Дело было вечером

Дело было вечером…

В доме с нами жил новый директор школы Гавриил Савельевич Трошин со своей супругой Марией Фроловной. Они знакомы еще с фронта, он там был старшим лейтенантом, начальником сборно- пересыльного пункта, а она медсестрой в госпитале. Здесь она работала акушеркой в сельской больнице, где было родильное отделение на несколько коек. Был зимний морозный вечер, в большой комнате топилась грубка, согревая помещение пред сном. Все уже поужинали, и взрослые сидели за столом, обсуждали события прошедшего дня, школьные дела. На крыльце кто- то затопал, сбивая с валенок снег, потом постучали в дверь и в хату вошел весь в снегу раскрасневшийся Александр Иванович, по-местному Шанай, он работал в школе секретарем. Прямо с порога он сообщил: «Там в яме сидит Семен Сергеевич, я один не могу его вытащить, надо помочь, а то уже сильно морозит.» Семен Сергеевич Балалаев — это старейший учитель математики, очень хороший учитель еще старой дореволюционной школы и философ по жизни. Он заядлый охотник и в молодости, когда чистил ружье, по неосторожности выстрелил и убил свою мать. После этого начал пить, пил основательно и теперь часто его видели едва держащимся на ногах. Мужчины быстро оделись, взяли веревку и лестницу и ушли. Минут через сорок вернулись. Оказывается, Семен Сергеевич попал в яму недалеко от нашего дома, между чайной и сельсоветом. Тогда по всему селу перед домами на улице были вырыты ямы глубиной метра три. Внутри они довольно широкие, а горловины узкие, меньше метра, с деревянным люком, чтобы ее можно было заткнуть соломой и закрыть деревянной крышкой. В них хранили картошку. Но некоторые жители из села уезжали, а их ямы стояли заброшенными с открытыми люками и постепенно разрушались. Днем шел снегопад, все слилось в один цвет и уже в вечерней темноте не различишь, где яма, а где дорога. И Семен Сергеевич, посетив чайную, выпив там что полагалось, возвращался домой. А дорога к его дому, который был на другой стороне площади, огибала треугольный островок, на котором была заброшенная яма. Он решил спрямить дорогу, пошел через островок, а яму не заметил и рухнул в нее. Зимой вечером на сельской улице безлюдно и темно. Но случайно мимо проходил Александр Иванович, он услышал зов о помощи, доносящийся непонятно откуда, когда вокруг никого. Пошел на голос и голос привел его к яме, из которой доносился голос. В яме был человек. Сразу человека не узнал, так как голос был уже охрипший, видимо человек долго сидел в яме на морозе. Тот из ямы сам назвался и попросил помочь. Но яма глубокая, руками не дотянешься и Александр Иванович успокоил сидельца, сказал, что сходит за помощью, и побежал к ближайшему дому, где были мужчины. Помощники пришли, спустили в яму лестницу и бросили внутрь конец веревки, чтобы там человек обвязался для страховки. Втроем они его вытащили, но идти он уже не мог. Пришлось вести его под руки. Вообще таких бесхозных ям по селу было много, в них сбрасывали разный мусор из магазинов и конторы, что привлекало подростков в поисках чего- то интересного для них, где можно было найти бумагу для самолетиков и корабликов. Но после прихода нового председателя совета на площадь выкатился С-100, бульдозер и закопал все ямы, все бугорки сравняли. Этим бульдозером серьезно изменили ландшафт села. Огромный котлован возле школы, превратили в гладкую площадку, и когда бульдозер с грозным рыком сдвигал в котлован валы грунта вместе с нашими разметками классиков и битыми кирпичами, школьники с восхищение следили за бульдозером и с завистью смотрели на трактористов, управлявших такой техникой. Их -то они знали, это были местные мужчины, два Ч- Черных и Чердаков. Неприятным местом для транспорта была дорого от больницы к речке. Она была частично каменистая и уходила круто вниз к мосту, как какая-то горная дорога. Чтобы съехать вниз с возом сена, в спицы заднего колеса вставляли деревянный кол, блокируя колеса. Иначе воз сам катился под гору так, что оглобли натягивали хомут на голову лошади и она неслась вразнос. Но эта дорога вела и на кладбище, куда покойников привозили на повозке из окружающих деревень. И тут похороны становились напряженными. Зимой по этой дороге любили спускаться на санках дети. Это был опасный спуск, поскольку дорога была ледяной, изрезанной колеями и часто санки опрокидывались на большой скорости.  И если на санках ехало несколько человек, то кому-то доставалось пораниться об лед. Надо было идти в больницу, где медсестра помажет рану йодом, забинтует и пожурит. Бульдозер сделал эту дорогу пологой с плавным спуском. А потом больницу снесли, а на ее месте построили церковь. Теперь на том месте лечат людям души.