Исторический роман А. де Виньи Сен-Мар

«Сен-Мар» А. де Виньи является первым французским историческим романом, написанным по новым правилам в вальтерскоттовской традиции. За ним появляются «Размышления об истине в искусстве», в которых автор выступил против механического подражания образцам, объяснил свои взгляды на исторический роман и роль действующих в нем персонажей. По заявлениям самого Виньи, он стремился к достижению в романе художественной, а не фактографической правды и выведения на первый план подлинных характеров эпохи. По его мнению, задача романиста, реконструирующего историю, состоит не в достижении соответствия историческому документу, безукоризненном соблюдении фактографии и датировок, а в воссоздании духа времени.

Тем не менее, на протяжении столетия роман «Сен-Мар» оценивался без учета этих этих факторов: критики мерили этот роман меркой исторического документа. В исследовании творчества Альфреда де Виньи последних десятилетий эволюция видится прежде всего в переоценке его взглядов и фактов биографии, отказе от старых формул, определений и ярлыков, которые присваивали писателю («реакционный», «безучастный», равнодушный к злобе дня, допускающий «просчеты») и его произведениям («бесполезные», искажающие историю, не соответствующие правде факта, недостоверные и т. д.).

Виньи приветствовал выход в свет в 1823 г. «Гана Исландца» Виктора Гюго, считая, что его друг заложил во Франции основы для создания жанра в традиции В. Скотта. Теперь Виньи ждет от Гюго «французского романа» с французскими именами и «декорациями» (Реизов 1958, с. 158). Сам он размышляет о том, как найти нужное равновесие между историей и литературным вымыслом, символической идеей и национальным характером. Движимый желанием создать собственную историческую книгу на французском материале, автор пишет «Сен-Мара», в котором выдвигает на первый план аристократические личности, чтобы показать роль дворянства в истории французского государства. Проблема дворянства на королевской службе волновала Виньи с детства, о чем свидетельствуют его «Мемуары».

«Я считал, – говорил Виньи, – что мне не следует подражать этим иностранцам, которые в своих картинах едва показывают на горизонте выдающихся людей своей истории. Я выдвинул наших героев на передний план, сделал их главными действующими лицами трагедии». Б. Г. Реизов заметил, что в «Размышлениях» Виньи, с одной стороны, «подвел философский базис» под слова Гете о том, что в поэзии «нет исторических персонажей» и что поэт только использует исторические имена для сотворенных им героев, с другой – начал полемику с Гюго, который «мог бы согласиться с таким решением вопроса» и, несомненно, использовал тот же принцип в своих художественных произведениях (Реизов 1958, с. 180).
 
В «Размышлениях» Виньи показал значение воображения и вымысла, трансформирующих сухой исторический факт в романную действительность и придающих образу живость и трепетность, при помощи метафоры кокона-куколки, которая оживает, превращаясь в мотылька и обретая крылья (Vigny A. de. Rеflexions sur la veritе dans l’art // Vigny 1965. Р. 145).  Автор исторического романа приспосабливает персонажей к романной реальности, драматизирует сухие документальные факты, приукрашивает, живописуя и улучшая, окружение, отношения и обстановку действия (Gengembre 2010, р. 367–377). К важному итогу пришла Т. В. Соколова, обратив внимание на тенденцию в творчестве Виньи видеть мир, историю, отдельные судьбы сквозь многогранную призму символики круговращения; воспринимать и показывать вечное, универсальное, вселенское по принципу параллелизма, лежашего в основе поэтической медитации (Соколова 1984, с. 48).

Провозглашенные в качестве доктрины идеал искусства и автономия личности творца, подвергавшиеся нападкам, как со стороны современников писателя, так и стороны «пионеров измов» будущего (Schlaifer 1985, р. 78), рассматриваются как яркая страница истории западноевропейской литературы и романтизма как сложное и разнообразное явление удивительно плодотворной эпохи.* 

В период с 1823 по 1826 г. Виньи, находясь на военной службе, несколько раз приезжает в Париж, где встречается с Дельфиной Ге. Однако любовным планам молодого офицера не суждено было осуществиться, поскольку госпожа де Виньи, роялистка и легитимистка, не одобрила демократический выбор сына. Зимой 1824–1825 гг. полк, в котором служит Виньи, располагается в гарнизоне Олорона близ пиренейского местечка По, где поэт знакомится с «белокурой креолкой двадцати пяти лет», мисс Лидией Банбери, дочерью английского негоцианта, сколотившего состояние в английских колониях. Виньи делает предложение Лидии, смирившись с мыслью, что Дельфина Ге никогда не станет его женой. В противоборстве врожденного благородства и католической веры с новыми общественными и гражданскими идеалами, побеждает родовое чувство, а «англомания» и очарованность скромной, сдержанной красотой молодой англичанки «открывают королевскому офицеру путь к женитьбе и поэзии».

Там же, в Олороне, Виньи вынашивает идею написать французский исторический роман в духе В. Скотта. Во время поездок в Париж в 1825 – 1826 гг. он подолгу работает в библиотеках, собирая материал для новой книги: читает мемуары Фонтрая, Монгла и Монтрезора, «Философский словарь» Вольтера, ищет аргументы против «преследователей Урбена Грандье», развивая замысел, который занимал его воображение с раннего детства. Особенно привлекательной для него была история французского дворянства и его роль в монархическом государстве во времена Фронды. Он хочет видеть роль дворянства великой и противопоставляет ему мелочного государственного деятеля в лице герцога де Ришелье, изображая его «холодным честолюбцем» и «упрямым борцом» с гением и королевством, а из незначительной фигуры Сен-Мара, в реальности «посредственного авантюриста», делает «живой символ» аристократического благородства. Из наброска исторической трехактной драмы под названием «Сен-Мар», составленного в 1820 г. по мотивам мемуаров кардинала де Ретца, противника Ришелье,  и книги де Монлозье «О французской монархии» (1814) (Реизов 1958, с. 157.), вырастает исторический роман «Сен-Мар, или Заговор времен Людовика XIII». Опубликованный в 1826 г., он принес автору первую большую известность как прозаику.
 
В романе Виньи отходит от традиции французского исторического романа, бытовавшего до романтизма.** Он также отказывается от изображения «масштабно-эпических конфликтов» и христианского чудесного в духе «Мучеников» Шатобриана и ориентируется на поэтику В. Скотта (Реизов 1958). Требования к роману по Вальтеру Скотту общеизвестны: роман должен воспроизвести историю полнее, чем научно-историческое исследование, дополнив «сухую археологию» психологическим содержанием, страстями и взглядами создающих историю людей; изображать наряду с политическими событиями частную жизнь обычных людей, сочетая широкое политическое действие и любовную интригу, реальных исторических и вымышленных персонажей (Литвиненко 1999, с. 84).

Но Виньи необходимо развивать собственные идеи, накопленные за последние годы. В «Сен-Маре» Виньи показывает, как ранее в «Элоа», восхождение и падение героя, соединив бунтарство одиночки с аристократизмом. В «Элоа» Виньи противопоставил исключительную доброту в образе девы-ангела исключительному злу в образе Люцифера. Такое резкое разведение добра и зла у Виньи объясняется романтическим видением мира в контрастах и диссонансах, бинарной оппозицией мечты и действия, духовного и материального, внешнего и внутреннего, вертикального и горизонтального в их религиозно-культурных формах и фантазийных проявлениях.
 
«Размышления об истине в искусстве», написанные вскоре после выхода в свет «Сен-Мара», начиная с 1829 г. сопровождают в качестве предисловия прижизненные и посмертные издания романа (Vigny 1895, р. 1–10; Vigny 1948. T. 2; Vigny 1965). В «Размышлениях» Виньи заявляет: «Наступило время, когда мы хотим знать и ищем источник всех рек», тем самым признавая необходимость глубокого исследования истории и современности (Vigny 1965, р. 143, 145). Не только как романист, но и пытливый, разносторонний критик, он глубоко осознает значение современного эпического жанра, уточняет его отличие от драмы: драма исследует судьбу отдельного человека, а история – судьбу человечества; «история – это роман, автор которого – народ» (Vigny 1965, р. 143; Реизов 1958, с. 143). 

В 1829 г. Виньи записал в «Дневнике Поэта»: «Эпический гений имеет вохможность раскрыть свои крылья в эпическом романе. В драме ему приходится ограничиваться слишком узкими пределами. Как стеснена история даже в драмах Шекспира!» (Vigny  1935, р. 74). Когда он адаптировал «Историю Китти Белл» к сценическому действию в драме «Чаттертон», он учитывал специфику жанровой метаморфозы.

Опыт сценической адаптации рассказа отразился на выводе, сделанном в следующем году в «Письме к Лорду*», в котором Виньи признал драму наиболее ограниченным в своих возможностях искусством. С одной стороны, писал Виньи, драма должна давать «широкую картину жизни», изображать индивидуальные характеры и человеческие страсти, а не отвлеченные типы, с другой, как сценический жанр, – совмещать комическое с трагическим; отличаться обновленным стилем (Vigny 1965. Р. 468).

Еще П. Флотт писал, что к «Размышлениям об истине в искусстве» («Les Rеflexions sur la vеritе dans l’art», 1826) поэта привели размышления над Библией,  трактатами Д. Вико, П. Балланша, А. де Сен-Симона, Ф. Р. де Ламенне и Ж.де Местра. Но необходимо уточнить: работе Виньи над «Размышлениями» предшествовала коллективная работа романтиков, объединившихся вокруг «Французской музы», призванной, по словам Сент-Бева, разжечь и поддерживать «огонь любви к поэзии и новому искусству» и пропагандировать «поэтические произведения, блестящие по колориту и свежести» (Из материалов «Французской музы», с. 413). Тогда же было выдвинуто требование правды, связанное с романтическим идеалом искусства и его легитимизацией в условиях противостояния классицизму и теории подражания. В январе 1824 г. А. Гиро напечатал статью, в которой изложил соображения о двух литературных «правдах» – «абсолютной» и «относительной»: первая из них «питается воспоминаниями, оплодотворяющими вдохновение», при которых автор должен «забыть себя и свой век, ибо речь будет идти не о том, что происходит, а о том, что происходило когда-то»; вторая проявляется тогда, когда нет необходимости в точности и доподлинности описаний относительно времени и личностей (Гиро, с. 415–416). Заслуга Виньи в том, что он углубил эту концепцию, доведя до логического конца теорию «идеальной правды», или «правды искусства», отмежевав ее от правды факта, к которой пришел, штудируя «Новую науку» Дж. Вико в переводе Мишле. В «Новой науке» внимание поэта привлекли мысли о «метафизическом поэтическом» и об аллегории, вокруг которой выкристаллизовывались легенды, в частности, о Гомере как символе греческого народа и коллективном авторе, а не индивидууме (un individu),  излагающем собственную историю (Flottes 1927, р. 43).
 
Альфреду де Виньи были близки викианские идеи, освоенные и переработанные П. Балланшем, французскими историками и экономистом Сисмонди (Реизов 1956), которые под влиянием «Новой науки» поддерживали идею правдивости мифа и идею цикличности истории и общества (Реизов 1958, с. 176–178). Для Виньи, как и для многих других его сверстников, особенно привлекательным во французской историографии было обращение к истории нравов и местному колориту. Под «нравами» понимали местные традиции и быт, идеи и верования, характеры и привычки, обычаи и ритуалы конкретного народа, страны и эпохи, рассматриваемые как достоверный исторический материал, не лишенный художественного вымысла, но лишенный «чудесного». Эти же особенности Виньи обнаруживает в художественном методе великого шотландца, который становится для него «своеобразной точкой отсчета». Современные исследователи утверждают, что «Сен-Мар» только внешне напоминает сюжетные линии и структуру романа В. Скотта (Тураев, с. 202). В нем нет ни широкой исторической картины и поэтизации толпы, ни изображения народа «в должной мере», на что автору при встрече указал сам В. Скотт, ни широкого народного движения, как у Гюго. Виньи сосредоточился «на трех-четырех основных персонажах» (Тураев, с. 201) и неприметном эпизоде из истории Фронды, которые он почерпнул из мемуаров кардинала де Ретца.

Начало «Сен-Мара» напоминает английские романы «Уэверли» и «Айвенго»: в нем завязывается интрига, типичная для пикарески. Но векторы сюжета и проблематики в нем иные: если Уэверли, уезжая в Шотландию, движется от центра к окраинам страны, то главный герой Виньи, как и Жорж де Мержи Мериме отправляется из провинции в столицу. С. Ларуссо утверждает, что изменение направления движения сюжета показывает степень самостоятельности их автора и его независимости от концепции В. Скотта, ибо изменение вектора важнее первоначального сходства с «Уэверли». Скотт описывает «опыт границы», различные уровни развития внутри одной нации и оставляет роман открытым. «Уэверли может вернуться домой, но ни Сен-Мар, ни Жорж де Мержи больше не увидят отчий дом» (Lorusso 2024).

К этому добавим, что Сен-Мар идет на плаху не только за свои политические идеалы, но также во имя любви к Марии Гонзаго, которая не сохранит верность возлюбленному после его гибели и вскоре станет королевой Польши. Это чисто французский трагический и парадоксальный финал, прямо противоположный вальтерскоттовскому благополучному концу. Виньи был абсолютно оригинален как в постановке проблемы и в ее решении, так и в выводах, изложенных в эпилоге. На последних страницах «Сен-Мара» воспроизведен вымышленный диалог между великим французом Пьером Корнелем и великим англичанином Джоном Мильтоном, которые осуждают безграничную страсть к власти, воплощенную в исторических фигурах Кромвеля и Ришелье, этом «колоссе на глинянных ногах», которого «чуть было не свалил прикоснувшийся к нему пальцем ребенок» (Виньи 2004, с. 405). Виньи использует излюбленный им метод параллелизма и осовременивания истории, чтобы обосновать свои идеи вечного и универсального как неизменного и повторяющегося на разных этапах истории, философии и культуры.

Примечания

*См. о ней: Толмачев В.М. Романтизм: культура, лицо, стиль // «На границах». Зарубежная литература от Средневековья до современности: сб. науч. работ; отв. ред. Л.Г. Андреев. М.: Экон, 2000; Прощина Е.Г. Романтическая концепция мифа и её отражение в малой прозе Фридриха де ла Мотт Фуке: дис. канд филол. наук. Нижний Новгород, 2004; Пригодій С.М. Античність та американський романтизм. Чернівці: Рута, 2003; Пигулевский В. О. Ирония и вымысел: от романтизма к постмодернизму. Ростов н/ Дону: Фолиант, 2002; Литературные манифесты западноевропейских романтиков; под ред. А.С. Дмитриева. М.: изд-во МГУ, 1980; Костюк В. І. Становлення жанру фрагмента: від античності до романтизму // Від бароко до постмодернізму: матеріали конф. Дн-вськ: Вид-во ДНУ, 2000.
**** Его историю см. к кн.: Мэгрон Л. Исторический роман в эпоху романтизма. 1914 (Гл. 1. Исторический роман до романтизма. С. 3–14.

Литература

Виньи А. де. Сен-Мар, или Заговор в царствование Людовика ХIII; пер. Е.А. Гунста, О.В. Моисеенко. Лениздат, 2004.
Гиро А. Наши доктрины // Литературные манифесты западноевропейских романтиков; под ред. А. С. Дмитриева. М.: изд-во МГУ, 1980. С. 415–416.
Из материалов «Французской музы» // Литературные манифесты западноевропейских романтиков; под ред. А. С. Дмитриева. М.: Изд-во МГУ, 1980. С. 413.
Литвиненко Н. А. О специфике историзма во французском историческом романе 1820-х годов («Сен-Мар» А. де Виньи) // Від бароко до постмодернізму. Дн-вськ: ДДУ, 1999. С. 84.
Мэгрон Л. Исторический роман в эпоху романтизма. 1914 (Гл. 1. Исторический роман до романтизма. С. 3–14).
Реизов Б. Г. Французский исторический роман в эпоху романтизма. Л.: Худож. лит., 1958.
Реизов Б. Г. Французская романтическая историография. Л.: изд-во ЛГУ, 1956.
Соколова Т. В. Эволюция метода и судьба жанра (Взаимодействие лирического и эпического начал в философской поэме А. де Виньи ) // Вопросы эволюции метода. Л.: ЛГУ, 1984.
Тураев С. В. От Просвещения к романтизму.
Flottes P. La pens;e politique et sociale d’ Alfred de Vigny. P.: Les Belles Lettres, 1927.
Gengembre G.  Le roman historique: mensonge historique ou vеritе romanesque? // Еtudes. Т. 413. 2010. Р. 367–377.
Lorusso, Silvia. Le modеle de Scott et trois romans historiques fran;ais: le dеbut et les fins. Fabula 2007 / Les colloques, Le dеbut et la fin. Roman, thеаtre, B.D., cinеma (dir. Andrea Del Lungo). URL: http://www.fabula.org/colloques/document743.PHP, page consult;e le 27 July 2024.
Vigny 1965.
Schlaifer, Serge. Les ennemis de Goethe // Pers;e. Litt;ratures. 1985, № 12. Р. 78. URL: Vigny A. de. Journal d’un Poеte. Ed. Conard, 1935.
Vigny А. de. Cinq-Mars, ou une conjuration sous Louis XIII» // Vigny A. de. Oeuvres complеtes en 6 vol. 1895.
Vigny A. de. Oeuvres complеtes prеsentе et commentе par F. Baldensperger. P.: Gallimard, 1948. T. 2.