В прокрустовом ложе. Глава 98. О наградах

Никогда лекции не кажутся такими длинными и скучными, как перед отпуском. До отпуска еще далеко, впереди войсковая стажировка, но лекции утомляют и надоедают не меньше, чем перед отпуском.
Сегодня лекция снова не по плану, а для души нашего преподавателя истории подполковника Козлова. Ныне он решил рассказать нам немного о наградах.
– Чем награждали красноармейцев в самые первые месяцы советской власти, кто знает? Никто? Сержант Иванов.
– Кожаными куртками и красными революционными шароварами, – бодро доложил я, вспомнив книгу «Дума о тебе» Михаила Стельмаха и фильм «Офицеры».
По аудитории пробежался смешок, да и сам Козлов тоже добродушно улыбнулся. Он сделал успокаивающий жест и продолжил свой рассказ.
– Садитесь, товарищ сержант. В общем, правильно. Красноармейцев награждали ценными подарками – часами, немецкими и английскими пистолетами, японскими карабинами, обувью, кожаными куртками. А красные военлеты Григорий Сапожников и Петр Межерауп даже получили в подарок трофейные французские истребители «Ньюпор». Декрет об учреждении первого ордена «Красное знамя» был подписан Свердловым 16 сентября 1918 года.
Информация, действительно, нова и интересна, и почти весь взвод конспектирует материал. Я тоже записываю, так как почти ничего из сказанного не знал. Вася тоже добросовестно пишет, шевеля в помощь губами.
– Первым кавалером этого ордена стал будущий маршал Василий Блюхер, а четвертым – Нестор Махно.
Преподаватель сделал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом.
– Махно был награжден этим орденом за освобождение Мариуполя от белогвардейцев и французов 27 марта 1919 года.
Я обратил внимание на то, что Вася сидит в нерешительности, не зная, писать ему про Махно или нет. Он затравленно посмотрел по сторонам, давая себе минуту на размышления, и решил, что лучше не писать. Он у нас глубоко убежден в том, что осторожность – мать премудрости.
– После окончания гражданской войны понадобилась награда за доблестный труд, поэтому в конце 1920-го был учрежден орден Трудового Красного знамени. В четверку первых кавалеров попал, например, Шосткинский капсульный завод. Еще до создания Союза ССР республики учреждали свои ордена. Так, свои ордена Трудового Красного Знамени имели Белорусская социалистическая советская республика, Украинская социалистическая советская республика. На украинском ордене был начертан лозунг «Володарь світу буде труд».
– То есть как? – удивился Лео, но преподаватель перебил его, даже не дослушав его вопроса.
– Что вам не ясно, товарищ Леонтьев?
– Разве правильно говорить сначала социалистическая, а потом советская республика? – недоумевает Лео, а вместе с ним весь взвод.
– Это сейчас говорят, наоборот, а тогда порядок был именно такой – вначале социалистическая, а уже потом советская республика. Хороший вопрос, Леонтьев, вам пять.
– За что пять? – задохнулся от зависти КорС.
– За вопрос, товарищ Королев. Иногда вопрос стоит больше ответа. Орденами республик перестали награждать в 1933 году. Курсант Россошенко, а какая награда является наивысшей в нашей стране?
– Орден Ленина, – сильно волнуясь, ответил Вася.
– Правильно, только нужно отвечать полным предложением: «Высшей наградой в СССР…» Орден Ленина был учрежден 6 апреля 1930-го. Первым его кавалером стала газета «Комсомольская правда». Одновременно появился орден Красной Звезды. Первым его получил все тот же Блюхер – за отбитое нападение китайцев на нашу железную дорогу. 16 апреля 1934 года было введено звание Героя Советского Союза. Сначала кавалеров награждали только грамотой. Золотую звезду для них ввели 1 августа 1939 года. К тому времени в стране уже было 122 героя. Дважды Героям надлежит ставить бронзовый бюст по месту рождения.
– Симона, прикольно, да? – вдруг встрепенулся и шепчет мне КорС.
– В чем тут прикол? – вместо меня спрашивает Дима, так, что я просто покосился на Королева.
– Ну, Иванов же у нас всю жизнь прожил в Гайсине, но если вдруг он станет дважды Героем, то бюст ему установят в далеком сибирском Тюкалинске! Разве не смешно?
– Да пошел ты, – опять-таки вместо меня ответил Дима. – Разве об этом можно шутить?
– Здорово я тебя? – подмигнул мне, ничуть не смущенный Димиными словами,  КорС. Впрочем, он всегда гордился своим хладнокровием. Я ему ничего отвечать не стал, так как некогда лясы точить, материал интересный, так что нужно его записывать.
– С 7 мая 1936 года за награды стали доплачивать. Кавалеры ордена Ленина получали ежемесячно к зарплате 25 рублей, ордена Красного Знамени – 20 рублей, ордена Трудового Красного Знамени и Красной Звезды – по 15 рублей, ордена Знак Почета – 10. Для сравнения: заработная плата учителя тогда составляла 100 рублей, медсестры – 50. Кроме этого кавалеры всех орденов имели право раз в год бесплатно воспользоваться поездом или пароходом – туда и обратно, а также могли ездить бесплатно на трамвае во всех городах СССР. Курсант Королев, что вы там заерзали на своем месте? Гляжу я в ваши горящие от нетерпения глаза, и кажется мне, что вы не иначе хотите лишний раз блеснуть своими познаниями и заработать легкую пятерку! Угадал? Ну, давайте, блесните.
– С началом Великой Отечественной войны денежные доплаты стали получать не только орденоносцы! – выпалил Серега на одном дыхании. – С августа 1941 года стали премировать десантников за каждое участие в боевой операции. Командиров – в размере их месячного оклада, солдат и сержантов – по 500 рублей.
У Васи от этого сообщения, безо всякого преувеличения, челюсть отвисла до груди. Видно, что он спешно пытается привести в порядок свои мысли, но это у него не выходит, а Королев, тем временем, тоном знатока продолжил.
– С 1942 года за каждый подбитый бомбардировщик советские летчики стали получать по 2000 рублей, за каждый сбитый транспортный самолет – 1500, за сбитый истребитель – 1000. Пилотам за каждые 15-40 боевых вылетов выплачивали по 2-5 тысяч рублей премиальных. Артиллеристы, танкисты, пехотинцы, бронебойщики получали денежные вознаграждения с лета 1943 года. За подбитый вражеский танк советский танкист и зенитчик получал 200 рублей, артиллерист-наводчик – 500 рублей. Если танк подбил пехотинец гранатой или бутылкой с зажигательной смесью, то получал 1000 рублей, – гордо закончил КорС. Он так доволен собой, что не в силах скрыть улыбку.
–  Что ж, товарищ Королев, – вежливо улыбнулся преподаватель, – садитесь, вам пять. Вы их честно заработали. Фронтовики пересылали свои заработки в тыл своим семьям. Жены предъявляли на почте «аттестат», выданный в военкомате, и получали по нему переводы от мужей. В тылу с июля 1941 года действовала карточная система. Чтобы отоварить карточку, в магазине приходилось выстаивать в очереди несколько часов. Ребенку и пенсионеру полагалось 250 грамм хлеба в день, работнику – 800 грамм хлеба, 600 грамм растительного масла на месяц, круп и макаронных изделий – 1,5 кг на месяц. Остальное покупали на базаре, а там цены кусались. Буханка хлеба, так называемый «кирпичик», стоивший в магазине на карточку 15 рублей, базарные спекулянты продавали по 300 рублей! Столько рабочие получали в месяц. Так что фронтовые деньги очень помогали семьям выживать. С окончанием войны фронтовые премии отошли в прошлое, а в 1947 году отменили и доплаты кавалерам орденов и медалей…
– Как здорово, что мы учимся во время перестройки! – шепчет Веня. – А то мы бы сейчас слушали материал, который и сами можем прочесть в любом учебнике истории! Правда?
После окончания лекции Королев снова спросил меня:
– Симона, а Симона, так все-таки как я тебя?
– КорС, ты такой умный, – вполне беззлобно хмыкнул я, – тебе только очков и не хватает.
– Несостоявшийся очкарик, – тут же поддержал меня Лео. – Хотя, если подумать, то можно ему их выписать!