После...

Николай Павлович Колокольцев утром замёрз, а потому проснулся. В животе урчало. Зевая, он выбрался из спальника, пошёл на кухню, открыл дверцу шкафа и вспомнил, что засохшие сушки и печенье вчера догрызли, а бензин для генератора не вечный, надо экономить. Большая кладовая опустела, хотя когда-то на своём канале он хвалился перед подписчиками разнообразной провизией, расположенной на многочисленных полках.

Как же давно это было!

Мало еды закупил, но кто знал, что придётся здесь торчать так долго!
Колокольцев сел на табурет и закрыл глаза. Очень захотелось курицы гриль с жареной картошечкой. А если к ним ещё огурчик, да водочки… мммм...

И тут же желаемое появилось на столе, осталось только протянуть руку.
«Галлюцинации», - вздохнул мужчина.

Видения мучили его около месяца, с тех пор, как доели последнюю тушёнку. Вернее, ели жена и дочь, а Николай сидел и глотал голодную слюну, утверждая, что нет аппетита. А они ему как бы верили.

Сделав несколько глотков воды, мужчина вернулся в спальню. Вода у сидельцев была в наличии, так как Колокольцев попросил рабочих выкопать собственную закрытую скважину и шамбо. А ещё работал генератор, топлива в бочке хватит ещё на месяц-два.

Недавно отключили холодильник, скоропортящиеся продукты кончились, хотя их экономили изо всех сил.

Дочь Тоня ещё дремала в своём красном спальнике, а жена Катя не спала, она тихо плакала.

Колокольцев жизнь бы отдал, чтобы его семья не голодала, но выходить наружу дозиметр не разрешал. Странно, почему в Новой Зеландии высокая радиация, ведь она находится на другом конце Земли.

А что если рискнуть?

До войны он был богатым, а потому решил построить подземное жильё. Так, на всякий случай. Случай пришёл слишком быстро. Уступать никто не хотел, поэтому стало ясно, что ядерной войны не избежать.

Читал, в Швейцарии соорудили бункер на 625 человек, со всеми удобствами, бассейном, площадкой для гольфа, медсанчастью, охраной, столовой и так далее, а выкупить этот подземный рай смогли только долларовые миллионеры и миллиардеры.

У них, наверное, и пища до сих пор есть, и выпивка, и люди не болеют. Не то, что в его квадратных метрах с тесной спальней, небольшой гостиной, крохотной кухонькой, прихожей и тесным санузлом, где к стене приткнулся обычный душ.

Российскому бизнесмену не хватило денег на приличное жильё. К тому же, перелёт в Новую Зеландию оказался грабительским – около полумиллиона с носа.

Аптечка тоже была почти пуста, жена – хроник, а противодиабетические препараты ей нужно принимать постоянно. Что будет, если они закончатся, страшно подумать.

Колокольцев представил, что здесь нужно сидеть ещё неизвестно сколько времени и сглотнул голодную слюну.

Нет, он обязательно сегодня же выберется из бункера и пойдёт в люди или на природу. Сейчас лето, там должны быть грибы, выросшие из-за радиации до огромных размеров. А, возможно, ягоды, они необходимы особенно, иначе скоро начнётся цинга. Если вспоминать Чернобыль, то на его щедрых землях до сих пор живут люди, они занимаются земледелием, держат коз, птицу, выращивают свиней. Стоит последовать их примеру.

Только надо решиться. О ядерной зиме думать не хотелось.

- Коля, - тихо позвала Екатерина, - подойди, пожалуйста.

Колокольцев сел на кровать, обнял за плечи.

- Вчера выпила последнюю таблетку диабетона, остался только метформин, - пожаловалась жена, - если их не станет, начнутся диабетические осложнения. И провизия закончилась. Что дальше будем делать? Умирать?

- Радио до сих пор молчит, - вздохнул Николай, - на него была большая надежда…
- Причем тут радио? – поморщилась Катя.

- Узнавать, что в мире творится.
- В мире творится война, - всхлипнула женщина.- Тут к гадалке не ходи. И мы скоро отправимся на тот свет. Тоню жалко, не пожила ещё.

- Не говори глупостей, - нахмурился Колокольцев, - сейчас поднимусь наверх и найду пропитание. Если где-то ещё осталась жизнь, так здесь. Не зря все обеспеченные люди сюда прилетели.

- Разведаешь, что творится наверху и возвращайся как можно быстрее, -  прошептала Екатерина, - защитный костюм и противогаз надень.
- Обязательно, - откликнулся мужчина.

Одевшись, прихватив дозиметр, он вышел в прихожую и поднялся наверх.
Гермодверь неохотно поддалась рукам хозяина, за ней стоял полумрак, в нос ударил холодный воздух и Николай Павлович вспомнил о море, в котором водятся рыбы. У местных он купит спиннинг и наловит еды для голодающей семьи. А так же достанет лекарств, новозеландские доллары у него есть.

Мёртвая тишина настораживала. Поёжившись от холода, мужчина огляделся по сторонам: ни деревца, ни кустика, ни жилья, зато тонким слоем лежит снег.
Захотелось закричать:

- Люди!
Но для того надо снять противогаз, а это небезопасно.

«Необходимо рискнуть, отойти от бункера, - решил Николай Павлович, - лишь бы не потеряться. Жаль, компас забыл. И очень холодно. Вместо лета ядерная зима.»

Шёл он в никуда минут двадцать, шагал и думал:
« Как в аду, только чертей не хватает».

По пути Колокольцеву подвернулся большой камень. Он сел на него и решил передохнуть. Что–то белое попалось под ноги, он наклонился, поднял, приблизил к глазам и ахнул.
Это была человеческая кость.