Исключение из правил. Глава 87. Могу командовать!

        Семинар сегодня в нашем взводе знатный – из двадцати четырех человек у девятнадцати двойки! Полковник Тетка зверствует ужасно. Я попал в число счастливчиков потому, что взял конспекты первоисточников у своего земляка из тридцать четвертой роты Толика Исаева и переделал титульный лист.
        Вот наличие или отсутствие этих самых конспектов все и решило. Почти весь взвод «погорел» на отсутствии конспектов первоисточников (у нас просто говорят – первоисточники). Кроме меня конспекты оказались у «замка», Лео, Димы и, разумеется, у Васи.
Мысленно я уже настраиваюсь на душеприятную беседу с командиром роты. Впрочем, я в самом выгодном положении – у меня у самого есть конспект, и у двух курсантов из моего отделения. В первом отделении конспектов нет ни у кого, а во втором у одного Лео. В моем отделении – сразу у троих! Вроде мелочь, а вселяет надежду, что из сержантов взвода мне достанется меньше всех. Хотя, кто его, ротного знает?
– Что ж, вы меня не разочаровали. Я знал, что именно так оно и будет. Я имею в виду, что вы ничего не сделаете. Значит так: слушайте меня внимательно, иначе я вас неправильно дезинформирую, – радуясь, сообщает Тетка, – сегодня проводить семинар смысла не вижу, вы все равно не готовы. Сейчас будет лекция, а семинар переносится на следующую неделю.
– Товарищ полковник, на следующей неделе мы будем на производственной практике, – вставил «замок».
– Значит, семинар будет через две недели, – тут Родственничек стал вдруг совершенно серьезным. – И только попробуйте к тому времени не иметь конспектов первоисточников марксизма-ленинизма! Они у вас уже давно должны быть!
– Товарищ полковник! Курсант Нагорный! Последнюю тему мы только вчера прошли, когда же мы могли написать конспекты? Времени ведь не было!
– У вас был вагон времени, товарищ курсант! Сейчас у нас что? Март! А, методички вы получили в первых числах сентября, а в них есть перечень произведений, которые вы обязаны были законспектировать. В хронологическом порядке. Так что у вас была масса времени!
– «Масса» точно была, – ворчит КорС, получивший двойку.
– А теперь давайте считать. У вас всех был сентябрь, – Тетка стал загибать пальцы, – октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль, март! Вот, – он потряс своими кулаками, – у вас было семь месяцев, и вам еще мало времени? Тогда, что вы здесь вообще делаете? Идите в народное хозяйство, там к вам будут предъявлять гораздо меньшие требования. Серьезнее надо к делу относиться, а учеба для вас сейчас и есть очень важное, главное дело! Понятно?
– Здравствуйте, – ворчит КорС, – я ваша Тетка!
И он прав, потому что такой аргументации мы даже от самого Тетки не ожидали. Он нас всех прямо-таки уложил на лопатки!
А через несколько дней у нас началась учебно-производственная практика по строительным специальностям. Мое отделение попало на строительство командно-наблюдательного пункта на стрельбище в селе Урожайное. Вернее, конечно, в районе этого села. Отправляя нас на стройку, ротный напомнил:
– Иванов, ты уж там постарайся обойтись без самодеятельности.
Привезли нас на стрельбище, а там нас уже ждет производитель работ в звании подполковник по фамилии Опалев. Построил я свое отделение и доложил офицеру, мол,  прибыли для прохождения производственной практики. Настроение у нас у всех боевое.
– Здравствуйте, здравствуйте! – говорит подполковник. – Я умею видеть то, о чем вы думаете. Отдохнуть сюда прибыли? Не выйдет! Ну, начнем с товарища сержанта, что делать можешь, сержант? Только правильно и по порядку.
– Могу командовать! – весело и нахально завил я.
– А вот командовать здесь буду я. Занятие это, конечно, почетное, но скучное, – не то, чтобы обиженно, но как-то раздраженно говорит офицер. – А в манере общения нужно иметь чувство меры. Руками что делать можете?
– Могу плотничать, – докладываю я уже без шуток.
– Уже лучше, – обрадовался подполковник. – Еще что-нибудь делать можете?
– Еще могу не плотничать, – так же уверенно и честно ответил я.
– Безжалостный ты, Иванов, – тихонько смеется за моей спиной Лис. – Разве ж можно так с подполковником?
Подполковник шутки моей не стерпел, и раздраженно прервал:
– Шутки шутить вздумали? Вот плохо, что вы меня еще плохо знаете. Отставить разговоры! Я тут белиберду рассказываю для кого?
– Ой! – ерничает за моей спиной Еременко. – Я чуть было не испугался!
– Отставить разговоры! – скомандовал прораб. – Я уже устал тут от вашей молодости и лихости. У меня в душе уже все кипит! Для смеха нет причин. А вы, товарищ сержант, подумайте о том, что я вам только что сказал. Хорошенько подумайте. И помните, вы стоите на выборе. Так что начинайте искать задний ход. О чем думаете?
– О том, что виноватого нужно кого-то наказать, – четко доложил я, приняв строевую стойку.
– Что ж, я пытаюсь вам верить, – миролюбиво сказал прораб. – Будете подсобником. А вы, товарищ курсант, что можете делать?
– Курсант Снигур! Могу кладку класть, могу окна вставлять, плитку ложить, – затараторил Дима.
– А двери можете вставлять?
– Так точно!
– Понятно. Тоже будете подсобником.
Плотничать подполковник Опалев мне не дал, командовать тем более, он поставил меня штукатурный раствор готовить на все время практики, на все две недели. Вручную. Хорошо, что наказание не может быть бесконечным.
– Фантазия у нашего подполковника, надо признать, объемная, но уже вычерпана, – шутит Миша.
– А Иванов-то! Весь словно кроткая овечка, а в глазах: «Хотите меня съесть? Сначала посмотрите на мой размер обуви!» – шутит Лис, выбирая себе мастерок. – Хотя, Симона, если честно, на твоем месте, я бы, когда понял, что он не шутит, все-таки не стал бы нарываться.
Вечером прораб не забыл пожаловаться нашему ротному.
– Ваш Иванов, он же вообще!
Ротный вызвал меня и сказал:
– Наслышан, наслышан я, Иванов, о твоих художествах. Признавайся, чем ты ему насолил? Видно ты не иначе подполковника Опалева не на шутку послал, раз он так обиделся.
– Товарищ майор, да я его вообще не посылал! Честное слово.
– Ладно, ладно, верю, – посомневавшись одно мгновение, сказал ротный. – Просто я слишком хорошо знаю и его и тебя, так что отношусь к его мнению совершенно спокойно, – майор Асауленко лукаво прищурился, и, пряча улыбку в усах, сказал: – Но ты, если он тебя спросит, скажешь, что я тебя там как-то наказал, понял? Смотри, не подведи меня.
– Понял. Если спросит – навру с три короба! Будет доволен!
– Сержантскому составу получить сухой паек! – объявил дежурный по роте.
– Это еще зачем? – насторожился Литин и закрутил головой по сторонам. – Зачем нам сухпай?
– Завтра в морге весь день работать будем, там и пообедаем, – отшутился я с самым серьезным видом, на какой я только способен.
Однако то, что возникло на лице Литина трудно описать словами. Его мучительное состояние перебил Миша, опасаясь, что Литина сейчас вывернет наружу, ибо упоминание о морге неожиданно вызвало у того сильные и острые чувства.
– Толик,– на этот раз ты явно переборщил, – сказал Миша и тут же попросил, – не шути так больше. Твои шутки могут дорого обойтись.
На следующий день подполковник Опалев, нервный и нетерпеливый, первым делом не преминул поинтересоваться:
– Ну что, товарищ сержант, наказал вас майор Асауленко?
– Так точно! – грустно ответил я, и для пущего эффекта примерно потупил взгляд.
– Да, он человек своего дела! То есть слова, – просиял подполковник Опалев и важно кивнул. – В общем, сказано-сделано. Я и не сомневался.