Колхозный рэйв

Дискотека в сельском клубе, свет бьёт в глаза, как разряд,
Дед с клюкой на танцпол лезет, хрипло кричит: «Так надо!»
А я ловлю твой взгляд в толпе — он режет острее ножа,
Здесь каждый нерв натянут, здесь сгорает любая ложь дотла.

Малолетки с пивом в парке, целуются у крыльца,
Но мне не до них: между нами искрит пустое пространство.
Баян с синтезатором в драке, кто кого переорёт,
А у меня внутри только ты — и этот бешеный оборот.

Ещё один круг, ещё один шаг,
Мы не играем, мы ставим всё на кон.
Если сейчас не схватить этот миг —
Он растворится в шуме, как дым, как сон.

Рэйв, рэйв, колхозный рэйв!
Сено, сено, огонь и хмель!
Дед с клюкой — наш главный диджей,
А мы сгораем здесь, прямо сейчас, дотла!
Рэйв, рэйв — пусть рухнет стена,
Пусть эта ночь будет только наша одна!
Не надо слов, не надо тишины,
Только этот пульс, только мы, только мы!

В баре драка из-за Наташки, кто-то разбил бутылку о лоб,
Гармонь орёт в ритме пляски, перекрывая любой крик и стон.
А мы ускользаем в тень, в проход между стогов и тьмы,
Там, где никто не увидит, как мы теряем последние «я» и «ты».

Молодёжь на сене в сарае, звёзды падают прямо в стог,
Кто-то песню горланит, рыдая, кто-то шепчет чужое имя вбок.
Но здесь, в этой темноте, есть только жар твоей кожи и мой ответ,
Как будто весь этот хаос создан, чтобы соединить нас вот так, в этот момент.

Ещё один вдох, ещё один взгляд,
Мы сжигаем мосты, не глядя назад.
Если мир сейчас рухнет к ногам —
Я возьму этот пепел и сделаю из него пламя.

Рэйв, рэйв, колхозный рэйв!
Сено, сено, огонь и хмель!
Дед с клюкой — наш главный диджей,
А мы сгораем здесь, прямо сейчас, дотла!
Рэйв, рэйв — пусть рухнет стена,
Пусть эта ночь будет только наша одна!
Не надо слов, не надо тишины,
Только этот пульс, только мы, только мы!

Говорят, что любовь — это тихий свет,
А мне нужен шторм, чтобы чувствовать себя живым.
Пусть всё горит — я буду стоять в огне,
Держать тебя так, будто от этого зависит каждый мой вдох.
Потому что если я не чувствую тебя кожей — значит, я вообще ничего не чувствую.
И этот рэйв — единственное, что сейчас имеет смысл.

Рассвет встаёт над полем, туман ползёт над рекой,
Кто-то спит на сене голым, кто-то плачет над своей судьбой.
А мы стоим у сарая, мокрые от росы и от ветра,
Смотрим, как ночь рассыпается на тысячи мелких фрагментов.

Дед с клюкой устало машет: «Ну, всё, конец,
Рэйв закончен, хватит пляски, завтра снова будем сеять овёс».
Но я знаю: даже если мир вернётся к своим делам,
Этот миг останется во мне, как шрам, как знак, как металл.

Рэйв, рэйв… пусть рухнет стена,
Пусть эта ночь останется только нашей одной.
Не надо слов, не надо тишины,
Только этот пульс.
Только мы.

Кто не танцевал — тот не жил,
Кто не горел — тот не знал, что такое тепло.
Рязанский рэйв — это наш стиль:
Сжечь себя дотла, чтобы утром проснуться живым.