрете, у меня маленькая дочь. У меня всё хорошо, – с наигранной весёлостью в голосе отвечала она. Все придуманные слова забылись напрочь. – А ты как? Счастлив с Элей?
– С кем? А, с Элькой.  Да нас родители поженили, но мы и года не выдержали вместе, разбежались. У меня же отец полгода назад умер, я приехал дела по наследству решить.
– А ты прилетал на похороны? – спросила Женька, зная ответ, потому что она была у ритуального зала и высматривала его в толпе родственников.
– Нет, я за границей жил, не получилось. Жека, я тебя почему-то стал часто вспоминать.  Меня мучит какая-то вина перед тобой.
– Что? Пятнадцать лет не вспоминал, а теперь вина мучает? Уже смешно, – усмехнулась она.
– Подожди, не смейся. Тогда ты меня так выручила, от тюрьмы спасла, помнишь историю с дракой?
    
Историю она помнила. Молодые парни устроили драку  в ресторане, где был убит мужчина. Жорик пришёл к ней в соплях и слезах и попросил сказать следователю, что он был весь вечер с ней дома, что его считают зачинщиком этого преступления, а он был у родителей и ни в чем не виноват. Конечно же, она сказала, как он просил.
– Понимаешь, Жека,  ты как мать  была, заботилась обо мне, от тюрьмы спасла, а матерей любят, но… не спят с ними, понимаешь, о чём я? Какой-то надлом во мне произошёл, думал, что так и буду жить с тобой с чувством благодарности. Короче, чёт накрутил я себе в башке, может и зря. Рванул от всего подальше. Ведь на краю стоял, могли бы посадить.
– Так ты что, был там, в ресторане? Это ты убил? – перешла на шепот Женька.
– Нет, конечно. Впрочем, я не помню. Какая теперь разница.

На табло высветились цифры его талона. Он встал, вскочила и Женька. Вот сейчас они стояли лицом к лицу.  « Где ты был все эти годы, почему ты бросил меня, я ли тебя не любила, ну, спроси ещё раз, как я жила? Да плохо жила, в тумане каком-то, в каждом встречном ты мне виделся, а ты причину какую-то дурацкую выдумал », – говорили её глаза. Вслух сказала:
– Иди.
– Ты меня дождись. А, у тебя же талон позже. Я тебя подожду, – он ушёл к свободному окну.
У Женьки горели щёки, билось сердце, хотелось на воздух. Она вышла из здания, на секунду притормозила и решительно пошла к остановке, не замечая, как дождь больно хлещет по лицу косыми струйками.

Ну и пусть, зато слёз не видно.