Театр А. де Виньи

В отечественном литературоведении недостаточное внимание уделено драматургии А. де Виньи.

Первой пробой пера Виньи в драматургии были трагедии – не сохраненные, уничтоженные «Роланд» и «Юлиан Отступник». Затем было знакомство с английским театром, когда в Париж приехала английская труппа во главе с Эдмундом Кином. Ведущие английские актеры Кин и Макреди, мисс Смитсон и миссис Сиддонс, обе ранее парижанам неизвестные, а также миссис О’ Нейл, о которой они что-то слышали, оказали влияние на Фредерика Леметра и г-жу Дорваль (Janin J. Т. 3. Р. 290–294). Пьесы Шекспира шли в Париже с XVIII ст., но в течение последнего полувека во французской драматургии и на театральной сцене продолжали господствовать Корнель, Расин, Мольер и Вольтер с его «Заирой» и «Меропой». На их фоне привезенный Кином Шекспир был воспринят парижанами с восторгом и удивлением. Французские романтики сравнивали Шекспира с Расином как образцовым французским чувствительным поэтом. Расин не видел принципиальной разницы между греческой и римской эпохами, не разделял греческую и римскую культуры, подобно тому, как романтики в начале пути смешивали архаику мифологическую, библейскую и гомерическую, противопоставляя ей современность, которая, по их представлениям,  начиналась с христианского Средневековья. В дальнейшем именно у Шекспира Виньи будет искать опору, требуя свободы в изображении реального человека, а также не допустимого с точки зрения   классицизма смешения трагического и комического стилей (Sungolovsky, p. 211).

Еще в 1816 г. Виньи предпринял попытки создать собственные драматургические произведения: он начал писать трагедии «Юлиан Отступник», «Роланд», «Антоний и Клеопатра», которые уничтожил в 1832 г., перенеся все лучшее из них в историческую поэму «Рог» и в роман «Дафна» («Daphnе»). После очередного посещения английского театра Виньи оставляет в «Дневнике» следующую запись о Шекспире: «Недостаточно знать английский язык, чтобы понять этого великого человека, мы должны слышать самого Шекспира, его язык. Этот язык являет нам сердце Шекспира» (ДП 1882. С.).

Виньи возвращается к драматургии Вильяма Шекспира в конце 1820-х гг. Неудовлетворенный постановками шекспировских трагедий в переводе Ж. Ф. Дюси, которые заполонили парижские сцены, Виньи совместно с другом, критиком и поэтом, Эмилем Дешаном переводит трагедию «Ромео и Джульетта» (1827). «Французская комедия» принимает пьесу Виньи и Э. Дешана к рассмотрению. Однако после ряда репетиций, дирекция театра неожиданно отказывает авторам в постановке их пьесы. 16 мая 1828 г. Виньи присутствует на спектакле «Отелло» с Э. Кином в роли Мавра, а уже 23 мая он смотрит в театре шекспировскую комедию «Шейлок, или Венецианский купец». Вскоре он переводит эту комедию на французский язык и представляет ее дирекции театра «Амбигю», но получает отказ из-за вето, наложенного господином де Монбелем, поскольку привилегией ставить трагедии в стихах пользовались только театры «Французская комедия» и «Одеон». Виньи, тем не менее, не останавливается и переводит александрийским стихом шекспировского «Отелло» («Венецианский мавр», 1829). 17 июля 1829 года Виньи уже читает в литературном салоне своего «Венецианского Мавра», который был принят к рассмотрению в театре «Французская комедия» 21 июля. Этот спектакль станет его первым театральным дебютом и принесет ему славу драматурга и переводчика. Поэт назовет 24 октября 1829 г. «своим вечером». Успех постановки его «Отелло» во «Французской комедии» ознаменовал вторую крупную победу авангарда молодых поэтов в театре перед «славным вечером» «Эрнани» В. Гюго, состоявшимся в том же театре в следующем сезоне 25 февраля 1830 года. Первый успех на театральной сцене пришел к романтикам 11 февраля 1829 года с постановкой пьесы А. Дюма «Генрих III и его двор». До этой даты, несмотря на все попытки пробить брешь в классицистическом театре, романтики не имели успеха. Одержав победу в «романтической битве» за Шекспира и французский театр, Виньи становится одним из членов романтического триумвирата, наряду с А. Дюма (старшим) и В. Гюго, который победоносно завершит постановкой своего «Эрнани» «романтическую битву» за большую парижскую сцену, начатую Александром Дюма, Виньи и Э. Дешаном задолго до 1829 года.

После блестящего дебюта во «Французской комедии» «Венецианского Мавра» в переводе Виньи, в «Ревю де Де Монд» появляется его «Письмо к Лорду*» («Lettre а Lord*»), представленное как предуведомление к славному театральному событию. Верный принципу «художественной правды», а не правды факта, даже тогда, когда речь идет о поэзии далекого прошлого, Виньи, как автор шекспировского перевода, не считает необходимым строго следовать оригиналу. «Я старался передать дух, а не букву», – так он указывает на цель своих переводов.

За шекспировскими переводами Виньи следуют историческая драма «Жена маршала д’Анкра» («Le marеchal d’Ancre», 1831), поставленная в театре «Французская комедия» в 1831 году, и одноактная комедия «Отделалась испугом» («Quitte pour la peur», 1833), в которой, по словам М. Ситоле, представлены скорее «аргументы» (доказательства идеи), чем персонажи (Sungolovsky, p. 178). Обе драмы прошли незаметно по сравнению с другими романтическими постановками «славных» театральных сезонов – «Отелло», «Эрнани», драмами А. Дюма.
 
Романтическая драма «Чаттертон» («Chatterton»), завершенная Виньи в ночь с 29 по 30 июня 1834 г. и впервые поставленная на сцене в 1835 г., – один из интереснейших памятников французской театральной культуры и свидетельство драматургического мастерства Виньи. Это был «труд семнадцати ночей» (Vigny. Derniere nuit de travail, p. 25), плод размышлений поэта над идеей создания новой драмы на материале второй новеллы «Стелло». Эта пьеса имела шумный успех у зрителей и резко отличалась от пьес В. Гюго. Ф. Жермен заметил, что «Чаттертон» Виньи ничем не обязан «Предисловию к "Кромвелю"» Гюго, но напомнила одновременно о Ж. Расине и Седэне, знаменовав новую веху в европейском театральном искусстве и предвещая «драму мысли» Генрика Ибсена (Germain 1968, с. 11). 

Потрясающее впечатление, произведенное «Чаттертоном» на молодое поколение 1835 года, исследователи сравнивали с действием «Вертера» И. В. Гёте, произведенным на немецкую молодежь в 1774 г. (Baldensperger 1901, р. 377–394; Hermenjat 1892). Французские интеллигенты, увидев в Чаттертоне себя, бешено рукоплескали пьесе Виньи, поэтически обобщившей их собственную судьбу. Постановка драмы «Чаттертон», ознаменовав новую победу Виньи в театре, получила большой социальный резонанс. В дни, последовавшие за премьерой, Тьер, бывший тогда министром внутренних дел, получил множество писем от начинающих литераторов, населявших парижские мансарды. Бедные молодые поэты взывали: «Помогите, или я покончу с собой!». Те, кому «в годы правления короля-буржуа было не на что жить», рукоплескали автору, осмелившемуся показать правду жизни на театральной сцене. 

Приведенный ниже отрывок из «Истории романтизма» Теофиля Готье ярко характеризует умонастроение публики: «Партер, перед которым декламировал Чаттертон, был набит бледными длинноволосыми юнцами, с презрением взиравшими на буржуа и твердо уверенными в том, что единственное достойное занятие на земле – это писание стихов или картин, «служение искусству», как они выражались». 

Своим успехом «Чаттертон» был обязан также замечательной игре Мари Дорваль, великой романтической актрисы и предмета страстного увлечения Виньи. Их роман вскоре завершился резким и мучительным разрывом, причины которого не вполне выяснены до сих пор. Но, каковы бы они ни были, все это лишь обострило пессимизм поэта, который после «Чаттертона» отказался от всяких театральных постановок. Критик Альбер, а также писатель романтической школы Арсен Гуссэй, директор театра Comеdie Fran;aise в 1849–1856 гг., заострили внимание на «недолгой славе» Виньи-драматурга. Не многие соратники по перу и критики тех лет заметили, что Виньи обладал прирожденными качествами драматурга. Среди отметивших этот дар Виньи был Огюст Барбье, который утверждал: «В нем следует видеть, прежде всего, драматурга: он драматург всюду и везде – даже самые мелкие стихотворения его строятся, как драмы» (Вarbier, p. 365).

В драме «Чаттертон» Виньи сохранил три единства, которые шесть лет до этого объявлял анахронизмом в предисловии к «Венецианскому мавру». Но сейчас, когда театр принадлежал романтикам, борьба с принципом «трех единств» утратила прежнюю актуальность. Главным для Виньи было донести до зрителя мысль о несчастной судьбе поэта и показать равнодушие общества к его судьбе. При «чрезвычайно простой интриге», все в пьесе определяет внутреннее событие, напоминая классическое развитие действия (Germain 1968, с. 9–19). Сохранив три единства – места, времени и действия, Виньи не заботился о единстве тона и стиля, разрушив их комическими приемами – шутками лорд-мэра и карикатурным изображением этого персонажа. Но  комические приемы использованы не для того, чтобы позабавить зрителя, а для того, чтобы усилить главную идею пьесы и сосредоточить на ней внимание театральных зрителей. Показав в «Чаттертоне» трагическое положение человека искусства, поэта, художника в современном ему мире, Виньи занял прочное место в группе создателей социальной драмы (Hunt, p. 103; Аникст 1980, с. 221).   

Виньи еще долго лидировал в романтическом театре со своей драмой «Чаттертон»: пьеса ставилась в Париже до конца 30-х гг., а в провинции вплоть до 50-х гг. Это был наиболее длительный успех романтической драмы, которая в целом оказалась недолговечной и в истории французского театра сохранила за собой репутацию «драмы для чтения», «спектакля в кресле», по выражению А. де Мюссе.

При этом достаточно было и тех, кто отмечал несовершенство романтической драмы и  теории бессилия ее приверженцев, отвел автору «Чаттертона» место в «черном списке» за «воспевание самоубийства», в то время как новая социальная философия предписывала человеку «долг жить и быть полезным» (Hunt, p. 103). Однако обвинения в «бессилии», предъявленные автору пьесы и ее приверженцам, свидетельствали о непоследовательности критиков, осуждавших Виньи за преувеличенную проблему поэта, но не заметивших, что именно общественные изъяны и противоречия вынудили Виньи повторно обратится к теме «гибели невиновных», чтобы привлечь к ней общественое внимание.
 
После успеха «Чаттертона» и выхода в свет последней законченной книги прозы Виньи постепенно отдаляется от парижского «света» и литературного движения. В 1836–1837 гг., после смерти матери, он живет в своем имении Мэн-Жиро в Шаранте, все реже бывая в Париже. Он занят заботами о больной жене и делами имения, печется об улучшении жизни крестьян. Он много размышляет, планирует новые произведения, готовит к печати собрание своих сочинений, ведет «Дневник», пишет мемуары и думает об участии в депутатских выборах от Шаранты, а также о выдвижении своей кандидатуры во Французскую академию.

Литература

Аникст А. А. де Виньи // Аникст А. Теория драмы на Западе в первой половине XIX века. Эпоха романтизма. М.: Наука, 1980.
Гюго В. Предисловию к "Кромвелю" // Гюго В. Собр. соч. в 14 т. Т. 9. М.: Терра – Книжный клуб, 2003. С. 5–66.
Baldensperger  F. La rеsistance а «Werther» dans la littеrature fran;aise // Revue d'Histoire  littеraire de la France. 8e Annеe. №. 3 (1901). Presses Universitaires de France. Р. 377–394.
Вarbier, Auguste. Souvenirs personnels et silhouettes contemporains; revues et mises en ordre par Augustin Lacaussade et Edouard Grenier, ex;cuteurs testamentaires littеraires. P.: E. Dentu, 1883. (Vigny: p. 365).
Germain F. Introduction // Vigny A. de. Chatterton. Quitte pour la peur. Р.: Garnier-Flammarion, 1968. P. 9–19.
Janin J. Histoire de la litterature dramatique. Т. 3. Р.: Michel Levy freres, 1854. Р. 290–294.
Hermenjat, Louisе. Werther et les frеres de Werther. Etude de littеrature comparеe;. Dissertation prеsentеe а la Facultе des Lettres de l'Universitе de Lausanne. Lausanne, Imp. Pache 1892. 141 p.
Hunt H. J. Le socialisme et le romantisme en France: etude de la presse socialiste de 1830 a 1848 (Les grands poetes sociolisants). London: Clarendon Press, 1935. P.103.
Sungolovsky J. Alfred de Vigny et le XVIII sitcle. P.: A.G. Nizet, 1968.
Vigny A. de. Chatterton. Quitte pour la peur. Р.: Garnier-Flammarion, 1968.
Vigny A. de. Derniere nuit de travail // Vigny A. de. Chatterton. Quitte pour la peur. Р.: Garnier-Flammarion, 1968. P. 25–34.