В прокрустовом ложе. Глава 62. Сенсей

Было воскресенье, рота сидела на взлетке и смотрела «Утреннюю почту». Увольнение будет только после ее окончания, поэтому никто никуда не спешит. Олег Кривин, очень крепкий парень из четвертого взвода, все утро ищет приключения себе на голову. И нашел-таки, чего искал! Причем там, где и не думал.
Он решил вырвать стул из-под нашего Баранова, чтобы тот упал. Баранов сел на корточки, но не упал. Он, молча, встал и оглянулся. Увидев Кривина, весь внешний вид которого говорит о том, что он ищет драки, Баранов спокойно сказал:
– Кривин, стул на место поставь. Быстро!
– Это ты мне? – задохнулся Кривин от «наглости» Баранова, и глаза его налились кровью. – А если не поставлю, то что?
– Стул поставь, тебе говорят, – так же спокойно говорит Артем.
– А ты забери, – медлит и дразнит Кривин. Он хотел толкнуть Баранова, но тот просто отвел плечо, и Олег, сделав два шага вперед, потерял на какое-то мгновение равновесие.
Все рассмеялись. Кривин осознал, что выглядит смешно. Без преувеличения можно сказать, что вся рота отвлеклась от экрана телевизора и смотрит на Кривина, ожидая продолжения.
– Ну, я тебе сейчас! – заревел он, и стало видно, как у него глаза наливаются кровью.
Понимая, что мало кто может потягаться силой с Кривиным, и что против него у Баранова с его банальными физическими данными нет никаких шансов, решительно поднялись навстречу Олегу, чтобы защитить Баранова, КорС, я и Рома. Не знаю, как у меня, а вот у Ромы и КорСа лица хмурые.
– Да их здесь не один! – успел насмешливо бросить Кривин.
И тут началось самое веселье. Не успели мы сделать и шага, как Баранов свалил Олега на пол в первый раз. Тот летел как паровоз, а Баранов сделал шаг в сторону, а потом просто руками подтолкнул того в спину. Кривин упал неудачно – грудью на стул.
Когда он вскочил, то в глазах у него стояли слезы от боли, но он снова упрямо бросился на Баранова.
Остановившись, он ударил кулаком правой руки, но Артем остановил кулак ступней правой ноги. Этой же ногой он отбил удар Кривина левой. Видно было, что, ударив ногой по напряженным мышцам Олега, Баранов доставил тому еще большую боль. Баранов вспорхнул вверх и с лету ударил Олега в челюсть правой ногой.
Кривина как будто срубили, и он рухнул на взлетку. Двое курсантов из второго взвода ели успели отскочить вместе со своими стульями в руках. Зрелище было просто великолепное. Как бы то ни было, но хулиганистый крепыш лежит на полу, а худосочный хлюпик празднует победу.
Насколько можно судить, подниматься Кривин не спешит, и мне даже стало его, немного жаль. Он все кряхтел и стонал, и как-то не очень уверенно шевелился. Потом он все-таки поднялся, но с величайшим трудом. Что же касается удара по его самолюбию, то он был и вовсе сокрушительным. Артем доказал, как говорит Веня, черным по белому, что Кривин ему не соперник.
Нет никакого сомнения в том, что если бы Кривин и дальше продолжал свои нападки на Артема, то тот надавал бы Кривину под самую завязку.
– Эй, Баранов, а ну признавайся, – окликнул Артема «замок», – где это ты так поднаторел в рукопашных боях? Вот уж никак не ожидали, что в тебе скрывается такой лихой боец!
– Секрета никакого нет. Я же художник, часто хожу на «шару» по разным кафедрам. У нас в училище уже полтора года занимаются рукопашным боем летчики из Симферопольского авиаотряда. Сейчас ведь участились случаи угона самолетов, вот их и обучают самообороне без оружия.
– Ну, а ты-то тут причем? – высказал недоумение «замок».
– А я их несколько месяцев уговаривал, чтобы они и меня брали на тренировки. Вот уже больше года я с ними занимаюсь! Все остальное уже детали. Они в одно и то же время занимаются, а я на это время все дела бросаю и к ним! Результат вы только что видели.
– Да, результаты ошеломляющие, прямо, скажем, – признал Лео.
Взвод бурлил. Как мало мы, оказывается, знаем о своем товарище! И Баранов стал тренером Димки, Васьки и вообще всех желающих хоть чему-нибудь научиться. Чаще всего они выкраивают время для занятий во время уборки территории.
– Я буду повторять вам сотни раз, – доносится до моего сознания голос Баранова, – главное – не надо бояться своего противника. Вы даже представить себе не можете, как это упоительно – побеждать! И это совсем не страшно! Толик, – заметил Баранов, что я смотрю в его сторону, – вот скажи нам, как боксер, какое оружие нельзя отобрать у бойца?
– Уверенность в себе, – начал перечислять я, – волю к победе, агрессию.
– Ну, и умение, знание приемов рукопашного боя, – усмехнулся Артем. – А еще Толик определенно поскромничал. Я бы еще добавил безжалостность.
По лицам многих новоиспеченных учеников видно, что такие утверждения «учителя» вызывают у них сомнения. Поскольку другого доступного «сенсея» нет, и не предвидится, им приходится мириться с мнением Баранова, хотя его и не все разделяют. Куда как приятнее и благороднее верить в то, что наш бронепоезд на запасном пути и, что предотвращенная схватка есть выигранная схватка.
– Хотя у вас всегда есть выбор, – словно подслушав мои мысли, говорит Баранов, явно насмехаясь над некоторыми своими учениками, – если на вас или на вашу девушку нападут несколько хулиганов, вы можете попытаться с ними договориться. Легко ведь оправдать себя тем, что их больше, они выше ростом, тяжелее и так далее.
– Ладно тебе, – ворчит Дима, – взялся учить нас – так учи, но не нужно этих ненужных разглагольствований.
– Так я и занимаюсь тем, что учу вас, – рассмеялся Баранов. – Что ж, продолжим, по просьбам трудящихся! Значит так, тема нашего сегодняшнего урока – выявление слабых мест противника.
Я отвернулся от наших рукопашников и отправился на берег озера, чтобы полюбоваться его красотой и подышать свежестью, которую дарит вода. Какое-то время до моего сознания все еще долетают слова Артема.
– Помните, пацаны, нельзя недооценивать своего противника, к любому противнику нужно относиться с уважением. Каждый мастер выживает в бою только потому, что уважает своего врага.
– Эка ты хватил, – снова ворчит Дима, – где мастера, а где мы!
Когда мы вернулись после уборки территории в казарму, оказалось, что каптерщик умудрился потерять ключ от «острова сокровищ». На курсантском сленге «островом сокровищ» называют каптерку. И это притом, что ключ этот длиной в 15 сантиметров, а сама дверь не уступает двери в бункере Гитлера. Каптенармус наш чуть не плачет: ротному что-то там понадобилось, а ключа нет!
Мне вообще удивительно, как это можно потерять ключ? Я лично не терял в жизни ни одного ключа. То есть было как-то, что я однажды в течение одного дня терял ключ дважды, но оба раза его нашел.
Ротный дал «добро» ломать дверь. Все здоровые ребята нашей роты уже вдоволь натешились, но дверь даже не шелохнулась.
– Кто еще не пробовал удаль молодецкую? – хмуро спросил ротный.
– Кроме сержанта Иванова уже все пробовали, – ответил каптерщик.
– Так чего ж вы ждете? Сюда его! – обрадовался ротный.
Я сильно ударил ногой в дверь, но эффект был точно такой же, как у всех предыдущих старателей, то есть эффекта не было никакого.
Тогда я подумал, взял в кубрике двухпудовую гирю и со всей силы основательно ударил в дверной замок. Дверь заметно подалась. После второго удара гирей дверь распахнулась, а выбитый накладной замок просвистел через весь «остров» и разбил окно.  Но, ни ротный, ни каптерщик этому обстоятельству нисколько не огорчились.
– Молодец, Иванов! Вот светлая голова, – не может нарадоваться ротный, – а говорят, что, сила есть – ума не надо! Оказывается надо! До тебя тут и здоровее тебя парни дверь ломали, и то безрезультатно! Как тебя поощрить за твою изобретательность?
– Ремонт двери и окна без моего участия и без участия курсантов нашего взвода, – тут же с готовностью ответил я.
– Само собой! Каптерщик у нас из четвертого взвода, вот пусть четвертый взвод все и чинит!
После ухода ротного Ежевский – «замок» четвертого взвода, сказал:
– Гад ты все-таки, Иванов. Дверь поломал, окно разбил, а чинить нам!
– Ты, там, в очках? – уточнил я, так как Ежевский носит очки.
– Ну, в очках, – покраснел Чеслав и запнулся, –  а что?
– Можешь их не снимать. Я сегодня на удивление добр, благороден, и бить тебя за твои слова не стану.
Ребятам из четвертого взвода пришлось потратить какое-то время на то, чтобы починить дверь. И вот когда они уже заканчивали работу, каптерщик нашел потерянный злополучный ключ.
– Совершенно непонятно и непостижимо, – бормотал Олеферович, – оказывается ключ все это время спокойно лежал в кармане моего второго комплекта х/б. – Когда же это я его туда положил?