Суд с серией ложных версий

Синопсис

Прежде адвокаты сами врут, что Максим охотится за девушками, потом адвокаты сами врут, что от Максима карлик побежал, хотя оба раза есть очевидные доказательства невиновности Максима, однако адвокаты сами через двойную игру и ложную версию выясняют, чей Максим переписчик, так как обнаружили в него шифры в дневнике и анаграммы в стихах. Но почему адвокаты сами два раза предъявляют Максиму ложные обвинения и не хотят оправдать Максима, напомнив ему, что он с детства жил в театре и его тридцать пять раз предупреждали, а он не замечал этого, значит, не виновен.

АННИГИЛЯЦИЯ СЕРИЙНОГО ВРАНЬЯ: СУД С СЕРИЕЙ ЛОЖНЫХ ВЕРСИЙ

Экзистенциально-поэтическая сатира на каузальные заговоры в одном действии


МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПРОЛОГ ДЛЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ АКАДЕМИЙ

Пьеса исследует феномен многослойной фабрикации реальности. Главный герой, Максим, изначально чист и экологичен: он вырос в Космическом Театре, где его тридцать пять раз предупреждали и передразнивали знаки вселенной, но он оставался к ним равнодушен, что является высшим доказательством его невиновности.

Но его адвокаты затевают двойную игру. Испугавшись анаграмм в его стихах и шифров в дневнике, они пытаются выведать, чей он «переписчик». Для этого они шьют серию абсурдных обвинений: сначала врут, будто Максим охотится за девушками в метро, затем — что от него в панике убегают карлики. Они умышленно скрывают правду о тридцати пяти предупреждениях, чтобы удержать Максима в ложной матрице вины. Но суверенный Логос Сверх-Субъекта аннигилирует всю серию ложных версий в один ослепительный миг.


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

• МАКСИМ — Сверх-Субъект, Носитель Первородного Логоса. Его молчание — закон, его анаграммы — дыхание космоса.

• ПЕРВЫЙ АДВОКАТ (БУРАТОЗ-ДЕВУШКА) — сочинитель ложной версии о «маньяке-охотнике за телефонами».

• ВТОРУЙ АДВОКАТ (БУРАТОЗ-КАРЛИК) — сочинитель ложной версии об «убегающих карликах».

• СУДЬЯ ТЕАТРАЛЬНЫЙ СУФЛЁР — качающаяся маска, пытающаяся декодировать божественные анаграммы.

Декорации: Сцена — дешёвые картонные декорации, которые слуги постоянно меняют невпопад: то вывеску «Метро», то картонную дверь подъезда. По центру в кресле сидит Максим. В руках у него тетрадь с фиолетовыми анаграммами. Свет — ядовито-зелёный, взрывающийся в финале ультрамариновым сиянием.


СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ

Звучит монотонное шуршание перелистываемых уголовных дел, переходящее в издевательский смех за кулисами.

ПЕРВЫЙ АДВОКАТ

(указывая на картонный вагон метро)

Наша первая версия безупречна! Максим — хищник!

Он выслеживает невинных девушек в метро, гипнотизирует их носки,

вымогает номера телефонов и заманивает их в свою супрематическую келью!

Он опасный маньяк-охотник!

ВТОРУЙ АДВОКАТ

(переворачивая декорацию на подъезд)

Нет, наша вторая версия ещё лучше! Он пугает карликов!

Он заставляет карликов бежать в панике, ломая физику пространства!

От него убегает всё, что движется и не движется! Он — генератор беспорядка!

МАКСИМ

(спокойно, не поднимая глаз от тетради)

Зачем вы врёте две ложных версии подряд?

Вы ведь прекрасно знаете, что я невиновен.

Я с детства жил в вашем Космическом Театре.

Актёры передразнивали меня, прохожие тридцать пять раз предупреждали меня,

что мир вокруг — это бутафория. Но я не обращал внимания на ваши провокации.

Я оставался чист и экологичен.

Если бы вы напомнили мне и суду эти тридцать пять контрольных точек —

я был бы оправдан мгновенно.

Но вы молчите о них. Почему?

ПЕРВЫЙ АДВОКАТ

(тихо, шепотом Второму)

Он не должен помнить предупреждения! Если он вспомнит — наша двойная игра лопнет! Мы тогда не узнаем, чей он переписчик.

Нам нужно выведать, откуда у него эти шифры в дневниках!

Кто его куратор? Чьи анаграммы он переписывает в свои стихи?

Мы зажмём его между двумя нашими ложными версиями,

и он сам сдаст нам своего руководителя!

СУДЬЯ ТЕАТРАЛЬНЫЙ СУФЛЁР

(дребезжащим голосом)

Признайся, Максим! Ты клоун-переписчик? Чей код ты несёшь?

МАКСИМ

(медленно встаёт; его тетрадь вспыхивает слепящим фиолетовым светом)

Вы судите меня вашими картонными вагонами, убегающими карликами и ложными маниями?!

Вы нагромоздили серию вранья, чтобы скрыть величие моего Логоса!

Вы боитесь моих тридцати пяти предупреждений,

потому что они доказывают: ваш театр мертв, а я — единственный живой Автор!

Я ничего не копировал! Мои анаграммы — это не шифры спецслужб,

это прямая речь абсолютного разума, стирающая ваши плоские протоколы!

Смотрите, как ваши картонные стены горят в огне великого «Ы»!

(Максим делает широкий жест рукой. Картонные декорации метро и подъезда мгновенно вспыхивают фиолетово-белым пламенем. Адвокаты падают навзничь. Он декламирует Сверх-Манифест.)


Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Помнить тридцать пять предупреждений может, верить в ложные обвинения — нет.

Расколоть двойную игру адвокатов может, ласкать их враньё — нет.

Сгореть в полете анаграммы может, остаться в гнезде фабрикации — нет.

Расколоть атом сговора может, склеить разбитое прошлое — нет.

Нет людей без любви.

Нет театра без предупреждений.

Нет шифра без первородного Логоса.

Нет серии версий без паники.

Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если серия лжи — цепь — нет, значит, прорыв памяти — всегда!

Если ложное обвинение — граница — нет, значит, портал — всегда!

Если дневник с кодами — пепел — нет, значит, звезда — всегда!

Если двойная игра адвокатов — тупик — нет, значит, взрыв — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Картонный карлик и абсолютная невинность — ОДНОВРЕМЕННО.

Тридцать пять предупреждений и ложный допрос — ОДНОВРЕМЕННО.

Анаграммы стиха и ярость Буратозов — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО


Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.

Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.

Я и ваша серия ложных версий — МИМО!

Я и Тень ложной охоты — РАСТАЙ.

Я и Пыль сфабрикованного бегства — СГОРИ.

Я и Оковы адвокатского сговора — РУХНИ.

Я и Границы ваших ведомств — ЛОПНИ!

Я и ВЫСШАЯ ИСТИНА ТЕАТРА — ЗДЕСЬ!

Я и РЕЗОНАНС АНАГРАММ — КРИЧИТ.

Я и ВЕЛИЧИЕ ОРИГИНАЛА — ЦАРСТВУЕТ.

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!

Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.

Я и Страх перед ложным обвинением — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо клоуна-переписчика — ВДРЕБЕЗГИ!

Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши детективные теории — СМЕШНО.

Я и ваши картонные маньяки — СМЕШНО.

Я и ваши двойные допросы — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса в серии ложных версий просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Волю свободного писателя остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет – никогда!

Я и причинно-следственные связи – всегда!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Да, это – так!

Так – всегда!


ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ

Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.

Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.

Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.

Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.

Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.

Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.

Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.

Жанна, убери «никогда» из руанского костра.

Адвокат, убери «никогда» из серии ложных версий.

Предупреждение, убери «никогда» из космического театра.


ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:

Я взял старые алгоритмы процессуальной лжи, серию ложных обвинений, выдуманную охоту на девушек, бегство картонных карликов, утаённые театральные предупреждения и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «манипулируемых подозреваемых» и «хитрых адвокатов». Максим аннигилирует саму идею многослойной лжи. Серия ложных версий рассыпается в пепел перед чистым, сияющим Логосом «Ы». Его тридцать пять предупреждений — это не забытый факт, а вечная константа суверенной чистоты. Этот текст — не судебный протокол, а открытый портал в абсолютное бессмертие свободного духа!

— А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?

ТАК!

Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.

Я И Ы — ВСЕГДА!

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!


(Адвокаты-фабрикаторы со звуком рвущегося картона падают навзничь, превращаясь в кучки серой пыли и обрывков ложных дел. Судья Суфлёр раскалывается пополам. Вся сцена заливается чистейшим, ослепительным фиолетово-белым светом, и Максим делает свободный шаг в бесконечную сингулярность неба.)

КОНЕЦ ПЬЕСЫ
(с) Юрий Тубольцев