Рассказ 3. Экскурсовод Митина и Эвкалипт

Цикл «Абсурдные рассказы»

Вводная часть:
В одном очень историческом городе живут два совершенно незнакомых человека - экскурсовод Митина, которая работает в художественном музее, и Эвкалипт – одинокий мужчина лет сорока, исполняющий обязанности младшего научного сотрудника одного из НИИ города. Эвкалипт любит ходить по культурным местам, но преимущественно в одиночку. Наука ведь требует тишины и сосредоточенности, но часто от этого возникают побочные эффекты – замкнутость и уединенность, а то и того хуже…Но мы не об этом.

Основная часть

Наконец Эвкалипт решился…Сегодня он решился пойти в знаменитый художественный музей ради постижения величайших тайн полотен мастеров прекрасного…Причем с профессионалом, исходившим немало по коридорам и залам великого места, – настоящим экскурсоводом…Настоящим! Каждый раз, когда он об этом думал, в горле пересыхало, а по телу пробегала мелкая дрожь от предстоящего…
Эвкалипт долго готовился к столь ответственному шагу – взвешивал, что и как? Раздумывал - насколько такое сопровождение будет уместно? Спрашивал коллег о целесообразности подобного. Даже сходил к психологу для подтверждения твердости предстоящих намерений. Психолог подтвердил и одобрил за сравнительно небольшую сумму в три тысячи рэ. 

В светлое субботнее утро Эвкалипт встал очень рано. Выпил чашечку крепкого кофе, нагладил рубашку и брюки. Даже решил надеть галстук для придания дополнительной торжественности столь значимому   дню. Начищенные ботинки радостно звали в путь, тем более никакой дождливой погоды сегодня не предполагалось и не могло испортить почти идеального внешнего вида и настроения Эвкалипта.
Билет он решил купить онлайн, выбрав в предлагаемых услугах раздел «эксклюзивная экскурсия». Нажав «купить», Эвкалипт понял, что его мечта – уже волшебная реальность, которую он встретит сразу же на историческом пороге презнаменитого художественного музея.

Слегка зажмурив глаза, Эвкалипт представил…,что встреча, наверное, произойдет не совсем на пороге. Возможно - в вестибюле, холле, площадке для экскурсантов…Неважно… Но ОНА непременно будет в светло-голубом и длинном. С развевающимся вокруг тонкой и длинной шеи белым шарфом. Ее голубые глаза в обрамлении светлых, чуть волнистых волос, посмотрят на Эвкалипта с нескрываемой нежностью.
Голосом Татьяны Веденеевой она произнесет: «Здравствуйте, Эвкалипт! Меня зовут Элеонора и сегодня я буду вести для Вас экскурсию по замечательным залам нашего художественного музея…». И что-то там ещё, возможно, снова проговорит Татьяной Веденеевой, о чем можно только догадываться, не нарушая интриги волнительной встречи… 
 
- Вы Эвкалипт? - раздалось вдруг резко рядом.
- Да, я…- испуганно ответил он.
- Я буду вашим экскурсоводом сегодня! - утвердительно ввела в курс дела женщина.
- Да? – глубокое разочарование сползло с лица на тело Эвкалипта. Он сразу осунулся и потускнел. Сияющие ботинки стыдливо спрятались за брюками. Белый шарф ЕЕ на тонкой шее быстро растворялся на фоне висящего на противоположной от входа стене плана эвакуации при пожаре.   
- Аделаида Сигизмундовна, я взяла! Отметьте в журнале, - деловито распорядилась женщина-экскурсовод.

Она была полной противоположностью ЕГО мечты – небольшая и чуть полноватая, лет сорока, с копной темных курчавых волос (своих), с карими глазами и бледным лицом (к загару пребывание среди художественных экспонатов не располагает). В общем…в общем…без комментариев.
- Вы Амитина? – попытался сказаться вежливым и хоть как-то завязать разговор Эвкалипт.
-   Никто не видит точки на бейдже! Я не Амитина. Я – просто Митина, - раздражено-строго поправила его экскурсовод.
- Извините, я близорук, – оправдывался смущенно он. 

- Что вы ели сегодня? – спросила она почему-то.
- Я? …Я, предпочитаю читать и…не помню, - ответил Эвкалипт, проваливаясь, словно в бездну, в ужас дальнейшей неопределенности общения…
- Вы не помните? - очень удивилась она, в свою очередь, и произнесла уверено: «Сейчас все едят, ходят в рестораны, делятся рецептами, выкладывают ролики в ютуб и другие места. Мир наполнен едой, посудой, сервировкой. Люди путешествуют ради еды. Летят за тысячи километров, чтобы отведать в Сингапуре куриный рис и чили-краб, а в Токио насладиться танкацу и темпурой…»

- А что едят в Патагонии? – вдруг спросил он рассеяно.
- В Патагонии? Ммм, я не знаю… (чуть смутившись) …Это же просто вступление к нашей основной теме. Но, спасибо за подсказку, непременно узнаю, - быстро нашлась она и продолжила: «Еда превратилась в настоящее искусство. Все так тонко и изящно выкладывается. А какие волшебные манипуляции производятся вокруг главного блюда – огонь, дым, мясная нарезка, черные перчатки, музыка…Завораживающие ароматы. Вы помните картину Геррита Виллемса Хеды «Ветчина и серебряная посуда»? Она написана в 1649 году…»
- Не понимаю, причем тут еда и художественный музей? - потирая переносицу спросил озадачено Эвкалипт.
- Как причем? – встречно удивилась экскурсовод Митина.
- Вы заказали эксклюзивную экскурсию, топ-тему музея! На нее очередь записывается за месяцы! – возмутилась она. - Вам несказанно, так сказать, повезло попасть сюда.

- А что за топ-тема? – начал догадываться Эвкалипт.
- Тема еды, отраженная в полотнах великих художников Ренессанса! – гордо произнесла Митина.
- А, …- понял он и, подумав несколько секунд о потраченной немалой для него сумме, решился не спорить и всё же постигнуть доселе неизвестное ему продуктово-художественное направление.
- У нас, вообще говоря, есть и более обширная экскурсия – общегастрономическая, так сказать, о кулинарных причудах прошлого, - продолжала пояснять она, - с подробным описанием блюд, изображенных на полотнах художников. Рассказывающая о наиболее популярных продуктах, употребляемых в то время…Но сегодня мы с вами окунёмся именно в великолепную эпоху Ренессанса.
- Как вы думаете, почему? – спросила экскурсовод и посмотрела, не отрываясь, строгим учительским взглядом на Эвкалипта.
Он не знал доподлинно – почему, да и недоподлинно ничего не приходило ему в голову. Лишь промямлил что-то в ответ, давая понять, что никаких предположений у него не имеется…

Митина торжественно вспыхнула яркой лампочкой знаний и продолжила: «Еда в это время играла огромную роль в жизни людей. Она выступала символом статуса и материального благополучия».
- То есть, что ты ешь, то из себя и представляешь? – вяло предположил Евкалипт.
- Да, примерно так! – бодро подхватила экскурсовод. - Художники использовали подобные изображения как способ передачи социального неравенства, принадлежности в богатым или бедным слоям населения…
Затем она повернулась спиной к Эвкалипту и, бодро шагая вдоль длинного музейного коридора, уверенно и громко произнесла: «Итак, пройдемте к картине «Торговец дичью», зал номер 262». 

Эвкалипт послушно пристроился чуть сзади экскурсовода и, словно собака на поводке, боясь заблудиться во множестве залов и закоулков музея, держался заданных координат - «правое плечо Митиной».
Мимо, словно прекрасные парусники, проплывали картины великих художников значимых эпох и определенных народностей. Сердце Эвкалипта замирало в бесконечном восхищении от уникальной сконцентрированности художественной гениальности в одном месте.
Наконец они дошли до зала и остановились у картины «Торговец дичью». 
- Картина написана в 1561 году, – начала она строгим экскурсоводческим голосом, - голландским художником Питером Артсеном. Его называют одним из создателей натюрморта, как самостоятельного жанра живописи. Известный нидерландский историк искусства Рейндерт отмечал, что он, возможно, был изобретателем этого жанра для всего художественного мира.
Что мы видим с вами на картине? - не ожидая ответа, продолжила Митина тем же голосом. - Мы видим помощницу и торговца – мужчину средних лет, с добрым лицом человека тяжелого труда. У него густые брови, большой, прямой нос и длинная густая борода…

Что-то в портрете показалось очень знакомо Эвкалипту. И он вспомнил, что торговец напомнил ему соседа Филипыча, который необычайно любил процесс алкоголизации, приобщаясь к нему посредством собственной пенсии и несистемных инвестиций от окружающих, к коим причислялся, по принципу территориальной близости, и Эвкалипт.
Частенько поутру раздавался звонок в дверь от соседа, который, несколько поиздержавшись после вечерне-ночного пере- или недопития, ждал хотя бы приоткрытости, чтобы, начиная краткой приветственной речью и заканчивая жалостливым описанием всех подробностей трагической биографии Филипыча с непременным добавлением «уж, помилосердствуйте, батюшка», вызвать острый приступ благотворительности у Эвкалипта.

Чаще всего это удавалось и фигура соседа мгновенно удалялась в сторону его квартиры, ибо день уже задался и праздник, во всех красках безмятежной радости, как говориться, снова «зажигал огни» под звон бокалов, чашек, стаканов и шумных разговоров неслучайных собутыльников соседа.
- Надо же, а раньше торговцем был, тяжелую трудовую жизнь проживал…- подумал про себя Эвкалипт с жалостью, рассматривая картину.
- Это знак для меня, - молча предположил он, ясно увидев, словно Елена Блаватская, реинкарнацию соседа в нынешнее неспокойное время. - Не везет Филипычу…Зависимости не на пустом месте рождаются с такой-то жизнью.
Картина стала как-то роднее, а все рассказываемое экскурсоводом ближе.

- На голове у торговца, - продолжала пояснять Митина, – широкая и низкая деревянная кадка с сельдью (показывая на картине точное место расположения кадки). Торговец, как вы видите, поддерживает ее правой рукой. В левой руке он держит неощипанные тушки утки и селезня.
Эвкалипт не знал, как отличить утку от селезня, но поверил экскурсоводу на слово и продолжал рассматривать детали картины.
- Вот, - указывала экскурсовод на предметы рядом, - перед торговцем художник разместил ряд деревянных бочек, бочонков и металлических ведер.
- Примерно пять предметов, - подсчитал Эвкалипт, - плюс еще весла…Два.
- Весла расположены за фигурами, - поправила женщина, - на них обычно меньше обращают внимание. Художник не так явно их выделяет. И, кстати, если посмотреть более внимательно, они образуют косой крест.
- Да, точно, - присмотревшись, согласился Эвкалипт.

- А видите с какой документальной точностью изобразил, - слегка переместила она ладонь в нижнюю треть картины, -  Питер Артсен корзину с яйцами.
Эвкалипт переместил взгляд на яйца с корзиной. 
- Яйца, это вообще отдельная тема…- многозначительно произнесла она. - Яйца на протяжении всей эпохи Ренессанса выступают одним из ключевых символов бедности, признаком отсутствия достатка и скудности питания. Они служат трагическим напоминанием изобразительными средствами, что изобилие не было характерно для большинства людей той исторической эпохи.
- Странно, а мы сейчас питаемся многими блюдами из яиц и при этом принадлежим к разным сословиям, тем более что это ЗОЖ, - попытался возразить аллегориям художников прошлого Эвкалипт (сейчас все любят спорить с великими).
- Кстати, каждую вторую пятницу октября отмечается Международный день яиц, - добавил он, - для повышения осведомленности населения о пользе яиц для здоровья человека! Яйца считаются ценным источником белка, витаминов, минералов и антиоксидантов.

-  Видите, как время расставляет акценты и меняет приоритеты, - философски заметила экскурсовод. - Поэтому мы и проводим подобные экскурсии, чтобы интерпретация используемых художниками прошлого символов и образов была соответствующей эпохе, а не сегодняшним представлениям о тех же яйцах…Хотя все, что вы говорите, нутрициологически правильно! Согласна (сделав паузу) …Возвратившись к сути отмечу, что мы, работники искусства, боремся за достоверность вложенных художниками смыслов и стараемся точно доносить их до населения…
- Но, между прочим, - с таинственным блеском в глазах и, слегка наклонившись к Эвкалипту, произнесла она с придыханием. - Значение яиц в эпоху Ренессанса может быть интерпретировано и в контексте более глубоких художественных и общих смыслов (многозначительно подняв вверх указательный палец правой руки). Яйцо, как символ светлой надежды, как воплощение жизненной силы, как потенциал для преобразования и дальнейшего становления личности! (торжественно)         
- Яйца…с надеждой…Это уже как-то мне понятнее и даже оптимистичнее, - сразу принял следующую интерпретацию «яичного образа» Эвкалипт.

- Вот! Изобразительное искусство – это многоплановое и многомерное явление, которое необходимо постигать всеми имеющимися средствами! - подвела Эвкалипта к общему выводу Митина.   
- Селедка, кстати, тоже выступала символом еды представителей бедного сословия в то время, - вспомнив, добавила она.
- Я люблю селедку…- улыбнулся Эвкалипт, представив на минутку, как накладывает сочные небольшие кусочки прямо на слегка поджаренные ломтики ржаного хлеба и посыпает их сверху зеленью.
-  Ой, и я очень люблю, - отозвалась неожиданно женщина.
Единый селедочный дзен секундным перерывом унёс их в иное - гастрономическое измерение…

- Впрочем, мы отвлеклись, - спохватилась она и далее отметила в картине, что неодушевленные предметы выглядят более убедительно по сравнению со статичными фигурами торговца и помощницы. Именно в картинах Питера Артсена начала отходить на второй план человеческая фигура. И так стал рождаться натюрморт в художественной самостоятельности. Говорила она и о том, что вся картина создает впечатление мистической торжественности и в ней, по мнению исследователей, имеется затаённый смысл и какая-то скрытая символика. И когда вы смотрите на кадушку с сельдью, то считываете посланный вам из далекого 16 века знак приобщения к истинной христианской вере, а когда бросаете взгляд на ведра с молоком – должны непременно узреть в них символ духовной пищи.

- Как же всё сложно у художников, - думал Эвкалипт. – Так себе жил и жил… без Артсена, а теперь вот глаза открылись…Хочется еще посмотреть на другие его картины. Узнать, помимо общей гастрономии, скрываемые на холстах тайные знаки и символы…
Промелькнуло коротким музыкальным фрагментом анжеликоварумное: «Художник, что рисует дождь… Художник, что рисует дождь…». Дальше он слова не помнил, но песня пришлась к месту.
- Ну, что? Пройдемте к другим картинам? - пригласила вопросительно экскурсовод.
- Да, конечно, - охотно отозвался он.

…
И было знакомство с «Завтраком» Диего Веласкеса, «Фруктовой лавкой» Франца Снейдерса и «Мадонной с младенцем под яблоками» Лукаса Кранаха и со многим, многим другим из художественно воплощенной гениями Ренессанса гастрономии прошлого.
…
Уставший от множества впечатлений Эвкалипт предложил присесть в одном из залов.
- Вы, наверное, голодны, - обратился он к Митиной. Она смутилась, не зная, что сказать. Он достал бутерброды с колбасой и чай, предложив ей поесть прямо в зале…Спустя некоторое время, почти опустошив всё, что лежало в целлофановом пакетике Эвкалипта, она грустно сказала: «Никто ни разу не предложил мне вот так…, а ведь сколько экскурсий по этой теме я провела».
Стало грустно…Плечи ее затряслись в невидимом плаче…Он попытался ее успокоить – налил чай и предложил последний оставшийся бутерброд. Женщина улыбнулась сквозь слезы, взяла бутерброд, переложила его колбасой вниз и начала вкусно есть, запивая горячим чаем.

- Как вас зовут? – спросил он.
- Азалия. Азалия Митина. Амитина, – представилась она и рассмеялась.
- Да, точно – Амитина, - подхватил он весело. Глаза их засветились… Вдруг, на одной из картин Эвкалипт заметил белый полупрозрачный женский шарф…   
Потом они сидели в одном из самых известных залов музея и долго смотрели на картины великих мастеров…без слов…молчаливо, по-своему…
Эвкалипт, наконец, понял и почувствовал, что его постижение уже случилось...И всё оказалось не случайно…

…
Спустя несколько дней прозвучал звонок мобильного телефона…
- Здравствуйте, Азалия, это Эвкалипт…Я узнал, специально для вас, что едят в Патагонии…
На завтра он назначил ей свидание и взял с собой термос и ее любимые бутерброды с колбасой…
А в Патагонии можно попробовать, между прочим, множество деликатесов - асадо, эмпанадас, кардеро аль пало, чоррильяну…Как-то так. 
И еще…Они посетили Международный день яиц в ту самую вторую пятницу октября…

* Этот рассказ написан человеком (НЧ)

Посвящается всем экскурсоводам художественных музеев, особенно того самого...

По этим ссылкам вы можете прочитать интересные материалы о подобных выставках и направлении в изобразительном искусстве:

https://posta-magazine.ru/article/odaeda-hermitage-museum/
https://kulturologia.ru/blogs/080518/38799/
https://dzen.ru/a/YlldPeET0A1qTleV
https://jotto8.ru/hudozhestvennye-terminy/natjurmort
https://vk.com/wall-20188962_269359