Чечня как связующее звено между Ингушетией и Дагес

«Чечня как связующее звено между Ингушетией и Дагестаном»

История Чечни будет неизбежно противостоять историям Дагестана и Ингушетии до тех пор, пока эти народы не осознают фундаментальную истину: Чечня является связующим звеном между Ингушетией и Дагестаном.

Древняя культурная, историческая и генетическая традиция чеченцев (известных в древности как сасай и сасан) неразрывно связана с Дагестаном и его знаковым островом Чачан. Эта связь охватывает не только ранние этапы этногенеза, но и историю проникновения ислама в регион.

Поздний период нахской истории Чечни, в свою очередь, тесно переплетён с бессословными ингушами, которые олицетворяли собой типичную религиозную элиту и являлись носителями пра-религии, общей для всех кавказцев. Значимость ингушской «бессословности» (или внутренней свободы) заключается в том, что подобный социальный уклад свойственен народу пророка Ибрахима (мир ему), что служит подтверждением религиозного предания о кавказском происхождении потомков Нуха (мир ему). Логично предположить, что Он не мог не оставить религиозного наследия на Кавказе.

Отрицать наличие у кавказцев — народа с поразительными традициями — общей религии и существование ингушской религиозной элиты, хранителей кавказских Эздий-законов, значит невольно подтверждать управляемую версию историка М. Блиева, который представляет кавказцев дикарями с воровскими обычаями.


Напротив, именно народы Кавказа, познавшие Бога и воздвигшие храмы, создали подлинную цивилизацию, основанную на правосудии и законах, утверждённых во имя Всевышнего.
Главной ошибкой в изучении истории Кавказа является игнорирование прарелигии. Не случайно средневековые грузинские историки называли предков ингушей «Кавка’с» и связывали с ними династическим браком своего этнарха. Подобный мотив династического брака прослеживается и в этимологии аварского слова «Нуц’али», а также в чеченской легенде о происхождении этнарха.