В прокрустовом ложе. Глава 72. Вестерн

Почти у каждого курсанта есть приемник с наушниками, и после зарядки, и до построения на утренний осмотр все слушают «Молодежный канал».
– Симона, ты слышал? Нет, ты слышал? – налетели на меня одновременно восторженные Лео и Дима.
– Вы о чем? – сонно наблюдаю я за их излишней активностью.
– Наши фильм сняли, «Человек с бульвара Капуцинов», – весьма оживленно рассказывают мои друзья, перебивая друг друга.
– Ну и что? Мало ли чего наши снимают, – пожал я плечами.
– Да ты не перебивай. Даже в США признали, что это лучший фильм о Диком Западе!
– Да ну? – мысленно восхитился я нашими кинематографистами.
– Вот тебе и ну! А я, понимаешь, афишу видел – в Симферополе уже идет этот фильм! Только с билетами, наверняка, проблемы будут.
– Что ж, надо посмотреть, – согласился я. – Хотя я нисколько не удивлюсь, если все это слишком преувеличено.
Желающих увидеть этот киношедевр набралось много, и в воскресенье мы в количестве двадцати трех человек приехали в кинотеатр «Космос» смотреть фильм «Человек с бульвара Капуцинов». Еще из троллейбуса мы увидели, что вдоль кинотеатра стоит толпа в колонну по четыре.
– Что это там? – первый спросил Веня, – демонстрация что ли?
– Это очередь за билетами, – пошутил я, и все рассмеялись.
Как оказалось зря – это действительно была очередь за билетами. Наши шансы посмотреть сегодня нашумевший фильм стремительно падают.
– Ну, ничего себе, – только и сказал Веня, а потом пошутил. – Нет, мы, конечно, предвидели трудности с приобретением с билетов, но не настолько же! Ну, что делать будем?
– Предлагаю собрать деньги и самого наглого из нас на руках забросить поближе к кассе, – предложил КорС, оценив очередь. – Похоже, это наш единственный шанс.
Касса находилась в фойе, но подниматься нужно было на крыльцо, расположенное выше человеческого роста.
– Попробуем, – согласился Лео, – Симона, готовься.
– К чему готовиться? – удивился я и оглянулся на Лео.
– К штурму! Ты же у нас самый наглый, – даже не улыбнулся Лео.
– Пошел ты! – недолго думая, сухим тоном заявил я. – Я вообще изуродован воспитанием, а самый наглый у нас, по моему убеждению, вон, «замок».
– Ух, ты! Изуродован воспитанием! Сам придумал? Здорово, – воскликнул КорС. – Надо будет запомнить! Будь другом, напомни в роте, я запишу!
– Симоныч, не упрямься, – просит «замок». – Мы же все знаем, что с твоим характером взять билеты без очереди – легко и просто. Ну, ладно, пусть не просто, но и особого труда для тебя это не составляет. Мы в тебя верим, Симона!
– А я твердо знаю, что самый наглый из нас ты, и все равно ставлю на голосование, кто за Симону? – спросил Лео, и голосование положило конец спорам.
Попробуй теперь с ними поспорить. Мне всучили в руки деньги, и высоко подняв на руках, забросили на крыльцо. Сзади очередь была человек в двести, впереди всего человек сорок. Третьим от кассы стоит младший милицейский лейтенант. Я толкнул его в плечо и протянул деньги:
– Служивый, двадцать три билета на любые места! Пожалуйста!
– Какой я тебе служивый? – возмутился милиционер и плечом оттолкнул мою руку с деньгами. Все это сопровождается его надменным взглядом.
– И, правда, сержант, какой он тебе служивый? – сказал вдруг невысокий мужчина лет сорока. – Мусор он. А ну, мужики!
И мужики вдруг дружно оттеснили мента от кассы, и прижали его лицом к стене так, что он не то, что пошелохнуться, но и дышать не может. А я совершенно удивительным образом, как бы и сам по себе оказался у заветного окошка кассы.
– Мне двадцать три билета! – восторженно прохрипел я. Потом, поскольку времени на дипломатические расшаркивания не было, просто сказал: – Спасибо, мужики!
Все-таки приятно, что наш народ свою армию любит, а ментов нет!
В зале мы даже не разговаривали, так серьезно были все настроены на вестерн. Один Лео все-таки счел нужным заметить, что он во мне не ошибся.
– А ведь иные умники утверждали, что смогут обойтись без тебя, – насмешливо закончил Лео свой комплимент.
Когда после крика ужаса «Черный Джек!» мы увидели Михаила Боярского, зал взорвался от смеха. Отчего-то зрителям сразу стало ясно, что это комедия. Думаю, догадаться несложно, что фильм всем понравился.
Так вышло, что кроме нас фильм в этот день посмотреть больше никому из курсантов нашей роты не удалось, поэтому в ротном расположении нам пришлось много раз пересказывать содержание фильма остальным курсантам. Отдельно рассказывали о том, каким путем нам удалось взять билеты при такой очереди.
О том, что мне помогли взрослые мужчины я промолчал. Ну, чтобы, значит, не разрушать сложившийся у ребят мой геройский образ. Юрка Аркалюк из первого взвода даже вслух пожалел о том, что у них во взводе нет своего такого второго Иванова.
– А такого второго Иванова больше вообще нет, – язвит КорС.
– И не надо, – смеется Миша, – прелесть Иванова в том, что он такой один.
– Ты еще скажи, что сам по себе факт существования Симоны это уже какой-то феномен, – кривится Королев.
– Правильно ли я тебя понимаю, – улыбаясь краешками губ, спрашивает Миша, – в следующий раз билеты будешь брать ты? И в случае коллективных драк, ты пойдешь первым? Пацаны, все слышали? КорС нахально объявил, что он заменит Иванова!
– Тем хуже для него, – злорадствует Лео.
– А мне абсолютно непонятно, как это КорС заменит Симону? – смеется Лис. – КорС, расскажи, как ты это себе представляешь, а то я это понять решительно не в силах.
– Ничего подобного я не говорил, – сразу пошел на попятную Королев.
– Значит, тогда так тому и быть, – подвел черту Миша, – заткнись, и не вякай. Намек понял? Или нужно объяснить популярнее?
Королев торопливо заверил, что популярнее не нужно, ему и так уже все понятно. Эта его поспешность так непривычна, что вызвала у всех смех. На радость всем Королев обижено молчит. Когда смех утих, Столб доброжелательно сказал Королеву:
– Серега, а тебя не удивляет то, что все против тебя?
– Что ты хочешь сказать? – нахмурился еще больше прежнего КорС.
– То, что ты не прав. Кроме мамы Жоры и тебя в Иванове всех все устраивает. И вообще, тебе добрее нужно быть. Подумай над этим, тебе же самому лучше будет. Жизнь легка и прекрасна, а ты свою жизнь сам отравляешь. Нельзя быть таким недобрым и завистливым, это не есть хорошо. Причем в первую очередь для тебя.
– Весьма сомнительно, что Королев при его гоноре и амбициях сделает правильные выводы и, тем более, станет им следовать, но совет Столб дал хороший, – оценил Миша.
– Сделай попроще рожу, малыш, и к тебе потянутся люди, – обращаясь к КорСу, подытожил Колотун-бабай. – Проще простого!
– Думайте сами, решайте сами, – пропел Веня. – Сто раз подумай, прежде чем говорить о ком-то плохо. А хорошо, как мне кажется, ты еще ни о ком не говорил. Во всяком случае, я припомнить такого не могу, как ни стараюсь.
На этом интерес к Королеву иссяк, и все, не обращая больше внимания на него, занялись своими делами. Самолюбие Королева сегодня сильно ущемили, но он не подал вида, что ему больно и обидно.