Пушкин. Этническое признание

Пушкин – еврей… 
Хоть убей
Еврей…

Вот его показание:

Вот Муза, резвая болтунья,
Которую ты столь любил.
Раскаялась моя шалунья,
Придворный тон ее пленил;
Ее всевышний осенил
Своей небесной благодатью
Она духовному занятью
Опасной жертвует игрой.
Не [удивляйся], милый мой,
Ее израельскому платью —
Прости ей прежние грехи
И под заветною печатью
Прими [опасные] стихи.


Комментарий Томашевского:

ВОТ МУЗА, РЕЗВАЯ БОЛТУНЬЯ - Черновой набросок посвящения «Гавриилиады», адресованного, вероятно, Алексееву.

Комментарий  Источник: Пушкин А. С. Собрание сочинений в 8 томах.- М.:Художественная литература, 1967. - Т.2. Стихотворения 1819-1826 гг..
1. Датируется предположительно маем 1821 г.
2.Первые четыре стиха напечатаны Бартеневым в публикации «Рукописи А.С. Пушкина» — «Русский Архив» 1881, кн I, стр. 218. Пополнено зачеркнутыми и не зачеркнутыми стихами, приведенными в беспорядке, В.Е. Якушкиным в описании рукописей Пушкина — «Русская Старина» 1884,апрель,с.97. Полнее и исправнее напечатано Брюсовым в примечаниях к «Гавриилиаде» в собр.соч. Пушкина под ред. Венгерова, т.II, 1908, с.603.

Подробнее в комментариях Бонди

Чтение пушкинского черновика напоминает иногда решение шарады или ребуса, словно Пушкин нарочно писал так, чтобы поставить в тупик читателей его рукописей. Все отдельные слова могут быть вполне правильно прочитаны, и все-таки чего-то цельного не получается. Чтобы найти это цельное, добраться до законченного чтения, приходится применять самые разнообразные приемы, пускать в ход всяческие догадки, правильность которых подтверждается или опровергается окончательными результатами. Это бывает тогда, например, когда поэт набрасывает черновик не в последовательности текста, а в беспорядке: то с конца, то с середины, и, закончив его, не оставляет в рукописи прямых указаний на связь и последовательность отдельных фрагментов. На таких примерах особенно ясна ошибочность и бесплодность документалистического, «строго объективного» подхода к чтению рукописи и, наоборот, необходимость самого широкого применения догадки, конъектуры.
Интересный образец этого рода черновиков — черновик одного из трех посвящений к «Гавриилиаде» («Вот Муза, резвая болтунья»). Каждое издание сочинений Пушкина давало его текст по своему, и везде он представлялся каким-то набором отрывочных групп стихов, в которых трудно уловить связь. Один из исследователей, приведя их, просто предлагал самому читателю «извлекать из этого черновика отдельные стихи». А между тем эта отрывочность оказывается мнимой. Она вызвана тем, что Пушкин, писавший черновик для себя, знал, что сам он сумеет в нем разобраться, и не оставил на бумаге никаких знаков связи и последовательности. Найдя эту последовательность, мы получаем вместо разорванных отрывков почти вполне законченное стихотворение...
(см. Бонди С.М. "Вот муза, резвая болтунья..." // Бонди С. М. Черновики Пушкина: Статьи 1930—1970 гг. — 2-е изд. — М.: Просвещение, 1978. — С. 35—43)
 
Итд

***
Что ж имеем?

Никто из пушкинистов профессионального толка не осмелился анализировать  платье музы Поэта

А у музы Нашего Всего русскости … израельское платье… 

И из песни слов не выкинешь

А вытолкнешь ее в дверь – она в окно