В прокрустовом ложе. Глава 12. В Евпаторию

В субботу вечером, когда я подшивал на х/б новый подворотничок, меня позвал Столб.
– Толик, а Толик! Ты ведь знаешь Леню Бабука? – с самым серьезным видом спросил он.
Я не сдержался и громко рассмеялся, так как Ленчик учится в четвертом взводе, вместе со Столбом.
– Бамбука? Ну, кто же не знает Бамбука? Мы встретили его в поле. Ой, нет! В бамбуковой роще! – рассмеялся Лис и постучал табуретом о табурет. – Здравствуйте, товарищ Бамбук!
– Паяц, шут, – надменно парировал его выпад Бабук. – Другими словами, клоун.
– Толик, иди к нам, – позвал Столб. – А ты, Лис, успокойся, если не хочешь, чтобы я сам тебя успокоил. 
Понимая, что тут не просто категории разные, а вообще пахнет нешуточными проблемами, Лис моментально испарился из кубрика.
– Привет. Чего хотел? – подошел я к Столбу и многострадальному из-за созвучности фамилии со словом бамбук, Бабуку.
– Толик, тебе приходилось бывать в Евпатории?
– Приходилось. В 1978 году я полтора месяца находился в одноименном детском санатории «Евпатория», а что?
– Да вот, Ленчик вычитал, что товарищ Маяковский, который Владимир Владимирович, в свое время так сказал о Евпатории: «Очень мне жаль тех, кто не бывал в Евпатории». А Ленчик у нас ведь евпаториец, так что он приглашает нас к нему в Евпаторию.
– Хотелось бы мне знать, нас – это кого? – спрашиваю я, глядя на Бабука, но тот стоит, не произнося, ни слова.
– Меня, Чернова и тебя. Ты как? – отвечает Столб.
– А поехали, – махнул я рукой. – Когда едем?
– Завтра и поедем, – нарушил свое непонятное молчание Бабук. – У тебя ведь тоже завтра увал?
И на следующий день, едва выйдя в городское увольнение, мы переоделись в гражданку и поехали в Евпаторию. Бабук сразу же с удовольствием начал рассказывать о своем родном городе.
– Вообще-то можно было бы добраться до Евпатории по морю, но билеты нужно заказывать заранее. Так что поедем автобусом или, если хотите, поездом. (Мы единогласно решили ехать поездом). Кстати, наш город единственный во всем Крыму, который с самого начала создавался как оздоровительно-медицинский курорт. Расположен наш город на берегу Каламитского залива, между двумя солеными озерами – Мойнакским и Сасык. Старая часть города расположена на берегу Евпаторийской бухты.
– Порт? – деловито поинтересовался Чернов.
– Защищенной от штормов бухты, такой как в Балаклаве или Севастополе, в Евпатории нет. Город открыт западным ветрам и штормам. Раньше стоянка на рейде Евпатории была очень опасной. Это пока не построили капитальные причалы. И, тем не менее, раньше Евпатория была известна именно как портовый город! Город возник из-за лечебных грязей, находящихся на дне соленых озер. Вообще, у нас чудесным образом сочетаются морской и степной воздух.
Мы со Столбом весело переглянулись, мол, хвалит кулик свое болото.
– Не улыбайтесь! Климат в Евпатории самый сухой изо всех приморских городов Крыма. А еще летом у нас есть морские и береговые бризы.
– Это как? – еще больше заинтересовался Чернов.
– Суша и море нагреваются и остывают неравномерно, поэтому летом на побережье возникают бризы. Морские бризы дуют днем с моря на берег, а береговые бризы дуют ночью с суши на море. Морской бриз днем приносит прохладу и чистый, насыщенный солями моря воздух, а ночной несет ароматы степных трав. Жаль, что вы не сможете этого почувствовать.
– А сколько лет Евпатории? – поинтересовался Столб.
– Хороший вопрос, – хмыкнул Леня. – Если считать, начиная с истории античного города-полиса Керкинитиды, то почти две с половиной тысячи лет. Но тот город погиб во время скифо-херсонесских войн еще во II веке до нашей эры. Полторы тысячи лет на месте Керкинитиды люди не жили. Разве что кочевники по необходимости проезжали. Так что на самом деле история Евпатории более скромная. Как говорится, недостаток информации восполняли избытком фантазии. Что интересно – Керкинитиду заново открыли только в начале ХХ века, до этого никто не знал ее точного месторасположения. Сейчас на том месте находится Карантинный мыс. Если будет желание – можем посетить наш краеведческий музей. В нем есть много интересного из того периода.
– Пацаны, на нас смотрит вон та группка студенток, – обратил наше внимание Столб. – Вы как?
– Не сегодня, – отмахнулся Гена, и Столб с видимым трудом согласился. – Леня, ты упомянул про какую-то войну с участием скифов, – вспомнил Гена. – Я о такой войне ничего не помню. Или не знаю?
Довольный Ленчик стал рассказывать дальше.
– Видишь ли, в те времена в Крыму уже существовало Скифское царство. Ставка скифских царей находилась в Неаполисе, сейчас на этом месте находится Симферополь! Кочевникам в Крыму всегда было трудно: они или вымирали или вынуждены были переходить к оседлому образу жизни. Скифы поняли, что торговать с греческими метрополиями намного выгоднее, чем с посредниками, живущими на берегу. И решили скифы обложить города-полисы налогами или данью. Это и стало причиной скифо-херсонесских войн.
– Дальше понятно. Скифы победили, а греческие города разорили. А что означает само слово Евпатория?
– Чтобы ответить на этот вопрос, – не скрывая довольной улыбки, ответил Бабук, и, не переводя духа, продолжил, – нужно опять вернуться к истории тех войн. Греки очень хотели вернуть себе Керкинитиду и прилегающие территории. Поэтому они заключили договор с понтийским царем Митридатом VI Евпатором. Тот в 110 году до нашей эры выслал войска под командованием Диофанта, который смог нанести скифам несколько ощутимых поражений. Во время своих походов в Скифию Диофант основал крепость, которую и назвал в честь своего царя Евпаторией, что в переводе с греческого языка означает «знатный, благородный». Где именно находилась эта крепость никто и сейчас не знает. Мой отец, например, а он страстный любитель истории нашего края, считает, что городище Кара-Тобе, это южнее Саки, и есть бывшая Евпатория.
Краем глаза я заметил, как разочарованные студентки отвернулись от нас. Что ж, их можно понять – вместо общения с рослыми, интересными ребятами, им предстоит коротать время самим. Впрочем, это далеко не худшая перспектива, подумал я, и тоже отвернулся от них. А еще любопытно, Леня специально освежил в памяти знания о Евпатории перед тем, как пригласить нас к себе, или он так здорово знает историю, что помнит имена этих царей?
В Евпатории Бабук предложил вначале зайти к нему домой отобедать с дороги. Я отказался, мотивируя это тем, что его родители могут нас никуда, потом уже и не выпустить. Ребята со мной согласились, и мы направились к морю. На пляже мы по достоинству оценили преимущество песчаных евпаторийских пляжей, по сравнению с галькой южного и восточного берегов Крыма. Накупались и уже после этого отправились домой к гостеприимным Бабукам. Нас накормили, напоили чаем и соком, а потом Бабук-папа провел для нас экскурсию по городу. Отец Лени историю города прекрасно знает, город, и край просто обожает, так что на море мы больше так и не попали.
Планы выдумывать гораздо легче, чем их исполнять. Сколько мы всего хотели успеть за этот день, а на деле не успели и десятой части сделать.
– Спасибо за все, все, все! – сказал уже в Симферополе на железнодорожном вокзале Столб. – И за чудесную экскурсию, за прекрасный обед и вообще!
Мы с Черновым разделили восторги Столба, а про себя я отметил, что было бы неплохо так же хорошо знать и о своих краях. Но для этого нужно, чтобы кто-то написал книгу о Гайсине и гайсинщине. Кто знает, может быть, именно мне суждено написать эту книгу? Я подумал об этом и сам себе улыбнулся. Где Гайсин, а где я? Военная служба вряд ли приведет меня в Гайсин, а на пенсию я хотел бы перебраться в Симферополь. Понятно, что наездами собрать информацию о своем городе не удастся.