Путешествуем по Беларуси. Гл. 40 Красный Берег

Глава 40. Красный Берег: обитель детских снов и усадебная сказка


Оставив позади строгую геометрию и аристократические тайны Чечерска, наш путеводитель поворачивает на запад, пересекая Гомельщину, чтобы остановиться в месте, где само название звучит как поэтический образ — Красный Берег. «Красный» — значит красивый, прекрасный. И здешние места сполна оправдывают это имя.

Но Красный Берег — это особенная, глубокая остановка на нашем маршруте. Этот тихий уголок Жлобинского района заставит каждого путешественника пережить удивительный контраст: от искреннего восхищения сказочной архитектурой до замирания сердца и звенящей, пронзительной скорби.

Замок из девичьих снов: усадьба Козелл-Поклевских

Главная рукотворная жемчужина Красного Берега, которая заставляет застыть от изумления каждого, кто впервые въезжает на её аллеи, — это великолепный дворцово-парковый комплекс Козелл-Поклевских. Построенный в конце XIX века на берегу реки Добысна, этот дворец кажется ожившей иллюстрацией к сказкам Шарля Перро.

Его архитектура — это чистый восторг и торжество фантазии. Здесь причудливым образом переплелись элементы неоготики, ренессанса и ампира: стрельчатые арки, изящные эркеры, чешуйчатые шатры башен и ажурные флюгеры, поющие на ветру. Дворец выглядит удивительно лёгким, почти невесомым, словно его соткали из утреннего приднепровского тумана.

Но самое невероятное ждёт внутри. Интерьеры усадьбы — это настоящее путешествие по эпохам и странам. Хозяева, богатейшие предприниматели своего времени, не жалели средств на убранство: залы выполнены более чем в десяти стилях. Здесь есть строгий готический зал с тяжёлыми каминами, пышный ренессанс, изящное рококо и совершенно фантастический, экзотический «арабский зал» в стиле альгамбра, украшенный витиеватой мавританской лепниной и арабской вязью — таким убранством, единственным в своём роде среди белорусских усадеб. Бродя по этим гулким анфиладам, кажется, что вот-вот из-за поворота покажется шлейф бального платья или послышатся тихие звуки старинного вальса. А вокруг дворца шумит вековой английский парк, где вековые липы, ели и редкие экзотические деревья бережно хранят покой этого удивительного дворянского гнезда.


Звенящая тишина: мемориал детям — жертвам войны


Но Красный Берег не отпустит вас, не заглянув в самую душу. Вторая, трагическая грань этого места — мемориальный комплекс, расположенный на окраине старинного яблоневого сада. Он посвящён детям, чьи жизни оборвала Великая Отечественная война, и установлен на месте, где в годы оккупации находился один из самых жутких детских донорских концлагерей.

Этот мемориал, открытый в 2007 году архитектором Леонидом Левиным — одним из создателей знаменитого комплекса в Хатыни, — называют «Площадью детского горя», но в нём нет массивного, давящего гранита. Он говорит на языке пронзительных, щемящих душу символов. Перед вами открывается пустой школьный класс: ровные ряды белоснежных пустых парт, за которые уже никогда не сядут ученики. На чёрной школьной доске — копия реального письма-прощания пятнадцатилетней девочки Кати Сусаниной, найденного в 1944 году и так и не дошедшего до адресата... Письма, от строчек которого перехватывает дыхание и подступают слёзы.

А в центре мемориала застыл «Белый парусник» — символ несбывшихся детских мечтаний и надежд, уплывающий в вечность. На его мачтах выбиты имена, а позади, словно детские рисунки, раскинулись витражи из цветного стекла, сквозь которые солнце бросает яркие, тёплые блики на белые плиты. Здесь всегда тихо, и только лёгкий ветер шелестит листвой яблонь да звенят невидимые колокольчики памяти. Это место очищения, место, где каждый взрослый понимает истинную ценность мирного неба и детского смеха.


Вместо эпилога: гармония контрастов

Красный Берег оставляет в сердце глубокий, несмываемый след. Он учит нас ценить красоту и помнить о хрупкости человеческой жизни. Пышный, сказочный замок и строгий, пронзительный мемориал — две стороны одной медали, две главы нашей большой истории, которые нужно увидеть и прочувствовать лично.

Уезжая отсюда, вы будете долго молчать, глядя на убегающие за окно полевые дороги, но это будет тёплое, светлое молчание людей, прикоснувшихся к чему-то по-настоящему великому и важному.

Продолжение следует...