В прокрустовом ложе. Глава 35. Первая попытка

        Все вокруг только и говорят, что о новом фильме Станислава Говорухина «Асса». Мне же его посмотреть ну никак не удается. Выйду в увольнение – билетов нет. В кинотеатрах предварительная продажа билетов, и для курсантов добыть билет – настоящая проблема.
Но мне очень хочется посмотреть этот фильм, и я решил подойти к ротному.
– Да ты совсем обалдел, Иванов! – что-то слишком быстро ответил ротный. – Во время занятий в кино? А если попадешься?
– Товарищ майор, я пойду по гражданке, – остался я бесстрастным к словам ротного. Глаза ротного удивленно расширились, и на какую-то секунду повисла напряженная тишина.
– Час от часу не легче! Ладно, только ты никому не говори, что ты идешь в кино. И еще: хотя я тебе дам увольнительную записку, но это лишь для того, чтобы пересечь КПП и все, понял?
– Так точно! – расплылся я в довольной улыбке.
– Да? И что именно ты понял?
– Если попадусь кому-то в городе – я в самоволке, – радостно ответил я. Лицо ротного остается совершенно спокойным.
– Что ж, правильно понял. Так и быть, завтра пойдешь на свою «Ассу».
Во взводе я соврал, что иду в госпиталь к урологу, мол, почки пошаливают. Переодевшись в гражданку, я поспешил в кино и уже в первом же кинотеатре безо всяких проблем взял билет на «Ассу».
        Только-только я удобно расположился в кресле в зрительном зале, как в зал вошел военный патруль! Больше того – наш, училищный патруль. Начальник патруля подполковник Козлов! Меня он, понятное дело, знает как облупленного! Патруль пробирается по моему ряду, неужели ко мне?
        Но нет, они сели слева от меня. Подполковник Козлов – плечом к плечу со мной! Я ладонью отгородился от него, приставив ладонь к левой щеке. Подполковник приставил свою ладонь к правой щеке.
Так мы с ним две серии и просидели. После фильма, я встал и пошел по ряду направо, а патруль налево. Мне показалось, или патруль действительно не спешит на «выход?» Тогда поторопился я.
        Уже в двух кварталах от кинотеатра я подумал о том, что патрульные ведь точно были в кинотеатре незаконно! Они оставили свой маршрут, чтобы посмотреть кино. Я взглянул на часы – у меня еще оставалось время на то, чтобы зайти и поесть манты. Потом я поехал на квартиру, переоделся в военную форму и вернулся в училище.
– Товарищ майор, сержант Иванов из увольнения прибыл! В ходе увольнения замечаний не имел!
– Ну и молодец! Кино-то посмотрел? Совсем хорошо. Смотри не проговорись никому!
Прежде чем ответить, я выдержал паузу, невольно заставив его немного поволноваться.
– Что ж я враг себе? – спрашиваю я. – Или вам?
– Ну-ну, не враг конечно. В чем, в чем, а в этом у меня нет ни малейших сомнений. Ладно, Иванов, можешь идти.
В ротном расположении царило необычное веселье. Сегодня курсанты четвертого взвода Веселов и Стрельцов женились. Наш замполит роты тут же отреагировал на это событие свежей «Молнией». В ней в частности  написано: «Поздравляем курсантов Веселова и Стрельцова с вступлением в законный брак!»
        Теперь рота с нетерпением ждет завтрашнего дня, чтобы посмеяться лично над новобрачными.
– Всем привет, – ввалился в кубрик, отчего-то запыхавшийся Литин. – Я туда попал?
– Нет, не туда, – отвечает Миша. – Тебя послать куда надо?
Литин не обиделся, и уже через минуту из кубрика донеслось его обычное бахвальство.
– А она так кокетливо скрестила ноги…
– Литин, – лениво перебил я его, – можешь ты хоть раз нам честно рассказать, как там оно у тебя получилось на этот раз? А то интуиция мне кричит, что ты все выдумываешь!
– Честно? – задумался Литин и рассмеялся. – Если честно, то я от нее сбежал, едва зайдя в квартиру!
– Оба, на! Что так? – даже я удивился. Конечно, я знаю, что интуиции все-таки следует доверять, но что это окажется настолько точно я никак не ожидал.
– Да понимаешь, не люблю я встречаться с индейцами.
– С кем? С какими еще индейцами? Откуда они в Крыму?
– Представляешь, мама ее открыла дверь, впустила меня. А скальп этой подруги лежит на трельяже в прихожей! Она как выглянула из комнаты в поисках этого скальпа, так я сразу ноги в руки и бегом марш! – первый раз честно рассказал Литин о своем очередном амурном приключении и невольно погладил себя по коротко стриженым волосам.
Не знаю, как другие курсанты, а я смеялся до слез. Не знаю, как долго бы мы все смеялись, но «замок» охладил всех своим вопросом.
– Вы так смеетесь, будто все к завтрашнему семинару уже готовы. Я правильно понимаю ваше веселье?
– Сергей, – дружелюбно говорю я, – но ведь, согласись, это действительно смешно. Посмейся вместе с нами!
– Благодарю за приглашение, – язвительно отвечает «замок», – но я повеселюсь уже завтра, по окончанию семинара.
Многие курсанты после его слов заметно поскучнели. Некоторые даже стали готовиться к завтрашнему семинару.
– Если не наелся, – махнул рукой Дима, – то не налижешься, – и после этих слов стал готовиться ко сну.
Я уснул сразу, так что завтра наступило быстро. Сегодняшний семинар мало отличается от других по тактике в том смысле, что я отвечаю первым, а потом отдыхаю. Майор Хван охотно вызвал меня, так как я первым поднял руку.
– Вопрос следующий: Факторы и условия, определившие развитие советских Вооруженных сил в послевоенный период. Вопрос понятен?
– Так точно! – бодро рапортую я. Практически все курсанты взвода, за исключением КорСа и Лео, судорожно пытаются дочитать в учебнике то, что не знают.
– Победа над фашистской Германией и империалистической Японией во Второй мировой войне привела к коренным изменениям в международной обстановке. Произошло резкое изменение в соотношении сил на мировой арене. Социализм вышел за рамки одной страны и превратился в мировую систему. Укрепилось международное положение Советского Союза.
Преподаватель удовлетворительно кивает головой, подтверждая, что я все правильно говорю, хотя я это и сам знаю.
– После окончания Великой Отечественной войны наша страна основные усилия направила на восстановление народного хозяйства. Последовательно проводя в жизнь ленинскую политику мира, СССР провел значительное сокращение своих вооруженных сил…
КорС одобряюще подмигивает, мол, все идет хорошо!
– … Проводя политику «холодной войны», США создали в различных районах земного шара сеть военных баз и агрессивных военных блоков. США развернули производство ядерных боеприпасов и средств их доставки к целям. В этой обстановке Советский Союз вынужден был применить соответствующие меры по укреплению обороноспособности страны и своих Вооруженных Сил. В послевоенное время в развитии советских Вооруженных Сил рассматривают два периода: 1 период – продолжался с окончания войны и до 1954 года, то есть до внедрения в вооруженные силы ядерного оружия…
– Отлично, товарищ сержант! Садитесь. Даже дополнять не нужно. Второй вопрос: Развитие основных средств вооруженной борьбы. Кто выйдет отвечать?
Руки подняли Лео и Королев, но преподаватель сдержанно улыбнулся, отрицательно мотнул головой, а потом беспристрастно сказал:
– Я и не сомневаюсь, что вы готовы, но я хочу услышать ответ курсанта Марковского. 
И начался урок «географии», в том смысле, что Бао начал свое обычное плавание по мелководью. После семинара Миша Кальницкий вдруг сообщил, что решил уволиться в запас, и это посередине  третьего курса! Мы его все уговаривали, что это глупо, нужно доучиться и хотя бы диплом о высшем образовании получить, но он уперся на своем – хочу и все. Рапорт ему не подписали, и как я понимаю, папе его даже об этом не сообщили. Чего тревожить по мелочам обкомовского работника? Сами, мол, с усами, так что разберемся!
Но Миша всерьез намерен отчислиться, и решил пойти другим путем. Он стоял в наряде по роте, когда в аудиторию, в которой взвод занимался самоподготовкой, пожаловал ротный. Даже беглого взгляда на него хватает, чтобы понять, что он чем-то сильно встревожен.
– Сержант Иванов! Где твой Кальницкий? – с порога спрашивает он. Его вопрос вызвал у меня некоторое замешательство.
– Стоит в суточном наряде дневальным по роте, – несмотря на удивление, с готовностью и уверенностью бодро доложил я.
– Ни хрена он нигде не стоит! Вот, – ротный показал штык-нож, – в тумбочке у Кальницкого был! Где он, по-твоему, сам может сейчас находиться?
Я не успел даже рот раскрыть, как быстро раскрылась входная дверь, и наш взводный радостно доложил:
– Товарищ майор, нашелся Кальницкий! Он в гарнизонной комендатуре! Пьяный.
Стало понятно, что Мишка предпринял попытку таким вот нехитрым способом вылететь из училища.
– Час от часу не легче, – сказал ротный, – ладно, занимайтесь.
С Мишкой много беседовали, он кивал, как бы соглашаясь, но от идеи своей не отказался. Папе его, как я догадался, и после этого случая о горячем желании сына отчислиться из училища так и не сообщили.
– Курсант Кальницкий, – высказался предельно откровенно ротный, – если вы собираетесь еще предпринять какие-то такие же бездарные шаги по достижении своей глупой цели, то я вас сразу огорчу, ничего у вас не выйдет. Вы добьетесь только одного – в увольнение ходить не будете, зато из нарядов не вылезете.
Мишка согласно кивнул, но по нему видно, что он и дальше вынашивает замыслы, как добиться увольнения всеми правдами и неправдами. В моей душе поселился дух противоречия. С одной стороны хочется, чтобы Мишка и дальше учился с нами. Но с другой стороны, если он этого не хочет, разве можно его принуждать силой? И все-таки не верится, что скоро Миша может уйти.