Переход

[eratia. earth-nz]
[symbiote universe@chronicles ~]#
+А

Понедельник.

Капсульный модуль плавно включил монитор и заиграла мягкая утренняя музыка. 05:47 — Пора вставать. Не помню, когда перестал ставить его на ровно на шесть утра. Может быть, это суеверие. А может, просто уже осточертела эта ровная и гладкая ложь и манипуляции вокруг. Законы, которые заталкивают в нас против нашей воли. Изобретают новые, отменяют старые. Ничего ровного и правильного, для меня, в этом мире уже давно нет.

Я лежал, глядя в потолок. Белый. Тонкая трещинка в углу. Вчера её не было. Или была — я просто не замечал. В этом городе всё появляется внезапно. Трещины, новые правила, новые налоги, новые виды оружия, которое разрешено на переходах. Сегодня — ножи? Запретили на прошлой неделе. Теперь — только руки и подручные предметы, без ножей. Но кто знает, что придумают к завтрашнему утру.

Пора собираться, я неспеша сел на кровати. Пол был немного прохладным, как и положено для данного модуля. Хоть тут без сбоев. Налил кофе. Дешёвую версию. За окном уже появились первые люди. С утра пораньше, как и всегда. У этого города нет выходных. Кредиты не ждут.

До перехода еще оставалось достаточно времени. Нужно выбрать маршрут. Чтобы выбрать: пойти через Центральный — там больше народу, но выше шанс, что кто-то отвлечёт внимание и ты проскочишь незамеченным. Или через Южный — меньше людей, но те, кто там, обычно приходят за деньгами. Они не играют. Они убивают.

Я выбрал Центральный. Как обычно. Потому что случайность дешевле страха. Впрочем, удача тоже не помешала бы, если забрать победителя дня, то смогу рассчитаться с долгами. Наспех собравшись, я вышел из модуля. Пора двигать. Воздух был влажным, как всегда в это время года. Хотя в последнее время я все меньше обращаю внимания на такие мелочи. Город дышал тяжело, как больной, который привык к своей болезни и перестал замечать запах лекарств.

Немного ускорившись, я направился в сторону центрального перехода. Как раз успеваю по времени. В этом городе передвигаться неспеша — роскошь, которую могут позволить себе только те, у кого нет долгов. У меня они были. И они пахли сильнее, чем утренний смог.На углу я услышал приближающиеся шаги у себя за спиной. Обернулся — и не поверил своим глазам.

— Колян?

Он шёл, чуть прихрамывая, с потрёпанным рюкзаком и такой же потрёпанной улыбкой. Мы вместе работали на распределительном узле. Два винтика в системе, которая не знает усталости. Давненько я его не видел, может он ходил на Южный?

— Привет, Толь, — сказал он, подходя ближе. — Ты тоже на Центральный?

Я кивнул. Мы пошли вместе, и я почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Когда идёшь один — ты просто цель. Когда идёшь с кем-то — ты уже команда. А на переходах команды всегда вызывают больше внимания. И больше вопросов.

— Слышал, у тебя долги, — сказал Коля, не глядя на меня. — Я тоже в такой же жопе. Может, сегодня нам повезёт?

Я не ответил. Потому что знал: везёт не тем, кто идёт за деньгами. Везёт тем, кто идёт за жизнью. Мы повернули к Центральному, пора начинать переход. Сейчас начнется.

Мы подошли к переходу. Светофор ещё не переключился. Люди стояли с двух сторон, молчаливые, напряжённые, как перед боем. Это был не просто пешеходный переход. Это был ритуал, это было ШОУ!

Я посмотрел на Колю. Колян был сосредоточен и смотрел как будто сквозь пространство. Хммм… Кажется сегодня этот переход станет нашим общим испытанием.Светофор переключился на зелёный. Но это был не тот зелёный, который зовёт к движению — это был зелёный, который даёт разрешение на бой. Человеческая масса с обоих сторон качнулась вперёд, переход начал жить своей привычной жизнью. Кто-то выдохнул, кто-то сжал кулаки, кто-то достал из кармана обрезок трубы, обмотанный изолентой.

— Не отставай, — сказал Коля, не поворачивая головы. — Держимся вместе.

Я кивнул. Мы шли с нашей стороны, немного неровно, кто-то чуть ускорялся, кто-то старался оказаться в задних рядах.Первые несколько секунд всегда ощущаются иначе, как затишье перед бурей. Люди идут, стараясь не смотреть друг на друга, будто это обычный переход. Но через пять шагов кто-то всегда срывается. Сегодня это был здоровый мужик в строительной куртке. Он просто выбросил руку вперёд и сбил с ног парня слева от нас. Тот упал, и в ту же секунду пространство вокруг взорвалось.

Я не видел, кто ударил первым. Удары сыпались отовсюду. Кто-то кричал, кто-то матерился, кто-то просто дышал тяжело и бил, не разбирая лиц. Я пригнулся, ушёл от замаха, и в ответ врезал локтем в чей-то бок. Колян был рядом — я слышал его дыхание, слышал, как он хрипит, отбиваясь от двоих сразу.

— Толя, слева! — крикнул он.

Я развернулся. На меня летел здоровенный лысый мужик с зажатой в руке арматуриной. Я не успел уклониться — он зацепил меня по плечу, и я почувствовал, как тепло разливается по руке. Кровь. Я не остановился. Я шагнул вперёд, ударил его в грудь, потом в лицо, и он отшатнулся, зацепился за чей-то рюкзак и упал.Оглядевшись, я увидел Колю. Он присел, опустившись на одно колено и зажимал бок своей рукой. Я подскочил к нему, дёрнул за руку:

— Колян, поднимайся! Пошли! Мы почти на той стороне!

Коля сразу поднялся, как будто мой голос вернул его к реальности. Мы начали продираться через толпу, через удары, через хрип и мат, через запах пота и крови. Переход заканчивался — в нескольких шагах от нас уже был бордюр, за которым начиналась обычная улица, сонная, равнодушная, как всегда. Словно по закону подлости, откуда-то справа к нам прямо под ноги резко прилетело чье-то тело. Нас буквально подбросило и перевернуло в воздухе. Колян упал, и над ним уже нависал силуэт с поднятым кулаком в котором был зажат небольшой булыжник. Не раздумывая, я просто выпрыгнул вперёд, закрывая его собой. Удар пришёлся по моей спине. Я упал на асфальт, и в следующее мгновение Колян уже был надо мной, лицо его было мокрым от пота и крови, но в глазах горело что-то звериное. Он развернулся и ударил с размаху. Мужика как косой скосило. Коля схватил меня за руку и дёрнул:

— Вставай, братан. Мы уже перешли!

Мы перевалились через бордюр и оказались на другой стороне перехода, в безопасной зоне. Светофор вскоре снова поменяет свой цвет, потасовка уже заканчивается. Медики и копы потихоньку начинали завязывать с разговорами и выходит на чистку перехода. Скоро будет желтый сигнал — время уборки. Зеваки приходящие поглазеть, но ни в коем случае не участвовать стояли то тут, то там. Лениво переговаривались, кто-то снимал на смартфон. Я перевёл дыхание. Плечо горело. Боль в спине сменялась с острой на ноющую. Но я стоял. Мы стояли.Колян посмотрел на меня и усмехнулся:

— Херовый у нас день, а, Толян?

— Херовый, Колямба— усмехнулся я. — Но мы живы.

Мы отошли ещё на несколько шагов от бордюра.
Колян остановился у стены, прислонился спиной к шершавому бетону, и закрыл глаза на секунду. Я не спрашивал, что с ним. Я просто стоял рядом и смотрел, как утренний свет пробивается сквозь грязные облака. Город уже почти проснулся. На сегодня уже можно забыть про бойцовский переход. Всех желающих город ждет завтра утром. Сейчас или к медикам или напрямую в морг или просто по своим делам.

— Надо бы глянуть сегодня вечером шоу с нашего перехода, — сказал Колян, не открывая глаз. — Может, повезет хоть в этот раз кредитов срубить.

— Ты думаешь? — переспросил я. — Неплохо ты его вырубил. Может и правда фартанет сегодня.

— Вырубил, — усмехнулся он. — Но без тебя я бы сейчас лежал рядом с тем бордюром, а не стоял здесь.

Я не ответил. Потому что знал: он прав. Но и я был прав, когда закрыл его спиной. О чем тут говорить если и так всё понятно.
Мимо прошла женщина с ребёнком. Она даже не посмотрела в нашу сторону. Она просто прошла, держа ребёнка за руку, и исчезла за поворотом. Я поймал себя на мысли, что завидую ей. Ей не нужно выбирать между страхом и дыркой на лицевом счету. Она просто идёт куда ей нужно и не заморачивается.

— Толя, — сказал Колян, открывая глаза. — Ты сегодня на работу?

— Не знаю, — ответил я. — Плечо и спина беспокоят. К медикам надо. Может и выходной возьму.

— У тебя их нет, — напомнил он.

— Ну да, бля… Верно подмечено, Коль…

Мы постояли ещё около минуты. Потом Колян оттолкнулся от стены и посмотрел в ту сторону, откуда мы пришли. Там уже заканчивали свою приборку — медики и копы. Жёлтый сигнал.

— Давай дойдём до медпункта, — сказал он. — не помешает на осмотр и подлататься. Подешевле, чем в клинике, да и волокиты с анкетами меньше на порядок.

Я кивнул. Не торопясь, вразвалочку мы двинули в сторону медиков.
Ближайший Медпункт находился в подвале старого жилого модуля. Вход был с торца, малозаметный — белая глянцевая дверь с синим крестом, по краям которого сеточкой пошла ржавчина и электронная панель с текстом: «Стандартная Медицинская помощь. Пункт №27». Базовая медицина для обычных граждан. Сюда шли те, кто мало что мог себе позволить.Внутри пахло хлорной известью и бумагой. В приёмной сидели двое — парень с перевязанной головой и женщина, которая держала руку в странном положении. Никто не плакал, никто не стонал. Здесь было тихо и тяжело — как в комнате ожидания, где люди привыкли ждать своей очереди.Колян подошёл окну дежурного медика. За ним сидела медсестра с усталым лицом и очками на переносице.

— У нас два человека, — сказал он. — Повреждения на руке, спине и остальное по мелочи.

— Осмотрим, — ответила она, не поднимая глаз. — АйДи карты, пожалуйста.

Колян передал карты. Она смахнула их через считыватель и кивнула в сторону коридора.

— Второй кабинет. Ждите.

Ждать пришлось не долго. Маленький кабинет, без окон, с одним столом, парой стульев и кушеткой, обтянутой композитом. На стене висел анатомический плакат с внутренними органами — старый, подвыцветший, как и всё здесь. Мы сели. Колян снял куртку, и я увидел багровый синяк на его боку. Не слабо ему досталось. Он заметил мой взгляд:

— Не ссы, Толян. Заживет. Тебе тоже прилетело, судя, по-твоему, видку.

Коля, по-приятельски, еще немного поугарал надо мной. Самое время разрядить обстановку, тут он прав. Я действительно чувствовал себя изрядно помятым, но в пределах допустимого. Старший медик зашёл через пару минут — мужчина лет пятидесяти, с уставшим лицом и руками, которые знали своё дело. Он быстро осмотрел меня, пробежался простым биосканером, промыл с антисептиком, обработал линиментами и напоследок наклеил по несколько активных пластырей.
 
— Спина у тебя, парень, хорошая гематома такая, — сказал он мне. — Дня три поболит. Можешь на работу, но без тяжестей. И если не пройдёт — приходи.

— Спасибо, — сказал я.

— Не за что, — ответил он.

После меня медик повторил с Коляном ту же процедуру и напомнил нам завершить оформление перед уходом.
Мы оделись, вышли в коридор и закрыли прием у медсестры. На выходе Коля немного замедлился и полез в смартфон.

— Смотри, — сказал он, показывая мне экран. — Уже готовят вечернюю подборку. Наш переход — в топе.

На экране мелькнула надпись: «Центральный переход. Драка дня. Не пропустите сегодня вечером».

— Наверняка ты, Колян, — сказал я.

— Возможно, — усмехнулся он. — Вечером будем поглядеть.

Мы вышли на улицу. Свет уже стал поярче, город окончательно проснулся. Где-то вдалеке гудел транспорт. Колян посмотрел на меня:

— Ну что, на работу?

— Надо, — ответил я. — Мне эти выходные не по карману.

— Ну погнали тогда. Мне тоже не по карману. Вечером глянем наш переход.

Распределительный узел ждет нас. Перед сменой, как обычно, разговорчики про переходы. Весь день я отработал механически, думая о том что покажут Центральный переход, о долгах, о том, что Колян может поднять премиальные за переход. А может быть выберут меня?


... Дома я скинул куртку, налил воды, сел перед видео панелью. Смена закончилась полтора часа назад. Я вышел с распределительного и пошел к своему модулю, не глядя по сторонам. Сейчас город уже потихоньку разгорается неоном — тусклым, дешёвым, похожим на тот, что раньше горел в витринах дешёвых баров. В дорогих премиальных кварталах, в отличие от нашего, освещение премиум класса естественно. Одним всё, а другим объедки. В бар? Неееет, сегодня для меня никаких баров. Скоро начнется шоу.

Пальцы на мгновение зависли над сенсором активации дисплея. Я не знал, чего хочу больше — увидеть, что Колян выиграл, или чтобы там никого не было. Никого и никогда. Пора уже, я активировал дисплей. Вечерний выпуск уже шёл. Ведущий говорил что-то бодрое, как всегда — про то, что «в городе кипит жизнь», про «героев переходов», про «шанс для каждого».
Да-да-да, все это мы знаем и даже получше многих. Отлично, вот начинают, наконец, заставка «Драки понедельника!». А вот и Центральный переход. Волнительно даже.Ракурс Камеры — сверху. Картинка плавно нарезает круг над переходом. Ну понятно всё, это они дроном снимали.  Я узнал толпу, узнал бордюр, узнал мгновение, когда Колян развернулся и ударил. Всё выглядело иначе, чем тогда, — будто это был не бой, а постановка. Крупные планы, замедленные повторы, музыка, которая давила на нервы.
Кто заберет призовые? Кто? И голос за кадром:
— Участник №47 — Николай Григорьев — сегодняшний победитель Центрального перехода. Жёстко, эффективно, с характером. Гонорар — 15 000 кредитов.

Я смотрел на экран и почти не дышал. Колян выглядел на записи сильнее, чем в жизни. Лицо у него было спокойное, будто он делал это каждый день. Может, так оно и было если он ходил на Южный.
На смартфон пришло уведомление. Я открыл — перевод на 7 500 кредитов. Сообщение от Коляна:
«Половина тебе. Закрывай долги, лечи спину. Завтра после смены в бар, ты проставляешься! :)».

Я молча сидел, уставившись на экран смартфона. В бар так в бар. Сумма перекрывала долги и еще половина сверху. Я мог бы выдохнуть. Мог бы почувствовать облегчение. Но вместо этого я просто перевёл взгляд на потолок.
Тонкая трещинка в углу. Вчера её не было. Или была — я просто не замечал. В этом городе всё появляется внезапно. Трещины, новые правила, новые налоги, новые виды оружия, которое разрешено на переходах. Сегодня — ножи? Запретили на прошлой неделе. Теперь — только руки и подручные предметы, без ножей. Но кто знает, что придумают к завтрашнему утру.

Я погасил видео панель, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Где-то в соседнем модуле кто-то смеялся. Где-то гудела техника. Город жил своей жизнью и сегодня я был его частью и завтра буду. Хочу я этого или нет, значения не имеет.
Я не знаю, что будет завтра. Но пока я всё еще жив.