Исключение из правил. Глава 97. Ника

        Мы с Володей и Димой в увольнение поехали в Ялту. Ничего особенного, побродили по набережной, искупались в море, посидели в подвальчике «У старого платана», и время пролетело незаметно. Так хорошо бывает бесцельно побродить в этом прекрасном городе у моря.
– Может, по бабам? – предложил Володька, когда Дима отошел к стойке бара. Он у нас, похоже, использует любую возможность для знакомства с девушками. 
– Все вместе, что ли? – удивился я. – А сам чего не хочешь?
– Ну, так ведь ты у нас известный профессионал, одержавший немало блистательных побед, а я пока так, любитель. Да и трудно соперничать с такими безжалостными конкурентами, как ты! Из-за тебя и таких как ты я вечно остаюсь на разбитом корыте.
– Хорошо, как тебе вот те две девушки?
К сожалению, девушки как раз присели за столик, и обе к нам спиной. Я их рассмотреть успел, а вот мой приятель нет.
– А они красивые? – сглотнул комок Еременко и стал жадно изучать девушек со спины.
– Одна красивая, а вторая так, на любителя, – пошутил я.
Однако Вовка не на шутку обиделся, и продолжать эту тему отказался. А тут еще и Дима вернулся, так, что Володька на время охладел ко всем девушкам, и пока мы были в кафе, больше не произнес ни слова. Уже в троллейбусе Вовка толкнул меня плечом и сказал:
– Толик, обрати внимание – вон та девушка, которая нестерпимо красива, все время смотрит на тебя.
– Почему на меня? Может на тебя? – отмахнулся я, чувствуя, впрочем, как во мне нарастает жгучий интерес.
– Не шути ты. Это ты, а не я, как правило, производишь на девушек очень сильное впечатление. Впрочем, я вовсе не утверждаю.
Я украдкой глянул, и встретился взглядом с девушкой, сидящей через три ряда впереди, но через проход от нас. Девушка была хороша: высока, стройна, с выраженными женскими прелестями. И на лицо тоже была очень симпатичная. Я улыбнулся ей, а она мне. После этого она стала смотреть на меня выжидающе.
Я порылся в карманах и нашел старые билеты на концерт группы «Пикник». На обратной стороне одного из них я написал: «Девушка, милая, не исчезайте навсегда! Я бы очень хотел еще хоть раз увидеть Вас! Меня зовут Толя, а Вас?» Я передал ей записку и, замерев, стал ждать ответа. Девушка, смеясь и весело поглядывая на меня, попросила у подружки ручку и на моем же билете написала ответ. Потом передала записку мне.  Сначала она попала Вовке Еременко.
– Спешу сообщить – вам письмо, – протянул он мне ее послание, поставив меня, как мне кажется, в затруднительное положение.
– Что в нем? – поинтересовался я, не торопясь брать письмо в руки.
– Ну, ты даешь? Откуда же мне знать? – ошарашено ответил мой приятель, всем своим видом изображая, что я непредсказуемый человек. Он явно сбит с толку моим вопросом.
– Так возьми и прочти! Потом перескажешь, – демонстративно отвернулся я к окну.
– Вот еще! Может она тебя посылает куда подальше! Нет уж, читай сам, – не сдавался Вовка. – Ну, не дрейфь!
Поневоле пришлось читать самому. Негде правды деть, я развернул записку с опаской, очень уж не хотелось нарваться на грубость. Но к моему восторгу и радости первое, что мне бросилось в глаза – были цифры! Номер телефона! Значит, никто меня никуда не посылает! «Мой номер.… Перезвони, буду ждать». И все.
Подруга легла на плечо моей новой знакомой и задремала, так что та не могла больше смотреть в нашу сторону. Когда въехали в  Симферополь, то подружки встали – похоже, они живут где-то здесь. Это был удобный момент, я тоже торопливо поднялся и поспешил к ним. «Моя» ростом была мне до бровей. От нее обворожительно пахнет французскими духами.
– Как тебя хоть зовут? – спросил я, стараясь не казаться чересчур самоуверенным. – А то и к телефону как позвать не знаю!
– Вероника. Позвонишь? – наступила окончательная развязка.
– Конечно. Сегодня же позвоню, – охотно пообещал я ей.
– Смотри, буду ждать, – она немного поколебалась и чмокнула меня в щеку. – Жду!
И вместе с подружкой вышли из троллейбуса, а я гордо вернулся на свое место.
– Везунчик ты, Иванов, – с горящим взглядом  заметил Володька. – И за что это все тебе? С твоим характером можно быть и не настолько привлекательным, все равно будешь пользоваться успехом у женщин! Мне бы так легко завоевывать симпатию, как тебе.
– Да уж, – охотно подтвердил Димка, – Толик у нас наглый до невозможности, так что берегитесь замужние женщины того гарнизона,  куда пойдет служить Иванов!
– Скорее берегитесь мужья, – пошутил Володя.
– Вы оба ошибаетесь, – равнодушно заметил я, – на мой век и незамужних женщин хватит.
Однако мои друзья оказались неготовыми воспринять мое утверждение, как непреложную истину. Уже в училище Володька и Дима продолжили обсуждение секрета моего успеха у женщин, а так же того, буду ли я встречаться с замужними женщинами. В их разговор, ясное дело, включился и Веня. 
– Я думаю, – глубокомысленно заметил он, – что девушки любят Иванова не за красивые глаза, а за большой, как его? Рост!
Как говорится, у кого что болит, тот о том и говорит. Вене мысль о том, что мой успех объясняется исключительно высоким ростом, показалась любопытной и все объясняющей. Окрыленный своим открытием он продолжил развивать эту тему.
– Я вижу, что военная служба оставляет тебе слишком много свободного времени на болтовню, – вмешался в разговор Лео и пошутил: – Марш на уборку территории! Курсант Нагорный, а чего это вы стоите спиной ко мне, когда я смотрю вам прямо в лицо? Эх, Веня, был бы ты радиоприемником, я бы тебя уже давным-давно выбросил!
КорС заметил, что ему противно смотреть на мое радостное, сияющее лицо. Я не удосужился ответить ему хоть что-нибудь. Тут в кубрик вошел ответственный по роте капитан Туманов.
– Дежурный по роте, из увольнения все прибыли? Разобраться и доложить, что никаких нарушений нет. А кто это у нас там так грязно ругается? Курсант Нагорный, вот вы сейчас матом ругаетесь, а потом этими же руками будете хлеб брать. Непорядок.
Вечером я позвонил Веронике, и мы договорились встретиться с ней во вторник в 19.00 у танка в парке Победы. К сожалению, нас задержали на занятиях по строевой  подготовке, и я не успел переодеться в гражданку. Хотя я почти опаздывал, но я успел купить букет гвоздик. Как ни странно, но девушка пришла раньше меня и уже ждала меня у постамента с танком Т-34. 
– Надо же, – вместо приветствия сказала она, – действительно курсант!
– А я и не говорил, что я не курсант, – говорю я.
– Не ты – подружка моя. Мы вас еще на набережной в Ялте приметили. Подружка сказала, что вы курсанты, в ногу ходите, спины ровно держите, как это называется?
– Выправка военная, – улыбаясь, отвечаю я.
– Вот-вот! Затылки аккуратно подстриженные, хотя вы и чубатые, и не ошиблась. А я доказывала, что вы студенты. Проспорила. Ну, так куда идем? Я вообще с курсантами не встречалась. Для тебя делаю исключение.
– Слушай, а давай на пять минут разойдемся, – предложил я.
– Куда? – не поняла Ника и насторожено посмотрела на меня.
– Мальчикам – налево, девочкам – направо, – объяснил я. Я так торопился на встречу, что после строевых занятий не успел зайти в туалет. А здесь, в десяти метрах от памятника находится пристойный подземный туалет, так что грех не воспользоваться такой возможностью.
– И, правда! Я не знала, как тебе намекнуть, что мне надо в туалет. Как с тобой легко и просто! Так значит через пять минут?
И через пять минут мы пошли гулять, есть пирожные, мороженое и знакомиться ближе. Общаться с ней было интересно, так как девушка оказалась начитанной, и я был рад этому обстоятельству вдвойне.
Впрочем, Ника так же отметила, что я за один вечер перевернул ее привычное представление о курсантах СВВПСУ в лучшую сторону. Так что у нее больше не осталось предубеждения против военных. Одно плохо – увольнения ждать долго, а ведь любовь, как и деньги, нужна каждый день. Во всяком случае, в юности.