В прокрустовом ложе. Глава 19. Перевал

        Просто проклятье какое-то с этими увольнениями. Ждешь их, ждешь, а в субботу перед парково-хозяйственным днем роте сообщают, что увольнений совсем не будет. Видите ли, крымские татары снова ведут себя неспокойно, и могут быть провокации.
        Ладно бы еще, если бы разрешили заниматься тем, чем хотят сами курсанты, а то самоподготовка и все. А пытаешься возмутиться, так тебя сразу спортивным праздником на полдня пугают.
– Не понимаете вы, хлопцы, политической ситуации, – грустно вздыхает наш замполит роты. – Будьте готовы подняться по тревоге на усмирение массовых беспорядков. Будьте готовы выполнить приказ. При необходимости патронов и татар не жалеть!
– А если в толпе встретится Раиса Максимовна Горбачева? – спрашивает Миша. – А что, она ведь тоже татарка?
– Вы что, товарищ Кальницкий, совсем со своей головой не дружите? – недоумевает Хлопец. Это нашего замполита так окрестили в нашей роте из-за его слова-паразита «хлопцы».
– А что я такого спросил? – удивляется Миша. – Вы же сами только что сказали: татар не жалеть! А она ведь татарка? Вдруг она будет в толпе? Что тогда бедному курсанту делать?
– Товарищ Кальницкий, не переживайте пока, не будет ее в толпе.
– Спасибо, товарищ старший лейтенант. Ну, прямо камень с души сняли! А другие женщины в толпе могут быть?
Перепалка продолжалась бы еще неизвестно сколько, так как сторонники в этом вопросе есть у обоих спорящих, но тут появился, мама Жора, и сгладил конфликт.
– Прекратить, – бодро скомандовал он. – А как вы смотрите, товарищи курсанты, чтобы вместо завтрашней самоподготовки поехать в горы?
– Опять траншею копать? – осторожно спросил Веня, памятуя о том, как мы выгрызали в тяжелых крымских грунтах траншею для какого-то кабеля.
– Нет, конечно. Поедем, посмотрим еще один уголок Крыма! Что скажете?
– А куда? – вылез вперед Вася.
– Не все ли тебе равно, куда? – рассвирепел Миша. – Все лучше, чем здесь сидеть.
– Курсант Кальницкий, – укоризненно говорит взводный, – вопрос-то не праздный. И есть разница, куда ехать. Томить вас не стану, поедем на Чертову лестницу.
– А это где? – вырвалось у Васи.
– Про чертовы кулички знаешь? – спрашивает его КорС. – Вот примерно там же, но немного левее!
– Очень смешно, – улыбается взводный. – Чертова лестница это русское название перевала Шайтан-Мердвень. Это тюркское название. Все подробности завтра, сегодня я тороплюсь.
Тут подошел старшина роты и сказал, обращаясь ко мне:
– Сержант Иванов, надо заступить сегодня в наряд дежурным по роте.
Мои невеселые мысли по этому поводу прервал взводный.
– Ну, нет, – обернулся мама Жора. – Весь наряд по роте сегодня и завтра от первого и второго взводов. Весь личный состав третьего и четвертого взводов завтра едет на экскурсию. В полном составе! Я ради этого от выходного отказался. Так что не вздумай никого из моих взводов в наряд ставить.
– Ясно, товарищ капитан, – недовольно выдавил из себя старшина.
– Спасибо, товарищ капитан! – искренне сказал я.
Наутро наши взводы, переодевшись в спортивную форму, поехали к этому перевалу.
– Кто мне скажет, какой перевал в Крыму самый знаменитый? – «экзаменует» нас мама Жора.
– Ангарский, – дружно скандируем мы.
– Правильно, – смеется взводный. – Действительно, самый известный перевал Ангарский. Через него проезжают все, кто едет из Симферополя на Южный берег Крыма. Этот перевал является высшей точкой дороги Симферополь-Ялта, его высота 762 метра над уровнем моря. Ну и, разумеется, недалеко находится наш учебный центр в селе Перевальное. Нужно отметить, что вся Главная гряда Крымских гор прорезана перевалами. Самые известные из этих перевалов: Ангарский, Алакат, Байдарский, Большие и Малые ворота, Гурзуфское седло, Каллистон, Ликон, Чучельский перевал, Кебит-богаз, Пахкал-богаз, Шайтан-Мердвень. Кто знает, что означает слово богаз?
– Перевал, – первым выкрикнул Столб.
– Совершенно, верно. Богаз это на тюркском языке – перевал. Итак, над поселком Мухалатка Главная гряда понижается и образует широкую выемку. Вот через нее и пролегает тропа Шайтан-Мердвень. Проходит она и через одноименный перевал, высотой 578 метров, на северный склон горной гряды в село Подгорное. Раньше это село называлось Календы, поэтому тропа до сих пор называется Календской. Перевал Шайтан-Мердвень это один из самых древних проходов через Крымские горы, связывающий горную и степную часть с Южным берегом Крыма. По этому перевалу ходили еще римские легионеры! В те времена эта дорога называлась военной дорогой. Ну-ка, напрягаем извилины и вспоминаем, кто из знаменитостей прошли через Шайтан-Мердвень?
– Пушкин, Грибоедов, – первым выкрикнул Веня.
– Жуковский, Бунин и Леся Украинка, – вторым выкрикнул Лео.
– Гарин-Михайловский, – припомнил я.
– Брюсов, Алексей Толстой, – четко доложил КорС.
– Молодцы, молодцы! Приятно слышать! А еще в годы Великой Отечественной войны в этих местах действовали партизаны. Они, разумеется, тоже ходили через этот перевал. Когда мы поднимемся на перевал, то посетим памятник партизанам Великой Отечественной войны.
– Эх, – вырвалось у «замка», – что ж вы нам раньше не сказали? Мы бы цветов купили, чтобы положить к памятнику.
– Ничего, – приятно удивился, мама Жора, – нарвете полевых. Фотоаппараты взяли? Ну-ну, хорошо. Там Главная гряда подступает прямо к асфальту, очень красивые виды.
Когда мы ступили на Шайтан-Мердвень, Вася так расчувствовался, что у него даже слезы выступили.
– Надо же, – взволновано произнес он, – здесь ступала нога самого Пушкина! А теперь мы идем той же дорогой!
– Ну, все, товарищи курсанты, – объявил мама Жора, – теперь немного терпения, и мы на вершине!
И Вася мечтательно о чем-то подумал, но вслух больше ничего не сказал. Правда, и говорить стало трудно, так как подъем по крутой тропе на высоту 578 метров требует сил и выносливости. Вскоре разговоры и вовсе прекратились. Думаю, дальше можно не рассказывать. Это был чудесный день.