Узник Фороса. Глава девятнадцатая

Одате начала встречи руководителей трех союзных республик и
о повестке, которую они наметили обсудить, Губанов узнал от
российского вице-президента, того самого усатого генерала,
который прилетал за ним в Форос. Разин напросился к нему на
прием по своей инициативе и прямо с порога стал импульсивно излагать при-
чину прихода: «Алексей Петрович, эти три подонка восьмого декабря, то есть
уже завтра, собираются подписать договор о выходе из состава СССР и о пре-
кращении существования государства в прежнем виде. Необходимо срочно
принять меры, чтобы не допустить этого страшного предательства! Считаю,
что батальона десантников будет достаточно, чтобы захватить всю эту тварь и
доставить в Москву! Если это не сделаем, произойдет страшная катастрофа –
государственный корабль расколется на мелкие части. Вы, как гарант консти-
туции, просто обязаны спасти СССР!». «Ты, генерал, преувеличиваешь угрозу
целостности страны. Кто может покуситься на волю народа, которую он выска-
зал на референдуме? Только самоубийцы и психически больные люди! А те де-
ятели, о которых ты говоришь, к такой категории людей не относятся. Просто
они решили отдохнуть от трудов правильных и на природе попить вдоволь во-
дочки. Ты же не хуже меня знаешь пристрастия к «зеленому змию» своего на-
чальника. Пусть порезвятся мужики, может, мозги у них лучше заработают», –
нарочито демонстративно отмахнулся от предложения Губанов. «Вы совер-
шаете преступную ошибку, отказываясь исполнить долг гаранта конституции.
Очень жаль. Тем более, что судьба дает вам шанс для сохранения СССР и себя
лично. Другого такого варианта больше не будет, так как не будет прежней
страны, и не будет вас как Президента. Плохо, что вы не поверили мне или не
228
хотите верить. До свидания, первый и последний Президент Союза Советских
Социалистических Республик», – с явным сарказмом произнес Разин и вышел
из кабинета. «Провокатор! Хочет, чтобы я для него расчистил дорогу к посту
Президента России! Не получится, генерал. Не на простака напал», – высказал-
ся вслух Губанов, но через некоторое время со злорадством подумал: «Вот и
пришло то время, когда я одним ударом смогу закрыть все проблемы личного
и политического характера и на корню уничтожить сепаратизм! Необходимо
срочно посоветоваться по этому вопросу с Министром обороны и председа-
телем КГБ. Не исключено, что во время силового захвата руководителей трех
союзных республик может пролиться кровь! Этого не одобрят политики за-
падных стран, и у меня появятся осложнения в отношениях с ними. Поэтому,
в первую очередь, я поставлю в известность о своем решении – наказать пре-
дателей Президента США и канцлера ФРГ. В настоящей ситуации их мнение и
поддержка мне очень нужны». Не откладывая в долгий ящик исполнение за-
думанного, он пригласил к себе помощника и поручил связать его с руководи-
телями ведущих стран мира.
Первым на проводе оказался канцлер Коль. «Добрый день, Гельмут! Как
здоровье? Как семья себя чувствует? В Белоруссию не хочешь на охоту съез-
дить? В настоящее время там, в Беловежской пуще, главы трех союзных респуб-
лик охотятся на бизонов. Мог бы и ты к ним присоединиться. Говорят, белору-
сы самогонкой фирменной щедро угощают», – пошутил Губанов и, выслушав
ответ, произнесенный в таком же тоне, перешел на серьезный разговор: «По
моим сведениям, эти три деятеля решили договор подписать о выходе из со-
става СССР. Я хочу накрыть их на месте преступного сговора, привести в Мо-
скву и наказать как следует, но по закону. Как считаешь, не возмутится Запад
моими действиями?». «А информация у тебя о их решении достоверная? Не
провокация ли это?» – осторожно спросил Коль. «Есть небольшие сомнения.
Но, думаю, что через час все прояснится», – согласился Губанов. «Тогда не то-
ропись с выводами. Подумай хорошенько, перепроверь», – посоветовал канц-
лер Германии. «Спасибо, Гельмут. До свидания. Передавай привет семье», – по-
прощался Губанов и положил трубку на телефонный аппарат.
С американским Президентом Бушем разговор шел подольше, но финал
его оказался таким же, как после разговора с немецким главой правительства.
«Да, задачку ты мне задал, усатый генерал. Отмахнуться от ее решения нельзя,
но и шаги делать резкие опасно. Невинной крови может пролиться море. А
если Казистов не блефует, и у него на самом деле есть компромат на меня? Тог-
да страшно даже подумать, что может произойти со мной. Нет, пока не уточню
информацию о задуманном этими «партизанами» предательстве, проводить
воинскую операцию по их изоляции не буду», – решил Президент и по «вер-
229
тушке» пригласил в Кремль на семь часов вечера Министра обороны и пред-
седателя КГБ.
На встречу высшие офицеры прибыли без опоздания. Еще не доходя до
кабинета Президента, они попробовали узнать у Силина, по какому пово-
ду Губанов пригласил их вместе. Николай Иванович только пожал плечами и
на вопрос не ответил. Но как только они появились в кабинете верховного
главнокомандующего, тот без вступительной разминки ввел их в курс дела:
«По поступившей ко мне информации завтра в Беловежской пуще Казистов
и руководители Белоруссии и Украины собираются подписать соглашение о
выходе из состава СССР и ликвидации союзного государства в целом. Однако,
делать поспешные выводы и принимать решения небезопасно, так как источ-
ник информации очень тесно связан с российским руководством. И не исклю-
чено, что она может быть провокационной. Поэтому в самое короткое время
прошу изучить этот вопрос и по мере готовности немедленно доложить мне
свои мнения». «Алексей Петрович, но осталось очень мало времени до нача-
ла предполагаемого совещания в Беловежской пуще. Может, не рисковать, а
прямо сейчас направить туда отряд десантников?» – предложил Министр обо-
роны. «Нет. Это может вызвать негативный резонанс во всем мире. На нас и
так смотрят на западе, как на дикарей. Особенно после провалившегося путча.
Поэтому, чтобы быть уверенным в дальнейших действиях, необходимо иметь
достоверные данные о замысле этих деятелей», – ответил Губанов, и встреча с
руководителями силовых ведомств закончилась.
Первым информацию вице-президента России подтвердил Министр обо-
роны. Произошло это в пять часов утра по московскому времени. «Алексей
Петрович, извините за столь ранний звонок, но вынужден был вас побеспо-
коить. По донесению сотрудника ГРУ в Беловежской пуще со вчерашнего дня
и всю ночь идет подготовка тройственного соглашения. Подписание его на-
мечено на сегодня, но в какое время это произойдет, неизвестно. Так как пока
клерки готовили текст, руководители республик бражничали. Как скоро они
придут в форму – сказать трудно. В связи с этим жду от вас команду на от-
правку батальона десантников, который готов немедленно вылететь в Бело-
руссию и выполнить задачу по задержанию предателей родины», – отчеканил
генерал армии. «Хорошо. Я приму в ближайшее время необходимое решение
и сообщу», – ответил хмурым голосом Президент и на время задумался. От на-
плывших тяжелых мыслей оторвал его телефонный звонок председателя КГБ.
Он почти в точности повторил слова Министра обороны и на этом доклад за-
кончил. «Держи пока эту информацию в секрете. Через некоторое время я свя-
жусь с тобой», – предупредил Губанов, положил телефонную трубку и отвалил-
ся на спинку кресла. «Значит, информация усатого генерала не фальшивка. Но
230
зачем он донес ее до меня? Нет, здесь непременно какая-то собака зарыта. Не
мог вице-президент без ведома и одобрения Президента пойти на такой шаг.
Ловушку подготовили для меня? Собственно, чему я удивляюсь? Казистов сам
сообщил мне о цели своей поездки. Но почему они собрались только втро-
ем подписывать документ? Союзных республик пятнадцать. Тем более, что по
конституции – ликвидация СССР как государства может произойти только в
случае выхода из него всех национальных республик. Да, ситуация! Может,
все-таки направить десантников в Белоруссию? Пусть этим сраным охотни-
кам до интриг нервы пощекочут. Как же я тебя, товарищ Казистов, раньше не
раскусил и позволил до власти добраться? Нюх на подонков потерял, стареть,
видно, начал», – сумбурно бродили в голове тревожные и противоречивые
мысли, мешающие Президенту СССР принять окончательное решение. Закрыв
глаза, Губанов сосредоточился и стал медленно вытаскивать из памяти свои
действия и детали событий последних дней. Но не прошло и двадцати минут,
как его натруженный мозг отказался работать, и Алексей Петрович неожидан-
но для себя заснул. Эти несколько часов отдыха, которые подарил ему сон, ста-
нут роковыми не только для СССР, но и для него самого. Но что произошло, то
произошло. Проснувшись около девяти часов утра, Губанов быстро позавтра-
кал, сел в машину и поехал в Кремль. По дороге и в кабинете он анализировал
в сотый раз информацию, делал выводы, строил планы, но к окончательному
решению прийти никак не мог. Его мозги словно заклинило. Вроде они рабо-
тали, но «на гора» выдавали мелкие и эгоистические мысли. Какой бы план в
них не созревал, он мгновенно разрушался, когда на своем пути встречался
с возможными кровавыми последствиями. Алексей Петрович никак не мог
переступить порог понимания того, что в случае развала СССР бед, страданий
и крови во сто крат будет больше, чем во время банального задержания пре-
дателей. Он хотел совершить решительный поступок, но какая-то сила креп-
ко держала его в своих руках. Он бы копался и дальше в измученных мозгах,
если бы не вошедший без стука в кабинет глава президентской администра-
ции. «Алексей Петрович! Только что по радио и телевидению сообщили о том,
что в Белоруссии лидерами трех союзных республик подписано соглашение
о выходе из состава СССР и ликвидации СССР как субъекта международного
права. О своем решении они оповестили Президента США и канцлера Герма-
нии», – сообщил он и с возмущением спросил: «Как это могло произойти? Это
же заговор и прямое предательство? Почему КГБ и ГРУ не уничтожили этих по-
донков?». В это время зазвенел телефон, и Губанов поднял трубку. Прижав ее к
уху, он рассеяно слушал говорившего на другом конце провода и не отвечал.
Только в конце разговора он произнес: «Вы совершили не только юридиче-
скую ошибку, но и предательство в отношении страны и ее народа, и будете
строго по закону наказаны», – и положил трубку.