Неон и клыки полнометражный художественный фильм

НЕОН И КЛЫКИ
Полнометражный художественный фильм
Жанр: Киберпанк-детектив, эротический триллер, боди-хоррор
Хронометраж: ~135 минут

ТИТРЫ
Чёрный экран. Звук дождя, смешанный с низкочастотным гулом, похожим на сердцебиение. Постепенно проступают неоновые линии — контуры ночного мегаполиса. Название фильма вспыхивает и гаснет, как сломавшаяся вывеска. Последней появляется строка:
«В городе, где все спят, цирк никогда не закрывается»
НЕОН И КЛЫКИ

ПРОЛОГ
ИНТ. ЦИРК «ПОСЛЕДНЕГО СЕАНСА» — ЗРИТЕЛЬНЫЙ ЗАЛ — НОЧЬ
Зал в полумраке. Около пятидесяти ЗРИТЕЛЕЙ сидят в креслах, обитых потёртым красным бархатом. Почти у всех — нейроинтерфейсные маски, закрывающие верхнюю половину лица. Маски мерцают голубым — зрители одновременно видят реальность и цифровую надстройку: вспышки цвета, искажённые пропорции, усиленные эмоции.
Воздух густой, тяжёлый. Пахнет озоном, потом и чем-то сладковатым — феромоны, распыляемые через вентиляцию.
На сцене — только один прожектор. Кроваво-красный луч выхватывает из темноты фигуру.
Это СИРЕНА (возраст неопределим, между 25 и 35). Она полностью обнажена, если не считать тонких полос светодиодной ткани, которые обвивают её тело, как змеи, прикрывая только самые интимные места. Ткань пульсирует в такт её сердцебиению.
Её кожа отливает серебром из-за тысяч вживлённых микрочипов. По позвоночнику проходит светящаяся полоса — биолюминесцентный имплант, реагирующий на эмоции. Сейчас он пульсирует красным.
На руках и ногах — тонкие, почти прозрачные когти. Во рту — заострённые зубы.
Она висит на полотнах вниз головой. Её тело — произведение био-арта, каждый мускул виден под полупрозрачной кожей.
Она начинает двигаться. Это не акробатика — это охота. Медленная, чувственная, гипнотическая. Полотна обвивают её бёдра, талию, шею. Она скользит по ним, как по телу любовника. Каждое движение — смесь боли и наслаждения.
Зрители затаили дыхание.
В другом конце сцены появляются ФЛИК и ТЕНЬ — близняшки-гимнастки (около 20 лет). Они выходят из темноты абсолютно синхронно. Они тоже обнажены, если не считать узких полосок ткани на бёдрах и полупрозрачных топов, сквозь которые просвечивают соски. Их кожа покрыта светящимися татуировками, имитирующими змеиную чешую.
Их тела — юные, гибкие, почти нереальные в своей пластике. Они двигаются как одно существо, разделённое на два тела.
Начинается номер «Три Хищницы».
СЦЕНА ПРОЛОГА — НОМЕР «ТРИ ХИЩНИЦЫ» (РАСШИРЕННАЯ ВЕРСИЯ)
Музыка — низкие басы, ритм, похожий на сердцебиение во время оргазма. Свет пульсирует.
Флик и Тень начинают танец на земле. Их тела сплетаются — руки, ноги, изгибы позвоночников. Это акробатика на грани порнографии, но именно на грани, не переходя её. Каждое движение — намёк. Каждое касание — обещание.
Они делают «мостик» одновременно, их животы соприкасаются, груди прижаты друг к другу. Светодиодная ткань мерцает, подчёркивая контуры тел.
Затем Тень поднимает Флик над головой — та делает шпагат в воздухе. Мышцы Тени напряжены, на коже выступает испарина. Флик медленно опускается, её лицо скользит вдоль тела сестры, губы почти касаются живота, бёдер...
Сирена наблюдает за ними с высоты. Её тело обвито полотнами, которые медленно вращают её, позволяя зрителям рассмотреть каждый изгиб. Её грудь вздымается, светящаяся полоса на позвоночнике пульсирует всё быстрее.
Она срывается с полотен. Падает — но не на пол, а в объятия близняшек. Они ловят её, и теперь три тела сплетаются в единую композицию. Руки, ноги, изгибы — зрители не могут понять, где заканчивается одно тело и начинается другое.
Кульминация номера: Сирена в центре, близняшки по бокам. Они поднимают её, и она делает сальто, приземляясь на руки в нескольких сантиметрах от первого ряда.
Зрители вздрагивают. Кто-то вскрикивает.
Сирена поднимает голову. Её глаза — вертикальные зрачки, как у кошки. Она смотрит прямо в зал. В её взгляде — голод. Не сексуальный. Хищный.
Она медленно, почти лениво ползёт вдоль первого ряда. Её бёдра покачиваются, позвоночник изгибается. Она останавливается перед одной из зрительниц — женщиной в маске.
Сирена протягивает руку и снимает с неё маску.
Под маской — обычное лицо. Испуганное, но возбуждённое. Женщина не может отвести взгляд.
Сирена наклоняется и проводит языком по её щеке — долго, медленно. Женщина дрожит, но не отстраняется.
СИРЕНА
(шёпотом, но в полной тишине его слышат все)
Ты хочешь попробовать?..
Женщина кивает, не в силах говорить.
Сирена улыбается — и в её улыбке мелькают острые зубы. Она отстраняется и движется дальше.
КРУПНЫЙ ПЛАН — ЛИЗА (23)
ЛИЗА сидит в первом ряду. У неё нет маски. Она в рабочей куртке «НейроДоставки» с логотипом. Она пришла сюда случайно — спряталась от дождя. Но теперь не может отвести взгляд.
Сирена замечает её. Останавливается.
Их глаза встречаются. Вертикальные зрачки Сирены и обычные, человеческие — Лизы.
СИРЕНА
А ты... ты особенная. Я чувствую это.
Она подползает ближе. Её рука тянется к лицу Лизы. Острый коготь касается щеки — легко, почти нежно. Проводит линию вниз, к шее, к ключице. Оставляет крошечную царапину.
Капля крови.
Лиза вздрагивает. Но вместо боли на её лице появляется выражение эйфории. Зрачки расширяются. Губы приоткрываются.
Сирена наклоняется к её уху. Её дыхание — горячее, пахнущее озоном и чем-то мускусным.
СИРЕНА
(шёпотом, интимно)
Ты хочешь летать?.. По-настоящему?.. Без страха?.. Без границ?..
Лиза не отвечает. Но её тело отвечает за неё — она чуть подаётся вперёд, подставляя шею.
Сирена улыбается. Проводит языком по царапине, слизывая капельку крови.
СИРЕНА
Приходи завтра. За кулисы. Я покажу тебе то, о чём ты боялась даже мечтать.
Прожектор гаснет. Зал погружается в полную темноту.
ВРЕЗКА:
КРУПНЫЙ ПЛАН — экран нейроинтерфейса. Цифровой шрифт:
«48 ЧАСОВ ДО ИСЧЕЗНОВЕНИЯ»
ЗАТЕМНЕНИЕ.

АКТ I: ТЕНИ ПОД КОЖЕЙ

СЦЕНА 1
ЭКСТ. УЛИЦЫ МЕГАПОЛИСА — ДЕНЬ
Дождь. Всегда дождь.
Панорама города: гигантские башни, пронзающие облака, голографическая реклама на фасадах — полуобнажённые аватары с изменёнными пропорциями тел, призывающие покупать нейростимуляторы. Дроны-доставщики снуют между зданиями. На нижних уровнях — грязь, пар из вентиляционных шахт, бездомные с дешёвыми оптическими имплантами.
По тротуару идёт группа подростков. У всех — нейроинтерфейсы. Они смеются, но их смех не настоящий — модулированный, пропущенный через фильтры. Один из них останавливается у витрины, где на голографическом экране транслируется реклама: «ЦИРК ПОСЛЕДНЕГО СЕАНСА. НАСТОЯЩИЕ ЭМОЦИИ. БЕЗ ФИЛЬТРОВ. БЕЗ ЦЕНЗУРЫ.»
ВИКТОР ШТЕРН (45) стоит под козырьком полуразвалившегося магазина с вывеской «Техно-Еда». Он высокий, худощавый, в длинном плаще, который знавал лучшие времена. На виске — старый нейроинтерфейс, модель десятилетней давности. Он мигает красным — глючит.
Виктор смотрит на афишную тумбу. Среди обрывков рекламы — свежая афиша с изображением трёх женских фигур, сплетённых в акробатическом танце. Их лица замазаны чёрным, но тела прорисованы с анатомической точностью.
В руке у Виктора — папка. Он открывает её. Внутри — три фотографии:
1. МУЖЧИНА, около 30 лет, невзрачный.
2. ЖЕНЩИНА, около 40 лет, с усталым лицом.
3. ЛИЗА — молодая, дерзкая, с улыбкой на пол-лица.
На каждой фотографии — штамп: «ПРОПАЛ(А) БЕЗ ВЕСТИ».
К папке прикреплён стикер с рукописной надписью: «Все были на представлении за 48 часов до исчезновения. Связь — цирк. Найди их. Гонорар — 5000 cred.»
Виктор захлопывает папку. Достаёт из кармана старую флягу, делает глоток. Нейроинтерфейс на виске вспыхивает красным.
ГЛЮК ИНТЕРФЕЙСА:
Вспышка. Виктор видит ДЕВОЧКУ (около 8 лет). Она смеётся, держит воздушный шарик. Солнечный день — невозможный, нереальный для этого города. Девочка бежит по цветущему лугу.
Голос девочки: «Папа, смотри! Я лечу!»
Она подпрыгивает — и действительно взлетает. Но это неестественно, жутко: она зависает в воздухе, как сломанная кукла, её руки и ноги болтаются.
Вспышка гаснет. Виктор снова под дождём. Его лицо напряжено. Он сжимает флягу так, что костяшки белеют.
ВИКТОР
(сквозь зубы)
Чёртов чип... Нет у меня дочери. Нет.
Он убирает флягу, поправляет воротник плаща и идёт через дорогу — к зданию с вывеской «Цирк Последнего Сеанса».

СЦЕНА 2
ИНТ. ЦИРК — ФОЙЕ — ДЕНЬ
Фойе цирка выглядит заброшенным при дневном свете. Потёртые ковры с пятнами, запах озона и дешёвого парфюма, смешанный с чем-то животным.
На стенах — афиши. На них — артисты в откровенных позах: акробатки на полотнах, гимнастки в шпагатах, клоуны с жуткими улыбками. Но у всех лиц; замазаны чёрной краской, а вместо имён — серийные номера.
Одна афиша привлекает внимание Виктора: на ней изображена Сирена. Она висит на полотнах, её тело выгнуто дугой, грудь обнажена, но соски закрыты светящимися наклейками. Её лицо перечёркнуто. В углу афиши — вшитый микрочип. Он мерцает.
Виктор подходит ближе. Проводит пальцем по чипу. Тот нагревается.
ГОЛОС ЗА КАДРОМ
(электронный, с помехами)
Руками не трогать. Это собственность цирка.
Виктор оборачивается. За стойкой из матового стекла сидит АДМИНИСТРАТОРША (возраст неопределим). Её глаза заменены на оптические модули — дешёвая имитация человеческого взгляда. Они двигаются с лёгкой задержкой.
Но сейчас Виктор замечает то, чего не заметил бы обычный человек: под стойкой, на уровне колен администраторши, видны провода, уходящие в её тело. Она подключена к чему-то. Её пальцы, лежащие на стойке, чуть подрагивают — мелкий тремор.
ВИКТОР
Мне нужен директор.
АДМИНИСТРАТОРША
Директор не принимает без предварительной записи.
ВИКТОР
А я не прошу приёма. Я расследую исчезновения.
Он кладёт на стойку удостоверение частного детектива. Администраторша смотрит на него — её модули фокусируются с тихим жужжанием.
АДМИНИСТРАТОРША
Исчезновения? В этом городе каждый день кто-то исчезает. Корпорации списывают людей, как бракованные детали. При чём здесь цирк?
ВИКТОР
Три человека. Все были здесь за двое суток до того, как пропасть. Совпадение?
Он достаёт фотографии и раскладывает их веером.
Администраторша смотрит на них. Её модули расширяются, сужаются — она сканирует изображения.
АДМИНИСТРАТОРША
Я не помню лиц. Я помню только билеты. Но если хотите... спросите у тех, кто здесь работает. Например, у клоуна.
ВИКТОР
У клоуна?
АДМИНИСТРАТОРША
Клаус. Он... коллекционирует воспоминания. Возможно, он коллекционировал и ваших пропавших.
Она улыбается. Это должно быть улыбкой — губы растягиваются, обнажая дёсны. Но её оптические модули не меняют выражения.
Из-за перегородки доносится звук: ритмичные удары, стоны, смех. Вибрация проходит через пол.
ВИКТОР
Что там?
АДМИНИСТРАТОРША
Репетиция. Не мешайте. Идите через ту дверь. — Она указывает на дверь с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». — Клаус обычно там. Разбирает... впечатления.
Виктор идёт к двери. Прежде чем открыть, он оборачивается. Администраторша смотрит на него, и на секунду ему кажется, что её оптические модули выражают жалость.
АДМИНИСТРАТОРША
Будьте осторожны, детектив. Здесь любят... играть. С гостями.

СЦЕНА 3
ИНТ. ЦИРК — КОРИДОР ЗА СЦЕНОЙ — ДЕНЬ
Коридор узкий, тёмный. Стены покрыты старыми афишами и граффити. Пахнет потом, гримом, чем-то химическим. Где-то капает вода.
Виктор идёт, и звук репетиции становится громче. Теперь он различает голоса: женские, высокие, стонущие — то ли от боли, то ли от наслаждения.
Он проходит мимо приоткрытой двери. Заглядывает.
ИНТ. РЕПЕТИЦИОННЫЙ ЗАЛ — ДЕНЬ (КОРОТКАЯ СЦЕНА)
Это небольшой зал с матами и полотнами. Там тренируются ФЛИК и ТЕНЬ. На них — минимальные костюмы, едва прикрывающие интимные места. Их тела блестят от пота.
Они отрабатывают сложный акробатический элемент: Тень держит Флик на вытянутых руках, а та медленно, очень медленно опускается в шпагат. Их лица почти соприкасаются. Они дышат в унисон.
Рядом стоит тренер — пожилой мужчина с механической рукой. Он считает ритм, постукивая тростью по полу.
ТРЕНЕР
Медленнее. Ещё медленнее. Зритель должен видеть каждую мышцу. Каждую каплю пота. Это не спорт, девочки. Это искусство соблазна.
Флик полностью садится на шпагат. Её тело напряжено, мышцы дрожат. Пот стекает по шее, между грудей, по животу. Тень наклоняется и вылизывает каплю пота с её ключицы — медленно, чувственно.
ТРЕНЕР
Хорошо. Очень хорошо. Теперь — смена позиций.
Виктор отходит от двери. Он не хочет, чтобы его заметили.

СЦЕНА 4
ИНТ. ЦИРК — ПОДСОБКА КЛОУНА — ДЕНЬ
Подсобка заставлена ящиками с реквизитом. Тут пыльно, тусклый свет. На полках — банки с заспиртованными... чем-то. Органическими фрагментами.
В углу, на перевёрнутом ящике, сидит КЛАУС.
Это клоун. Но не смешной.
Его грим размазан, будто его тёрли наждачкой. Под белилами видны шрамы. Костюм — потрёпанный, с металлическими вставками, которые позвякивают при каждом движении. На поясе — набор инструментов: скальпели, пинцеты, какие-то щупы.
На коленях у Клауса — разобранный механизм, напоминающий часовой, но с органическими элементами. Это нейрочип, извлечённый из чьего-то виска. Клаус препарирует его миниатюрными инструментами, напевая что-то без мелодии.
Виктор входит. Клаус не поднимает головы.
ВИКТОР
Ты Клаус.
КЛАУС
(не прекращая работы)
А ты — детектив. Частный. С плохим чипом и хорошим нюхом. Я чую твой страх. И твои воспоминания. Особенно ту девочку... как её звали?.. Ах да, у неё не было имени. Потому что она — глюк.
Виктор напрягается.
ВИКТОР
Откуда ты знаешь?
Клаус наконец поднимает голову. У него нет зрачков. Только светящиеся кольца — красные, как у хищника в темноте. Они вращаются, фокусируются на Викторе.
КЛАУС
Я сканирую всех, кто входит. Это мой дар. Или проклятие. Смотря с какой стороны посмотреть.
Он откладывает инструменты и встаёт. Его движения нарочито неуклюжие, но в них чувствуется скрытая угроза. Клоунский костюм обтягивает тело, и Виктор замечает, что под тканью видны контуры металлических пластин — Клаус модифицирован больше, чем кажется на первый взгляд.
КЛАУС
(продолжает)
Ты пришёл за теми тремя. За Лизой, Майком и старушкой Энн. Я их помню. Особенно Лизу. У неё был такой вкусный страх... с нотками надежды. Редкое сочетание.
ВИКТОР
Где они?
КЛАУС
Они здесь. Они везде. Они стали частью шоу.
Он подходит к полке и берёт одну из банок. Внутри — что-то розовое, плавающее в прозрачной жидкости. Нейрочип.
КЛАУС
(продолжает)
Вот, например, это — фрагмент личности Майка. Того самого, который хотел быть сильным. Мы сделали его сильным. А то, что осталось от его старой личности... — он встряхивает банку, — я сохранил. Для коллекции.
Виктор смотрит на банку. Ему кажется, что розовая масса внутри шевелится.
ВИКТОР
Вы стираете людям память и превращаете их в цирковых уродов.
КЛАУС
(смеётся — звук похож на скрежет металла)
Уродов? Детектив, ты отстал от жизни. Мы превращаем их в произведения искусства. В богов. В хищников. Ты видел Сирену? Она была обычной женщиной. Бухгалтером, кажется. А теперь... теперь она заставляет мужчин плакать от одного её взгляда.
Он ставит банку на место и подходит ближе к Виктору. Его светящиеся глаза вращаются, сканируя.
КЛАУС
(продолжает)
Хочешь, я покажу тебе, что чувствовала Лиза, когда Сирена коснулась её? Это... очень интимно. Почти как секс. Только лучше.
Он протягивает руку к виску Виктора. Тот перехватывает его запястье.
ВИКТОР
Ещё раз дёрнешься — сломаю пальцы.
КЛАУС
У меня их двенадцать. И все — сменные. Ломай, не жалко.
Они смотрят друг на друга. Пауза.
ВИКТОР
Покажи мне гримёрку. Я хочу увидеть, где вы их модифицируете.
КЛАУС
Гримёрку? О, это моё любимое место. Там так... влажно. И пахнет. — Он облизывает губы. Его язык — длинный, раздвоенный на конце. — Пойдём. Я провожу.

СЦЕНА 5
ИНТ. ЦИРК — ГРИМЁРКА АРТИСТОВ — ДЕНЬ
Гримёрка маленькая, тесная. Пахнет спиртом, потом и чем-то сладковатым — феромоны, мускус. На стенах висят маски: звериные морды, человеческие лица, что-то среднее. На одной из масок — свежие пятна крови.
Вдоль стен — гримёрные столики с зеркалами. На столах — тюбики с биогелем, шприцы с прозрачной жидкостью, контейнеры с маркировкой. Косметика соседствует с медицинскими инструментами.
В углу стоит капсула для быстрой модификации — такие используют на подпольных аренах, чтобы за час превратить обычного человека в бойца. Капсула открыта, внутри видны ремни и провода. На подголовнике — следы засохшей крови.
Виктор осматривает полки. Три пустых контейнера с маркировкой: «НЕЙРО-СТИМУЛЯТОР: АКТИВАЦИЯ ХИЩНОГО РЕФЛЕКСА». Рядом — микрочипы с серийными номерами. Те самые номера, что были на афишах.
Он достаёт портативный сканер, проводит над контейнерами. На экране — химический анализ: нейротоксины, гормоны, ДНК-редакторы, феромоны.
ВИКТОР
(шёпотом)
Они их модифицируют на биологическом уровне...
Клаус стоит в дверях, наблюдает. Он достаёт из кармана яблоко — обычное, красное — и начинает его есть. Его зубы — острые, металлические — с хрустом вгрызаются в мякоть.
КЛАУС
Не просто модифицируют. Мы раскрываем то, что скрыто. У каждого человека есть хищный рефлекс. Просто у большинства он спит. А мы... будим. Акробатки теперь не просто гибкие — они быстрые, как змеи. И голодные. Очень голодные.
ВИКТОР
Голодные до чего?
КЛАУС
До эмоций. До страха. До... — он облизывает губы раздвоенным языком, — ...плоти. Но не в том смысле, в котором ты подумал. Им нужна энергия. Эмоциональная. Сексуальная. Зрители дают её. Вот почему шоу такие... интенсивные.
В этот момент свет в гримёрке меркнет. Вибрация, которая всё это время ощущалась где-то на периферии, внезапно меняет ритм — становится быстрее, агрессивнее.
Из коридора доносится звук — лёгкие шаги босых ног по металлическому полу.
КЛАУС
(улыбаясь)
А вот и они. Мои девочки. Пришли познакомиться.

СЦЕНА 6
ИНТ. ЦИРК — ГРИМЁРКА — ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЭРОТИЧЕСКАЯ СЦЕНА УГРОЗЫ
В дверях появляются ФЛИК и ТЕНЬ. Они только что с репетиции — их тела блестят от пота, волосы влажные. Костюмы едва прикрывают интимные места: узкие полоски ткани, которые больше открывают, чем скрывают.
Их движения синхронны, как у отражений. Глаза светятся жёлтым.
За ними входит СИРЕНА. Она выше, её кожа отливает серебром. Она одета в полупрозрачный комбинезон, сквозь который видны светящиеся линии вдоль позвоночника и конечностей. Соски и лобок прикрыты светодиодными наклейками, которые мерцают в такт дыханию.
Три Хищницы. Они заполняют гримёрку, отрезая Виктору путь к выходу.
ФЛИК
(голос — как шёпот, но слышен отовсюду)
Смотри, Тень. У нас гость.
ТЕНЬ
Мужчина. Давно не было мужчин.
ФЛИК
Он пахнет... интересно. Старым чипом и одиночеством.
Они начинают кружить вокруг Виктора. Их движения — медленный, чувственный танец. Флик подходит справа, Тень — слева.
Флик проводит пальцами по плечу Виктора. Её прикосновение лёгкое, но ногти — острые.
ФЛИК
Какие широкие плечи...
Тень подходит с другой стороны. Её рука скользит по его спине, опускается ниже. Она прижимается к нему, и Виктор чувствует жар её тела сквозь тонкую ткань.
ТЕНЬ
И напряжённый. Очень напряжённый. — Она кладёт ладонь ему на поясницу. — Тебе нужно расслабиться, детектив.
ФЛИК
Мы можем помочь. Мы очень... гибкие.
Она делает растяжку — поднимает ногу и кладёт её Виктору на плечо. Её тело изгибается, бёдра прижимаются к его бедру. Она почти невесомая, но её мышцы — стальные.
ТЕНЬ
(шёпотом ему в ухо)
Ты когда-нибудь был с двумя женщинами одновременно? С двумя сёстрами? С двумя хищницами?
Она прикусывает мочку его уха. Не сильно, но ощутимо.
Виктор не двигается. Он понимает: любое резкое движение — и они нападут. Но он не показывает страха.
ВИКТОР
Я здесь не за этим.
ФЛИК
(разочарованно)
Жаль. Мы могли бы... поиграть.
Она опускает ногу, но теперь её рука ложится ему на грудь. Пальцы расстёгивают верхнюю пуговицу рубашки.
ФЛИК
(продолжает)
Знаешь, что говорят о богомолах? Самка откусывает самцу голову после спаривания.
ТЕНЬ
Но перед этим он испытывает лучший оргазм в своей жизни.
Они обе смеются — тихо, гортанно.
Сирена всё это время наблюдает молча. Она стоит у двери, скрестив руки на груди. Её лицо бесстрастно.
ФЛИК
(Сирене)
Можно мы оставим его себе? Ненадолго? Обещаем не ломать. Сильно.
Сирена делает шаг вперёд.
СИРЕНА
Нет.
Близняшки замирают. Они смотрят на Сирену с недовольством, но подчиняются. Отступают от Виктора.
Сирена подходит к нему. Её движения плавные, как у большой кошки. Она останавливается в полуметре. Её глаза — вертикальные зрачки — смотрят прямо в его глаза.
СИРЕНА
Ты пришёл за девушкой. За Лизой.
ВИКТОР
Да.
СИРЕНА
Зачем?
ВИКТОР
Это моя работа.
СИРЕНА
Нет. — Она чуть наклоняет голову. — Работа — это то, что ты говоришь себе. На самом деле ты здесь, потому что не можешь спасти ту девочку из своих глюков. И думаешь, что, спасая Лизу, ты somehow спасёшь и её.
Виктор молчит. Нейроинтерфейс на его виске мигает.
СИРЕНА
(продолжает)
Я знаю про твой чип. Клаус просканировал тебя, как только ты вошёл. Ложная память. Дочь, которой никогда не было. Ты носишь в голове призрака, детектив.
ВИКТОР
Это не твоё дело.
СИРЕНА
Всё, что происходит в этом цирке — моё дело. Я здесь главная. Не Маэстро. Я. — Она берёт его за подбородок, поворачивает его лицо к свету. — Твоя дочь... она похожа на Лизу?
Виктор молчит. Но его молчание — ответ.
СИРЕНА
Я так и думала. — Она отпускает его. — Лиза сделала выбор. Она захотела летать. Теперь она летает. И она счастлива.
ВИКТОР
Ты держишь её на наркотиках.
СИРЕНА
Я держу её в свободе. Впервые в жизни она свободна. Посмотри вокруг, детектив. — Она обводит рукой гримёрку. — Этот город — тюрьма. Корпорации, кредиты, серые будни. Люди живут, как зомби. А здесь... здесь они просыпаются.
Она подходит ближе. Её грудь почти касается его груди. Её запах — мускус, озон, что-то животное — окутывает его.
СИРЕНА
(тихо, интимно)
Хочешь узнать, что чувствует Лиза? Что чувствую я? Мы можем подключить тебя к капсуле. Всего на час. Ты испытаешь то, что не испытывал никогда. Полёт. Свободу. Настоящую.
Она кладёт руку ему на грудь — туда, где сердце.
СИРЕНА
(продолжает)
Я чувствую твой пульс. Восемьдесят четыре удара. Ты боишься. Но не меня. Ты боишься, что тебе понравится.
Их лица в нескольких сантиметрах друг от друга. Её губы приоткрыты, видны кончики острых зубов.
ВИКТОР
Я не за этим пришёл.
СИРЕНА
(отступая)
Как знаешь. Но Лиза не уйдёт с тобой. Она теперь одна из нас. Приходи сегодня на представление. Увидишь её дебют.
В коридоре раздаются тяжёлые шаги. В дверях появляется ОХРАННИК в бронежилете.
ОХРАННИК
Директор хочет видеть детектива. Сейчас.
Сирена отступает. Близняшки, разочарованные, отходят в сторону.
КЛАУС
(из угла, доедая яблоко)
Аудиенция у Маэстро! Не забудь поклониться, детектив. Он любит, когда кланяются. Особенно те, кто потом становится... артистами.
Виктор проходит мимо Сирены. Она не двигается, но её голос — едва слышный шёпот — долетает до него:
СИРЕНА
Будь осторожен. Маэстро видит в тебе потенциал. А это опаснее, чем мои девочки.

СЦЕНА 7
ИНТ. ЦИРК — КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ
Кабинет отделан чёрным стеклом и хромом. Минималистично, холодно. На стене — голографический экран во всю стену. Сейчас на нём — кадры с камер наблюдения: репетиция близняшек, гримёрка, коридоры.
За столом сидит МАЭСТРО (около 55 лет). Он элегантен, в дорогом костюме. Перед ним на столе — бокал с янтарной жидкостью. Его глаза — единственное, что выдаёт возраст: уставшие, циничные, всё повидавшие. Рядом с ним стоит телохранитель — крупный мужчина с полностью механической правой рукой.
МАЭСТРО
Виктор Штерн. Частный детектив. Бывший следователь корпоративной полиции. Уволен после инцидента с нейроинтерфейсом, который теперь снабжает вас ложными воспоминаниями. Дочь, кажется? Девочка с шариком?
Виктор напрягается.
МАЭСТРО
(продолжает)
Не удивляйтесь. Клаус сканирует всех, кто входит. И делится информацией. За определённую плату, разумеется. Клаус вообще очень... общительный. Когда ему платят.
Он указывает на стул. Виктор садится.
МАЭСТРО
(продолжает)
Вы ищете троих. Я знаю. Они здесь. И они счастливы.
Он взмахивает рукой. На экране появляются три изображения:
1. МУЖЧИНА (Майк) — теперь он СИЛАЧ. Его мышцы неестественно раздуты биогелем, на коже — шрамы от инъекций. Он поднимает штангу, толпа аплодирует. На его лице — гримаса, которую можно принять за улыбку.
2. ЖЕНЩИНА (Энн) — теперь она АССИСТЕНТКА фокусника. Её тело стало гибким, текучим. Она обвивается вокруг ассистента в откровенном танце. Её глаза светятся жёлтым.
3. ЛИЗА — она на тренировке. Сирена держит её на вытянутых руках. Лиза делает шпагат в воздухе, её лицо сияет. Это не просто радость — это экстаз.
МАЭСТРО
(продолжает)
Мы не похищаем людей, детектив. Мы даём им то, чего они хотят. Майк хотел быть сильным — он стал сильным. Энн хотела быть желанной — она стала желанной. Лиза хотела летать — она летает. Разве это преступление?
ВИКТОР
Вы модифицируете их без информированного согласия.
МАЭСТРО
Информированное согласие? — Он смеётся. — Вы когда-нибудь читали пользовательские соглашения корпораций? Там сорок страниц мелкого шрифта, и где-то между строк написано: «Мы имеем право использовать ваши биометрические данные, вашу память, вашу личность». И люди подписывают. Каждый день.
Он встаёт и подходит к окну — фальшивому, голографическому. За ним — вид на ночной город.
МАЭСТРО
(продолжает)
Мы честнее. Мы говорим: «Ты хочешь измениться? Мы изменим тебя». И они соглашаются. Да, под воздействием препаратов. Да, в состоянии эйфории. Но они соглашаются.
ВИКТОР
Это не согласие. Это манипуляция.
МАЭСТРО
(поворачиваясь)
А что такое жизнь, как не манипуляция? Реклама манипулирует вашими желаниями. Корпорации — вашими страхами. Правительство — вашим чувством долга. Мы просто... делаем это красиво.
Пауза.
ВИКТОР
Я хочу поговорить с Лизой. Сейчас.
МАЭСТРО
Сейчас она на подготовке. Но сегодня вечером — её дебют. Приходите. Посмотрите шоу. А после шоу, если вы всё ещё захотите её «спасти» — мы поговорим.
Он возвращается к столу и берёт бокал.
МАЭСТРО
(продолжает)
И кстати... мой вам совет, детектив. Не пытайтесь проникнуть в лабораторию. Там очень... sensitive оборудование. И очень чувствительная охрана.
Он делает глоток. Аудиенция окончена.
Виктор встаёт.
ВИКТОР
Я приду на шоу.
МАЭСТРО
Я рассчитываю на это. — Он улыбается. — Кто знает... может быть, после шоу вы и сами захотите... измениться. У нас есть свободная капсула. И, кажется, Клаус уже придумал для вас номер.
Виктор выходит. Маэстро смотрит ему вслед, потом нажимает кнопку селектора.
МАЭСТРО
Клаус. Подготовь четвёртую капсулу. И усиль охрану в лаборатории. Кажется, наш детектив слишком любопытен.

СЦЕНА 8
ЭКСТ. УЛИЦА ПЕРЕД ЦИРКОМ — ВЕЧЕР
Дождь усиливается. Виктор стоит под козырьком и смотрит на вывеску. Она мигает, подмигивая ему.
Он достаёт папку с делами. Смотрит на фотографию Лизы.
ГЛЮК ИНТЕРФЕЙСА:
Вспышка. Девочка с шариком. Но теперь она не смеётся. Она стоит на краю обрыва. Её лицо искажено ужасом.
Голос девочки: «Папа! Помоги! Я падаю!»
Она шагает в пустоту. Виктор пытается схватить её — но не может.
Вспышка гаснет. Виктор хватается за висок. Интерфейс перегревается, шипит.
ВИКТОР
(тяжело дыша)
Нет... нет... это не реально. Это ложь.
Он сжимает фотографию в кулаке. Смотрит на цирк. В окнах загорается свет. Толпа зрителей собирается у входа — нарядные, в масках, предвкушающие.
ВИКТОР
Но ты реальна, Лиза. Я найду тебя.
Он засовывает папку за пазуху и идёт к входу.
ЗАТЕМНЕНИЕ.

АКТ II: ХИЩНЫЙ РЕФЛЕКС

СЦЕНА 9
ИНТ. ЦИРК — ЗРИТЕЛЬНЫЙ ЗАЛ — НОЧЬ
Зал полон. Около восьмидесяти зрителей в масках, оживлённый гул. Виктор сидит в пятом ряду, у прохода. Он без маски — единственный с открытым лицом.
Свет гаснет. Тишина.
ГОЛОС МАЭСТРО (усиленный динамиками):
«Дамы и господа. Добро пожаловать в Цирк Последнего Сеанса. Сегодня вы увидите то, чего не покажут по корпоративным каналам. То, о чём не пишут в новостных лентах. То, что спрятано глубоко внутри каждого из вас. Мы не показываем фокусы. Мы показываем правду. И эта правда... возбуждает.»
Прожектор освещает арену. На ней — Клаус.
Он в своём потрёпанном клоунском костюме, но теперь на нём ещё и цилиндр. Его грим особенно жуткий — рот растянут до ушей, глаза-кольца светятся ярче обычного.
КЛАУС
(в микрофон)
Добрый вечер, мои дорогие! Вы голодны? Вы хотите крови, страха и экстаза? Я слышу ваши сердца — они бьются всё быстрее! Ваши феромоны заполняют зал! О, да!
Он театрально вдыхает воздух, облизывается раздвоенным языком.
КЛАУС
Я чувствую вас. Каждого. Ты, в третьем ряду — ты изменяешь жене. Ты, в ложе — ты только что принял нейростимулятор. Ты, детектив в пятом ряду... — его глаза фокусируются на Викторе, — ...ты боишься. И это прекрасно.
Зрители смеются, не понимая. Виктор сидит неподвижно.
КЛАУС
Первый номер нашей программы! Встречайте — Флик и Тень! «Танец Богомолов»!

СЦЕНА 10
ИНТ. ЦИРК — СЦЕНА — НОМЕР «ТАНЕЦ БОГОМОЛОВ» (РАСШИРЕННАЯ ВЕРСИЯ)
Свет гаснет. Музыка — низкие басы, ритм, похожий на сердцебиение во время опасности.
На арену выходят ФЛИК и ТЕНЬ. На них — костюмы, имитирующие экзоскелеты богомолов: острые углы, полупрозрачные крылья за спиной. Но костюмы минимальны — только каркас, прикрывающий стратегические места. Всё остальное обнажено.
Их кожа блестит — её смазали специальным маслом, которое делает тела светящимися в ультрафиолете.
Начинается танец. Медленный, гипнотический. Флик и Тень двигаются синхронно — каждое движение зеркально. Их тела сплетаются, расплетаются, снова сплетаются. Это акробатика на грани порнографии, но не переходящая грань — всегда остаётся элемент искусства.
Флик поднимает Тень. Та обвивает её талию ногами, прогибается назад, её волосы касаются пола. Мышцы Флик напряжены, на бёдрах выступают вены. Она держит сестру на весу одной рукой, другой скользит по её телу — от шеи, между грудей, по животу, ниже...
Зрители затаили дыхание.
Затем они меняются. Теперь Тень поднимает Флик. Та делает шпагат в воздухе, и Тень, удерживая её, скользит языком по внутренней стороне её бедра. Медленно, очень медленно.
КЛАУС
(комментирует шёпотом, но микрофон разносит его голос по залу)
Богомолы... прекрасные создания. Самка спаривается с самцом, а потом откусывает ему голову. Но перед этим... о, перед этим они танцуют. Танец жизни и смерти...
Кульминация: Флик и Тень замирают. Флик нависает над Тенью, её рука с острыми когтями занесена над горлом сестры. Тень смотрит на неё снизу вверх — в её глазах страх и желание одновременно.
Пауза. Зал не дышит.
И тут Тень резко перехватывает руку Флик, выворачивает её, опрокидывает сестру на спину. Теперь она сверху. Её бёдра прижаты к бёдрам Флик, их лица в сантиметре друг от друга.
ТЕНЬ
(громко, в зал)
Не сегодня, сестра. Не сегодня.
Они замирают в этой позе — почти поцелуй, почти убийство.
Взрыв аплодисментов.
Близняшки поднимаются, кланяются — их тела всё ещё дрожат от напряжения, пот стекает по коже, масло блестит в свете прожекторов.
Виктор замечает движение за кулисами. Сирена стоит в тени, наблюдает за ним. Их глаза встречаются. Она едва заметно кивает — будто говоря: «Смотри дальше».

СЦЕНА 11
ИНТ. ЦИРК — СЦЕНА — НОМЕР СИРЕНЫ «ПЛАЧ ХИЩНИЦЫ» (РАСШИРЕННАЯ ВЕРСИЯ)
Свет гаснет. Долгая пауза.
На сцену выходит СИРЕНА. Она одна. Только она и полотна, свисающие с потолка.
На ней — костюм, который нельзя назвать костюмом. Тонкие серебристые нити обвивают её тело, как паутина. Они прикрывают только соски и лобок, и то — символически. Светящаяся полоса на позвоночнике пульсирует медленно, в ритме сердцебиения.
Музыка — тихая, почти медитативная. Никаких резких звуков. Только дыхание, усиленное микрофоном.
Сирена начинает подниматься по полотнам. Её тело движется как вода — текуче, непрерывно. Каждое движение — исповедь. Каждый изгиб — боль и наслаждение одновременно.
Она обвивает полотна ногами, руками, всем телом. Ткань трётся о её кожу, оставляя красные следы. Она то исчезает в складках полотен, то появляется — как рождающаяся заново.
В один момент она замирает вниз головой. Её волосы свисают до пола. Она разводит руки в стороны — и полотна обвивают её запястья, растягивая в позе распятия.
СИРЕНА
(шёпотом, но микрофон разносит по залу)
Я была такой же, как вы... Я боялась... Я пряталась... А потом я перестала бояться...
Она резко освобождает руки и падает. Зрители вскрикивают. Но она не разбивается — в последний момент полотна подхватывают её, обвивают талию, поднимают обратно.
Теперь её движения становятся быстрее, агрессивнее. Она скользит по полотнам, трётся о них, обвивает их ногами. Это почти секс — но с тканью, с воздухом, с самой собой.
В кульминации она повисает на одном полотне, обвив его ногой. Вторая нога вытянута в шпагат. Руки раскинуты. Голова запрокинута. Её грудь вздымается, рёбра выступают под тонкой кожей. Светящаяся полоса на позвоночнике пульсирует всё быстрее, быстрее...
И гаснет.
Сирена замирает. Полная неподвижность. Тишина.
По её щеке течёт слеза — единственное движение.
Зал взрывается аплодисментами. Но Виктор не аплодирует. Он смотрит на Сирену, и его нейроинтерфейс снова глючит.
ГЛЮК ИНТЕРФЕЙСА:
Больничная палата. Сирена — без чипов, обычная женщина с короткой стрижкой — привязана к койке. Врачи в масках что-то вводят ей. Она кричит. Её тело выгибается. Один из врачей равнодушно говорит: «Введите ещё 20 кубиков. Рефлекс должен активироваться».
Вспышка. Снова сцена. Сирена кланяется и уходит.
Виктор трёт висок. Он видел её воспоминания? Или это снова глюк?

СЦЕНА 12
ИНТ. ЦИРК — СЦЕНА — ВЫХОД МАЭСТРО
Маэстро выходит на сцену. Зал затихает.
МАЭСТРО
Вы видели танец богомолов. Вы видели плач хищницы. Но всё это — лишь прелюдия. А теперь — то, ради чего вы здесь.
Он делает паузу.
МАЭСТРО
(продолжает)
Наша новая звезда. Девушка, которая пришла к нам из серых будней. Из мира доставок и кредитов. Из мира, где люди спят и не знают, что они спят. Она хотела летать — и мы дали ей крылья. Она хотела быть свободной — и мы сломали её клетку.
Ещё одна пауза.
МАЭСТРО
Встречайте. Лиза. «Соло для Хищницы»!

СЦЕНА 13
ИНТ. ЦИРК — СЦЕНА — НОМЕР ЛИЗЫ «СОЛО ДЛЯ ХИЩНИЦЫ» (РАСШИРЕННАЯ ВЕРСИЯ)
Свет гаснет. Абсолютная темнота.
Потом — одна нота. Низкая, вибрирующая.
Прожектор выхватывает из темноты фигуру. ЛИЗА стоит в центре сцены. Она изменилась.
Её тело стало более поджарым, мускулистым. На коже — светящиеся татуировки, имитирующие тигриные полосы. Глаза горят жёлтым. Она одета в облегающий костюм, который больше открывает, чем скрывает: высокий ворот, длинные рукава, но спина, живот и бёдра обнажены. На руках — когти. На ногах — что-то вроде пуантов, но с металлическими наконечниками.
Она улыбается. И в этой улыбке — свобода. Нечеловеческая.
Музыка меняется. Басы, ритм, похожий на погоню. Лиза начинает двигаться.
Это не акробатика. Это охота. Она прыгает, кувыркается, взбирается на конструкции. Её движения — смесь звериной грации и человеческой пластики. Она использует полотна, трапеции, шесты. Всё, что есть на сцене.
В середине номера на арену выкатывают клетку с ДРОНОМ-МАНЕКЕНОМ. Это учебная цель — человекоподобный робот, запрограммированный на сопротивление.
КЛАУС
(комментирует)
А теперь — кульминация! Наша новая хищница против бездушной машины! Кто победит?
Лиза замирает. Смотрит на дрона. Её ноздри раздуваются — она чует запах. Хотя дрон ничем не пахнет.
Она начинает кружить вокруг клетки. Медленно. Дрон следит за ней сенсорами. Его руки-манипуляторы сжимаются в кулаки.
Лиза делает ложный выпад. Дрон реагирует. Она отскакивает. Снова выпад. Снова реакция. Это похоже на брачный танец — или на прелюдию к убийству.
Внезапно она прыгает. Не на дрона — на клетку. Она карабкается по прутьям с невероятной скоростью, перемахивает через верх, падает на дрона сзади.
Начинается схватка. Это не бой — это танец. Лиза уворачивается от манипуляторов, бьёт когтями по корпусу, оставляя царапины. Дрон пытается схватить её, но она выскальзывает, изгибается, используя свою новую гибкость.
В один момент дрон хватает её за ногу. Она падает, но в падении изворачивается и вонзает когти в его «лицо» — туда, где расположены сенсоры.
Искры. Дрон замирает, дёргается, падает.
Лиза стоит над ним. Тяжело дышит. Её грудь вздымается, пот стекает по обнажённому животу.
И тут она делает нечто неожиданное. Она садится на дрона верхом. Её бёдра сжимают его корпус. Она наклоняется к его «лицу» и проводит языком по сенсорам — медленно, чувственно. Затем она начинает двигаться — ритмично, как в любовном акте. Её тело изгибается, татуировки пульсируют в такт движениям.
Зал заворожён. Это провокация, это вызов, это чистая, незамутнённая сексуальность, смешанная с агрессией.
Лиза запрокидывает голову и издаёт звук — нечто среднее между стоном и рычанием.
И в этот момент Виктор встаёт.
ВИКТОР
(громко, в тишине)
Лиза!
Она замирает. Медленно поворачивает голову. Их глаза встречаются.
На долю секунды в её взгляде — узнавание. Потом — борьба.
ЛИЗА
Детектив... ты всё-таки пришёл...
Она слезает с дрона. Идёт к краю сцены. Её движения — всё ещё текучие, звериные. Но в глазах — проблески человека.
ЛИЗА
(продолжает)
Ты пришёл, чтобы вернуть меня? В ту жизнь? В доставку? В серость?
ВИКТОР
Я пришёл, чтобы дать тебе выбор. Настоящий. Не под наркотиками.
ЛИЗА
Выбор? — Она смеётся. Это смех хищницы. — Ты думаешь, у меня был выбор там, снаружи? Я работала по шестнадцать часов в сутки. Я жила в капсуле три на три метра. Я не видела солнца годами. Это был выбор?!
Она подходит к самому краю сцены. Теперь они на расстоянии вытянутой руки.
ЛИЗА
(продолжает)
А здесь... здесь я богиня. Здесь я живая. Здесь я чувствую. — Она проводит рукой по своему животу, по бёдрам. — Каждую клетку. Каждый нерв. Я никогда не чувствовала ничего подобного.
ВИКТОР
Это наркотик, Лиза. Он пройдёт. И останется только ломка.
ЛИЗА
(колеблясь)
Откуда ты знаешь?
ВИКТОР
Потому что я видел это. Потому что я говорил с Сиреной. Потому что она показала мне правду.
ЛИЗА
Сирена? — Она оборачивается, ищет её глазами за кулисами. — Сирена — моя наставница. Она дала мне крылья.
ВИКТОР
Она дала тебе клетку. Просто ты ещё не поняла этого.
Лиза смотрит на него. В её глазах — борьба. Жёлтое свечение мерцает, то усиливаясь, то ослабевая.
В этот момент на сцену выходит МАЭСТРО.
МАЭСТРО
(громко, в микрофон)
Дамы и господа! Небольшая техническая заминка! Наша звезда ещё не привыкла к вниманию!
Он делает жест. Охранники выходят из-за кулис — двое, с импульсными дубинками.
МАЭСТРО
(тише, Лизе)
Продолжай номер. Или я активирую чип.
Лиза вздрагивает. Её рука тянется к затылку.
ЛИЗА
Нет... не надо...
МАЭСТРО
Тогда продолжай.
Лиза смотрит на Виктора. В её глазах — мольба.
ЛИЗА
(шёпотом, чтобы слышал только он)
Помоги мне...
Она отворачивается и идёт в центр сцены. Её движения снова становятся звериными — чип активирован.
МАЭСТРО
(в микрофон)
А сейчас — антракт! Через двадцать минут — финал нашего шоу! Не расходитесь!
Свет в зале загорается. Зрители встают, громко обсуждая увиденное.
Виктор остаётся на месте. Он смотрит на сцену, где только что стояла Лиза.

СЦЕНА 14
ИНТ. ЦИРК — ГРИМЁРКА — НОЧЬ (ФЛЕШБЕК — 48 ЧАСОВ НАЗАД — РАСШИРЕННАЯ СЦЕНА МОДИФИКАЦИИ)
Крупный план: лицо Лизы. Она в ужасе. Зрачки расширены, по лицу течёт пот.
ЛИЗА
Пожалуйста... я передумала...
Камера отъезжает. Мы видим капсулу быстрой модификации. Лиза лежит внутри полностью обнажённая. Её запястья и лодыжки зафиксированы мягкими, но прочными ремнями. К вискам, позвоночнику, конечностям тянутся провода. На груди — датчики, отслеживающие сердцебиение.
Рядом стоит СИРЕНА. Она тоже обнажена — модификация требует контакта «кожа к коже». Её серебристое тело блестит в холодном свете лаборатории.
Она держит шприц с прозрачной, слегка светящейся жидкостью.
СИРЕНА
Ты пришла ко мне вчера. За кулисы. Ты сказала: «Я хочу попробовать». Ты помнишь?
ЛИЗА
Я не знала... я думала, это будет... не так...
СИРЕНА
Не так больно? — Сирена улыбается, но в улыбке — печаль. — Рождение всегда болезненно. Бабочка, вылупляющаяся из кокона, тоже страдает. Но потом... потом она летит.
ЛИЗА
Я боюсь.
Сирена наклоняется и целует её в лоб. Нежно, почти по-матерински.
СИРЕНА
Я знаю. Я тоже боялась. Когда меня модифицировали — это было не здесь. Это была корпоративная лаборатория. Я была подопытным кроликом. Мне было так страшно, что я хотела умереть.
Она проводит рукой по щеке Лизы, стирая слёзы.
СИРЕНА
(продолжает)
Но потом... когда препарат подействовал... я почувствовала то, чего не чувствовала никогда. Свободу. Силу. Я поняла, что страх — это просто иллюзия. Слабость, навязанная нам обществом.
Она подносит шприц к шее Лизы.
СИРЕНА
Сейчас будет больно. Но ты сильная. Ты справишься.
ЛИЗА
(шёпотом)
Почему ты делаешь это? Почему ты помогаешь им... ломать людей?
Сирена замирает. На её лице — тень.
СИРЕНА
Потому что меня саму сломали. И я хочу, чтобы кто-то разделил это со мной. — Пауза. — Это честный ответ. А теперь — дыши.
Она вводит иглу. Поршень медленно опускается. Светящаяся жидкость входит в вену.
Лиза кричит. Её тело выгибается дугой. Мышцы сводит судорогой. На мониторах показатели зашкаливают: пульс — 200 ударов, эндорфины — на максимуме, адреналин — выше предела.
Сирена держит её за руку. Её пальцы сжимают ладонь Лизы с нечеловеческой силой.
СИРЕНА
Не сопротивляйся. Отпусти. Отпусти всё. Отпусти ту жизнь. Отпусти ту Лизу. Она умерла. Сейчас родится новая.
Лиза кричит, бьётся в конвульсиях. Её тело покрывается испариной. Светящиеся линии начинают проступать на коже — сначала слабо, потом всё ярче.
И вдруг — тишина. Её тело обмякает. Дыхание становится ровным.
На мониторах показатели медленно приходят в норму — но не в прежнюю, человеческую. В новую. Пульс — 60, но каждое сокращение мощнее. Эндорфины — стабильно высокие.
Лиза открывает глаза. В них — жёлтое свечение.
ЛИЗА
(тихо, с благоговением)
Я... чувствую... всё... каждую клетку... каждый нерв... Это... прекрасно...
Она поднимает руку и смотрит на неё. На коже проступают светящиеся линии. Она сгибает пальцы — и на кончиках появляются маленькие когти.
ЛИЗА
(продолжает)
Я хочу... двигаться... я хочу...
СИРЕНА
Тихо. Всему своё время. Сначала — восстановление. Потом — тренировки. А потом — сцена.
Она отстёгивает ремни. Лиза пытается встать, но ноги подкашиваются. Сирена подхватывает её.
Их тела соприкасаются — обнажённые, влажные от пота. Лиза прижимается к Сирене, как ребёнок к матери. Но потом её руки начинают скользить по серебристой коже — изучающе, любопытно.
ЛИЗА
Твоя кожа... она такая гладкая... и тёплая...
СИРЕНА
Это чипы. Тысячи микрочипов под кожей. Они регулируют температуру, чувствительность, реакцию. Ты тоже получишь такие. Позже.
Лиза проводит пальцами по светящейся полосе на позвоночнике Сирены. Та вздрагивает — это эрогенная зона.
ЛИЗА
Тебе... приятно?
СИРЕНА
(с лёгкой усмешкой)
Когда ты касаешься этой линии — это как... электрический разряд. Прямо в мозг.
Лиза, заворожённая, проводит ещё раз. Сирена закрывает глаза. Её дыхание учащается.
ЛИЗА
Я хочу... быть как ты. Чувствовать как ты. Всё.
СИРЕНА
(открывая глаза)
Ты будешь. Со временем.
Она отстраняется — мягко, но решительно.
СИРЕНА
А теперь — отдых. Завтра начнутся тренировки. И они будут... интенсивными.
Лиза ложится обратно в капсулу. Но теперь её лицо расслаблено. Она улыбается.
ЛИЗА
Сирена... спасибо.
Сирена накрывает её простынёй.
СИРЕНА
Не благодари меня. Пока что.
Она выходит из лаборатории. В коридоре её ждёт Маэстро.
МАЭСТРО
Хорошая работа. Она будет готова через два дня?
СИРЕНА
Будет. Но она ещё колеблется.
МАЭСТРО
Колебания пройдут. — Он достаёт маленький пульт. — У нас есть способы... убеждения.
СИРЕНА
(с ненавистью)
Когда-нибудь я разломаю этот пульт. И тебя вместе с ним.
МАЭСТРО
(улыбаясь)
Конечно, дорогая. Но не сегодня. Сегодня ты — моя главная звезда. И ты сделаешь всё, что я скажу. Потому что твой чип... — он подбрасывает пульт в руке, — ...всё ещё у меня.
Он уходит. Сирена прислоняется к стене. Закрывает глаза.
СИРЕНА
(шёпотом)
Прости меня, Лиза.

СЦЕНА 15
ИНТ. ЦИРК — ТРЕНИРОВОЧНЫЙ ЗАЛ — НОЧЬ (ФЛЕШБЕК — 24 ЧАСА НАЗАД — РАСШИРЕННАЯ СЦЕНА ТРЕНИРОВКИ)
Тренировочный зал. Маты, полотна, трапеции. В центре — Сирена и Лиза. Обе в минимальных тренировочных костюмах: облегающие шорты и топы, едва прикрывающие грудь.
Лиза пытается повторить движение на полотнах, но срывается и падает на маты.
ЛИЗА
(в ярости)
Я не могу! Это невозможно!
СИРЕНА
Твоё тело уже умеет. Препарат изменил твои мышцы, твои рефлексы. Твой разум ещё сопротивляется. Перестань думать. Просто чувствуй.
Она протягивает руку. Лиза берёт её, поднимается.
СИРЕНА
(продолжает)
Закрой глаза.
Лиза закрывает.
СИРЕНА
Представь, что ты — не человек. Ты — животное. Хищник. Ты не думаешь о движениях. Ты просто двигаешься. Инстинкт. Повинуйся инстинкту.
Она начинает вести Лизу. Их тела соприкасаются. Рука Сирены на талии Лизы. Дыхание в унисон.
СИРЕНА
(шёпотом)
Позволь мне вести. Позволь мне показать.
Они начинают танцевать. Это медленный, чувственный танец. Их бёдра соприкасаются. Груди прижаты друг к другу. Руки скользят по телам — не эротично, но интимно.
Сирена поднимает Лизу — та делает сальто, приземляется. Потом Лиза поднимает Сирену — и та взлетает на полотна.
СИРЕНА
(сверху)
Теперь ты. Поднимайся.
Лиза смотрит на полотна. На свои руки. Вздыхает — и начинает карабкаться. Сначала неуклюже, но с каждым движением её тело «вспоминает». Препарат работает.
Она забирается наверх. Сирена ждёт её там, обвив полотна ногами.
СИРЕНА
Хорошо. Теперь — отпусти руки.
ЛИЗА
Что?! Я упаду!
СИРЕНА
Ты не упадёшь. Твои ноги держат. Твой центр тяжести изменился. Доверься телу.
Лиза колеблется. Потом отпускает руки — и повисает вниз головой, удерживаемая только ногами. Её лицо оказывается на уровне бёдер Сирены.
ЛИЗА
Я... вишу...
СИРЕНА
Ты летишь. Теперь — перехвати меня.
Лиза тянется, хватается за талию Сирены. Их тела сплетаются на полотнах. Это акробатический элемент, но он выглядит как объятие любовников.
СИРЕНА
(шёпотом)
Ты чувствуешь? Это свобода. Это полёт. Это то, ради чего стоит жить.
Лиза прижимается к ней. Её лицо у плеча Сирены. Она дрожит — но не от страха. От возбуждения.
ЛИЗА
Я никогда... ни с кем... так...
Сирена гладит её по волосам.
СИРЕНА
Теперь у тебя есть я. Теперь у тебя есть мы. Ты больше не одна.
Они медленно спускаются. Когда их ноги касаются матов, они всё ещё держат друг друга. Их лица в сантиметре.
ЛИЗА
Можно... можно тебя поцеловать?
Сирена смотрит на неё долгим взглядом. Потом наклоняется и целует — нежно, почти целомудренно.
СИРЕНА
(после поцелуя)
Это не любовь, Лиза. Это препарат. Он усиливает все чувства, в том числе привязанность. Не путай.
ЛИЗА
Мне всё равно. Я хочу быть с тобой. Всегда.
Сирена отстраняется. На её лице — боль.
СИРЕНА
Ты не знаешь, о чём просишь. «Всегда» в этом цирке — это очень долго. И очень больно.
Она уходит, оставляя Лизу одну.

СЦЕНА 16
ИНТ. ЦИРК — ТРЕНИРОВОЧНЫЙ ЗАЛ — НОЧЬ (ФЛЕШБЕК — 12 ЧАСОВ НАЗАД — ЛОМКА)
Та же комната. Лиза лежит на матах, свернувшись калачиком. Её тело сотрясает дрожь. Светящиеся линии на коже мерцают хаотично.
Рядом стоит КЛАУС. Он наблюдает с интересом, поедая очередное яблоко.
КЛАУС
Первая ломка. Самая сильная. Организм требует новую дозу, а дозы нет. Тренировка окончена, препарат выводится. И тело кричит: «Дай мне ещё!»
Лиза стонет. Её ногти царапают маты.
ЛИЗА
Пожалуйста... мне нужно... ещё... хоть немного...
КЛАУС
Немного? Можно. — Он достаёт из кармана маленький шприц-тюбик. — Но за это ты должна кое-что сделать.
ЛИЗА
Что угодно...
КЛАУС
Скажи, что ты хочешь остаться здесь. Навсегда. Что ты отказываешься от своей прошлой жизни.
Лиза колеблется. Но боль слишком сильна.
ЛИЗА
Я... я хочу остаться... навсегда... я отказываюсь...
В этот момент входит СИРЕНА. Она вырывает шприц у Клауса.
СИРЕНА
Вон. Убирайся.
КЛАУС
(обиженно)
Я просто хотел помочь. Получить информированное согласие.
СИРЕНА
Ты хотел получить её душу. Как получил души всех остальных. Вон!
Клаус уходит, ворча. Сирена опускается на колени рядом с Лизой. Гладит её по голове.
ЛИЗА
(плача)
Мне больно... так больно...
СИРЕНА
Я знаю. Я проходила через это. Это пройдёт. Держись за меня.
Лиза прижимается к ней. Сирена обнимает её, качает, как ребёнка.
СИРЕНА
(тихо, почти напевая)
Тихо, тихо, маленькая хищница... Боль — это просто страх, который выходит наружу... Отпусти его... Отпусти...
Постепенно дрожь Лизы утихает. Она засыпает в объятиях Сирены.
Сирена сидит неподвижно, глядя в темноту. По её лицу текут слёзы.
________________________________________
СЦЕНА 17
ИНТ. ЦИРК — КОРИДОР ЗА СЦЕНОЙ — НОЧЬ (НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ)
Антракт. Виктор пробирается по коридору. Он минует охранников, прячется в нишах. Звуки из зала — приглушённый гул голосов, музыка.
Он проходит мимо двери. За ней — голоса. Он останавливается, прислушивается.
ГОЛОС ФЛИК
...а мне понравилось, как он смотрел. Он не такой, как другие.
ГОЛОС ТЕНЬ
Он опасный. Сирена говорит, что он может всё испортить.
ГОЛОС ФЛИК
Или всё изменить. Ты заметила, как она на него смотрит?
ГОЛОС ТЕНЬ
Сирена? На мужчину? Не смеши меня. Сирена не смотрит на мужчин.
ГОЛОС ФЛИК
А на этого смотрит. Может, впервые за десять лет.
Смех. Потом тишина.
Виктор идёт дальше. Он находит дверь в тренировочный зал. Заглядывает.
Там, на матах, сидит СИРЕНА. Она одна. Она смотрит на свои руки — те самые, с когтями. И плачет.
Беззвучно. Слёзы текут по её серебристой коже.
Виктор входит.
ВИКТОР
Ты плачешь.
Сирена поднимает голову. Увидев его, она вытирает слёзы быстрым, звериным движением.
СИРЕНА
Ты должен быть в зале. Скоро финал.
ВИКТОР
Я не зритель. Я детектив. Я здесь, чтобы найти правду.
СИРЕНА
Правду? — Она горько усмехается. — Правда в том, что этот цирк — тюрьма. И я — надзиратель, который сам в кандалах.
Она трогает свой затылок.
СИРЕНА
Чип. Вживлён в ствол мозга. Если я пытаюсь ослушаться Маэстро — он активирует его. Боль... невыносимая боль. А если я пытаюсь уйти — чип просто убивает меня.
ВИКТОР
Почему ты не удалишь его?
СИРЕНА
Нельзя. Он сросся с нервной системой. Удалить — значит умереть. Или стать овощем. — Она смотрит на Виктора. — Я знаю, что ты ищешь. Ты хочешь спасти Лизу.
ВИКТОР
Да. И тебя тоже.
СИРЕНА
(удивлённо)
Меня? Зачем?
ВИКТОР
Потому что ты не такая, как они. Ты не хочешь этого. Ты — пленница, которая притворяется свободной.
Долгая пауза. Сирена смотрит на него так, будто видит впервые.
СИРЕНА
Ты странный человек, Виктор Штерн. Ты пришёл сюда, рискуя жизнью. Ради девушки, которую даже не знаешь. И ради монстра, которого видишь впервые.
ВИКТОР
Я видел монстров. Ты не монстр. Ты — жертва.
Сирена встаёт. Подходит к нему близко-близко.
СИРЕНА
Знаешь, что я чувствую, когда ты рядом? — Она кладёт руку ему на грудь. — Твой пульс. Твоё сердце. Оно бьётся ровно. Ты не боишься меня.
ВИКТОР
Я боюсь. Но не тебя. Я боюсь не успеть.
СИРЕНА
(тихо)
Ты напоминаешь мне кое-кого. Кого-то из прошлой жизни. До лаборатории. До чипов. До всего этого. У меня была дочь.
Виктор замирает.
ВИКТОР
Дочь?
СИРЕНА
Давно. Очень давно. Её забрали корпорации. Сказали — в счёт долга. Я пыталась её найти... и оказалась здесь.
Она опускает голову. Её плечи дрожат.
ВИКТОР
У меня тоже есть дочь. Только её никогда не было. Это ложная память. Глюк нейроинтерфейса.
СИРЕНА
(поднимая глаза)
Я знаю. Клаус сказал. Но знаешь что? Для тебя она реальна. Ты чувствуешь её. Ты помнишь её. А значит — она существует. Где-то здесь. — Она касается его виска. — В этом чипе. В этой боли.
Пауза. Они стоят очень близко. Их лица освещены только аварийными лампами.
СИРЕНА
(продолжает)
Я могу помочь тебе. Спасти Лизу. Уничтожить контроллер чипов. Но у меня есть условие.
ВИКТОР
Какое?
СИРЕНА
Когда всё закончится... когда мы выйдем отсюда... я хочу кое-что попробовать.
ВИКТОР
Что?
Сирена наклоняется и целует его. Это не страстный поцелуй. Это осторожный, почти робкий. Как будто она пробует что-то новое.
СИРЕНА
(отстраняясь)
Вот это. Попробовать быть человеком. Хотя бы на минуту.
Она отступает.
СИРЕНА
Лаборатория в подвале. Там главный компьютер. Если уничтожить контроллер — все чипы отключатся. Но это вызовет шок у носителей. Будь готов к этому.
ВИКТОР
Как туда попасть?
СИРЕНА
Через вентиляцию. За сценой есть люк. Я отвлеку охрану.
Она достаёт из складок костюма маленький ключ-карту.
СИРЕНА
Это от лаборатории. И ещё — возьми это. — Она протягивает ему шокер. — Мощнее твоего. Импульсный. Если придётся драться с Клаусом — целься в глаза. Это его уязвимое место.
Виктор берёт шокер и карту.
ВИКТОР
Спасибо.
СИРЕНА
Не благодари. Если у нас не получится — мы оба умрём. И Лиза тоже. — Она смотрит ему в глаза. — Виктор... если что-то пойдёт не так... я хочу, чтобы ты знал: эти десять лет я была монстром. Но иногда... иногда я вспоминала, что значит быть человеком. Это помогало. Немного.
Она отворачивается.
СИРЕНА
Иди. У тебя двадцать минут до финала.
Виктор уходит. Сирена остаётся в зале. Она смотрит на полотна — те самые, на которых она летала десять лет.
СИРЕНА
(шёпотом)
Может быть... сегодня я наконец приземлюсь.
ЗАТЕМНЕНИЕ.

АКТ III: ПОСЛЕДНИЙ СЕАНС

СЦЕНА 18
ИНТ. ЦИРК — ПОДВАЛ / ВЕНТИЛЯЦИЯ — НОЧЬ
Виктор пробирается по узкому вентиляционному ходу. Здесь жарко, пахнет химикатами. Где-то гудят генераторы.
Он ползёт, стараясь не шуметь. Через решётку видит коридор подвала. Там проходят двое охранников.
ОХРАННИК 1
...говорят, детектив ещё в зале. Маэстро приказал не спускать с него глаз.
ОХРАННИК 2
А если он попытается что-то выкинуть?
ОХРАННИК 1
Тогда Клаус им займётся. У него свои методы.
Охранники уходят. Виктор выжидает и продолжает путь.
Он добирается до решётки, ведущей в лабораторию. Смотрит вниз.

СЦЕНА 19
ИНТ. ЦИРК — ЛАБОРАТОРИЯ — НОЧЬ
Лаборатория — просторное помещение с холодным белым светом. Вдоль стен — стойки с оборудованием. В центре — четыре капсулы. В трёх из них — тела: Майк, Энн и ещё один молодой парень, которого Виктор не знает. Они подключены к капельницам. Их глаза закрыты.
Виктор спускается по лестнице. Подходит к главному компьютеру.
На экране — показатели всех «артистов»: пульс, уровень эндорфинов, адреналина, нейротоксинов. Всё на максимуме. Схема чипов, вживлённых в затылки: Сирена, Флик, Тень, Лиза, ещё с десяток имён.
В углу экрана — кнопка «ДЕАКТИВАЦИЯ КОНТРОЛЛЕРА».
Рядом — предупреждение: «ПРИ ОТКЛЮЧЕНИИ ВСЕ ПОДКЛЮЧЁННЫЕ ЧИПЫ ПЕРЕХОДЯТ В АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ. ВОЗМОЖНА СМЕРТЬ НОСИТЕЛЕЙ».
Виктор колеблется. Потом достаёт портативный сканер, подключает к компьютеру.
Сканер анализирует систему. На экране появляется сообщение: «ОБНАРУЖЕНА ВОЗМОЖНОСТЬ ЧАСТИЧНОЙ ДЕАКТИВАЦИИ. ОТКЛЮЧЕНИЕ КОНТРОЛЛЕРА БЕЗ АВАРИЙНОГО РЕЖИМА — ТРЕБУЕТСЯ ПАРОЛЬ АДМИНИСТРАТОРА».
Виктор чертыхается. Он пытается взломать пароль — но не успевает.
ГОЛОС ЗА СПИНОЙ
Я бы не советовал.
Виктор оборачивается. В дверях стоит МАЭСТРО. Рядом с ним — КЛАУС и трое охранников. У одного из них — импульсный пистолет, направленный на Виктора.
МАЭСТРО
Вы нашли лабораторию. Поздравляю. Но дальше — тупик.
Он заходит внутрь.
МАЭСТРО
(продолжает)
Даже если вы деактивируете контроллер — чипы перейдут в аварийный режим. Носители получат болевой шок. Кто-то умрёт. Кто-то останется овощем. Вы этого хотите?
ВИКТОР
Есть способ отключить без шока. Нужен пароль.
МАЭСТРО
Пароль знаю только я. И я не собираюсь его говорить.
Виктор сжимает в кармане шокер, который дала Сирена.
ВИКТОР
Тогда я сделаю это по-другому.
Он резко выхватывает шокер и стреляет в охранника с пистолетом. Импульсный разряд сбивает того с ног.
Клаус бросается на Виктора. Его движения — быстрые, звериные. Он уже не притворяется неуклюжим. Его руки трансформируются — пальцы становятся длинными, с металлическими когтями.
КЛАУС
(смеясь)
О, детектив решил поиграть! Я так люблю игры!
Виктор уворачивается и стреляет в Клауса. Тот отшатывается, но не падает — разряд ушёл в металлические пластины на его теле.
КЛАУС
Щекотно!
Он бросается снова. Виктор вспоминает совет Сирены и целится в глаза. Выстрел. Клаус кричит — его светящиеся глаза-кольца гаснут, вспыхивают, снова гаснут.
КЛАУС
(ослеплённый)
Мои глаза! Ты испортил мои глаза! Я коллекционировал ими свет!
Он мечется по лаборатории, сшибая оборудование.
В этот момент в лабораторию врывается СИРЕНА. За ней — ФЛИК и ТЕНЬ.
СИРЕНА
Маэстро! Всё кончено!
Маэстро достаёт пульт.
МАЭСТРО
Нет, дорогая. Всё только начинается.
Он нажимает кнопку. Сирена кричит и падает. Её тело выгибается дугой — чип активирован. Флик и Тень тоже хватаются за головы.
МАЭСТРО
(продолжает)
Вы забыли, кто здесь главный. Вы забыли, что вы — мои звери. Мои создания. Моя собственность!
Но Сирена, превозмогая боль, поднимается. Кровь течёт у неё из носа и ушей. Она идёт к Маэстро.
СИРЕНА
Я... не... твоя...
МАЭСТРО
(отступая)
Стой! Я приказываю!
Он жмёт на кнопку снова и снова. Сирена падает на колени, но продолжает ползти.
СИРЕНА
Ты... можешь... контролировать... моё тело... но не... мою волю...
В этот момент Виктор, увернувшись от слепого Клауса, бросается к компьютеру. Он вводит код, который сканер успел частично расшифровать. На экране: «ПАРОЛЬ ПРИНЯТ. ДЕАКТИВАЦИЯ БЕЗ АВАРИЙНОГО РЕЖИМА...»
МАЭСТРО
Нет!
Он бросается к Виктору, но Сирена хватает его за ногу. Он падает. Пульт вылетает из его руки.
Флик и Тень, освободившись от боли, подхватывают пульт и разламывают его.
ФЛИК
Свободны...
ТЕНЬ
...наконец-то...
На экране компьютера: «КОНТРОЛЛЕР ДЕАКТИВИРОВАН. ЧИПЫ ОТКЛЮЧЕНЫ. НОСИТЕЛИ СВОБОДНЫ».

СЦЕНА 20
ИНТ. ЦИРК — РАЗНЫЕ ЛОКАЦИИ — НОЧЬ (ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ МОНТАЖ)
В ГРИМЁРКЕ:
Флик и Тень обнимаются. По их лицам текут слёзы.
ФЛИК
Я чувствую... я снова чувствую себя...
ТЕНЬ
Без боли... впервые без боли...
В ЛАБОРАТОРИИ:
Сирена поднимается. Её лицо в крови, но она улыбается.
СИРЕНА
Десять лет... десять лет я ждала этого.
Маэстро лежит на полу, пытается встать.
МАЭСТРО
Вы не понимаете... без препаратов... без чипов... вы станете прежними... обычными... слабыми...
СИРЕНА
Лучше быть слабой. Но свободной.
НА СЦЕНЕ:
Лиза стоит за кулисами. Она чувствует, как что-то меняется. Жёлтое свечение в её глазах гаснет. Она хватается за голову.
ЛИЗА
Что... что происходит?..
Зал ждёт. Зрители начинают перешёптываться.

СЦЕНА 21
ИНТ. ЦИРК — СЦЕНА — НОЧЬ (ФИНАЛЬНАЯ СХВАТКА)
Виктор выбегает на сцену. За ним — Сирена, Флик, Тень. Они несут с собой разломанный пульт.
Зрители замирают. Они не понимают, что происходит.
ВИКТОР
(громко)
Шоу окончено! Цирк — это тюрьма! Эти люди — не артисты, а жертвы!
Зал гудит. Кто-то возмущается, кто-то испуган.
В этот момент на сцену выбегает МАЭСТРО. Его костюм порван, лицо в крови.
МАЭСТРО
Ложь! Это ложь! Они — мои творения! Мои звёзды! Они счастливы!
Он хватает Лизу за руку.
МАЭСТРО
Лиза! Скажи им! Скажи, что ты счастлива!
Лиза смотрит на него. Потом на Виктора. Потом на Сирену.
ЛИЗА
Я... я не знаю... кто я теперь...
В этот момент из-за кулис выходит КЛАУС. Он всё ещё слеп — его глаза погасли. Но он ориентируется по звуку.
КЛАУС
Маэстро... я чую... твой страх... он вкусный... очень вкусный...
Он идёт на голос Маэстро. Его руки-когти вытягиваются.
МАЭСТРО
(отступая)
Клаус! Что ты делаешь?!
КЛАУС
Ты обещал мне эмоции. Самые сильные. Самые вкусные. И сейчас... я чувствую твой страх. Он — деликатес.
Он хватает Маэстро. Тот кричит.
СИРЕНА
Клаус! Отпусти его!
КЛАУС
(поворачивая голову на голос)
Сирена... моя любимая... моя главная коллекция... ты пахнешь по-другому... больше нет страха... только... свобода... Это невкусно. — Он отпускает Маэстро. — Я разочарован.
Он садится на пол, как ребёнок.
КЛАУС
(продолжает)
Я коллекционировал эмоции... думал, что это искусство... а теперь... коллекция испорчена... все стали... свободными... скучными...
Виктор подходит к Лизе. Она стоит, дрожа.
ВИКТОР
Лиза. Пойдём отсюда.
ЛИЗА
Я... я не могу... моё тело... оно всё ещё... хочет...
ВИКТОР
Я знаю. Я отведу тебя в клинику. Там помогут.
Лиза смотрит на Сирену.
ЛИЗА
А ты?
Сирена подходит. Берёт Лизу за руку.
СИРЕНА
Я пойду с вами. Если можно.
Виктор кивает.
ВИКТОР
Можно.
Они идут к выходу. Флик и Тень следуют за ними. Зрители расступаются.
Маэстро остаётся на сцене. Он стоит на коленях, его цирк разрушен.
МАЭСТРО
(вслед)
Вы ещё вернётесь! Все возвращаются! Реальный мир слишком жесток! Слишком скучен! Вы будете скучать по крыльям!
Но они не оборачиваются.
Клаус сидит на сцене и тихо напевает свою колыбельную.

СЦЕНА 22
ЭКСТ. УЛИЦА ПЕРЕД ЦИРКОМ — РАССВЕТ
Дождь прекратился. Первые лучи солнца пробиваются сквозь облака.
Виктор, Лиза, Сирена, Флик и Тень выходят из цирка. За ними выходят зрители — растерянные, возбуждённые. Кто-то вызывает полицию, кто-то просто уходит.
Лиза кутается в куртку Виктора. Её руки дрожат.
ЛИЗА
Что теперь?
ВИКТОР
Есть клиника. Подпольная. Там умеют выводить из-под нейротоксинов. Больно, долго, но возможно.
ЛИЗА
А потом?
ВИКТОР
Потом ты сама. Свободна. По-настоящему.
Лиза смотрит на Сирену.
ЛИЗА
Ты идёшь с нами?
СИРЕНА
Да. Но у меня нет никакой ломки. Мой чип... он просто отключился. Я всё ещё... изменённая.
ВИКТОР
Клиника поможет и с этим.
Сирена смотрит на солнце. Жмурится.
СИРЕНА
Я не видела солнца десять лет. Оно... яркое. — Она поворачивается к Виктору. — Спасибо.
ВИКТОР
За что?
СИРЕНА
За то, что напомнил мне, что я человек. Хотя бы на минуту.
Флик и Тень держатся за руки. Они выглядят потерянными.
ФЛИК
А нам куда?
ТЕНЬ
Мы не знаем другой жизни.
Сирена обнимает их.
СИРЕНА
Вы пойдёте с нами. Мы что-нибудь придумаем. Вместе.
Подходит КЛАУС. Он всё ещё слеп, но держится бодро. Его ведёт за руку один из охранников, который решил уйти из цирка.
КЛАУС
Я слышу ваши голоса. Свобода... пахнет странно. Кисло и сладко одновременно. Как лимонный пирог.
ВИКТОР
Ты тоже идёшь?
КЛАУС
А куда мне ещё? Цирк закрыт. Маэстро арестован — я слышал сирены. Моя коллекция испорчена. — Он вздыхает. — Может, пора начать новую? Коллекционировать... хорошие эмоции?
ВИКТОР
Попробуй. Это сложнее. Но стоит того.
Клаус кивает. Его слепые глаза-кольца слабо мерцают.
КЛАУС
Я попробую. Обещаю.

СЦЕНА 23
ЭКСТ. УЛИЦА — РАССВЕТ (ФИНАЛЬНАЯ СЦЕНА)
Группа идёт по улице. Впереди — Виктор и Сирена, за ними — Лиза, Флик, Тень и Клаус.
ЛИЗА
(Сирене)
Ты сказала, что у тебя была дочь. Ты будешь её искать?
СИРЕНА
(после паузы)
Не знаю. Прошло столько лет. Она, наверное, уже взрослая. Может быть, у неё своя жизнь. Может быть, она не захочет меня знать.
ЛИЗА
А если захочет?
Сирена смотрит на Виктора.
СИРЕНА
Тогда я попробую. Как он попробовал спасти нас.
Они проходят мимо газетного киоска. Продавец — пожилой мужчина — смотрит на их странную процессию.
ПРОДАВЕЦ
Слыхали новость? Цирк какой-то закрыли. Говорят, там людей в зверей превращали.
Виктор не отвечает. Он смотрит на небо. Солнце встаёт. Дождь закончился.
ВИКТОР
(шёпотом)
Зверей не бойся, звери в клетке. Бойся тех, кто сам хочет быть зверем. И тех, кто помогает им в этом.
Сирена берёт его за руку. Виктор смотрит на неё удивлённо.
СИРЕНА
Ты сказал это в первый раз, когда вышел из цирка. Я слышала. Через камеры. И я подумала: «Вот человек, который понимает». Единственный за десять лет.
Они идут дальше. Восходит солнце.
ЗАТЕМНЕНИЕ.

ЭПИЛОГ
ИНТ. ПОДПОЛЬНАЯ КЛИНИКА — ДЕНЬ (НЕДЕЛЮ СПУСТЯ)
Маленькая чистая палата. Лиза сидит на кровати. Она выглядит лучше — глаза больше не светятся, когти удалены. Но на коже остались светящиеся линии — они теперь тусклые, почти незаметные.
Рядом стоит Виктор.
ВИКТОР
Как ты?
ЛИЗА
Лучше. Врачи говорят, что препарат почти выведен. Ещё пара недель — и я буду... обычной. — Она смотрит на свои руки. — Я не знаю, хочу ли я быть обычной.
ВИКТОР
Ты будешь собой. Этого достаточно.
ЛИЗА
(улыбаясь)
Ты говоришь, как в дешёвых фильмах.
ВИКТОР
Я и есть из дешёвого фильма. Частный детектив с глючным чипом. Классика.
Лиза смеётся. Потом серьёзно:
ЛИЗА
Сирена спрашивала обо мне?
ВИКТОР
Да. Она в соседней палате. Её чип пытаются извлечь. Шансы пятьдесят на пятьдесят.
ЛИЗА
Я хочу её увидеть.
ВИКТОР
Позже. Сейчас ей нужен покой.
Пауза.
ЛИЗА
Спасибо тебе. За всё.
ВИКТОР
Не благодари. Это моя работа.
ЛИЗА
Нет. Это не работа. Это... искупление. Ты спасал не меня. Ты спасал свою дочь. Ту, которой у тебя никогда не было.
Виктор молчит.
ЛИЗА
(продолжает)
Я знаю. Сирена рассказала. О твоём чипе. О ложных воспоминаниях. И знаешь что? Это не важно. Важно, что ты пришёл. Что ты не сдался.
Она протягивает руку. Виктор пожимает её.
ЛИЗА
(продолжает)
Я позвоню сестре. Сегодня. Обещаю.
Виктор кивает и выходит.

ИНТ. КЛИНИКА — ПАЛАТА СИРЕНЫ — ДЕНЬ
Сирена лежит на кровати. Её голова забинтована — операция по извлечению чипа прошла успешно, но последствия пока неясны.
У её постели сидит Виктор.
СИРЕНА
Врачи говорят, что я могу потерять часть воспоминаний. Всё, что было за эти десять лет.
ВИКТОР
Это плохо?
СИРЕНА
Не знаю. Большая часть этих воспоминаний — боль. Но были и хорошие моменты. Полёт. Свобода в воздухе. И... — она смотрит на него, — ...ты.
ВИКТОР
Я не стою того, чтобы помнить.
СИРЕНА
Стоишь. Ты первый человек за десять лет, который посмотрел на меня и увидел не монстра.
Пауза.
СИРЕНА
(продолжает)
Если я забуду... скажи мне потом. Скажи, что мы встретились в цирке. Что ты спас меня. Что я пыталась спасти тебя. Хорошо?
ВИКТОР
Обещаю.
Сирена закрывает глаза. Улыбается.
СИРЕНА
Знаешь... я больше не боюсь. Ни чипов, ни боли, ни будущего. Ты вырезал мой страх. Как опухоль.
Она засыпает. Виктор сидит рядом, глядя на неё.
Нейроинтерфейс на его виске тихо жужжит.
ГЛЮК ИНТЕРФЕЙСА:
Вспышка. Девочка с шариком. Солнечный день. Она смеётся.
Голос девочки: «Папа, смотри! Я лечу!»
Но теперь она не падает. Она действительно летит — легко, свободно, как птица.
И рядом с ней — Сирена. Они парят в воздухе, держась за руки.
ГОЛОС СИРЕНЫ (в глюке): «Ты отпустил её. Наконец-то».
Вспышка гаснет.
Виктор открывает глаза. Он всё ещё в палате. Сирена спит.
Он касается её руки — той самой, с когтями, которые теперь удалены. Обычная человеческая рука.
ВИКТОР
(шёпотом)
Прощай, Лиза. Прощай, дочка. Прощайте, призраки.
Он встаёт и выходит.

СЦЕНА 24 (ФИНАЛЬНАЯ)
ЭКСТ. УЛИЦА В ДРУГОМ РАЙОНЕ ГОРОДА — ДЕНЬ (МЕСЯЦ СПУСТЯ)
Виктор идёт по улице. Он выглядит лучше — чище, спокойнее. Нейроинтерфейс на виске мигает, но уже не так хаотично. Кажется, его починили.
Он подходит к кафе под открытым небом. За столиком сидят ЛИЗА и СИРЕНА. Лиза в обычной одежде, Сирена — в лёгком платье, скрывающем остатки светящихся линий на коже.
Сирена выглядит иначе — человечнее. Её глаза больше не светятся. Но вертикальные зрачки остались.
ВИКТОР
(садясь)
Как вы?
ЛИЗА
Хорошо. Я устроилась на новую работу. Теперь — не курьер. Тренер по акробатике. Представляешь?
ВИКТОР
Иронично.
ЛИЗА
Я использую то, чему научилась в цирке. Но теперь — без препаратов. Просто... движение. Просто полёт.
СИРЕНА
А я открываю студию. Для таких, как мы. Бывших «модификантов». Будем учить их жить заново.
ВИКТОР
Это хорошее дело.
СИРЕНА
Это искупление. — Она смотрит на него. — Как у тебя.
Они заказывают кофе. Разговаривают о пустяках.
Потом Лиза замечает что-то через дорогу.
ЛИЗА
Смотрите!
На другой стороне улицы стоит КЛАУС. Он без клоунского грима, в обычной одежде. Его глаза всё ещё светятся — но теперь мягким, голубым светом. Он держит за руку ЖЕНЩИНУ — обычную, невзрачную. Они смеются.
СИРЕНА
Клаус... с кем это он?
ВИКТОР
(улыбаясь)
Видимо, начал новую коллекцию. Хороших эмоций.
Они смотрят, как Клаус и женщина заходят в кинотеатр.
ЛИЗА
Мир меняется.
СИРЕНА
Мир всегда меняется. Просто иногда мы этого не замечаем.
Виктор смотрит на небо. Солнце. Чистое, без дождя.
ВИКТОР
Знаете... когда я начинал это дело, я думал, что ищу правду. А нашёл что-то другое.
СИРЕНА
Что?
ВИКТОР
Надежду. Что даже сломанные люди могут стать целыми. Что даже монстры могут снова быть людьми. Что даже ложные воспоминания... могут привести к настоящему.
Он берёт Сирену за руку. Она не отдёргивает.
СИРЕНА
Красиво сказано. Для дешёвого детектива.
Все смеются.
Камера поднимается над столиком, над улицей, над городом. Солнце освещает серые башни, и впервые за долгое время город выглядит не мрачным, а просто... обычным.
Где-то вдалеке загорается новая неоновая вывеска: «СТУДИЯ СИРЕНЫ. ПОЛЁТ БЕЗ КРЫЛЬЕВ».
КОНЕЦ ФИЛЬМА

ТИТРЫ
На чёрном фоне — имена создателей.
За кадром — музыка: та самая колыбельная без мелодии, но теперь в ней появляется ритм, гармония. Её насвистывает Клаус.

ПОСЛЕ ТИТРОВ (СКРЫТАЯ СЦЕНА):
ИНТ. СТУДИЯ СИРЕНЫ — НОЧЬ
Просторный зал с полотнами и матами. Сирена стоит у зеркала. Она в тренировочном костюме — облегающем, но не откровенном. Светящиеся линии на коже едва заметны.
В зал входит ЛИЗА.
ЛИЗА
Ты звала меня?
СИРЕНА
Да. Я хотела спросить... ты всё ещё хочешь летать?
Лиза смотрит на полотна.
ЛИЗА
Иногда мне снится полёт. И я просыпаюсь счастливой.
СИРЕНА
А иногда?
ЛИЗА
Иногда просыпаюсь в холодном поту. Но всё реже.
СИРЕНА
Хочешь попробовать? Без препаратов. Без чипов. Просто — летать?
Она протягивает руку. Лиза берёт её.
ЛИЗА
Просто летать.
Они подходят к полотнам. Сирена помогает Лизе забраться. Потом забирается сама.
Они висят рядом — две женщины, два тела, два прошлых, которые стали настоящим.
СИРЕНА
Готова?
ЛИЗА
Готова.
Они одновременно отпускают руки и взлетают — каждая на своём полотне. Но их движения синхронны, как когда-то.
Свободный полёт. Без боли. Без страха.
ФИНАЛЬНОЕ ЗАТЕМНЕНИЕ.

КОНЕЦ