Глава 14

- И что же ты вспомнил? – как можно более равнодушно произнес Киан, - помнишь, для чего на самом деле они предназначены?
- Они нужны для брачной церемонии, которую традиционно проводят в том месте, где я вырос, - устало ответил Наджи.
- Вот как? Ты был женат? К чему тебе эти браслеты?
- Их подарила мне моя названная матушка, когда провожала на войну.
     Киан молча смотрел на затягивающиеся прямо на глазах раны бога Войны. Он хотел расспросить пленника о подробностях его прошлого, но остановил себя, понимая, что тот должен рассказать все сам. Только так его тактика могла дать свои плоды. И он оказался прав. Наджи посмотрел на своего мучителя и улыбнулся.
- Я был ребенком войны, маленьким сиротой, незнающим откуда я, и кто были мои родители. Вместе с другими такими же оборванцами, я брел от деревни к деревне в поисках пропитания и крова. Иногда мы долго голодали, иногда приходилось прятаться от вражеских войск, а иногда мы спали прямо на краю поля боя под звуки битвы. Нас не пугали мертвые люди. Они были источником пропитания для нас. Когда бой затихал, мы обирали мертвецов, забирая их оружие, ценные вещи или просто запасы еды, которые воины носили с собой.
     Я был слишком маленьким и слабым, чтобы выжить в одиночку в такое сложное время. Поэтому и старался больше других. Однако я действительно был обузой и меня очень часто бросали. Иногда мне приходилось не спать по нескольку ночей, чтобы не пропустить момент, когда компания срывалась с места и уходила в неведомые края. Тогда мне казалось, что они делают это с единственной целью – отделаться от меня. Позже я понял, они просто бежали от войны. Однако она следовала по пятам и уйти от нее нам никак не удавалось.
     При всем этом в те времена у меня была одна отрада – мне снилась Небесная Дева.
- Небесная Дева?! Алиша?!
- Тогда я думал, что она моя мама. Я искал её в каждой встреченной на пути женщине, но нигде не находил. Это были самые сладкие и самые мучительные времена в моей тогдашней жизни. Просыпаться или не спать – было наказанием, однако сны были непростительно короткими. Если ватага нищих бежала прочь от войны, то я бежал вперед в поисках моей Небесной Девы.
     Как-то мы добрались до одного селения, где нас приютила одинокая вдова. Она хорошо накормила нас, после чего я крепко уснул, надеясь снова увидеть сладостный сон. Но пробуждение было горьким – бродяжки снова меня бросили. Я собирался отправиться за ними, но та женщина удержала меня. Она хотела, чтобы я остался у неё, убеждала, что я не смогу найти свою компанию, не догоню их, потеряюсь по дороге. Однако я все равно бросился бежать. Небесная Дева не снилась мне в тихом и спокойном доме вдовы, но рядом с теми бродягами я видел её каждую ночь.
     Мой путь снова пересекся с полем боя. Я сидел в зарослях сухой травы и ждал, когда воины убьют друг друга и дадут мне возможность продолжить мои поиски. Впервые я обратил внимание на то, как проходит сражение. Это зрелище заворожило меня. Воины сражались как одержимые, подгоняемые неведомой силой. Казалось, в минуты боя, каждый из них превращался в бога! Они становились сильнее, светились изнутри каким-то невероятным неведомым мне тогда светом.
     А потом я увидел свою Небесную Деву. Она возвышалась над полем битвы и плакала. Прекрасное лицо её было искажено страданием, а из глаз непрерывным потом текли слезы. Я засмотрелся на это видение и не заметил, как сражающиеся приблизились ко мне. Тогда я получил свою первую рану. Ударом одного из воинов меня отбросило прочь и, ударившись о камни головой, я потерял сознание.
     Меня нашла та женщина. Оказывается, она следовала за мной и надеялась найти живым. Вдова вытащила меня с поля боя и принесла домой. Ухаживала и вернула к жизни. У неё не было своих детей, а муж погиб на войне. Она говорила, что я похож на него, именно поэтому и захотела оставить меня у себя. Много раз после я убегал из её дома в поисках моей Небесной Девы, но нигде больше не встречал её. И она перестала мне сниться. Со временем я смирился с потерей мечты и остался в тихом месте, чтобы поддерживать мою приемную матушку. Я научился ухаживать за домашними животными и пахать землю. Жизнь моя потекла в другом, мирном и спокойном русле, но иногда я просыпался от кошмаров. Мне снились мертвые солдаты, которые хотели, чтобы я вернул им их вещи.
     К моему шестнадцатилетию я хорошо подрос и возмужал, а вот моя приемная мать наоборот, очень сильно сдала. Она часто болела и сильно исхудала. Бывало, месяцами не вставала с постели. Вся работа по дому и хозяйству легла на мои плечи. Матушка много раз намекала мне на то, что пора жениться. Это порадовало бы её и помогло мне лучше справляться с домашними делами. Но я не спешил связывать себя с кем-то. Мне все ещё казалось, что мое место где-то в ином месте. Только чувство долга перед вдовой удерживало меня в том доме.
     Матушка нашла мне невесту. Это была красивая и веселая девушка моего возраста. Она жила где-то по соседству, иногда проходила мимо нашего дома. Я видел её несколько раз. Она даже нравилась мне. Но я никогда не думал о том, чтобы прожить с нею всю свою жизнь.
     И все же, я решился. Ради того, чтобы скрасить матушке последние годы, а может быть и месяцы её жизни, я согласился жениться. Мы даже назначили день свадьбы на осень. Но и этим планам не суждено было сбыться.
     За несколько дней до свадьбы во сне я снова увидел уже почти забытую мной Небесную Деву. Вот тогда я впервые подумал о ней не как о потерянной матери. Я увидел любимую. Впервые я понял, что всегда любил её в своем сердце. И снова тоска заполнила меня. Мне захотелось бежать, искать и, наконец, найти её! Эта тоска разъедала меня изнутри, но я ничего не мог поделать с этим! Я был связан обстоятельствами, не мог бросить матушку и разорвать договоренности о скором браке. Все это сильно тяготило меня, все валилось из рук. Я не находил себе места.
     Все изменилось за день до свадьбы. Война снова пришла в наши края. Меня призвали в армию. Я вздохнул с облегчением. Теперь мне не нужно было жениться, не нужно было продолжать быть хорошим сыном. И главное, я мог снова отправиться в путь. Я пришел попрощаться с матерью. В тот день она выглядела намного лучше, даже поднялась с постели, приготовила еду. Она ещё не знала о моем уходе и с воодушевлением говорила о предстоящей свадьбе. Рассказала о традициях и церемонии бракосочетания. А потом протянула мне эти браслеты. Оказывается, матушка давно копила деньги, чтобы купить их.  Но я увидел в этом иное. Я увидел, что она хочет сковать меня, связать по рукам и ногам, чтобы я навечно остался рядом с ней. И я рассказал ей о войне.
     Вначале она просто замолчала. Веселье растаяло без следа. Лицо моей матушки окаменело, из неё словно утекла жизнь. Она не плакала, но я увидел в её глазах столько скорби, что сам чуть было не расплакался. Я уже пожалел о том, что решил уйти. Однако чувство долга снова принудило меня двигаться вперед. Я должен был присоединиться к войску.
     Перед моим уходом вдова отдала мне браслеты. Она сказала, что всегда знала о том, что однажды я уйду. Все, чего она хотела, это чтобы это случилось позже хотя бы на один день. Матушка попросила меня забрать браслеты в качестве её благословения и никогда не возвращаться в те места. Я принял все её наставления и ушел с легким сердцем. Где-то впереди меня ждала Небесная Дева и вечная любовь, а также свобода от долга, который тяготил меня.
     Но чем дальше я отходил от дома, тем тяжелее становилось у меня на сердце. Я уже не был так уверен в том, что хочу свободы. Небесная Дева была всего лишь видением, а поле боя – местом гибели для многих.
     Первую ночь в военном лагере я не спал. Мне было по-настоящему страшно. Я хотел сбежать, но караульные солдаты охладили мой пыл. С утра начались тренировки. Я впервые взял в руки оружие не для того, чтобы продать его, но, чтобы защитить свою собственную жизнь. Мои мышцы ныли от непривычных движений и тяжести меча. Однако мне с первого же дня понравилась эта тяжесть. Меч стал продолжением моей руки, её составляющей. Наставники отмечали мои способности и наставляли усерднее прочих. И вскоре я стал лучшим мечником в отряде новобранцев. Я также обучался владению луком и копьем, но эти виды оружия не заинтересовали меня так, как меч.