В прокрустовом ложе. Глава 90. Испорченное сампо

«Что у кого болит, тот о том и говорит».
Поговорка
На сампо нелегкая снова принесла замполита. Делать ему нечего, что ли? Почему-то он носит юфтевые сапоги, хотя такие сапоги носят только курсанты военно-учебных заведений и солдаты погранвойск.
Весь вид замполита роты говорит, что разговор предстоит весьма серьезный. Лео растолкал спящего Зону, и тот недовольно проворчал, вызвав смех:
– Чего ты меня разбудил чуть свет?
– Хочу с вами поговорить, хлопцы. Вот вы, товарищ Королев, например, чем в увольнении вчера занимались?
Занимался Королев, насколько я знаю, исключительно своей Лианой, практически без отрыва от постели, но не рассказывать, же ему об этом замполиту? Да и не совсем понятно, к чему тот клонит.
– Это секрет, товарищ старший лейтенант, – изобразил он заговорщицкий вид, – но вам я скажу, как родному. Я создал кладоискательский кооператив и искал спрятанные драгоценности белогвардейцев, монахов и нэпманов!
– Где искали? Не у девушек ли под лифчиками? Или в их трусиках? А! Как же это я сразу не догадался! И там, и там!
– Товарищ старший лейтенант! Как вы можете? – возмущается КорС. Все-таки его воспитанность еще местами сохранилась и иногда дает о себе знать.
– Кстати, вы не сказали, как фирма называется? – поднял бровь Хлопец.
– «Сумерки», – давясь от смеха, говорит Королев.
– Ну, хватит с меня дурака валять. А поговорить я с вами хочу о женщинах. Суровая действительность такова, что у нас с ними идет проблема. Вы хоть знаете, что женщины, считающие себя беременными, набиваются в жены к кому угодно? Только за эту неделю такие женщины набивались в жены к Марковскому, Захарову и даже к товарищу Гринчуку из четвертого взвода.
Кроме названных товарищей все дружно рассмеялись.
– Вот вы, товарищ младший сержант Леонтьев.
Лео без особой охоты встал, недоуменно поглядывая по сторонам. Видно, замполит не в курсе, а уж мы-то точно знаем, что у Лео никого нет.
– Товарищ Леонтьев, я видел вас, когда вы дежурили по КПП № 1. Это же смотреть невозможно! Раздеваете всех девушек, которые проходят мимо!
КорС даже присвистнул от удивления, хотя он суеверен и никогда не нарушает разные бабушкины приметы. Я тоже удивился. Хотя после того, как Лео забрался рукой незнакомой девушке в брюки прямо на остановке.… Уж, не знаю, что и думать!
– Ну, Лео, мы от тебя такого не ожидали!
– Хорошо хоть только глазами, – продолжил замполит. – Я точно видел! Передать не могу, насколько это пошлая и гнусная картина! Я в душе против эмансипации, но не могу вынести такого хамства с вашей стороны!
– Товарищ старший лейтенант, – поднял я руку, привлекая всеобщее внимание. – Так и девушки не выносят! Они Лео в ответ бьют! Прямо так и смазывают с его лица эту сладострастную улыбочку! Да!.. Правда, тоже только глазами.
После того, как утихли громовые раскаты хохота, замполит продолжил.
– А вы, товарищ сержант Третьяк, увидели первую встречную женщину и тут же напрочь забываете, что вы морально устойчивы, политически грамотны и к тому же примерный семьянин. Даже воинскую честь не отдаете! На вас что, совсем не давит колоссальное чувство ответственности? А должно давить!
А замполит-то, оказывается, тоже юморист. Может он серьезно? А вдруг!
– Чего это он с самого утра на службу набросился? – шутит Миша. – Плохо отдохнул вчера, что ли?
– Товарищ Кальницкий. Я видел, как вы в городе дрались с другим курсантом, а у забора ждала девушка. Что это было? Бой рыцарского и революционного флота или сцена ревности? В чем соль проблемы?
– Драка братьев по классу? – снова пошутил я.
– Ну, товарищ Иванов, – погрозил мне пальцем замполит, – я вас никогда не забуду!
– Сейчас начнет нас призывать в очередной раз начать новую жизнь, – рассмеялся Игрек.
– Кстати, товарищ сержант Третьяк, – резко осадил Игрека Хлопец. – А чего у вас рожа поцарапана?
Все снова рассмеялись, а замполит участливо спросил:
– Не та ли это женщина с цыганско-итальянским темпераментом вас наградила этими украшениями?
– Откуда вы знаете, какой у нее темперамент? – почувствовал себя в высшей степени неловко Игрек.
– Кто же ее не знает? Я ведь тоже наше училище оканчивал, – разоткровенничался замполит. – Проведите уборку в своей голове, и выбросьте из нее эту женщину. Ну, так что?
– Вы ошиблись, товарищ старший лейтенант.
– На счет темперамента? Сначала, да я…
– Я имел в виду на счет украшений. Это я одного кота валерьянкой напоил. Сильнее, чем нужно.
– Понятно, понятно. Потешная история. Хотите добрый совет? Захотите напоить петуха – сначала наденьте пожарную каску. Ну, чтобы, значит, не подвергаться лишней опасности, – и замполит внезапно зевнул.
Когда утих смех, Хлопец повернулся ко мне.
– Товарищ Иванов, прерываю ваш внутренний диалог, но у меня к вам вопрос. Вы, оказывается, у нас браконьер-любитель?
– Зачем вы меня так обижаете, товарищ старший лейтенант? Я профессионал, и уже давно, – отшучиваюсь я, хотя, признаться, понять, куда сейчас клонит Хлопец, не могу.
– Куда охапку цветов несли? – критически осмотрел меня Хлопец с головы до ног.
– Не поверите. Девушке. А вы думали, на продажу? – смеюсь я.
На самом деле цветы я купил по просьбе Столба, который в тот день менялся с наряда и выходил в увольнение позже. Так что я его просто немного выручил и все.
– Одно меня удивляет, товарищ Иванов. Догадываетесь, что именно? Почему женщины вас в мужья не требуют? Я бы на их месте мимо вас не прошел!
– Я встречаюсь с умными женщинами, товарищ старший лейтенант.
Кажется, мой ответ привел замполита в некоторое замешательство, и он даже ненадолго замолчал.
– Я примерно так и подумал, – недоверчиво произнес он. – А вы зря смеетесь, товарищи курсанты. Иванов у нас мыслитель, а это значит, что он умеет воспринимать вещи более простыми, чем они есть на самом деле. Что ж, это еще один плюс в вашу пользу, товарищ Иванов. Ведь жена – это всерьез и надолго. Товарищ курсант Кальницкий, ну а вы лично, почему не женитесь?
– Русские после первой не женятся, – объясняет Миша.
– Значит, надлюбил и бросил? Куда вы все торопитесь?
– Понимаете, товарищ старший лейтенант, – начал Миша издалека, – статистика утверждает, что на каждого мужчину старше 90 лет приходится по девять женщин. Но тогда уже, как правило, поздновато!
– Товарищ старший лейтенант, – поднял руку Рома. – Не могу молчать, на стихи пробило! Да будет вечно женщина любима. Товарищи, не проходите мимо!
– Товарищи курсанты, послушайтесь моего совета – никогда не спите с женщинами, у которых проблем больше, чем у вас самих. Зона, а у тебя, что такой профиль помятый? И, вообще, вы весь какой-то изрядно потрепанный?
– Всю ночь кошмары снились, будто я женюсь!
– Что-то я не вижу Баранова. Где этот художник-каратист?   
  – Карикатурист вы хотели сказать? – переспросил Веня.
Ну, наконец, замполит начал греметь громкими фразами и призывать нас взять повышенные обязательства. И, разумеется, быстро наскучил. Но он поставил перед собой цель и не намерен отступать. Он считает, что пора нам уже сделать следующий шаг. В общем, Хлопец настойчиво ломится в открытую дверь, разъясняя и без него очевидные истины.
– Когда вы уже, наконец, хлопцы, материться перестанете? Я вот давно мечтаю о том, чтобы искоренить из вашего языка всю ненормативную лексику, какая только есть.
Идея, высказанная замполитом, в общем-то, стара как мир. К тому же, как известно, благими намерениями…
– Берем, – вдруг вызвался «замок». – Я решил быть другим! Перестаем материться! При посторонних – через два месяца, в своем кругу – через три! Слабо?
Замполит многозначительно хмыкнул и что-то записал в своей рабочей тетради. Первоначально эта идея была чисто утопическими мечтаниями замполита роты, казавшаяся чудачеством, теперь стала обретать четкие, понятные контуры и формы.
– Ну, так что, мужики, слабо? – повторил «замок».
– Не гони, обдумать надо, – скривился Кальницкий. Он явно еще не готов к тому, чтобы пересмотреть свое отношение к ненормативной лексике.
А замполит настолько увлекся этой идеей, что уже перешел к поименному опросу взвода.
– Что скажет нам по этому поводу товарищ сержант Иванов?
– Меня это не касается, – пожал я плечами.
– Как это? – ужасно смутился замполит. – Это дело всего вашего взвода!
– Товарищ старший лейтенант, а Иванов у нас не ругается, – доложил «замок».
– Быть того не может! Надо же, какой незаурядный юноша!
– Товарищ Иванов у нас вообще смело ломает традиционные устои, – едва сдерживая смех, выкрикнул Лео.
Я не мог не рассмеяться, и рассмеялся. Внешне Хлопец остается все таким же непреклонным, и его решимость добиться от нас обязательства не ругаться, нисколько не уменьшилась.
– Товарищ Иванов, как же вы обходитесь без такого необычайно богатого и образного языка? Что ж, товарищ Иванов, придется наградить вас медалью, – решительно заявил Хлопец.
– Как? Еще одной? Какой? – обалдел КорС и замолк.
– «За геройский переход от слов к делу!» – смеется замполит.
В аудиторию заглянул начальник кафедры, и мы встали по стойке «Смирно!»   
– Что тут у вас? Я-то думал курсанты у нас здесь без старшего, – удивился он.
– Беседу провожу с личным составом, товарищ полковник.
– Интересная, видать, беседа, раз курсанты время от времени хохочут на все окрестности.
Докучливое присутствие замполита роты на самоподготовке продлилось вопреки нашим ожиданиям сравнительно недолго, чему мы очень обрадовались. Бао по этому поводу выразился так:
– Ну, наконец-то этот болезненный головной мозоль ушел!
– Леша, я тебя немного успокою, – смеюсь я. – Если замполит роты не меняется, попробуй изменить свое отношение к нему.
– Чего? – выпучил глаза Леха. – Это, в каком смысле?
– Симона, зря ты это сказал, – давится от смеха Лео, – надежда на то, что Бао это поймет, равна нулю.
На построении роты на ужин взводный поинтересовался тем, как у нас прошла самоподготовка.
– Плохо, товарищ старший лейтенант, – ответил за всех Бао. – Мы слушались замполита роты!
– Слушались или слушали? – улыбнулся взводный.
– Невелика разница, – вздохнул Бао.