Дело о красном шарфе- глава четвертая

Глава 4 «Тупик и катастрофа»

— Кошки — интересные существа. Прирождённые серийные убийцы. Ты похожа на собаку, да, на собаку. А твой дружок… интересный тип. Знаешь, он похож на волка. А я, я — хищник среди хищников. Я годами убивал людей, маскируя свои убийства под чужие. Но твой друг мне всё хочет испортить. Свою маленькую шалость я хотел свалить на бывшего пациента доктора Харлова. Я его убил и замаскировал всё под самоубийство, немного подождал, а потом исполнил желаемое.

На стуле перед исполнителем столь пламенной речи сидит лейтенант Синичкина, руки и ноги её связаны армированным скотчем, во рту — импровизированный кляп. Как вдруг маньяк начинает издавать странные звуки, кривляться, извиваться. Лейтенант попыталась выпутаться, упала, ударилась головой и… проснулась. Кошмар, обычный кошмар. Зачем?

— Он мне не дружок, он коллега, — пронеслось в голове у Юли. Нужен кофе и что;то съестное.

С утра Юра уже крутился в управлении и доказывал Трофимову, что это не серийник и что трупов больше не будет. Трофимов хоть и считал Юру гением сыска, но в этот раз, по его мнению, он ошибался. Всё указывало на маньяка: почерк, манифестация, плюс тот же почерк видели в другом деле. Юля доверяла чутью своего напарника, но опасалась допустить трагический промах. Но в её отсутствие Юра был вынужден в одиночку вести ментальную борьбу с Трофимовым.

Синичкина в это время по третьему кругу спрашивала знакомых, предполагаемых свидетелей, друзей, коллег и т. д. Все как один говорят, что были в хороших отношениях с убитой, что врагов у неё не было, а сама она была хорошим человеком.

Выжившая девушка говорит, что похититель молчал всё время, был в маске, а глаза прятал за солнцезащитными очками.

Туго. Химикаты на теле, которыми смыли следы, — самые обычные, их можно купить почти где угодно. Не в продуктовом, конечно, но много где.

Юра пришёл к судмедэксперту. Это был мужчина средней внешности, худощавый, но с брюшком; тем не менее он обладал хорошей шевелюрой и густой бородой. В общем, своим видом он вызывал не то симпатию, не то отвращение — нечто среднее. Хотя все его не любили за скверный характер. Юра зашёл узнать, есть ли что;нибудь новое в отношении дела об убийстве. Эксперт сказал, что ничего, что могло бы заинтересовать детектива, не обнаружилось. Жаль. Юра больше всего на свете не любил времени впустую потраченного.

Юра сидел в кабинете и перебирал версии, как вдруг зазвонил телефон — это был доктор Харлов. Неожиданно: его же вроде отправили на реабилитацию. Доктор рассказал, что за месяц до случившегося приезжала контора по обслуживанию камер наблюдения. Видимо, по версии Дмитрия Олеговича, это должно помочь.

— А почему вы только сейчас вспомнили об этом? — спросил Юра, негодуя.

— Ну как, я не знал, что это может быть связано с убийством.

— Ясно.

Юра вообще злился на доктора, ведь тот скрыл, что знал о другом похожем деле. И поэтому Юра заподозрил ложь в первую их встречу. И сейчас Юрий боялся доверять Харлову. Он, конечно, поделился сведениями, но, как всегда, с оговоркой. Название фирмы он не знал, поскольку они менялись каждый год и заключали контракт с городом, то есть лечебница — не единственный их клиент.

Юра встал со стула, поблагодарил доктора и начал думать, как использовать эту информацию. Клиника использовала камеры фирмы «Sony». В городе только две компании, которые могут заниматься камерами этой марки: ООО «Окулус» — дистрибьютор аппаратуры для видеонаблюдения и ООО «Зоркий глаз» — занимается починкой.

В связи с тем, что больница — это государственное заведение, контракт с муниципалитетом на обслуживание заключить может кто;то один. С этими догадками Юрий пошёл к мэру города. Однажды Юра нашёл негодяя, который отмывал деньги через фонды в мэрии, — это был :засекречено:, — с тех пор мэр — его должник.

— Здравствуйте, Виктор Геннадьевич, у меня к вам дело, которое не терпит отлагательств, я бы даже сказал, экстренное, — сказал Юра, присаживаясь на стул.

— О;о;о, Юра, привет, родной! Чай, кофе?

— Кофе, чёрный, три сахара.

— Леночка, можно кофе чёрного чашечку и сахарницу.

— Ну, говори, что за дело?

— Какая контора обслуживает оборудование для видеонаблюдения в психдиспансере № 5?

— Слушай, так сразу и не вспомню. Туда камеры поставили новые, квалификация только у нескольких компаний есть. Часа через два я позвоню. Добро?

— Да.

Леночка принесла кофе и поставила на стол.

— Ну как отец?

— Трудится.

— Ну и хорошо. Он мужик правильный, таких бы побольше.

— Спасибо. Ну, я пойду, дело не ждёт. Елена, можно кофе в стаканчик перелить?

Елена кокетливо улыбнулась Юре и пошла переливать кофе. Через минуты две она вернулась с картонным стаканчиком, как в кофейне, и вручила его Юре. Тот, недолго думая, кинул туда сахар и ушёл.

— Леночка, принеси мне отчёт по финансовым затратам от застройщика, что делает новый частный сектор, — «Стройкоманда», кажется, — и документы поищи, пожалуйста, на тему психдиспансера, очень надо.

Елена ушла. Юра тем временем встретился с Юлей.

— Где ты была? — детектив весьма вежливо начал диалог.

— Я же говорила: спрашивала всех, кто знал убитую. Всё по;старому.

— А я, как всегда, хорош. Короче, слепую зону между камерами наш пациент мог создать самостоятельно, под видом работника конторы по обслуживанию камер.

— Ясно. Я потратила почти целый день зря.

— Не зря. Неужели у убитой не нашлось любовников или воздыхателей?

— Нет. Только фанаты и фанатки, но их несколько тысяч, если не миллионов, в соцсетях и так далее. Во всяком случае, про новые знакомства она никому не рассказывала.

— Ну и ладно…

Команда направилась в кафе «Куба», потому что Юра проголодался. Через некоторое время ему позвонил мэр и поведал, что камерами занимается в этом году «Зоркий глаз», их офис — на улице Шереметьева, дом 30. В течение пятнадцати минут наши друзья уже были там. Зайдя в офис, они сразу спросили об обслуживании.

— Здравствуйте! Я частный детектив, расследую убийство, вот удостоверение. Это моя коллега из органов — лейтенант Синичкина. Какое время назад вы осуществляли обслуживание камер в психдиспансере № 5?

— Да месяца назад.

Юра вскинул руки вверх.

— Да, я так и думал! Ну разве я не хорош?

— Ты чё? — с недоумением спросила Юля.

— Он замаскировался под сотрудника и сделал себе слепую зону.

— Это я поняла. Неужели Харлов не заметил, что камеры обслуживают слишком часто? — недоумённо спросила лейтенант.

— Этого пентюха вообще мало что интересует, катастрофический растыка.

Осталось только узнать, как выглядел работник, — и дело в шляпе.

Вдруг позвонил Трофимов.

— Юра, у нас беда. Кажется, это наш псих развлекается, — беспокойно сказал Трофимов.

— Что? Говори адрес, мы приедем. — Юра положил трубку и повернулся к Юле: — Я снова ошибся, это стоило жизни кому;то. Едем.

Добираясь до места преступления, детектив не мог понять, где он допустил оплошность, ведь пазл чётко складывался.

Прибыв на место преступления, наши «Шерлоки» от удивления чуть не попадали. Конечно, если такая формулировка сможет описать их состояние. Наш загадочный психопат взял да и сменил почерк, снова отсылаясь на одно из дел.

— Всё то же самое, но стиль другой. Теперь ножевые, как в том деле, помнишь? — сказал Трофимов, скрывая горечь поражения.

— Да, помню. Я полагаю, он оставил записку. Отдайте её почерковеду и сравните с работниками моргов, вообще всех моргов.

— Да, записка есть. Будешь читать?

На бумажке было написано: «Фокусы новые, а я всё старый».

— Фокусник, блин.

— Любишь ты ругаться, — с сожалением сказала лейтенант.

— Тут вообще;то человека убили, а ты о ругани заботишься, — парировал Юра. — Я ошибся. Когда я ошибаюсь, умирают люди. Этот мудак ещё и глумится, записульки оставляет. Я убью его. Когда он допустит промах, а он его допустит, я не пущу его.