Садись на горшок, деточка

            Садись на горшок, деточка.  Давай, тужься. Пока ты занят нужным делом, расскажу тебе сказку  про одного поросёнка. Был у нас такой — индивидуалист! Все нормальные свиньи арбузные корки грызли, витамины получали, а этот — нет. Всё норовил какую-то дрянь подобрать, всё подряд рылом хватал – куда дотянется.  Вечно какую-то падаль по канавам, мешок или сапог.  То бельё с верёвки сжуёт, то ботинок стащит.  Мы даже не искали: если что с крыльца пропало, значит - всё.
           — Ну что же ты делаешь, Боря? — спрашиваю со всей строгостью. — Как тебе вообще спится по ночам? Как твоя свинячья совесть позволяет хозяйские ботинки в клочья разносить? 
           А он рыло не отворачивает, будто не он только что обувь казнил, а это я у него копыта  украл и теперь требую покаяний.
           Смотрю на него — демон натуральный. В глазах его — бездна, черти  пляшут, и ни тени раскаяния. А когда в огород прорвётся — апокалипсис. Говорят, цунами — стихийное бедствие. Смешно. Кто видел  свинью на грядках - не то что грядок, там земли  нет. Выгнать – только граблями по хребтине… куда попало… визжит, гадина, но грядку доедает.
           Допрыгался, в общем. Чего-то нажрался в канаве. Скрутило его так, что и двух дней не протянул. Хотели было заколоть, да не успели — уполз в самую глубь, под сарай, там и околел.  А когда нашли, уже завонял, да и крысы поглодали.
           Природа наделила, судьба начертала — иди и приноси людям мясо. Это же твоё прямое, свинское назначение! Но нет, пошел против системы. Не исполнил. Судьба тебе такая начертана, давать сало. Это твой долг, твой смысл и финал, прописанный в каждом гене, в каждом хлеву, в каждом цикле откорма. Мир ждет от тебя только одного — превращения в продукт. А он решил, что выше этого. Этакий поросячий князь Кропоткин.
           Знаешь, деточка, кто такой Кропоткин? Ну, и слава богу…
           Видимо, не каждому дано соответствовать ожиданиям, даже если ты — свинья. Этот экземпляр решил, что его предназначение — просто быть. Никакого сала, только разочарование. Свинство, в общем, в чистом виде. Не исполнил своего долга, вопреки биологии и кулинарным ожиданиям, оставил нас без того самого результата, который люди  привыкли считать единственно верным.
           И кто теперь скажет, что это — не высшая форма свободы? Этакий свинский анархист - индивидуалист. Если прижизненно я его, падлу, мечтал быстрее зарезать, то под сараем – зауважал. Не сразу, конечно… но, зауважал.  Даже похоронил. Да. Хотел даже табличку воткнуть,  де, Борис, прости, если что – не ведали что творили. Когда курили. Коноплю. И пили Рымненское. Не стал ты закуской. Мяса жалко… но огород ещё жальче.
          В этом есть какая-то античная диалектика. Знаешь, деточка, что такое диалектика? Ну, и слава богу…
          Поднял восстание не против режима, а против самой логики бытия. Сам выбрал судьбу, в которой свинья не ресурс, а субъект. Не стал драться за место у корыта. И пусть его финал был предрешен, но в тот момент, когда он решил не соответствовать ожиданиям, он перестал быть просто скотиной. Точка невозврата - он стал личностью.
         Мораль, деточка… должна быть в сказке - мораль. Как в баснях дедушки Крылова.
           Странно осознавать, что иногда для того, чтобы обрести свободу, нужно просто перестать быть полезным. Свобода, деточка, начинается там, где заканчивается необходимость доказывать свою значимость через служение другим.
           Перестать быть полезным — не значит стать бесполезным или ленивым. Это значит сместить фокус с внешнего результата на внутреннее состояние. Это отказ от роли спасателя, жертвы или вечного исполнителя. Не жри, деточка, из корыта.
           Ну что, закончил? Давай, показывай, что там у тебя получилось.  Фу, какая кривая вонючка! Прямо один в один, как твоя мамаша. Царствие её небесное.
           Нет, вытирать нечем. Ну, а чего её вытирать?
           Всё равно обсерется.