Наблюдатель у костра

@spichki_st


# Наблюдатель у костра

Река шумела в темноте, отражая огоньки костра. Андрей ворошил угли палкой, не находя себе места.

— Иван Ильич, — сказал он наконец, — я сегодня пытался объяснить другу одну вещь... И понял, что не могу найти слова.

Пожилой спутник поправил котелок над огнем и внимательно посмотрел на молодого человека.

— О чем речь?

— Ну как тебе объяснить... — Андрей замолчал, подбирая слова. — Есть во мне что-то, что наблюдает. Не я сам, а как бы отдельно. Беспристрастный такой свидетель всего, что происходит в моей голове.

Иван Ильич кивнул:

— И что с ним не так?

— Да ничего не так! Наоборот. Он... он одинаковый всегда был. В детстве, в юности, сейчас. Как будто не стареет вообще. Понимаешь?

— Понимаю. — Иван Ильич подлил в кружку горячего чая. — А друг что сказал?

— Вот в том-то и дело! — Андрей оживился. — Я начал с ним разбираться: кто ты? Он говорит — я Петр. А кто наблюдает за Петром? Он задумался... Потом: наверное, тоже я. А кто наблюдает за тем, кто наблюдает? И так далее...

— И что дальше?

— Дошли до того места, где должна быть пустота. Пауза такая... И я вижу — испугался он. Будто на краю пропасти остановился и дальше ни шагу.

Иван Ильич помешал чай ложкой, размышляя.

— И ты его не повел дальше?

— Не повел, — вздохнул Андрей. — И сам не понимал почему. Только сейчас дошло — почувствовал его страх.

— Правильно сделал.

— Да? — удивился молодой человек. — А мне казалось, что струсил.

— Каждый должен дойти до этого края сам, когда готов. Иначе можно навредить.

Андрей кивнул, глядя на огонь. Языки пламени танцевали, отбрасывая тени на стены палатки.

— Знаешь, Иван Ильич, иногда я выхожу на балкон, смотрю на звезды и... разговариваю. Не знаю с кем. Иногда кажется, что сам с собой. А иногда — что не сам.

— И что говорит твой собеседник?

— Недавно я думал: надо еще поучиться, подтянуть то-се... А он прямо рявкнул: "Сколько ты еще будешь учиться?! Это уже твое — используй!"

Иван Ильич усмехнулся:

— Строгий наставник.

— Да уж. Даже незнакомец в голове и тот ругается, — рассмеялся Андрей. — Наверное, боюсь взять ответственность. Все думаю — еще подучусь, еще немного...

— Вечный ученик?

— Точно! — Андрей хлопнул себя по колену. — Костюм учителя страшно надевать. А вдруг не готов?

Они помолчали. Река журчала в темноте, унося с собой день за днем.

— Скажи, Иван Ильич, — тихо спросил Андрей, — а много ли людей знают об этом наблюдателе?

— Мало, — ответил тот просто. — Очень мало.

— А скольким это нужно?

Иван Ильич долго смотрел на звезды.

— Еще меньше. Большинство прекрасно живут без этого знания. Им достаточно быть Петром или Марией, работать, любить, растить детей. И это нормально.

— А мне зачем?

— А ты сам как думаешь?

Андрей задумался, ворошил угли.

— Долгая череда выборов привела меня в это самое место, — сказал он наконец.

— Вот именно. Каждый выбор вел к следующему, и все они привели тебя к встрече с наблюдателем.

— Иван Ильич, а что если кто-то сейчас, в будущем, прочтет наш разговор? И пазл у него сложится?

Пожилой человек улыбнулся:

— Было бы замечательно. Где-то кто-то сейчас ищет слова для своего внутреннего опыта. Или впервые задастся вопросом: "А кто во мне наблюдает?"

— Цепочка передачи...

— Именно. Мы оставляем маяки на пути. Каждый в свое время, через свою череду выборов придет к своей встрече.

Костер потрескивал, угли медленно догорали. Где-то в темноте ухнула сова.

— Хотелось бы, чтобы это произошло быстрее, — вздохнул Андрей. — При нашей жизни увидеть новый мир.

— Культурные сдвиги происходят медленно, — мягко сказал Иван Ильич. — Может быть, потребуются века. Но каждый человек, который действительно прожил этот опыт различения, может зажечь огонь в других.

— Сеешь семена, не зная, когда прорастут?

— Да. И это тоже достойное занятие.

Они сидели в тишине, слушая шум реки и потрескивание углей. Наблюдая за огнем, за звездами, за своими мыслями. Где-то в глубине каждого из них безмолвно присутствовал тот, кто никогда не стареет — вечный свидетель всех перемен.