Там врачей уважали

– После своей четвёртой командировки в зону СВО я вернулся домой и стал работать на прежнем месте, в Республиканском центре травматологии и ортопедии имени Н. Ц. Цахаева. Но прошло всего три недели, и мне позвонили из Москвы и попросили срочно отправиться в командировку на СВО – вместо врача, в последний момент отказавшегося туда ехать.
Я согласился, хотя понимал, что в этом случае на моём основном месте работы будет «завал»: один мой коллега был в отпуске, а второй – на больничном.
Главный врач Республиканского центра травматологии и ортопедии Абдурахман Исаевич Гасанов и его заместитель по лечебной части Мурад Магомедович Рабаданов, хорошо понимая значимость моей командировки, пошли мне навстречу и дали добро. Я им очень благодарен.
Я был «запасной игрок», поэтому отстал от команды врачей и ехал один. На вокзале меня встретил военный пазик, на котором я и добрался до госпиталя.
В госпитале меня тепло встретили и, в первую очередь, хорошо покормили. Столовая по-походному была развёрнута в палатке, и это меня немного озадачило. Но еда, я вам скажу, была отменная. На ужин дали картошку с говядиной, квашеную капусту, солёные помидоры и компот из сухофруктов. Проголодавшийся в пути, я с большим аппетитом съел всё! И понял, что привык уже к армейской пище.
Меня поселили в палате с другими военными врачами. Многие из них участвовали в нескольких военных конфликтах: первой и второй Чеченских войнах, Сирии, а сейчас и в СВО.
Ребята были разных возрастов, из разных регионов, но сразу было понятно, что это хороший коллектив опытных специалистов.
Переодевшись в спецодежду, я отправился в каптёрку за постельным бельём и ещё не успел его получить, как получаю приказ срочно собираться в другой госпиталь. Долго собираться мне не пришлось: надо было лишь вновь переодеться.
Была почти полночь. Стою в ожидании машины, на которой мы должны были ехать. Вижу, как начали подходить раненые, человек 30 и более. Кто-то на костылях, кто-то в коляске. Оказалось, их тоже переводили в другой госпиталь.
Приехал тот же пазик, что привёз меня с вокзала в госпиталь. Я помог персоналу госпиталя погрузить раненых в машину. Они с трудом поместились, мне же досталось стоячее место в кузове машины. Как только раненые узнали, что я один из врачей, они пытались уступить своё место мне. Скажу честно: там уважают врача и очень ценят его труд.
Ближе к часу мы прибыли в новый госпиталь, который был предназначен для долечивания легкораненых больных. Туда привозили и тяжёлых раненых, которых ожидала дальнейшая эвакуация в Ростов-на-Дону.
Здесь меня поселили в одну комнату с подполковником медицинской службы, дагестанским азербайджанцем – земляком! Познакомились. Оказалось, он 17 лет работал военным хирургом в разных воинских частях во многих регионах России. Обрадовался встрече со мной, много спрашивал о нынешнем Дагестане, так как долгое время живя в других регионах России, по-особому полюбил свой Дагестан, ценил его и очень скучал по своей малой Родине. Я набирался у него опыта хирурга и дорожил его дружбой. Он учил меня не только специальности хирурга, но и жизни – его советы были мудрыми и полезными.
У поступающих в госпиталь в основном были лёгкие ранения, не требующие длительного лечения. Я проводил небольшие операции по удалению крупных осколков. Военные хирурги не достают из тела раненого все осколки, особенно мелкие: удаляют лишь те, которые представляют определённую угрозу жизни. Считается, что мелкие осколки через определённое время «инкапсулируются».
Был у меня один военный, у которого осколок засел в подколенной ямке. Он стал жаловаться на то, что осколок этот его сильно беспокоит. Я сделал рентгеновский снимок его колена и решил удалить этот чёртов осколок. Однако во время операции заметил, что осколок уже инкапсулировался и крепко сидит в фиброзной ткани, потому принял решение его не трогать. Оказалось, это ранение ещё с первой Чеченской войны. «Он ходил с этим осколком более 20 лет и проходит ещё 40 лет», – решил я. И правильно решил.
Уже к концу моей командировки поступил в госпиталь с ранением в шею наш земляк-кумык. К счастью, ранение было лёгким, без повреждения крупных сосудов. Не успел я его долечить, как закончилась моя командировка, и я вернулся в Дагестан.
Буквально через пару недель мой пациент приехал домой. Мы встретились с ним, вспомнили наши госпитальные дни. Кстати, на его груди блестел орден Мужества, который вручил ему Глава Республики Дагестан, генерал-полковник Российской армии Сергей Алимович Меликов.