происшествие

1. ЗАЯВКА
Название проекта: «Приключения Тимура» (цикл рассказов, основанных на реальных событиях)
Автор: Гасан Санчинский
Жанр: Реалистическая драма
Логлайн:
Обычный дагестанский водитель — таксист и дальнобойщик — каждый день проходит через испытания судьбой, где встреча с подлой несправедливостью или роковой случайностью оборачивается проверкой на мужскую честь, а глобальная трагедия мира вдруг ставит на место мелкие бытовые беды, заставляя ценить главное — жизнь семьи.
2. СИНОПСИС
Цикл рассказов объединяет фигура Тимура — водителя с большой буквы, трудяги, семьянина, человека старой закалки, который не позволяет садиться себе на шею ни хулиганам, ни собственной усталости.
 Новелла 1. «Стычка»
Действие происходит в теплый летний вечер в Каспийске. Тимур работает на такси и подбирает двух наглых парней — Ахмеда и Османа. Пассажиры ведут себя вызывающе, а на месте назначения (у заброшенного санатория «Чайка») отказываются платить, нагло предлагая отдать все деньги под угрозой расправы. Когда они пытаются применить удушающий захват, Тимур взрывается. Выходит из машины, и в жесткой, затяжной уличной драке один против двоих использует приемы вольной борьбы и айкидо, неоднократно укладывая противников в песок. Вмешивается толпа и старший брат нападавших — Курбан, который пытается уладить дело миром. Однако Осман подло бьет Тимура в глаз, когда тот отвернулся. Разъяренный, но не потерявший рассудка, Тимур уезжает, собирает друзей (майора милиции Руслана и эксперта Арсена) и возвращается. С помощью оперативной группы хулиганов арестовывают прямо на глазах их родни. Начинается торг: родственники предлагают деньги в десятикратном размере по адатам и просят не доводить до суда, ссылаясь на связи в прокуратуре. Тимур, проявив мудрость, соглашается на мировую, но требует, чтобы братья навсегда исчезли из города. Рассказ заканчивается семейным застольем, где Тимур, несмотря на фингал, сохраняет лицо и мир в доме.
Новелла 2. «Происшествие»
Зима 2004 года. Тимур уже не таксист, а дальнобойщик, перегоняющий дорогие иномарки из Владивостока в Москву. От хронической усталости и желания скорее вернуться к семье он на миг засыпает за рулем. Страшный грохот — фура с многотонным прицепом съезжает на обледенелую обочину и опрокидывается на бок. Тимур чудом остается жив и невредим. Собравшиеся водители помогают ему прийти в себя, но его накрывает тяжелейшая депрессия: ущерб от аварии исчисляется миллионами, на которые они с женой копили на собственный дом. Мысли о крахе всех планов лишают его сна в гостинице.
Включив телевизор, он попадает на новости, где транслируют кадры разрушительного Цунами в Индийском океане (26 декабря 2004 года). Тимур видит гибель 250 тысяч человек, раздавленные семьи, обезумевших от горя людей, потерявших всех близких. Этот шок оказывается для него терапевтическим. На фоне вселенской катастрофы его собственные материальные потери становятся ничтожными. Тимур плачет — не от жалости к себе, а от облегчения и осознания, что главное сокровище (жизнь его жены и детей) сохранено. Это очищение возвращает ему сон и покой. Утро встречает его уже другим человеком, готовым жить и работать дальше.
Гасан Санчинский
Приключения Тимура
Цикл рассказов о Тимуре (основаны на реальных событиях)
Стычка
Лето только начиналось. Тёплый июньский ветер гнал по асфальту лёгкую позёмку из пыли и сухих травинок. Солнце клонилось к закату, и небо над Каспием постепенно наливалось багрянцем. Тимур подъехал к стоянке такси — небольшому пятачку у перекрёстка, где всегда можно было поймать клиента. Он заглушил двигатель, вышел из машины, обошёл её, проверяя, не спустило ли колесо, и снова уселся за руль. Работа таксистом — она вся в ожидании. Ждёшь клиента, ждёшь, когда закончится смена, ждёшь, когда наступит вечер и можно будет вернуться к семье.
Не прошло и десяти минут, как к машине подошли двое парней. Лет двадцати трёх — двадцати пяти, не больше. Оба поджарые, с наглыми, уверенными взглядами. Тот, что шёл первым — высокий, с короткой стрижкой и цепким взглядом — открыл переднюю дверцу и плюхнулся на пассажирское сиденье. Второй — пониже, коренастый, с тяжёлым подбородком — забрался сзади.
Они даже не спросили разрешения. Просто сели, будто так и надо.
— Поехали, — скомандовал тот, что на переднем сиденье. Голос у него был низкий, с хрипотцой.
Тимур повернул голову, изучая незваных гостей. Что-то в них было не так. Слишком уверенные, слишком наглые. Такие обычно или не платят, или устраивают скандал. Или и то, и другое.
— Куда? — спросил Тимур, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Покажем. Двигай, — буркнул пассажир, отворачиваясь к окну.
— В сторону санатория «Чайка», — подал голос второй, сидящий сзади.
— Ясно, — вздохнул Тимур, завёл мотор и плавно тронулся с места.
Машина покатила по вечерним улицам Каспийска. Город понемногу затихал: магазины закрывались, прохожие расходились по домам. Только изредка проносились машины, да где-то вдалеке лаяли собаки.
— А что, с пробуксовкой слабо? — хмыкнул пассажир на переднем сиденье. Он явно хотел задеть Тимура, вывести его из себя.
Тимур промолчал. Смысла ввязываться в разговор не было. Он уже понял: эти двое — не те, с кем стоит спорить. Лучше довезти их до места, получить деньги и забыть.
Когда подъехали к воротам бывшего санатория «Чайка», Тимур замедлил ход. Когда-то здесь был известный на весь Дагестан курорт, но теперь всё пришло в запустение. Заборы облупились, ворота ржавели, из-за них доносились голоса — на территории явно кто-то жил. Тимур не знал, кто распорядился продавать участки побережья Каспия, которые ещё в советские времена были отведены под пляж. Но он знал одно: теперь здесь, на этой земле, верховодили другие.
— Приехали, — сказал сидящий сзади и похлопал Тимура по плечу. В голосе его звучала усмешка.
Тимур остановил машину, переключил передачу на нейтральную и поднял ручной тормоз. Повернулся к пассажирам:
— Двадцать пять рублей, ребята.
Передний пассажир — тот, что с хрипотцой, Ахмед, как он услышал позже — полез в карман. Достал смятую пятёрку, протянул Тимуру. На лице его играла ехидная улыбка.
— Бери, что дают. Больше нет.
Тимур посмотрел на бумажку, потом на Ахмеда. Спокойно, без раздражения сказал:
— Ну, если так, скажите просто «спасибо» — и на том попрощаемся.
— Чего? Спасибо? — ухмыльнулся Ахмед, возвращая пятёрку обратно в карман. — А что, если мы предложим тебе другой вариант?
Он переглянулся со своим другом. Тот, с заднего сиденья, одобрительно кивнул:
— Да-да.
— Так вот, — продолжил Ахмед, и голос его стал жёстче, — ты сейчас же отдаёшь нам все деньги, что есть у тебя в карманах. А после сам же скажешь нам «спасибо», что берём у тебя только деньги и сохраняем жизнь.
— Иначе, — подал голос сидящий сзади, и Тимур заметил, как он подался вперёд, — отберём эти деньги силой, а тебя закопаем тут же в песок.
Оба уставились на него. Наглые, самоуверенные, уверенные в своей безнаказанности.
Тимур тяжело вздохнул:
— Ребята, не надо так со мной, пожалуйста. Скажите «спасибо» и идите спокойно куда шли.
— Ты чего дурачком прикидываешься? Деньги гони!..
— Ну зачем же так грубо? — спокойно ответил Тимур. — Я же, наверное, постарше вас буду…
— Допустим. И что? Лет на пятнадцать-двадцать?
— Ребята, я вышел на дорогу не ругаться и скандалить, а чтобы заработать хоть какую-то копейку, семью прокормить.
— О, вот здесь ты прав! — заржал задний пассажир. — Нам тоже кормиться надо, чтобы жить, понял…
И вдруг, неожиданно, он резко вскинул руку. Локоть правой руки обхватил шею Тимура и сдавил. Тимур почувствовал, как перекрывается дыхание, как темнеет в глазах от нехватки воздуха.
— Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — услышал он голос Ахмеда. Тот левой рукой полез в правый карман брюк Тимура.
«Ах, мать вашу!..» — вырвалось у Тимура на даргинском, и он, не думая, локтем правой руки со всей злостью двинул в грудь Ахмеда. Тот охнул и откинулся на спинку сиденья. В тот же миг Тимур резким рывком освободился от удушающих объятий второго.
— Если вы мужчины, выходите из машины, будем на улице разбираться! — крикнул он, распахивая дверцу и выскакивая наружу, даже не выключив радио.
Ахмед и его дружок тоже вылезли. Подошли почти вплотную, встав напротив. Ахмед был почти одного роста с Тимуром, а вот второй — тот, что сидел сзади — был на голову выше. Он стоял, чуть расставив ноги, и нагло ухмылялся.
— Ребята… — Тимур взял себя в руки. Голос его стал твёрже. — Я не хочу скандалить. Давайте мирно разойдёмся.
— Деньги гони!.. — крикнул Ахмед.
— Если хочешь, чтобы мы отстали, гони деньги! — поддержал его второй, нависая над Тимуром.
— И мы отстанем, — сказал Ахмед, наступая ближе.
— Слово даю… — добавил его дружок.
— Ребята… — Тимур покачал головой. — Если бы я кого-то боялся — я на улицу не вышел бы. Уверяю вас: ещё не родился мужчина, который, пока я жив, отобрал бы у меня хоть копейку.
— Значит, тебе не жить, — прошипел Ахмед.
— Пожалуйста, не надо меня пугать, — жёстко ответил Тимур. — Я никому этого не позволю. Повторяю ещё раз: не надо усложнять.
— Какой же ты настырный и тупой! — уставился на него Ахмед.
— Значит, ты ещё на таких, как мы, не нарывался… — усмехнулся второй, здоровяк.
И вдруг, без предупреждения, резко двинул кулаком в лицо Тимура. Но кулак его так и не достиг цели. Отработанным ещё в юные годы приёмом айкидо Тимур обеими руками перехватил руку нападавшего, рывком развернул корпус, и здоровяк, взлетев в воздух, оказался распростёртым на земле. Он даже не успел ничего понять.
В этот момент на Тимура сзади набросился Ахмед. Попытался схватить его в охапку, прижать к себе, чтобы скрутить. Тимур легко освободился от его захвата и, применив приём из вольной борьбы, свалил его рядом с товарищем. Ахмед глухо ударился о песок и застонал.
Тут здоровяк снова вскочил и медведем навалился на Тимура. Снова попытался прижать его к земле, но снова ничего не понял: Тимур, перехватив инерцию противника, просто перекинул его через себя. Здоровяк ещё раз впечатался лицом в песок, взметнув облако пыли. Тимур вскочил, не дожидаясь, пока он поднимется. Ахмед — он уже был на ногах — бросился на него снова. Тимур схватил его за грудки и, сделав подсечку, снова бросил на землю.
Ахмед поднялся, весь в песке, в глазах — бешенство. Он кинулся опять. Тимур снова опрокинул его, но на этот раз Ахмед успел вцепиться в футболку Тимура. Он изо всех сил потянул её наверх, пытаясь натянуть на голову, ослепить. Тимур почуял опасность. Рывком сбросил с себя футболку и откинул в сторону.
Схватка продолжалась почти полчаса. Двое против одного, но противники явно не ожидали такого сопротивления. Они пыхтели, ругались, пытались завалить Тимура, но он снова и снова уходил от захватов, ставил подножки, перекидывал их через себя. Вокруг уже собиралась толпа. Сначала любопытные мальчишки, потом и взрослые. Кто-то кричал, кто-то свистел, кто-то пытался разнять дерущихся. Вскоре их уже было несколько десятков человек.
— Хватит! — раздался чей-то властный голос. — Прекратите!
Тимур покорно внял, ослабил хватку и отпустил здоровяка. А вот тот, похоже, никак не мог успокоиться: земля под ним буквально горела. Он кидался вперёд, его оттаскивали, но он рвался снова.
Торс Тимура был в крови. Но это была не его кровь — здоровяк, когда падал, наткнулся левой рукой на торчащую из песка арматуру. До моря было не более ста метров, земля вокруг была песчаной, и здесь же неподалёку велись строительные работы — видимо, обломок остался оттуда.
Когда наконец-то удалось утихомирить всех, к Тимуру подошёл высокий мужчина лет сорока, с сединой на висках и усталым, но умным взглядом.
— Курбан, — представился он, протягивая руку. — Старший брат Османа.
— Тимур, — ответил он рукопожатием.
— Что тут произошло? — спросил Курбан. — Чего не поделили?
Тимур перевёл дыхание и рассказал всё как было — спокойно, без лишних эмоций, но так, что любой понял бы: он не нападал, он защищался.
Осман — тот самый здоровяк — стоял в стороне и нервно переминался с ноги на ногу. Слушать Тимура ему было невыносимо стыдно. Двое мужчин, почти что героев-джигитов, не смогли справиться с каким-то таксистом. А ведь рядом стояли их родственники, соседи, знакомые.
«Нет, — думал Осман. — Он это так не оставит. Надо момент уловить. Ударить, пока никто не видит...»
И он дождался. Когда Тимур стоял, обернувшись к Курбану, и уже казалось, что конфликт исчерпан, Осман резко, со всей силы, двинул кулаком ему в глаз. Тимур не успел увернуться. Удар пришёлся прямо в висок, мир потемнел, в глазах вспыхнули искры.
— Ах, твою мать!.. — закричал Тимур, схватившись за глаз.
Когда пелена спала, и мир прояснился, он увидел, как Осман уже уносит ноги. Тимур рванул за ним, готовый разорвать подлеца, но его схватили, не пустили.
— Я убью его! — крикнул Тимур, вырываясь.
— Успокойся! — умолял его Курбан. — Пожалуйста, прошу тебя, успокойся! Он поступил подло, согласен. Мы сами накажем его.
— Да?! Ну так поймайте его и приведите сюда: пусть выйдет со мной один на один, как мужчина!..
— Ты же не станешь его убивать и садиться из-за него в тюрьму? — спросил Курбан. — Тебе это надо?
— Из-за таких шакалов в тюрьму не сажают!..
— Тимур, я вижу — ты человек умный, — мягко сказал Курбан. — Зачем сравнивать себя с ним? Он — животное. А ты — человек.
— Да ты-то здесь при чём?..
— Я его старший брат…
— А, вот оно что… — Тимур смерил его тяжёлым взглядом. — Плохо же вы его воспитали. Не по-людски.
— Не спорю, — вздохнул Курбан. — Ему ещё и пятнадцати не было, когда он из высокогорного села переехал в город. Связался с дурной компанией. Да и время такое было — начало девяностых.
— Время оно для всех одинаково, — жёстко ответил Тимур.
— Пожалуйста, Тимур, прости нас. Да, вина наша. Может, и моя в том числе. Я готов ответить за него. Можешь поквитаться со мной. Ударь меня. Бей сколько хочешь, пока… пока не станет легче.
— Что?.. Кому легче? Мне лично — нет.
В это время к ним подошли ребята, принесли футболку Тимура, права и техпаспорт. Тимур надел футболку, проверил карман.
— А деньги? — спросил он. — У меня тут, в нагрудном кармане, лежали двести пятьдесят рублей.
— Какие деньги? — удивился тот, кто принёс вещи. — Это всё, что мы нашли на поле стычки. Может, они в карманах брюк?
— Я хорошо помню, где и что у меня лежит, — твёрдо ответил Тимур.
— Вот что, Тимур, — вздохнул Курбан. — Уже поздно. Приезжай завтра. Поговорим, разберёмся.
— Нет, — Тимур был непреклонен. — Я без денег не вернусь. Этого я не потерплю.
— Магомед! — громко обратился Курбан к подошедшему. — Тщательно обследуй всю территорию. Найдите эти деньги хоть из-под земли. И выверните карманы моих братьев.
— Да обыскали их уже, — ответил Магомед. — На месте схватки пацаны ватагой прошли, будто Мамай прошёлся. Пусто там.
— Ясно, — кивнул Курбан и повернулся к Тимуру. — Завтра лично я верну тебе всю сумму. Договорились?
— Нет, — Тимур был непреклонен. — После всего, что здесь произошло, я не могу верить никому из вас. Я требую сейчас же вернуть мне деньги.
— Ты что, ставишь нам условия? — вскипел Магомед.
— Не надо! — остановил его Курбан.
— Не я начинал, — ответил Тимур. — Не хватало ещё, чтобы мне поставили фингал под глазом, да ещё и карманы почистили. А вы хотите, чтобы я вернулся домой и всё спустил с рук? Ну уж нет. Этого я не стерплю.
— И что ты сделаешь?
— Либо вы возвращаете мне деньги, либо через час я вернусь сюда — и уже не один.
— Ты угрожаешь?
— Нет, предупреждаю.
— Смотри, ты этим только навредишь себе и друзьям.
— А это мы ещё посмотрим.
— Я же сказал: завтра…
— Нет, Курбан. Сегодня. Это принципиально.
— Я своё слово сказал.
— Я тоже, — Тимур сел за руль и, не сказав больше ни слова, уехал.
Дома, увидев кровь и фингал под глазом, жена испуганно ахнула.
— Не бойся, — успокоил её Тимур. — Кровь не моя. Всё в порядке.
— Что случилось?
— Потом расскажу. Мне надо ехать.
Он быстро принял душ, переоделся и вышел. Через пятнадцать минут он сидел за столом напротив Руслана, старого друга, который служил майором милиции, и рассказывал ему всё, что произошло.
Руслан выслушал и сказал:
— Надо ехать к начальнику уголовного розыска. Посоветоваться.
— Как скажешь. Поехали.
— И позвоним Арсену. Пусть тоже подъедет.
Через час они уже подъезжали к воротам бывшего санатория. На трёх машинах — машина Тимура, милицейский УАЗ и автомобиль Арсена. Ворота были открыты. Они заехали на территорию, к главному зданию.
Там их уже ждали. Человек двадцать — тридцать крепких парней, семь-восемь машин. Вышли, подошли друг к другу.
— Салам алейкум!
— Ваалейкум ассалам!
Обменялись рукопожатиями. Когда очередь дошла до Османа и Ахмеда, те тоже протянули руки.
— Я с шакалами за руку не здороваюсь, — сказал Тимур, не подавая руки. Он повернулся к начальнику уголовного розыска Юнусу Авдеевичу: — Вот эти двое.
— Берите их, — приказал Юнус.
На Османа и Ахмеда надели наручники. Несколько молодых ребят вышли вперёд, решив защитить родных. Юнус выстрелил в воздух. Из УАЗа выскочили двое с автоматами Калашникова.
— Не советую, — строго сказал Юнус. — Без этих двоих мы не уедем.
— Что вы нас оружием пугаете? — зашумела толпа. Некоторые оголили оружие.
— Я не пугаю. Я предупреждаю, — ответил Юнус. — Я дважды в воздух не стреляю. Этих двоих — в машину!
Османа и Ахмеда посадили в УАЗ. Все заняли свои места и двинулись обратно.
Когда подъехали к зданию милиции, родственники Османа уже ждали Тимура. Окружили его, заговорили на даргинском. Акцент был цудахарский, но Тимур понимал.
— Тимур, заявление не пиши, — просил Курбан. — Сами разберёмся. Сделаем всё, как ты скажешь.
— Опоздали, — соврал Тимур. — Я уже написал.
Он прошёл в кабинет начальника уголовного розыска и написал заявление, указав все подробности. Руслан и Арсен пошли в камеру к хулиганам. Те вели себя нагло и пытались свалить всё на Тимура.
— Значит, по-вашему, он требовал с вас пятьдесят рублей за проезд?
— Да, так и было, — тупо уставился на них Ахмед. — Он вёл себя очень нагло.
— И угрожал ножом, — добавил Осман, показывая перебинтованную руку.
— Он мог и убить! — подхватил Ахмед. — Мы хотели отобрать у него нож, и Осман случайно попал ему локтем в глаз.
— Вот так что ли?.. — Руслан резко ударил локтем в грудь Ахмеда. Тот упал. — Вставай, мы лежачих не бьём.
— Нет, — трусливо мотнул головой Ахмед.
— Говоришь, Тимур ударил тебя ножом? — зло спросил Руслан.
— А… Я… — растерялся Осман.
— А может, никакого ножа и не было? — спросил Арсен. — Всё придумали?
— Он, наверное, выбросил…
— Я старший эксперт, — сказал Арсен. — Любая экспертиза установит, от чего рана на руке. А вам придётся отвечать за дачу ложных показаний.
— Мы завтра же выйдем отсюда, — осмелел вдруг Осман.
— Да что ты? — засмеялся Руслан. — Смотри, смелой какой!
И резко ударил кулаком по подбородку Османа. Тот упал рядом с Ахмедом.
— Если вы такие смелые, расскажите, как всё было на самом деле! — крикнул Руслан.
— Чтобы сказать правду, тоже мужество нужно, — усмехнулся Арсен. — Пошли отсюда, Руслан. Не стоят они нашего внимания.
Утром, ещё не было восьми, когда в квартире Тимура раздался звонок. Он открыл дверь. На площадке стояли Курбан и ещё двое мужчин.
— Салам алейкум, Тимур.
— Ваалейкум ассалам.
— Поговорить бы надо. Может, впустишь? Здесь не то…
— А надо ли?
— Уверяю, это в твоих интересах.
— Наш дядя — заместитель прокурора республики…
— Вот как… — посторонился Тимур. — Проходите.
Он провёл их на кухню. Через несколько минут все сидели за столом, пили чай.
— Посадить братьев мы не позволим, — начал Курбан. — Вопрос не в этом.
— А в чём?
— Чтобы не доводить дело до суда.
— От меня что хотите?
— Напишите ответное заявление, что деньги нашлись, и вы претензий не имеете.
— Мы признаём свою вину и приносим извинения, — сказал Курбан и положил на стол деньги. — Здесь две с половиной тысячи — в десять раз больше похищенной суммы, как положено по мусульманским адатам.
«Ну-ну, ислам вспомнили…» — подумал Тимур, но промолчал.
— Братьев я заставлю на коленях перед вами извиняться…
— Нет-нет, вот этого не надо, — поспешил Тимур. — Я их и видеть не хочу. Нигде и никогда.
— Хорошо. Обещаю, они покинут Каспийск и больше сюда не вернутся.
— Как хотите, — безразлично ответил Тимур.
— Я жду твоего слова, — Курбан смотрел ему прямо в глаза. — По рукам?
И протянул руку.
Тимур помедлил. Потом крепко пожал её:
— По рукам.
В этот момент раздался новый звонок. В дверях стоял Руслан.
— Салам алейкум! — поздоровался он.
— Ваалейкум ассалам, — ответил Тимур.
— А вы что тут? — строго глянул Руслан на Курбана.
— Мы уже уходим, — ответил Курбан и направился к выходу.
Когда они ушли, Руслан сел за стол.
— Всё нормально? — спросил он.
— Да, — Тимур указал на деньги. — Вернули в десятикратном размере.
— Молодцы. В милицию ещё ночью звонили из прокуратуры — чтобы никакого суда не было. Так что ты всё правильно сделал.
— Ну если так… что ни делается — всё к лучшему, — улыбнулся Тимур.
— На выходные приглашаю к себе на дачу, — сказал Руслан. — На шашлык. Всей семьёй.
— А ты что скажешь? — обратился Тимур к жене.
— Спасибо, Руслан. Давно с Зульфией не общались.
— Может, и Арсена позовём?
— Было бы здорово!
Они принялись за завтрак. Впереди был новый день, новая работа и новые приключения. Но сейчас, в этой небольшой кухне, среди близких людей, Тимур чувствовал тихое спокойствие. Он знал: всё, что случилось, останется позади. А впереди — ещё много встреч и событий. И каждое из них будет уроком, проверкой на прочность и человечность.
Конец этого рассказа, но не историй Тимура.
Приключения продолжаются.

Приключения Тимура
(новый цикл: «Происшествие»)
Близился к концу 2004 год, срывались с календаря последние листочки, роняли и деревья свои запоздалые листья. Небольшой снег, выпавший к утру и побеливший трассу, к вечеру уже растаял под колёсами многочисленных автомобилей, хотя и днём уже было морозно. Но к вечеру 26 декабря мороз усилился, покрыв трассу слоем блестящей гололедицы. Тимур пребывал за рулём большегруза уже больше недели, он перевозил новые иномарки из Владивостока в Москву. Теперь до пункта назначения оставалось всего каких-то сто километров и это грело ему сердце, мыслями он уже пребывал с родными. Спускались сумерки, но пока ещё было довольно светло. Ещё сто километров и он уже в Москве, а после… Он получит хороший гонорар, более того, начальник сообщил, что и до Махачкалы поедет не пустым: в Москве его ожидает товар. День отдохнёт – и снова в путь: домой! Сегодня же сдаст груз и завтра уже в Дагестан – к семье: к жене и к детям. О, как он соскучился по ним! Тимур вспомнил милые лица сына и дочерей – и улыбнулся. Жена встретит его как всегда робко и радостно, трепетно пряча чувства свои в глубине души. А ночью покорно растает в его объятиях…
Вспоминая родных, Тимур привычно наблюдал за дорогой. И вдруг… Ему показалось, что на дорогу кто-то вышел. Нога машинально надавила педаль тормоза – и, опомнившись, резко убрав ногу с педали тормоза, крепче схватился за руль, уставившись вперёд на дорогу. На дороге никого не было.  Наваждение?.. Да нет, это его уставший мозг защищал организм как мог, усыпив его на миг и открытые глаза отражали в эти доли секунд не реальность, а видение… Он глянул на боковое зеркало заднего вида: двухэтажный прицеп с иномарками стремительно тянуло к обочине. Тимур встрепенулся, по телу пробежали мурашки и волос встал дыбом. Что делать?.. Он слегка надавил педаль газа и снова глянул на зеркало заднего вида: прицеп неуправляемо тянуло к обочине и задние колёса уже съехали с трассы и повисли в воздухе. Тимур был растерян. Прицеп съезжал с трассы и тянул кабину за собой. И он ничего с этим не мог поделать. Казалось, что это происходит не с ним, а будто он видит некий сон или смотрит кино. Прицеп полностью съехал на обочину и, потянув за собой кабину, с грохотом опрокинулся на бок.
- О Аллах!.. О Боже!.. – кабину дёрнуло, повело набок, и всё затихло. Тимур выключил зажигание. Он слышал шум крутящихся колёс, повисших на воздухе. На какое-то время его будто парализовало. Не отпуская руля, обеими руками вцепившись в него, он продолжал смотреть в окно кабины, будто на экран телевизора и видел, как начали справа и слева трасы останавливаться разные автомобили, как из них повыскакивали водители и пассажиры, спеша к нему на помощь. Кто-то открыл дверцу его кабины, помогая ему выбраться наружу.
- Вы не ранены?..
- С вами всё хорошо?.. – он слышал их голоса, но никак на них не реагировал, всё ещё пребывая в оцепенении от происшедшего, не в силах в это поверить. «Как же так?.. Что мне делать?..» – Тимур ошарашенно смотрел на всё это, на опрокинутый на бок тягач с прицепом, с глубоким огорчением оценивая причинённый ущерб. Схватившись обеими руками за голову, он думал только об аварии и её последствиях.
- Главное, что вы живы и всё с вами хорошо…
- Благодарите Всевышнего, что всё так обошлось, никого не зацепили и нет жертв…
- Да-да, остальное всё это ерунда – дело наживное…
И тут на Тимура напал озноб, будто внезапно ударили тридцатиградусные морозы, хотя на самом деле мороз не превышал 7-8 градусов по Цельсии. У кого-то нашёлся термос с горячим чаем, и они повели Тимура к себе в машину, обогрели и напоили чаем. Он слепо подчинялся всем и всему. А вскоре все стали разъезжаться, уступая места спецмашинам и сотрудникам ДПС. Тягач Тимура подняли на колёса и вытянули на трассу. Через несколько часов Тимур снова сел за руль и продолжил путь – к счастью, теперь до места назначения он добирался без происшествий. И всё же на душе было муторно и тяжко, боль происшествия не отпускала его.
Когда Тимур заселился в гостиницу было уже за полночь. Он чувствовал себя таким уставшим, что был уверен: как только голова коснётся подушки, тотчас погрузиться в сон и ни о чём не будет думать. Но, как только лёг, беспокойные мысли вновь атаковали его мозг, прогоняя сон. И, ещё недавно такой желанный сон (он не спал более суток), как рукой сняло. Ущерб случившейся аварии уже на первый взгляд составлял несколько миллионов. Где их взять? Летом они купили участок и в следующем году уже собирались строить дом. А ведь ещё днём он так мечтал обрадовать родных хорошим заработком, и вот – всё изменилось в один миг, заработок обернулся в убыток. И не просто – в разы… Оставаться в постели стало мучительно, Тимур встал и включил телевизор, надеясь хот как-то отвлечься от назойливо-утомительных мыслей. Канал Вестей извещал о Цунами в Индийском океане, где смертоносная волна поразила 14 стран и унесла в небытие жизни 250-ти тысяч людей. Он с болью смотрел, как огромная волна пожирала не только людей, лодки и катера, но даже прибрежные постройки со всеми посетителями. От ужаса исходящего из экрана телевизора у Тимура озябла кровь в жилах, что он позабыл о своих бедах и об аварии. Тысячи и тысячи людей были беспощадно смыты с берегов волной Цунами и погребены в бездну океана, что невозможно стало смотреть на это без боли и сострадания. Хуже кошмара в жизни он ещё не видел. А когда показали женщину, потерявшую всех родных и близких, отчаявшуюся, лишившуюся интереса к жизни и всякого смысла в ней, осунувшуюся от слёз и боли – Тимур не сдержался, у него дрогнула челюсть, и он заплакал.
- О Аллах, какая трагедия!.. Как же так?.. Я выжил, а они… они погибли… погибли целыми семьями: родители, дети, внуки… – на экране мелькали лица разных людей, убитых горем. Кто-то потерял родителей, кто-то – детей, а кто и вовсе остался один на всём свете. А Тимур… Да, он попал в аварию, покорёжились несколько новых иномарок – за это придётся платить, но – он жив, всё в порядке и с его родными, с детьми, с женой. И стоит ли переживать за какие-то там деньги – их можно заработать… А жизнь – жизнь не вернёшь… Жизнь-то одна и у них всё хорошо, все живы. Это же счастье и надо радоваться… – Тимур рыдал и в то же время смеялся от счастья, что все они живы и всё у них хорошо. Это были слёзы очищения и освобождения. Успокоившись, он, судорожно и глубоко вздохнув, вытер слёзы, выключил свет и, отключив телевизор, лёг в постель. И сразу сладко заснул с думой о близких и улыбаясь им и жизни.