2013

2013 год

Год начинался с перемен на моей работе. С одной стороны, мы выиграли судебное дело у налоговиков, а с другой — Лена сказала, что в моих услугах она больше не нуждается. Ее можно было понять: иностранный партнер нашего завода распродавал свои активы китайцам, по миру распространялся экономический кризис, который особенно сильно чувствовался в России. Ну, это легко объяснимо: последние годы страна ничем не занималась, кроме как проектами по распилу бюджетных денег наподобие проектов «РОСНАНО» или «Сколково». В моей родной Москве деньги распиливались при помощи замены асфальта на плитку и капитального ремонта жилых домов. В моем подъезде три недели сидели пять узбеков и красили лестницу какой-то ужасно вонючей краской, когда я их спросил, сколько еще они будут красить, то они честно ответили, что не знают, пока начальство не отзовет, будут красить. Из чего я сделал вывод, что техническое задание начальством придумывается по ходу работ. Вначале мне казалось, что я со своим опытом легко найду себе работу, но, немного походив на собеседования, я понял, насколько будет для меня непросто отвечать на дурацкие вопросы: «Почему вы хотите работать именно в нашей компании? Как вы видите себя через пять лет? Назовите пять качеств лидера». Большое заблуждение людей, сидящих в офисах, что они считают себя занятыми чем-то важным, а когда их фирмы рушатся, никто даже через месяц уже не может вспомнить, что это была за организация и чем она занималась. По большому счету, люди, сидящие в офисах, не участвуют никаким образом в создании какого бы то ни было продукта, они занимаются перераспределением бюджетных денег, получаемых от продажи нефти и газа. Чтобы гнать от себя дурные мысли, я учился, получая степень МВА, а также ходил на курсы английского языка. На учебе МВА со мной случилось интересное знакомство. В лифте я поднимаюсь со своей прелестной сокурсницей Анечкой, рассказываю ей, что не выспался, что вынужден был развлекать свою молодую подружку концертом «Газового сектора». Она удивленно смотрит на меня: «И тебе это интересно?» Вопрос, конечно же, провокационный: интересно мне или нет, но я вынужден как-то развлекать свою девушку. На занятии по коучингу нам дают задание помассировать друг другу плечи. Я нежно массирую плечи и шею Анечки, и между нами стреляют такие разряды молний, какие и не при всяком сексе бывают. И все же я испугался продолжать эти не сложившиеся еще отношения: дома у меня есть девушка и я не хочу параллельных отношений, мне некомфортно кого-то обманывать.

Вика в этой непростой для меня ситуации, связанной с потерей работы, поддерживала меня словами: «Ты самый любимый, любовь всей моей жизни, ты сможешь», — но на деле завела роман с тренером моей дочки по скалолазанию Алексеем Сегачевым. Из-за отсутствия работы моя самооценка упала так низко, что я даже не мог с Викой серьезно говорить о ее романе. Я лишь в шутливой форме переспрашиваю Вику, как там Леша. Вика делает вид, что ничего не происходит. Иногда Вика приносит пакет еды из супермаркета, явно купленной не ею, там сало и другие продукты, которые ни я, ни она не едим. «Странные подарки дарит девушке Леша», — думаю я. С другой стороны, если бы она носила от него цветы, то мне было бы еще неприятнее.

В свинг-клубы мы ходим теперь редко. Юля нам рассказала, что ее подружка Лена со своим мужем пробовала ходить в свинг-клуб «Виктория», и мы по ее стопам приперлись в этот «клуб». «Виктория» оказалась частной квартиркой, в которой была очень сильная звукоизоляция, настолько сильная, что мобильная связь там не работала. Клуб принадлежит толстоватой стервозной дамочке Валентине, которая по какой-то неведомой причине не особо жалует своих гостей. Как правило, количество одиноких мужчин в клубе несколько превышает количество женщин, что, естественно, так же является недостатком для меня. Вместо привычного в свинг-клубах стриптиза помощник Валентины Сергей предлагает играть в секс-игры. Это когда мужиков заводят в темную комнату, выдают им наклейки, которые они наклеивают на любую часть тела, затем туда запускают женщин, задача которых состоит в том, чтобы в темноте, на ощупь набрать как можно больше наклеек. Секрет эротического действия в том, что во время действа мужики грязно лапают девочек. Мне как-то не понравилась хозяйка клуба, и я поначалу думал, что больше уже сюда не приду. Вика же, наоборот, была в восторге от камерной обстановки клуба, где можно было вдоволь наговориться, как следует выпить принесенного с собой спиртного, в других клубах его нужно было покупать на месте. После чего Вика уже была готова к сексу. Иногда я даже просто оставляю там Вику и ухожу, не из-за того, что я на что-то обижен, а потому, что после буржуазного клуба «Адам и Ева» я чувствую себя здесь некомфортно.

В поисках новых приключений мы еще стали ходить в эротический театр Панина. В этом театре актрисы играют свои спектакли абсолютно голыми. Сами спектакли проходят в форме детских утренников, с той лишь разницей, что участниками представления являются не дети, а голые взрослые, которые также весело прыгают, скачут, как зайчата, при этом у них смешно болтаются письки. Один раз в «Виктории» я встретил одну из актрис этого театра Полину. Во время общения, как и в спектакле, она вставляет заштампованные фразочки, как истинный профессионал, она всегда в игре, но хотя бы во время оргазма не притворяется и не имитирует.

На майские праздники Алексей Сегачев позвал Вику покорять горы в Испанию. Взяв с меня тридцать тысяч, она покупает билет до Испании. Постепенно я уже перестаю понимать Вику: зачем ей Алексей, который никогда не будет иметь с ней серьезных отношений, почему, если она летит с ним, за билет должен платить я? Шутливо я пытаюсь задавать ей эти вопросы, но она как-то не видит в данной ситуации ничего предосудительного. В конце концов по какой-то экономической причине Вика разругалась с Алексеем, видимо, кроме того, что он ее трахал, он хотел еще на ней заработать, она должна была оплатить ему свое путешествие. Я ненавязчиво, не давя на Вику, сделал ей предложение полететь со мной и дочкой в Тунис, но она предпочла полететь в Баку к родителям, где ее ждал прошлогодний любовник. К сожалению, я даже не попытался объяснить Вике, что любящие люди себя так не ведут, как всегда, оставив все на волю случая: если она уйдет, то, значит, так оно и нужно. Думаю, что еще несколько месяцев назад я бы не допустил такой ситуации, что мне фактически открыто изменяют, но потеря работы очень снизила мою самооценку. А впрочем, я не совсем уверен, что что-то можно было изменить.

Как-то к нам с Викой домой Юля приводит живую легенду, свою первую любовь Сергея Мещикина. До этого она часто рассказывала, что Сергей — большой мастер сексуальных извращений и как она трахала страпоном его зад. Мы сидим на моей кухне, постепенно разговор склоняется к сексу. Мы разбредаемся по комнаткам, и я, уже было занявшись сексом с Викой, понимаю, что с Викой я могу это делать всегда, решил попробовать трахнуть ее сестричку Юлю. Я входит в их с Сережей комнату со вставшим членом, Юля пытается убежать от меня, но я беру ее на руки, кладу на диван и начинаю целовать ее соски, пытаясь рукой стянуть с нее трусики, но Юля отчаянно сопротивляется, и мне не хочется переходить грань между игрой и насилием. Приходится оставить ее в покое. Мы возвращаемся на кухню, и Юля уговаривает меня заняться сексом с Сережей, что удивительно, Сергей согласен. Предложение не смутило меня, но я вежливо даю понять, что Сережа в сексуальном плане мне неинтересен, что до гомосексуальных отношений я еще не дорос.

Вскоре мне пришлось увидеть Сергея еще раз. Юля устроила вечеринку по поводу отъезда своей бабушки. А жила она как раз у нее на Таганке. Приглашена была ее подружка Ирина, Сергей со своим другом и Вика со мной. Об Ирине я уже был наслышан как о девушке, у которой в «Одноклассниках» в друзьях сидят несколько любовников. С одним из них она жила, с другим ездила на отдых, за третьего планировала выйти замуж. Тогда мне эта история казалось смешной, почему-то я не хотел думать о том, сколько любовников в Викином «ВКонтакте». Как-то вдвоем с Ириной Юля засиделась до ночи в одном из кафе, где их склеили двое парней. Ирина была не прочь провести остаток ночи с ними в гостинице, а Юля этого не хотела и в конце концов оставила Иришку одну с этими парнями. На следующий день она плакала у нас и переживала, правильно ли она сделала, что ушла. Я, конечно же, глумился над ней, что ****а ей дороже подруги. В общем, мне было любопытно посмотреть на эту Иринку.

Когда я пришел к Юле в гости, там уже сидели Сережа с другом и Иринка, Вика обещала подойти после работы. За столом было много пива, принесенного парнями, а Юля, поленившись что-то готовить, украсила стол креветками. Я начинаю заигрывать с Иришкой, но она не дается, постоянно ходит курить. Как я понимаю, она просто стесняется флиртовать с парнем сестры своей подруги, но постепенно алкоголь делает свое дело. Мы отсылаем парней еще за пивом. Пока они ходят, Юля домогается меня с грязными танцами и обжиманиями. Мы нежно гладим друг друга и медленно сползаем на пол. На Юле дурацкие антисексуальные джинсовые шортики, залезть в них практически невозможно. Юля никогда не умела одеваться сексуально. На полу я целую Юлю в шейку и глажу ее по сиськам, на нас с любопытством смотрит Ирина. Наконец-то приходит Вика, Ирина, уже окосев от выпитого и сигарет, перестает чего-либо стесняться. Я глажу ее по заднице, называя ее жопу настоящим произведением искусства. Вика спокойно смотрит на мои ухаживания за Иришей. Я оголяю Иришкину титьку и начинаю целовать сосок, с другой стороны титьку сосет Сергей. «А эти сучки пусть тебе завидуют», — шутливо заявляю я, кивая в сторону Вики и Юли. Для Вики данная ситуация в принципе привычна, а вот Юля, наверное, испытывает сильные муки ревности. Она подходит к Сергею и требует своей порции внимания. Сергей начинает ласкать Юлю, а я целую бедра, а затем пальчики ног Ирины, стягиваю с нее трусики. В этот момент Юля поднимает страшный визг и писк о недопустимости дальнейших сексуальных действий. Я уходит на кухню, где, оголяя попку Вики, предлагаю Сергею потрогать, что он с удовольствием и делает. По его взгляду видно, насколько он уже заведен. Юля просит меня уйти, она стесняется трахаться при мне. Делать нечего, мне с Викой пришлось уйти.

Кроме секса, я пытался найти нам с Викой общее занятие — записал нас на курсы английского языка. Вике занятия быстро наскучили, и она перестает на них ходить, ее интерес лежит в плоскости праздного шатания по клубам и взбадривания себя алкоголем.

Дочка Маша этим летом уезжает с моей матерью в ее квартиру в турецком Махмутларе. Как-то так сложилось, что моя мама не очень-то и ладила с детьми, со своими или чужими. Вместо того чтобы заниматься внучкой, она находит себе турецкого мошенника, который продает ей пентхаус. Когда она пыталась вернуть врученный турку аванс, он ее жестоко избил, после чего она всю ночь, никого не предупредив, проводит в турецкой полиции. Из Турции мне позвонил мой младший брат Алексей и сказал, что мать пропала. Делать нечего, я собираюсь в Турцию за дочкой; несмотря на то что мать под утро все-таки нашлась, их и без того сложные отношения с внучкой совсем разлаживаются. Так как цена авиабилетов туда-обратно и цена недельной путевки в отель по системе «все включено» одинакова, то я предпочитаю путевку в отель. С собой на этот импровизированный «отдых» я беру Вику.

Дочка довольна была увидеть меня и Вику, теперь ей есть с кем ходить на тусовки. Мы вместе ходим на массажи, плаваем на огромной яхте Viking, ходим в турецкие клубы. Здесь Вика меня опять удивляет: на глазах моей дочери к ней прижимается турок. Зачем-то я сдерживаю себя, а надо было просто подойти и объяснить и ему, и ей, что так поступать нехорошо, но из-за языкового барьера я боюсь, что не выдержу и вдарю справа, что, конечно же, в чужой стране делать опасно. При дочери я себя чувствую неловко, к тому же у турок другой менталитет, и это уже не игра в свинг. На заключительном вечере Вика вытворяет тот же трюк. На этот раз с ней заигрывает официант в ресторане, теперь свидетелем этого становится мой младший брат.

Вика по-прежнему говорит, что я для нее самый хороший, самый любимый, но что-то уже сломано между нами. И я, и она понимаем, что наш союз временный, что как только она найдет кандидатуру на роль жениха, Вика уйдет. С другой стороны, Вика часто говорит о нашей свадьбе, наших детях, и я даже не знаю, как к этому относиться. Юля, в шутку обсуждая наш возможный разрыв с Викой, говорит, что если мы расстанемся, то я безмятежно перенесу разрыв и как-нибудь переломаюсь на боксе, а вот что будет с Викой, как она на себе будет волосы рвать… Наверное, она что-то в этот момент знала, чего не знал я, Юля всегда подсознательно стремится всех переиграть, обмануть, только у нее это не получается, потому что об умственных способностях других людей она невысокого мнения. Юля хочет пойти работать в Следственный комитет, для чего ей нужна московская прописка, и она обращается с этой просьбой ко мне. Я не считаю Юлю близким человеком, и ее просьба мне кажется странной по отношению ко мне. У Юли в этот момент есть молодой человек Артем, есть бабушка, живущая в Москве, никто из них не хочет или не может ей помочь, а почему я должен? Но все же в конце концов я соглашаюсь.

С осени Вика, кроме того, что общается со своими мужчинами из Баку, Москвы, Германии «ВКонтакте», начинает активно использовать сайт знакомств. Время от времени она встречается с этими мужчинами и не ночует дома. Придумала себе специальную отмазку: поехала красить бабушку. Про себя я думаю: «Зачем вот ей надо было переселяться ко мне, чтобы встречаться с другими мужчинами? Могла бы спокойно жить себе у бабушки и наслаждаться воздухом свободы».

Лишь в начале ноября я наконец-то нашел себе работу. Мне снова пришлось вернуться в аудит. Некогда престижная профессия превратилась в черт знает что. Раньше я оказывал реальную помощь клиентам, люди и руководство мне были благодарны. Теперь же эта работа носит ярко выраженный сезонный характер, диктуемый сдачей годовой отчетности, и благодарности ждать не приходится ни от клиентов, ни от руководства. Но все равно я рад, что у меня появилась хоть какая-та возможность поддержать свои знания в актуальном состоянии. Прежних денег я уже не зарабатываю, но тешу себя иллюзиями, что со временем найду работу получше или удастся завести своих клиентов и работать на себя. На Новый год я купил путевку себе, Вике и дочери в Таиланд. Мы летим в вечно развратную Паттайю. Пляжи в Паттайе забиты русскими туристами: так как море здесь считается грязным из-за сбросов канализации, то другие иностранцы не балуют пляжи своим посещением. Седовласые британцы предпочитают гулять с молодыми тайками в центре, выпивать в кафе и клубах, предаваясь любовным утехам после приема виагры. Некоторые из них даже женятся на молоденьких тайках, и выглядят эти парочки счастливыми. Тайская еда такая же острая, как и индийская, и поэтому приходится по вкусу Вике и мне, для дочки Маши приходится заказывать что-то особенное. Вечерами мы по очереди с Викой водим Машу на шоу трансвеститов, а кто-то один из нас отправляется смотреть Х-шоу, где на сцене происходят реальные сексуальные контакты. На шоу много японских и наших туристов. Время от времени зрителей провоцируют самим стать участниками шоу.

Все вместе мы посещаем Бангкок, где плаваем по местному каналу, посещаем несколько буддийских монастырей с огромными золотыми статуями лежащего, сидящего Будды, обедаем в небоскребе на семьдесят восьмом этаже. Через пару дней мы объезжаем достопримечательности Паттайи, съедаем кобру на змеиной ферме, позднее обедаем крокодилом на крокодиловой, предварительно покормив его курицей со специальной удочки. В Паттайе тоже прекрасные буддийские храмы, неплохой океанариум. И я, и Маша старались, чтобы Вика стала нашей семьей. Не могу сказать, чтобы Вика совсем не старалась, но в силу молодости она всегда категорична к Маше. Наша поездка скорее напоминает семейные посиделки, а не романтические свидания наших первых поездок, но, с другой стороны, Вика хотела семью, а свою семью без дочери я не представлял. Даже на массажи мы ходим все втроем, мы всегда вместе. Паттайа все-таки не тот город, где приятно отдыхать семьей, особенно это чувствуется на центральной улице Walking Street. Walking Street — одна из самых развратных улиц в мире, ее бары наполнены атмосферой разврата и проститутками на любой вкус: от симпатичных таек до необычайно женственных транссексуалов. Один раз я даже заинтересовался красавицей-проституткой тайкой, но Вика и Маша меня быстро увели домой. На соседних улочках в барах устраивают шоу по тайскому боксу, где бойцы имитируют сильные удары, но все же демонстрируют возможности этого серьезного боевого искусства. Неподалеку от Walking Street есть причал, откуда мы отправляемся в путешествие на остров, где вода будет более чистой, а пляж более красивым, чем полоска песка в городе. На поданной для нас яхте предлагаются развлечения из виски с кока-колой. Вначале я пытаюсь отказаться от алкоголя, но соседи неодобрительно смотрят на меня, пришлось подчиниться правилам русского отдыха, и во время поездки я изрядно поднабираюсь. Вечером возле нашего супермаркета я ору песни Цоя с местным его перевоплощением. Парень, не зная русского языка, довольно-таки чисто поет его песни. Потом обжимаю массажистку из салона, вечер удается на славу, но утром уже лететь назад в Москву.

Утро выдается как никогда ужасным. Маша капризничает и плохо себя чувствует, Вика ругается на меня и на Машу и говорит, что больше никогда никуда вместе с Машей не поедет. Я машинально посылаю Вику на ***. Тогда никто из нас троих не понял, но слова Вики оказались пророческими. Действительно, Вика больше никогда и никуда с Машей не ездила.