Глава 15. Профессиональные изменения

На самоподготовке Юлька с первой минуты совершенно отвлекся от настоящего. «Замок» его трижды окликнул, но Юлька этого даже не заметил. Только после того, как его командир отделения Игрек обернулся к нему и ударил кулаком по столу, тот пришел в себя.
– Юлька, совсем нюх потерял? – потешается «замок».
– Чего? – Розовский заставил себя открыть глаза и рассеянно оглянулся по сторонам.
– Ты дежурный по взводу? Тогда вытри доску. И вообще, где это ты витаешь?
Юлька подумал, подумал, и решил ответить. На его лице – отчаяние, а в глазах стоят слезы.
– Не стал бы я отвлекать ваше внимание по пустякам, но вчера мне моя подружка сказала, что все военные сдвинуты по фазе, поэтому она за меня замуж не выйдет.
– Так ты ей вчера предложение делал? – хмыкнул Лео.
– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Королев, – это, про какие сдвиги она говорила? И какое отношение все военные имеют к вашему браку?
– Ну, она сказала, что у военных такие изменения личности, что их невозможно преодолеть. Что все военные привыкают к строгой дисциплине, поэтому «строят» и свою семью. Мол, все военные дома – диктаторы и тираны.
– Проще говоря, самодуры, – кивнул головой КорС.
– КорС, – посмотрел «ласковым» взглядом  «замок», – мои слова могут показаться банальными, но не будешь ли ты так любезен…
– Понял, понял, – поднял обе руки вверх, словно сдается в плен, Королев. – Будешь, будешь! И долго тем любезен буду я народу…. Да, все, все, молчу уже!
– Она сказала, что офицер – это вообще не профессия, а образ жизни. Еще она считает, что тут даже чувство юмора не поможет, даже, если оно есть. Потому что юмор у военных странный, то есть специфический.
– А ты бы ей ответил, что, зато военные – это верные мужья и защитники, – перебил Юльку Лео, – что бросить семью офицеру не позволяет кодекс чести.
– И партком, – негромко добавил КорС, хотя и обещал молчать.
– А вот то, что она видит только недостатки, – продолжает Лео, – говорит о том, что она сама не очень хороший человек. Ну, или просто не любит тебя. К тому же для того, чтобы стать таким, нужно много времени. За четыре года учебы мало кто станет таким, как ей кажется.
– Юля, а кто твоя девушка по профессии? – спрашиваю я.
– Учитель младших классов.
– Вот уж действительно, чья бы корова мычала, – расхохотался я. – Вот уж у кого действительно изменения личности, только держись!
– Что ты имеешь в виду? – с надеждой смотрит на меня Юлька.
– Да все то, же, – не перестаю смеяться я, – учителя и дома продолжают заниматься любимым делом – учат. Практически у всех учителей завышенная самооценка, и это не зависит от их статуса.
– Всю жизнь преподают зазубренный курс, и не отступают от него ни на букву, – хмуро бросил Королев и продолжил, стараясь как можно проще и понятнее выразить свою мысль. – Учителя привыкают навязывать свое мнение окружающим и не умеют подчиняться другим, поэтому они сами, намного большие диктаторы, чем военные. Они не понимают, что есть огромная разница в том, когда они делают замечание ученику во время урока, и, например, своему мужу.
– Они смотрят на мужа, как на ребенка, как на ученика?
– Именно, – подтвердил я. – А тем более учителя младших классов! Ты только вспомни, как они разговаривают! Предложения строят простые, короткие. Говорят медленно, повторяют одно и тоже по несколько раз, словно общаются с умственно отсталыми! Так что у тебя нет повода для беспокойства, не жалей, что она тебе отказала. Тебе повезло, с чем мы тебя и поздравляем!
После этих слов взвод дружно рассмеялся, Юлька в полной мере все понял, оценил и немного повеселел, а Бао вдруг спросил:
– Мужики, а я встречаюсь с будущим врачом. Что плохого можно сказать про врачей?
– У врача большая ответственность, – начал размышлять вслух КорС, и его воображение разыгралось, – а если врач работает в экстремальных условиях, то это, безусловно, не может не наложить своего негативного отпечатка. Всем известно про цинизм и черный юмор медработников. Это своеобразная защита от страха, неуверенности, ежедневных страданий их пациентов.
– Врачи производят впечатление равнодушных людей, не обращают внимания на чужие чувства, но это они просто так отгораживаются от их обычной, то есть профессиональной жизни. Если врач переносит свой черный юмор в семью, это может обижать и ранить домашних, – говорит Лео.
И ему можно верить, ведь он из семьи врача!
– Спасибо! – просиял Бао. – Я черного юмора не боюсь!
– Пацаны, а моя девушка – будущий юрист. Что это значит в перспективе? – заинтересовался Федька Машевский. – Мне кто-нибудь ответит или как?
– В юристы идут люди дотошные и въедливые, в перспективе – настоящие зануды.  Они мнительные, недоверчивые и везде будут ждать подвоха, даже в семейной жизни. А еще они к месту и не к месту сыплют своими узкоспециальными терминами, которые кроме них самих никому не интересны и не понятны, – говорит КорС.
– Если вы говорите, – проснулся Зона, и сладко потягиваясь, продолжил, – это еще не значит, что вас кто-то слушает.
– А бухгалтеры? – вставил свой вопрос Литин.
– А это уже диагноз, причем серьезный диагноз, – смеется Королев. – Они педантичны до абсурда, стремятся всегда быть правильными. А вот все новое, а тем более экстремальное, их пугает. Они дотошные не только на работе, но и дома. Могут проработать на одной работе, на одном месте до самой пенсии. В общем, с ними скучно!
– А журналисты? – приятно удивил всех сержант Третьяк.
– Ого! Игрек, а где это ты успел подцепить журналистку? Знаешь, попробуй сам поведать нам про подводные камни этой профессии. Какая она, твоя журналистка? – спрашивает «замок».
Третьяк весьма озадачен таким поворотом событий. Вопрос застал его врасплох. Взвод, молча, ждет, когда Третьяк ответит на свой собственный вопрос.
– Какая, какая? – может быть впервые задумался Игрек о своей подружке. – Слишком любопытная. Слишком разговорчивая, если не сказать болтливая. А еще достаточно поверхностная.
– Ну, это-то как раз понятно, – криво ухмыляясь, перебивает Игрека КорС, – их профессия ведь не предполагает глубокого, детального изучения материала. Они «копают» не вглубь, а вширь.
– Эй, умники, а что вы скажете про продавцов? – шутит Саркис.
– Тоже слишком болтливые, – потирает Королев лоб. – К тому же хитрые и изворотливые. Чтобы продать залежалый товар, нужно хитрить и врать. А еще у них немного наигранная, артистичная, неестественная манера поведения. Это в идеале, у хороших продавцов, а по прозе жизни – откровенные грубость и хамство!
Все курсанты от ответов КорСа пребывают в полном восторге.
– А что это мы все о плохом, да о плохом? Давайте о хорошем!
Юлька успокоился, а вечером по телефону рассказал своей подружке все, что он думает про учителей вообще, и про учителей младших классов в частности. После этого их дружба совершенно расстроилась, зато на этот раз Юлька перенес это нормально.