Детские походы на природу

             В нашем детстве не было смартфонов, ноутбуков, компьютеров и всей остальной электронной мишуры, без которых современные дети от мала - до велика своей жизни не представляют. Мы же в своей жизни могли довольствоваться первыми, совсем недавно появившимся телевидением и проигрывателем с виниловыми пластинками, но этим мы всем увлекались только во время свободное от наших мальчишеских дел. Дела же наши были настолько разнообразными, порой   необдуманными, рискованными, проходящие по грани  самого нашего существования.
                Моё детство прошло на окраине небольшого провинциального города Борисоглебска. До реки Ворона, мы босоногие пацаны полтора километра преодолевали не более чем за пятнадцать минут. Но была одна проблема, мать нам категорически запрещала самостоятельные походы на речку. У неё же не всегда находилось время сопроводить нас с братом до реки. Наши дворовые друзья подождав нас с полчаса, поняв , что нас не отпустят, разочарованные уходили без нас. Ещё хуже обстояло дело , когда мать уходила на рынок за продуктами, нас же запирала дома под замок.
 Много раз мы её ждали и наконец, когда она приходила, мы уговаривали её сопроводить нас до реки, чтобы мы могли окунаться в её чистую и прохладную воду. Иногда она нам шла навстречу, и мы были на седьмом небе.
 Но время шло, мы подрастали. Старший  брат был более инициативным, разница в два года в этом возрасте весьма заметна, и вот однажды, когда мать ушла за продуктами, он озвучил свою мысль.
 Давай, ты пролезешь в оконную форточку, затем через  полуподвальное помещение, где хранился на зиму уголь  откроешь дверь, которую мать предусмотрительно подпирала палкой.
 Форточка, была очень маленькой, но мы уже знали, что если пролезает в форточку голова, то и всё тело в неё может пролезть. В этом случае был только один вариант, вместе с головою в форточку необходимо просунуть одну руку.
 Попытка оказалась успешной, я вылезал по пояс из форточки, руками опирался в фундамент, брат в это время удерживал меня за ноги на всю длину своих рук, затем отпускал мои ноги и я спрыгивал на землю.
 Далее как задумано, я убирал подпирающую дверь палку, и вот она свобода. Это значит и река, и игра с друзьями. Возвращение в дом в обратной последовательности.
 Мать о подобных вылазках естественно ничего не знала. Но иногда мы ослушивались мать и  убегали с друзьями на речку, когда она была дома.
 Не обнаружив нас вблизи дома, мать без раздумья шла к реке, предварительно прихватив с собой ивовый  прутик. Спрятав его за спиной, она звала нас, мы же мокрые вылезали из воды и бежали на её зов.
 Наказание было неизбежным, но больше доставалось старшему брату. В итоге, как то стали приходить к общему знаменателю и мать нас стала отпускать на природу для отдыха и опять на реке. Эти походы, уже с продуктами, с клочком марли для рыбной ловли, выпрошенной у матери стали для нас  знакомством с жизненным пространством, помимо своего двора и нашей улице.
 В оставшейся после разлива озерцах мы марлей вылавливали мелких щурят-карандашей и золотистых карасиков. Затем на костре пекли их,  расположившись вокруг костра, съедали принесённые с собой продукты и только что печёную рыбёшку. Казалось, что в жизни ничего вкуснее не кушали.
                Однажды, кому то в голову пришла мысль соорудить плот из прибрежного тростника.  На этом плоту  сплавиться по течению реки, чтобы пешком не идти до ближайшего от нашего дома берега реки.
 Работа закипела, через час или полтора плот был готов. Мы тростник скрепили, подручными материалами, где ивовой лозой, где подобранной на берегу проволокой. Получилась вроде бы крепкая конструкция, на которую можно было становиться ногами.
 Брат мне посоветовал идти по берегу пешком параллельно движения плота, так как я совсем не умел плавать. Я категорически не согласился с ним, и меня поддержала вся дворовая команда.
 Мы устроились на плоту, кто помладше, ближе к центру, старшие по краям, для управления плотом. В начале всё было прекрасно, мы выплыли на середину «чёртовой ямы», так называли самую широкую излучину реки и направились в быстрые протоки, где течение воды было стремительным.
 Мы наслаждались плаванием на плоту и сравнивали скорость его движения, почти с моторной лодкой. Не учли только одного, что стремительное течение реки стало разрушать наш  плот.
Тем временем река выносила плот и нас вместе с ним на глубокую и широкую часть реки. Прыгай! говорит мне брат, пока берег рядом, буквально в метре от несущегося плота.
Я попытался опереться одной ногой о плот, чтобы дальше прыгнуть, но моя нога провалилась не найдя опоры и я плюхнулся в воду.
 Брат, что было у него сил толкнул меня в сторону берега. Я полностью погрузился в воду, да плавать  я не умел, но нырять с открытыми глазами уже научился. Прямо перед собой  я увидел ивовые кусты свешивавшие свои побеги в воду.
 Течение реки стремительно несло меня мимо этих кустов, но я всё же сумел схватиться за них руками и подтянуться  к берегу.
 Далее дело техники, выкарабкаться на берег труда не составило. Я бежал вдоль берега, где на глубине плавали остатки нашего плота и наша команда, кто как мог, выплывали к берегу.
 Тогда я понял только одно, меня спасло только своевременное покидание плота, иначе не трудно представить, что могло бы быть.
 После неудачного заплыва на плоту, я чётко усвоил, что плавать в реке необходимо уметь.
Этому я посвящал, каждый поход на речку и к окончанию купального  сезона уже мог держаться на воде.
 Когда моя мать увидела, что я уже мог переплыть речку, вместе нашего купания, она несколько успокоилась за мою безопасность.  Мне тогда исполнилось шесть лет.
                19.07.2026г.                Виктор  Тельпов