Лотос в ритме

(Гучжэн + бас-бочка, 96 BPM)

В тени бамбука, где шепчет цитра,
Я жду твой лотос, раскрывшийся к ночи.
Лепестки влажны, как утро у Хуаншаня,
Я вдыхаю — и ты уже рядом, короче.

Твои бёдра — две рыбы, плывущие в устье,
Мои пальцы — сети, что знают все воды.
Я не глажу тебя — я читаю по пульсу,
Где кончается небо и начинаются своды.

Припев — ритм бьёт, как молот:

Твой храм открыт — я вхожу без молитвы,
Ты стонешь — не имя, а только частота.
Между нами не шёлк, между нами — искривья,
И дыхание — как у того, кто упал с высоты.

Я — твой зверь, ты — моя дверь,
Отворись, не жалей.
Каждый выдох — удар, каждый вдох — как прорыв,
Мы горим, не сгорая, в аду из простынь.

Ты кусаешь меня, как гранат на закате,
Оставляя на коже иероглифы ночи.
Я пью твой чай — до последнего дна, до проклятья,
Ты шепчешь: «Ещё», — и я знаю, что значит «не хочешь».

Твои пальцы — корни, что ищут мою землю,
Мои губы — ветер, что сдувает одежды.
Мы не знаем имён — мы запомнили тембры,
И сплетаемся так, что не вырваться, нежными,

Но не нежными — дикими, как драконы в тумане,
Как удар цитры, что разрывает тишину.
Нам не нужно ни света, ни крыши, ни храма,
Только кожа к коже и — вниз, в глубину.

(Бридж — ритм ломается, бас уходит в саб)

Там, где лотос встречает лотос,
Это уже не цветы — это пламя.
Там, где губы смыкаются в рот,
Это уже не поцелуй — это знамя.
Кто быстрее упадёт?
Кто громче закричит?
Мы не ищем ответа —
Мы ищем, где можно забыть,
Что есть мир за пределами кожи,
Что есть время за гранью секунды.
Только ритм — и мы в нём,
Только пульс — и мы оба,
Как струна в гриф,
Как огонь в сухую погоду,
Как крик, что не слышит никто,
Кроме нас.

Припев — злой, с надрывом:

Я войду в тебя, как корень в глину,
Ты примешь меня, как море — дождь.
Между нами не воздух — одна лишь пыльца,
И всё, что мы знаем, — это дрожь.

Твои бёдра — как скрипка,
Я — смычок, что не знает покоя.
Ты — мой лотос, я — твой дракон,
Нам не нужно другого героя.

(Аутро — гучжэн тает в шуме, остаётся только бас, похожий на стон)

Вода стекает по спине,
Я всё ещё в тебе,
Ты всё ещё вокруг.
Мы не дышим —
Мы сгораем.
Внутри.
В такте.
В пустоте.
Где ни звука,
Только кожа к коже,
Только жар,
Только пульс.
И больше ничего,
Что можно назвать.