Когда можно не писать, не пишите... Диалоги

***
КОГДА МОЖНО НЕ ПИСАТЬ, НЕ ПИШИТЕ…

СОЛОМОН ЯГОДКИН:
То, что можно не писать, не пишите! Пускай за вас это сделает кто-нибудь другой, у кого таланта стыдиться, нет совсем...

ЛЕНА ПЧЁЛКИНА:
Всю жизнь писал он эпиграммы,
Сатиры острие точил,
Потом вдруг шутку отмочил:
Он - помер. И его вдова
Сочувствия ждала слова.

Но тут, увы, случилась драма.
Покойный всем так насолил,
Что даже друг его хулил.

Мораль: Поэт, почуй ты грань,
И на друзей не эпигрань,
Не бей воробушков из пушки,
И не пиши, коль ты не Пушкин!

***
ХВАТИТ ОДНОЙ ГЛУПОСТИ…

СОЛОМОН ЯГОДКИН:
«Войну и мир» не читал, но по своему жизненному опыту знал, что и то и другое вместе, это просто глупость! Так зачем её за Львом Толстым повторять?..

ЛЕНА ПЧЁЛКИНА:
Война и мир - казалось, антиподы,
А мирная война - оксюморон.
Но если ввяжутся в войну народы,
Мир станет царством для ворон.
Придётся многим головы сложить,
И чёрный ворон будет всё кружить.

Но мы Толстого не читаем,
Мы сунуть нос в войну предпочитаем.

***
УТЁР КЛАССИКУ НОС…

СОЛОМОН ЯГОДКИН:
Свою новую повесть назвал тоже «Нос»! Но чтобы не повторяться, под носом вывел совсем другой орган, назвать вслух который не решился даже он...

ЛЕНА ПЧЁЛКИНА:
Искусно, заковыристо, таинственно
Писатель в повести поведал нам о Нём,
Об Органе, презревшем ложь и истину,
Покинувшем хозяина и дом.

А этот Орган - пел порою скрипкою,
Порою горд вставал, как минарет.
И вот ушёл ехидною с улыбкою,
Мол, без меня, ничто ты, имярек.

Он заходил в театры и пельменные,
Бродил по городу, смотрел на дам с тоской,
Всё вспоминал их зоны эрогенные...
О, то был Нос? Иль кто-нибудь другой?..

***
ЗАПРЕЩАТЬ, ТАК ЗАПРЕЩАТЬ!..

СОЛОМОН ЯГОДКИН:
Сначала запретили Интернет, а потом и до карандаша с ручкой добрались, не говоря уже о гусиных перьях...

ЛЕНА ПЧЁЛКИНА:
Сижу поздней ночью в ночнушке до пят,
Сижу я и мыкаю горе:
Когда ж, наконец, интернет запретят,
И высплюсь когда же я вволю...

А утром спросонья ликует душа -
Весь день я свободна, как птаха:
Нет ручки, фломастера, карандаша,
Ура! под запретом - бумага!!! 

***
ПОРАДОВАТЬ ГЕНИЯ…

СОЛОМОН ЯГОДКИН:
С грустью понимал, что Пушкина он прочитать ещё может, а вот Пушкину прочитать его уже никогда не удастся! А так бы хотелось сделать Александру Сергеевичу что-то приятное, уж больно не часто радовала нашего Гения его горькая судьбина...

ЛЕНА ПЧЁЛКИНА:
Терзает «клаву» Соломон,
Скребёт в макушке.
Хотел иметь бы славу он,
Как Саша Пушкин.
Романчик сочинить, а в нём,
Без политеса,
Убил бы смело Соломон
Врага - Дантеса.
Чтоб Пушкин глянул с высоты:
«Сумел прикончить!?
Спасибо, угодил мне ты,
Друг-Соломончик!»