Письмо

Вероника Георгиевна, всё-таки у вас приятное имя — даже приятно его писать. Позволю себе очень часто его использовать, потому что приятно.

Пишу я к вам красивым почерком, чтобы сообщить неприятное известие. За всей восторженностью чувств — от запаха цветов и шёпота травы — прячется моя великая печаль, от известия, которое, Вероника Георгиевна, я вам донести хочу.

У нас, Вероника Георгиевна, в этом году необычайный урожай цветов! Вы бы видели, какими красками и каким изяществом от этих созданий наполнен наш ветхий сад. Даже ломаный, некрашеный забор не выглядит так удручающе.

Урожай цветов замечательный, а урожай яблок, моркови, черёмухи и красавицы свёклы — не очень. Я это вам пишу, чтобы вы обязательно приезжали к нам погостить: у нас для вас и комната на чердаке имеется. Мы даже старый хлам оттуда вытащили.

Моя душа плачет… Пока наши коровы телятся, с сумасшедшей активностью, вокруг них происходят грустные вещи. И даже молодые телята — Машка, Мишка и Мерлон — выглядят задумчивыми, несмотря на свой рыже-белый окрас.

Вот сижу я сейчас в саду, пишу вам это письмо, а груша в рот не лезет — и потому, что большая, и потому, что гложет моё атласное сердце одно событие.

Приезжайте поскорее: мы вас с Мерлоном очень ждём и готовим для вас живописный чердак. Извините, что именно мне пришлось вам это сообщить.

P. S. Совсем забыл: вынужден вам сообщить, что ваша любимая вишня была вырвана коровой — погибла в муках.