Чары делиноры 7

РОЖДЕНИЕ ПРИНЦЕССЫ МИЛЬТОНИИ

После свадебных празднований Адриана со своим супругом Рональдом отправилась в его поместье, а принц Адриан наслаждался своим супружеством в лоне семьи. Венценосные дедушка и бабушка были в полном восторге от соседства с молодожёнами и с радостью оберегали их покой. Гортенелий всё ещё укреплял стены и тщательно проверял всех, кто имел доступ на территорию замка. Он неустанно проводил проверку стражи, провоцируя их подставными шпионами, но все казались весьма надёжными.
Тревоги немного улеглись, уступая радостному бытию. Течение времени было весьма благоприятно для дружного немногочисленного семейства, где все с нежностью и любовью относились друг к другу. На фоне всей этой благодати известие Альпинии о предстоящем пополнении семьи восприняли с нескрываемым восторгом. Адриан не мог скрыть счастья и переполнявшей его гордости. Он то и дело обнимал свою возлюбленную и уверял её в своей вечной любви. Она же, раскрасневшаяся от счастья, едва сдерживала слёзы радости. Гортенелий и Геликона сожалели лишь о том, что этой новостью нельзя поделиться... Всё держали в строжайшем секрете до определённого дня...
Однажды рано утром Альпиния проснулась и сразу поняла, что вот он, тот решающий момент, когда маленькое дитя желает явить себя миру и громко заявить о своих правах. Она разбудила супруга и попросила его оповестить доктора и повитух. Что тут началось… Создавалось впечатление, что все важные события происходят сами по себе, совершенно отдельно от Альпинии. Все бегали и сновали туда и обратно. Переносили с места на место вещи, громко говорили и просто восклицали, сетуя на что-то лишь им понятное. Наконец будущая мама издала протяжный стон и всё, как по волшебству замерло, но лишь на одно мгновение, а затем возобновило движение с удвоенной скоростью, но только теперь уже вся суета происходила непосредственно возле Альпинии. Одни просили её выпить болеутоляющий отвар, другие настаивали, чтобы она легла в определённую позу, третьи мостили ей под поясницу подушки, супруг ходил по комнате, непрерывно покусывая кулаки, и только Гортенелий и Геликона спокойно и чётко отдавали распоряжения суетившимся людям и терпеливо призывали их к порядку. Время вдруг стало таким медленным, и казалось, что оно почти замерло, испытывая терпение роженицы и её родственников.
Адриану было так жаль свою любимую, которая от напряжения и боли сильно покраснела, вены на её висках вздулись, капельки пота обильно покрывали её лоб. Влажные волосы обрамляли искажённое болью лицо, а тонкие пальчики нервно хватались за край кровати... Эта картина вызывала в нём невыносимую душевную и физическую муку. И, чтобы скрыть навернувшиеся от отчаяния слёзы, он вышел из спальни и направился в патио. Едва он вдохнул свежего воздуха, как из окна спальни послышался детский плач. И теперь уже слёзы облегчения и радости хлынули из его глаз. Помедлив ещё с минуту, он побежал на встречу с неизвестным... Когда Адриан переступил порог комнаты, ему объявили, что у него родилась дочь. Малышку купали, и потому, едва взглянув на неё, молодой отец бросился к жене и стал осыпать её руки и лицо поцелуями, при этом непрестанно повторяя слова благодарности.
Когда малышку искупали и облачили в первый её наряд, она была представлена отцу. Девочка мирно спала, её безмятежное личико обрамляли светлые, как у мамы, волосы. Адриану казалось, что маленький ангел спустился с небес, чтобы осчастливить его.
С рождением принцессы забот в замке прибавилось. В детской, приготовленной заранее, постоянно находились няня, кормилица, доктор. Старшие члены семьи были заняты обдумыванием церемонии крещения и решали, кто на ней может присутствовать. Тягостное чувство тревоги возрастало с каждой минутой. Все понимали, что такое событие не скроешь. Неофинии стоит лишь прибегнуть к магии воды... Сложно предугадать, что именно она предпримет, но в том, что последствия будут, никто не сомневался. В таком невероятном напряжении проходили дни до намеченного крещения. Крестить решили через две недели, чтобы скорей снять напряжение. Приглашения были разосланы самому близкому кругу родственников, и все томились в ожидании гостей.
Невзирая на то, что семья Инелии жила дальше всех, они первыми прибыли на крестины. Огорчало лишь то, что молодая чета осталась дома, но причина была весьма радостной. У Айсбериса тоже со дня на день ожидалось прибавление семейства. Инелия с мужем предупредили, что из-за этих обстоятельств они задерживаться не будут, а сразу после крещения отправятся обратно.
Гости постепенно прибывали, и маленькая наследница, которую назвали Мильтония, постоянно была в центре внимания. Её комната утопала в цветах и подарках, и она, словно понимая всю важность момента, вела себя должным образом.
Но не у всех были радостные хлопоты... Неофиния, всеми отвергнутая и покинутая, с каждым днём становилась всё более замкнутой и угрюмой. Она практически не разговаривала с мужем, поскольку тот не поддерживал её идеи насчёт мести их детям. Он также не желал принимать участия в обсуждении планов на возврат детей под её опеку. Ацерис переживал искренне за детей и полностью их поддерживал, но покинуть Неофинию пока не решался. В нём ещё теплилась надежда, что со временем сердце его жены оттает и она сама потянется к детям, забыв прошлые обиды. Но время шло, а Неофиния, едва заговорив о детях, менялась в лице и начинала говорить лишь о возмездии. Она постоянно обращалась к магии, чтобы быть в курсе всех событий. Когда она узнала о свадьбах, то обрушила на супруга массу обвинений в том, что это именно он был слишком снисходителен к проявлениям непослушания и поэтому дети покинули их. А её родители продолжают потворствовать их прихотям и пригрели у себя этих неблагодарных отпрысков. Неофинии было невыносимо больно, когда чаша показала свадьбу Айсбериса. Даже сестра от неё отреклась и не пригласила на свадьбу сына. После этих событий Неофиния перестала даже спускаться в столовую и делить трапезы с мужем. Она отгородилась от всего мира и полностью погрузилась в мир магии. В ней зрели различные планы, которые принесут ей удовлетворение, а её врагам – горечь и печаль. Однако, вспоминая, какую цену надо заплатить за услуги Делиноры, она откладывала свои замыслы на потом...
Но вот чаша явила видения о рождении маленькой принцессы. У её сына появилась наследница, а это значит, что он может претендовать на трон. Гнев с новой силой охватил сердце королевы-матери. Она знала, что её супруг получил приглашение на крестины, а её, конечно же, игнорировали. Словно чёрная пелена упала на глаза Неофинии. Пренебрегая тяжестью последствий для самой себя, она горячо желала лишь одного, чтобы её дети горько сожалели о своём своенравии. Последнее событие послужило последней каплей, которая переполнила сосуд ненависти, и та хлынула через край. Неофиния направилась к Делиноре, которая давно наблюдала за душевным состоянием королевы и знала, что их встреча неотвратима. Она не имела права ей отказать, так уж устроен мир магии, но она давно думала, как облегчить хоть немного судьбы тех, кого коснутся её чары...
Делинора весьма холодно встретила Нефинию, когда та прибыла, и сразу приступила к разговору:
– Я вижу, что потеря времени вас не пугает и вы намереваетесь вновь его неразумно потратить?
– Не надо меня поучать! Вам неведомо горе матери, утратившей своих детей!
– Но ведь вы их утратили из-за своего неразумения и стремитесь к ещё большему разрыву со всеми родственниками. Следующая месть полностью уничтожит ваш шанс на примирение.
– Всё это не имеет для меня никакого значения. Лишь возмездие принесёт мне удовлетворение и облегчение. Моё слово должно быть последним!
– Это точно, ваше слово будет последним штрихом вашего правления. Вас просто сочтут невменяемой и сместят с трона. Ведь именно власть вас больше всего интересует, не правда ли?
– О, это не ваша забота, переживать о моей власти. Вам-то подвластно всё! Разве вы, в силу каких-либо причин, откажетесь от своей власти?
– Откажусь, ради любви!
– Да вы не так умны, как может показаться! Любовь не приносит такого большого удовлетворения, как власть! Лишь безграничная власть возвышает над всеми и приносит истинное блаженство!
– Видимо, каждому своё в этом мире. Я знаю, что нынче вы решили две судьбы погубить, но должна напомнить, что и плата в данном случае будет двойная!
– Ну отчего же?! Ведь они обе к моей семье относятся!
– Но вы к ним относитесь не как к семье, и потому прекратите торг. Плата – двадцать лет! Я думаю, что, глядя на себя в зеркало, вы не так уж будете довольны плодами своей мести. Я полагаю, что каждой женщине свойственно переживать о преждевременном увядании. Вам-то это известно….
– О, ради первого мгновения торжества я на всё готова! Я хочу насладиться их слезами и душевными муками, на которые они меня обрекли.
Делинора вручила обезумевшей королеве две иглы и с сожалением подумала, почему же никто из её родственников не обратился к ней за помощью, чтобы остановить эту женщину...


ТРАГЕДИЯ В ЗАМКЕ МАРИЭЛЬ

Вполне довольная своим походом, Неофиния стала обдумывать план незаметного проникновения в замок, чтобы осуществить задуманное возмездие. Опросив слуг, она узнала, что её супруг отправляется в дорогу в карете, а не верхом. Это давало ей возможность переодеться одним из сопровождавших его слуг. Она подкупила слугу, сопровождавшего грузовую карету, и одолжила его форму, которая включала в себя синий кафтан, бриджи, сапоги и широкополую шляпу. Примерив на себя наряд слуги, Неофиния осталась вполне довольна, ибо узнать её было практически невозможно. К тому же она знала, что кареты короля Ацериса пропустят без особого досмотра.
В назначенный день кареты отправились в путь. Ацерис не был удивлён тем, что супруга совсем не интересовалась его отъездом. В данной ситуации он был даже рад, что избежал объяснений по поводу его отлучки. Как и предполагалось, карету короля пропустили без досмотра, тем более что было указание стражам о его прибытии.
Все приглашённые прибыли в срок, и потому всё шло по плану, без задержек и изменений. В полдень все собрались в патио, где в торжественной обстановке в кругу семьи проходила церемония крещения. Молодые родители были преисполнены гордости, малышка радовала всех своим спокойствием, а все остальные умилялись, созерцая всеобщую радость и умиротворение. Только один человек, стоя в отдалении с надвинутой на глаза шляпой, смотрел на это празднество с нескрываемым отвращением, но со сладким предвкушением надвигающейся катастрофы, которая поглотит это торжество и заставит присутствующих пролить горькие слёзы.
Церемония была недолгой, поскольку гостей было немного, а потому вручение основных подарков и поздравления прошли довольно быстро. Виновница торжества уснула, и Альпиния решила присесть у фонтана и немного отдохнуть. Бережно прижимая дочь к груди, она любовалась золотыми рыбками, которые подплыли к ней в ожидании угощения. «Вот оно, счастье!» – подумала молодая мать, прикрыв глаза от нахлынувшей всеобъемлющей неги.
За этой милой картиной наблюдали налитые гневом глаза. Неофиния поняла, что это самый удобный момент, чтобы незаметно подойти и воплотить задуманное. Она не стала медлить и быстро, никем не замеченная, преодолела патио и, подойдя к принцессе, вонзила иглу в прелестную шейку... Вокруг принцессы тут же образовалась густая туманность, и из неё слышались странные звуки. Через несколько мгновений туманность исчезла, и перед Неофинией предстала огромная пантера, около ног которой лежала малышка. Обезумев от страха, Неофиния схватила ребёнка и бросилась к воротам замка, намереваясь завершить свой план. На бегу она протянула иглу к малышке, но в этот момент сильный удар сбил её с ног. Поверженная королева выронила малышку, но тут же попыталась подняться и дотянуться до неё. Но перед ней уже стоял грозный зверь, и, как только она протянула руки, страшный удар когтистой лапы рассёк лицо Неофинии от виска до подбородка. Она вскрикнула от боли и, прижав руки к лицу, бросилась вон, а пантера прикрыла собой плачущую Мильтонию.
Весь этот ужас буквально парализовал присутствующих. Адриан в недоумении смотрел на убегавшего, и только когда шляпа упала с головы слуги и рыжие волосы разметались по плечам, Адриан понял, что произошло нечто ужасное. В этот же момент он словно пробудился ото сна. Мысли заработали с невероятной скоростью, и он начал осознавать происходящее. Раненая мать его совсем не интересовала, он с ужасом смотрел, как страшный зверь навис над его дочерью. Выхватив у стражника арбалет, он выбежал вперёд и прицелился. Словно предвидя его намерения, пантера села на задние лапы, и Адриан увидел золотой медальон на её груди. Он в бессилии опустил арбалет и громко застонал, обхватив голову руками. Все присутствующие громко сокрушались. Людьми овладело чувство глубокого сопереживания и отчаяния. Адриан подошёл к своим любимым, опустился перед ними на колени и горько заплакал. Пантера склонила свою голову на плечо супруга, и из её глаз тоже заструились слёзы. Гортенелий и Геликона держались за руки, безмолвно поддерживали друг друга. Невыносимая боль терзала их сердца от содеянного их дочерью. Все их предосторожности были напрасны, и зло всё же проникло в дом. И опять Геликона подумала о сиюминутной переменчивости времени. Всего несколько минут назад все прибывали в лоне благодати, а теперь их объемлет тяжкое бремя беды...
Именно в этот момент полного погружения в печаль всех присутствующих, как всегда, неожиданно появилась Делинора. Ропот моментально стих, и все взоры обратились к незваной гостье. Она, по своему обыкновению, была величественна и спокойна. Рядом с ней шла чёрная пантера, мирно помахивая хвостом.
Делинора сразу же приступила к объяснениям:
 – Я пришла, чтобы хоть как-то выправить ситуацию, которую вы допустили. Да, да! Вы не ослышались! Что стоило тебе, мой внучатый племянник Ацерис, упредить свою жену и обратиться ко мне за помощью? И совсем уж непонятно, отчего вам не пришло в голову пригласить меня на крестины, коль я была на ваших свадьбах и благословляла молодых?! Я бы тогда смогла не допустить данной ситуации. Но теперь уж я надеюсь, что вы будете следовать моим советам. Прошлого, к сожалению, я не изменю, но могу хоть как-то выправить будущее. Я начну по порядку. Первое – Неофиния всё же поднесла иглу к принцессе Мильтонии и потому полна надежд на свою удачу. Не будем её в этом разочаровывать. Данное время я остановила. События последующих трёх дней ей будут неведомы. Поэтому я обратила одну из своих фей в пантеру, которая будет верным стражем для всех вас и, более того, утвердит Неофинию во мнении, что её план сработал в полной мере. Спустя три дня, обратившись к магии воды, она увидит двух пантер в пределах замка, что вполне соответствует её ожиданиям. Второе – есть ещё одна деталь, которая хоть немного смягчит вашу боль. Я сделала так, что в дни полнолуния Альпиния будет принимать прежний облик, это вам мой подарок. Третье – теперь о грустном: чтобы обезопасить новорождённую, с ней придётся на долгое время расстаться. Пока ваша мать жива, вы все будете в большой опасности. Суть судьбы Мильтонии остаётся прежней, она принцесса, но её родителями отныне будут принц Айсберис и принцесса Негия. Со дня на день у них родится наследник, но им придётся объявить, что родилась двойня. Это ни у кого не вызовет подозрений, ведь в вашей семье это уже случалось, и не раз. Не стоит терять время. Королева Инелия немедленно забирает малышку и отправляется в путь. Тебе же, Адриан, предстоит в укромном месте построить удобное жилище для пантер. Большее время твоя жена будет проводить в нём, и потому надо всё предусмотреть. Вторую пантеру, компаньонку твоей жены, зовут Эя. Ну вот и всё. Мне кажется, что я ничего не упустила. Желаю всем терпения и удачи. У всех теперь много забот, а я покидаю вас с надеждой, что все мои советы будут выполнены в срок и без каких-либо отклонений. Ваши нынешние ошибки и так дорого вам обойдутся...
И прежде чем кто-то смог бы задать волнующий его вопрос, она исчезла.
Ситуация прояснилась, но не принесла душевного облегчения. И всё же каждый из присутствующих мысленно благодарил Делинору за её внимание и вместе с тем осознавал неловкость от того, что пренебрёг её помощью, которая всегда была рядом...
Немного поразмыслив, все принялись за подготовку к отъезду. С особой тщательностью собирали в дорогу Инелию с малышкой Мильтонией. Ацерис решил поговорить со своим тестем Гортенелием о том, стоит ли ему, после данных событий, возвращаться домой. В данной ситуации все переговоры с Неофинией бесполезны, а дальнейшее пребывание под одной с ней крышей просто невыносимо, и он принял решение остаться рядом с сыном, если ему предоставят кров. Гортенелий заверил зятя, что они будут только рады его присутствию и поддержке.
Когда все гости покинули замок Мариэль, главы семей принялись за обустройство нового дома для Альпинии и её подруги по несчастью. Небольшое строение решили возвести с западной стороны замка. Это решение обуславливалось двумя причинами. Первая была подсказана будущими обитателями. Они сразу облюбовали большой развесистый дуб, на котором и проводили всё время, спускаясь лишь для трапез. Второе – это то, что одна из ветвей доходила прямо до окна гардеробной молодой четы и в первую же ночь Альпиния пожаловала в свои покои. Проведя ночь у кровати любимого, она с первыми лучами солнца ушла и удобно разместилась в густых ветвях могучего дуба. Учитывая, что пантеры всё же обращённые люди, им предоставили по отдельной спальне и одну общую просторную гостиную. Полы всех комнат были устланы коврами, вдоль стен размещались большие диваны. В стены были встроены небольшие чаши с поступающей чистой водой. Трапезную устроили вне жилища, установив две большие кормушки за домиком, вдали от посторонних глаз. Альпиния и Эя постоянно наблюдали за строительством, проявляя большое любопытство, но по их спокойному виду было понятно, что всё происходящее им нравится. Адриан постоянно подходил к дубу и спрашивал, обращаясь к любимой, всё ли они делают так. И пантера – Альпиния кивала головой и громко урчала. Принц был очень доволен, что его понимают и он не лишён возможности вести беседу.
Время пролетело быстро, в приятных хлопотах по обустройству нового строения. Никто и не обратил внимания на то, что наступило полнолуние, и однажды вечером, когда вся семья собралась за ужином, в столовую вошла сияющая от счастья Альпиния. Надо ли говорить, что происходило с присутствующими? Все повставали со своих мест и поочерёдно заключали принцессу в объятия. И смех и слёзы сменяли друг друга. Всем нужно было выговориться, и потому застолье продолжалось довольно долго. Только глубокой ночью все разошлись по своим покоям. Однако молодым родителям не спалось, они всё говорили и говорили о предстоящем будущем, пытаясь себе представить, когда и при каких обстоятельствах состоится их встреча с дочерью. С этой мыслью они заснули, не размыкая объятий. Каждому из них снился свой сон, о радости предстоящей встречи, и они улыбались. Их лица светились счастьем, как в день крестин....