Исключение из правил. Глава 99. Сессия

                «Живут – не тужат вдалеке от мам
                И предаются весело, беспечно
                Наукам, спорту, музыке, стихам
                И, разумеется, делам сердечным.
                Когда же время сессии придет,
                То с головой уходят все в науки,
                За книгой дни и ночи напролет.
                О, как отрадны творческие муки!»
М. Козлов
Вот и пришла очередная сессия, а потом наш долгожданный отпуск! Целых тридцать дней, причем летом! Тридцать дней!
Полковник Тетка проводит консультацию для всей нашей роты. Он стоит за трибуной с вечно самодовольным видом.
– Необходимо понимать, – поднимает он вверх указательный палец правой руки, – что одно из главнейших направлений деятельности офицера-политработника это воспитание нового человека – строителя коммунизма!
Слушаю я вполуха, ничего не конспектирую, но как оказалось, запоминаю. Во всяком случае, когда я попаду служить в военно-строительный отряд, и окажется, что у меня в роте служат представители 53 национальностей, многие военные строители не знают русского языка, у меня в роте будет двадцать ранее судимых и много больных – вот тогда я вспомню эту консультацию. Вспомню, как нас учили, что из таких вот непростых солдат мне предстоит воспитывать новых людей.
– Исторический ХХVІІ съезд КПСС, – продолжает Родственничек, – вооружил многотысячную армию политработников конкретной программой повышения уровня партийно-политической и воспитательной работы в Вооруженных Силах Союза ССР. Большое внимание на съезде было уделено нравственному воспитанию молодого поколения, формированию патриотических чувств, высоких духовных качеств. Стремление служить Родине, обществу, трудиться на их благо, любовь к людям труда – качества, составляющие сущность нравственности нового человека. … Ну, что, товарищи курсанты, – неожиданно вставляет в свое выступление свою единственную шутку полковник Тетка, – можно, глядя на меня, пропагандировать мощь советских Вооруженных Сил? Ха-ха!
И как только у него язык поворачивается так говорить о себе? Глядя на его безобразно толстое тело, не верится, что он способен выполнить хотя бы один норматив военно-спортивного комплекса. О какой мощи он говорит?
– Прямо синоним несокрушимой силы, – довольно громко говорит КорС, который сидит с расстроенным, более обычного, лицом. Не только я это заметил. А еще мне показалось, что Тетка тоже услышал слова Королева.
– Серега, ты чего? – опередил меня Лис.
– Я-то думал, что это действительно будет консультация, и я смогу почерпнуть что-то полезное, – недовольно говорит КорС, – даже нарядом поменялся. Теперь вместо того, чтобы отдохнуть, буду с субботы на воскресенье в наряде стоять, причем зря! Это ведь не консультация, а так, лекция ни о чем, в стиле «А-ля наш генсек» или там обычная политинформация.
– Товарищ курсант, по-видимому, знает материал лучше меня, – заметил Тетка, и даже выдавил некое подобие улыбки, – что ж, продолжайте, а мы послушаем.
Полковник сделал шаг в сторону от микрофона, уступая место Королеву. Серега четко представился:
– Курсант Королев!
– КорС, не вздумай! – только и успел шепнуть я.
– Еще российский император Петр І в 1724 году издал приказ, по которому все государственные служащие должны знать законы и уставы, и не имеют права оправдываться незнанием законов. Даже штраф был предусмотрен за незнание приказа, вот! Что же вы замолчали, товарищ курсант? – ехидно спрашивает полковник Тетка. – Продолжайте, продолжайте.
А Серега вместо того, чтобы виновато потупиться, промолчать или извиниться, вдруг, звонким голосом стал говорить.
– Офицеры-политработники, понимая всю ответственность за воспитание личного состава, возлагаемую на них обществом, партией и правительством, проявляют большой интерес к педагогическим знаниям, они следят за педагогической литературой. 
– Вы что, товарищ курсант, дурак? – визгливым бабьим голосом вскричал полковник. – Вы что, поиздеваться надо мной вздумали?
– Товарищ полковник, а что я такого неправильного сказал? – удивился КорС. Ни слова, ни тон Тетки его, казалось, нисколько не обескуражили.
– Вон отсюда! – визгливо, прямо по-бабьи  кричит Тетка. – С командиром роты ко мне! Немедленно!
Сергея драли до самого ужина. Вернулся он бледный и без аппетита на радость Зоне, которому Королев отдал всю свою пайку.
– Сбылась мечта бегемота, – пошутил Миша.
– Ну, как там все прошло? – участливо поинтересовался Рома.
– Жуть. Мне долго и нудно объясняли, что я не должен был так разговаривать и вести себя с полковником. Спасибо ротному и начальнику кафедры – отстояли, хотя и им это стоило большого труда. Да! Я экзамен теперь буду сдавать не Родственничку, а вместе с тридцать четвертой ротой другому преподавателю! И еще я пообещал, что возьмусь за ум!
– Тетка настроен был продержать тебя в училище весь отпуск? – понимающе спрашивает Лис.
– Не только. Он вообще хотел, чтобы меня выгнали из училища! Прикиньте!
– Серега, а я вот не пойму, зачем тебе было нужно задирать Родственничка? – спросил я, с нетерпением ожидая ответа.
– Надоело это словоблудие, не могу уже. Прописные истины, да даже просто набор пустых слов выдается за откровение. Ведь любой из нас мог бы и без подготовки прочитать лекцию на общие темы не хуже полковника Тетки.
– И он это понял, – усмехнулся я, – за что ты и получил.
– Симона, но ты ведь такое тоже делал, и тебе все с рук сходило?
– Не с Теткой! – рассмеялся я. – Только не с Теткой, Серега!
Мы давно знаем, что полковник Тетка беспощадно преследует тех курсантов, которые имеют наглость иметь свое собственное мнение, отличное от его мнения. И в своей нелюбви к таким курсантам Родственничек доходит до абсурда. Теперь это хорошо понимает и Королев.
После консультации взвод готовится к экзамену, а я читаю «Литературную газету», что не остается незамеченным.
– Иванов, а ты что, уже подготовился? – спрашивает «замок».
– Почти, – уклончиво отвечаю я.
– Когда же это ты успел? По ночам ты спишь, когда же ты готовился?
– Отвечайте, Иванов, наша широкая курсантская общественность ждет, – шутит Веня. – Только не нужно пыль в глаза бросать!
– Все просто, у меня проверенная примета есть: чем лучше я готовлюсь, тем тяжелее для меня складывается экзамен. И наоборот: чем меньше я готовлюсь, тем легче проходит экзамен. Вскоре вы убедитесь, что я прав. Только вам пользоваться этой методой я не советую.
– Слышали? И это говорит человек, у которого нет ни одной тройки – ни в школе, ни в военном училище! Где это ты видел тяжелые экзамены? Ты же отличник учебы!
– Вот и оставьте меня в покое, а я сам разберусь, как и когда мне готовиться.
– Что ж, так и быть, – согласился «замок», – предоставим отличнику возможность готовиться по индивидуальному плану.
– Живут же люди, – завистливо говорит Вася, – а тут прилагаешь все силы и усилия, и ничего.
За экзамен я получил оценку «отлично».
– Ну, ты даешь! Я, конечно, тоже учусь на «отлично», но мне необходимо больше времени на подготовку к экзамену, – искренне восхитился КорС, и тут же без всякого перехода, предложил, – пойдем на турники?