Саванна

Саванна – это гибридная порода кошек, полученная путём скрещивания домашней кошки и африканского сервала. Именно поэтому расцветка этих кошек напоминают леопарда или гепарда, а также и некоторые особенности характера и поведения.
Заводчики советуют приобретать котёнка в третьем, а то и в четвёртом поколении, эти уже, на генетическом уровне, больше будут схожи с домашней кошкой, то есть они более покладисты.

Инженер Кутиков Аркадий Павлович бесплатно получил почти что самого дорого котёнка в мире, порода у него «саванна». Это подарок от начальника, тот уезжал в другую страну, а куда малыша тащить за собой, ещё неизвестно, как сам там сможет определиться, тут уж не до питомца. Впрочем, котёнка шеф успел полюбить всем своим начальственным сердцем, потому и отдавал его именно Кутикову, добросовестному, честному и всегда исполнительному инженеру, то есть в хорошие руки.

Что касается Аркадия Павловича, он никогда в жизни не заводил никаких животных, не потому что плохо к ним относился, как раз наоборот, из-за своего сильно развитого чувства чрезмерной ответственности, на которую, потому как занятость на работе зашкаливала, совершенно не будет лишнего времени. А за животинками нужен уход.

И теперь вот у него случайный котёнок. Да ему всё равно какой, саванна, либо потеряшка с мусорки, это живой организм, требующий заботы и внимания.
Что ж, судьба иногда преподносит сюрпризы, надо как-то приспосабливаться к её нечаянным изменениям. Одно хорошо, теперь вечерами не один, жены и детей у инженера не было. В своё время не женился, а когда серьёзно решился на этот шаг, было уже поздновато. Нет, для женитьбы нет, а вот для детей… Скоро на пенсию через несколько лет, ну какие наследники? А теперь, чем котёнок не дитё, ещё какое!

Проходили недели и месяцы, Скиф, так звали котейку, и Аркадий Павлович прекрасно уживались, у каждого была своя территория. Вернее, крыша над головой одна, но каждый в ней знал своё место. Скифу не нравилось, когда его тискают и гладят без его позволения, инженер тоже не любил телячьих нежностей, чтобы кот лежал у него на коленях, которому надо чесать его пузо или за ушком. Но Скиф не отказывался холодными зимними ночами устроиться у хозяина в ногах или даже залезть под одеяло, Аркадий Павлович не возражал.

Основные принципы их совместного бытия были следующие: Аркадий Павлович уходил на работу, предварительно наполнив кошачьи миски едой и чистой водичкой и, если позволяет сезон, всегда оставлял открытой форточку. Их квартира находилась на первом этаже, а Скифу необходим был свежий воздух, он свободный котейка, как его предки, потому всегда заходил в квартиру и выходил из неё, исключительно, через окно. Сначала инженер переживал, чтобы кроме котейки никто больше не проник в его владения, потом привык, потому что для беспокойства не было никакого повода. Единственное, что напрягало Аркадия Павловича, это бесконечное надраивание окон и подоконника, измазанных кошачьими лапами. Особенно, когда на улице непогода.

Но потом всё уладилось, по мере взросления кота, его вылазки на улицу в дождь, прекратились. Скиф сидел на подоконнике и наблюдал за стекающими по стеклу дождевыми каплями, будто соревнующимися между собой, кто первый «добежит» до низа.
Во дворе Скифа знали «с пелёнок», потому никто его не боялся, не тянулись к нему, зная, что может лапой стукнуть или оскалиться, как собака. И он никого не трогал, жили мирно, Скиф иногда позволял себе даже о чью-то ногу потереться, если обладатель этих ног держал в руках шампур с шашлыком или кусочек вкусненькой рыбы.

Его угощали, радуясь и всем рассказывая, как Скиф, да, честное слово, преданно ластился к нему, но и котейка был доволен лишний раз угоститься дармовой вкусняшкой.
Но однажды, когда хозяин отвлёкся на футбол, забывая о нарезанной говядине, которую он собирался приготовить на ужин, кот съел её почти всю и, переваливаясь через форточку, вылез на улицу. Он знал, что ничего ему за это не будет, такое уже случалось несколько раз. Кот уединился на дальней во дворе лавочке, за кустами, и закрыл глаза, чтобы спокойно поспать на свежем воздухе, как ему послышался какой-то шорох. Скиф неохотно открыл один глаз и увидел троих мужиков, они направлялись прямо к нему.

Людей он не боялся, сколько раз спал на лавочке, а рядом сидели мужики, вот и эти, наверное, решили отдохнуть, как и он, поэтому Скиф снова закрыл свой глаз и провалился в глубокий сон. Но у незнакомых мужиков, их намерения не были добрыми, они набросили на кота мешок и, в этом же мешке, увезли его к себе в деревню. Скиф метался в узком закрытом пространстве, но не находил выхода, он ни то, чтобы испугался, а скорее был шокирован произошедшей неожиданностью. А мужики, местные пьянчужки, которых звали Андрей, Толик и Иван, решили продать редкого кота своему фермеру, у которого они часто работали, чтобы потом купить очередную бутылку. Но фермер сказал им:

-   А зачем он мне, этот дикарь?

-   Как зачем? – деланно возмутился Толик, он и держал мешок с «добычей». – мышей ловить.

-   У меня их два десятка, приблудившихся кошек. С обязанностями справляются, а этот не для мышей, это экзотика, на него только любоваться, а мне некогда. Да и злой он, потому несите его отсюда от греха подальше.

-   Злой? – переспросили мужики.

-   Ещё какой. Может так морду исполосовать, что ни один хирург потом не сошьёт.

На обратном пути мужики решили проучить своего бывшего товарища, он занял у них денег, когда они месяц «пахали» на этого фермера и неплохо получили, и до сих пор не отдал, хотя работает в городе на заводе. А как-то им высказал, мол, помните, вы неделю жили у меня, мой самогон рекой лился, и закуска тоже была моя, не стыдно теперь у меня долг какой-то требовать?

Мужики надумали бросить кота в наглую морду Димона, так звали задолжника, пусть он его покусает, чтобы знал, как занимать и не возвращать людям свои долги. Уж совсем плохое – того они не желали Димону, до их сознания не доходила та реальная правда, что может случиться от их беспечности и недопонимания ситуации. Димона они ждали на лугу, этим путём он обычно возвращался домой, когда вставал с электрички. И без всяких приветствий, кинули ему с мешка, прямо в лицо, находившегося там сервала, хоть он уже одомашнен, но после перенесённого стресса, в нём проснулись его далёкие предки, которые крепко спали в глубине его кошачьей души.

Но Скиф мягко отпружинил от груди Димона, он-то ничего коту не сделал плохого, и возвратился на лицо Толика, которое, за минуту, превратил в кровавое месиво. Иван и Андрей хотели было заступиться за друга, но кот поднял на них оскаленную окровавленную морду и те моментально сбежали с места происшествия, а Димон, так тот сбежал ещё раньше. Так получилось, что кот разодрал зубами или когтями вену на шее Толика, тот истёк кровью ещё до приезда неотложки.

А до этого, Скиф направился потом в ту сторону, где скрылись Андрей и Ванька. Вперёд идти не рискнул, не зная местности, лучше отправиться за людьми, потому что там и есть настоящая жизнь, одиночество он не любил. Из кустов за крайним домом, Скиф выглянул на дорогу и увидел там своих знакомых, которые его сюда притащили, окружённых толпой людей. Мужики размахивали руками, что-то рассказывая собравшемуся народу, а потом Андрей и Ванька разошлись по домам, они жили напротив друг друга. Кот внимательно за всем этим наблюдал. Не специально, просто опасался, чтобы эти двое вновь не посадили его в мешок, а значит, необходимо знать каждый их шаг.

А ночью, сам не зная почему, Скиф направился к дому Андрея. Тихонько забрался на козырёк крыльца и надолго там замер. Андрей привык ночами выходить на крыльцо и курить, но сегодня он приоткрыл дверь и долго прислушивался к тишине, а потом подумал, мол, откуда коту, который остался за деревней, знать, где я живу? Но кот уже был здесь.

Он-то и спрыгнул Андрею прямо на голову и впился в неё своими острыми когтями. Андрей так напугался, что изо всей силы тряхнул головой, дабы скинуть полудикого зверя, и у него это получилось. Скиф упал в ведро с водой и пока выбирался оттуда, Андрей уже скрылся за дверями дома. Всю ночь мужчина стонал и орал от боли, вот где пожалеешь, что не платил за стационарный телефон, поэтому ему его отключили. Утром, превозмогая страх, он отправился в медпункт, фельдшер вызвала скорую и Андрея увезли в областную больницу, но поцарапанный глаз спасти не удалось. Ну хоть живой остался.

Иван быстро смекнул, что над ним тоже тучи сгущаются, потому рванул в город к своей тётушке, последняя сто раз его просила переклеить обои, но Ваньке было некогда за пьянкой, сейчас время нашлось, аж на целый месяц. Иван надеялся, что за несколько недель кот уберётся с их территории, но он ошибался. Скиф поселился на берегу реки в камышах, куда не добиралась вода. Питался ящерицами, лягушками. На мелководье научился ловить рыбу. Было и такое, когда он ел одних бабочек и каких-то жуков, что сделаешь, голод не тётка, но к дому Ивана он приходил каждый день. Заляжет в гущине кустов и, подрёмывая, наблюдал за двором, а, убедившись, что здесь снова пока нет никого, возвращался к себе в камыши.
Иван позвонил на почту и спросил у почтальонок, мол, как дела в деревне, как там кот, никого больше не задрал?

-   Ой, Ванька, да его и близко тут нет. – нараспев сказала его соседка Варя. – За это время, сам понимаешь, кто-то из наших обязательно бы с ним столкнулся, но кота вообще никто не видел. Возвращайся.

И Ванька вернулся. С опаской зашёл к себе во двор, но ничего не произошло. А к вечеру мужчина осмелел и направил стопы к себе в огород, выкопать картошки для супа. И сразу стало страшно, сердце будто в пятки убежало. Да, кот был рядом, он, не прячась, атаковал Ивана, запрыгивая тому на голову. Мужика спасло то, что он сразу закрыл лицо руками, а горло у него было перевязано бинтами. У тётки пил холодную воду и снова началась ангина, он ею страдал с детства. Так бабушка его учила, намазать горло мёдом или растереть спиртом и наложить на всё это повязку. А ещё дед соседский заорал на кота не своим голосом, этим он и напугал зверя, Скиф ловко сиганул в разросшиеся бурьяны и тут же скрылся за ними, как будто он здесь никогда и не появлялся.
Иван пострадал меньше всех, но некоторые раны на его головы пришлось лечить долго, ибо они оказались глубокими.

Скиф не ходил больше в деревню, обидчиков он наказал, теперь ему там делать больше нечего, но думки всё чаще и чаще вертелись около хозяина, кот винил его во всех протекающих событиях, почему он не придёт и не заберёт его обратно? Кот не осознавал, что хозяин и понятия не имеет, где сейчас находится его питомец.
А что же и правда думал инженер по этому поводу? Скучал, конечно, первое время. Как говорится, с малочку вырастил котёнка, привык к нему. А потом подумал:

«Что Бог даёт, то всё к лучшему. Лотки таскай, шерсть везде. В конце концов, я его не выгонял, он сам ушёл».

А кот решил серьёзно отомстить хозяину, который от него отказался, если последний не идёт к нему, то кот сам направился на поиски своего любимого дома. И, как не странно, он шёл правильной дорогой, через поля и луга, на ночь останавливаясь в посадках, влезая на высокое дерево, инстинкт далёких предков подсказывал ему прятаться на вышине, ибо он лично видел на земле ползающих змей, а также убегал от шакалов. Один из шакалов стерёг его под акацией всю ночь, но утром на поле приехали трактористы и напугали трусоватого пса, тем самым, освобождая дорогу для котейки.

И вот, как-то уставший кот влез по привычке на дерево, уже начинало темнеть, но вдруг вдали он увидел знакомый пейзаж. За их домом протекала речка, метров пятьсот до неё всего лишь. Скиф не ходил туда, но ветром доносило до него запах воды, ила и камышей. Кошачье сердце забилось быстрее, он даже тополь тот обнаружил на берегу, на который часто смотрел из окна квартиры. Ну какой тут сон, надо идти вперёд, чуть-чуть осталось, и строго «спросить» с хозяина, почему он так долго не приходил за ним?

Скифу не суждено было добраться до своей цели, на середине поля его нагнали одичавшие собаки и разорвали в клочья, он, уставший, не смог от них убежать, а рядом не было ни одной возвышенности, чтобы можно было там спастись. Любое животное жаль, какое бы оно ни было, но тут получается или-или, третьего не дано. Зато инженер остался жив, которого Скиф мысленно приговорил к вечности.