Дорогу патриотам

  Патриотом человек становится вполне естественным путем. об этом в песне поется. Он привык к картинке в букваре, к хорошим и верным товарищам, живущим в соседнем дворе. Он любит все, что ему привычно с малых лет. Потому и патриот. Это нормально.

 Но есть более высокий уровень патриотизма, когда крутится у человека какой-то внутренний генератор, зовущий в бой за правое дело, доказать, что наша родина лучше всех.  Что-то ему подсказывает, что многие вокруг сомневаются, что мы лучше всех. Поэтому необходимо доказывать. Силой.

Но разве и без того нет доказательств? Наши предки постарались. «Наши нивы взглядом не обшаришь, не упомнишь наших городов.» «Мы делаем ракеты и перекрыли Енисей, а также в области балета мы впереди планеты всей». 


  Почему обычный благодушный патриот не рвется доказывать очевидное, а патриот эмоциональный к которого все кипит, рвется? Для объяснения этого уместно привести мысль Бертрана Рассела „Наши эмоции обратно пропорциональны нашим знаниям: чем меньше мы знаем, тем больше распаляемся.“

 К тому же вероятно, у стандартного эмоционального патриота жизненный путь был не прост, и засел где-то повод для сомнений. Возможно ему его биография подсказывает. Или рос он, - первый вариант, - в настолько неблагополучных условиях, что куда бы он ни глянь, везде ему кажется лучше. Вот и кипит душа, требует развеять сомнения.  Доказать, что на самом деле мы лучше остальных. Второй вариант – когда он жил в хороших условиях и все, что происходит в стране, его вполне удовлетворяет. Третий вариант - он из грязи попал в князи. Из каких-нибудь городских подворотен во дворец. Попасть не просто. И уже тогда сам высокий пост и привычка к хорошей жизни обязывает. А если все эти варианты суммировать, то получится: «я, ты, он, она, вместе целая страна.» И дальше по тексту песни: «Над тобою солнце светит, родина моя. Ты прекрасней всех на свете, родина моя.»

У меня еще со школы был друг. Хороший нормальный парень.  Отличник. После школы поступил в институт. Но сессию не сдал. Отчислили. Ну так все обычно. у нас в институтской группе до первой сессии было тридцать пять человек. А после сессии осталось двадцать. Приятеля моего забрали в армию. Но после армии он снова поступил в институт. Упорным был. Женился, учился, закончил институт, работал, попивал, развелся с женой. Ну в общем, ничего необычного. Обычная биография.   Нормальный россиянин, каких миллионы. Без особых отклонений
 
Но вот с началом СВО в нем простой, благодушный и естественный патриотизм стал разгораться до патриотизма высоких энергий. До ярких протуберанцев.  И с продолжением СВО эти протуберанцы все сильнее выплескивались. Не слышал, чтобы он ходил на митинги в поддержку. Но митинг в поддержку происходил в его душе.  Он видел врагов и по периметру, и внутри подозревал измену. Тут и вспомнишь строчки Бабеля из рассказа «Измена»

"Товарищ следователь Бурденко. На вопрос ваш отвечаю, что партийность имею номер двадцать четыре два нуля, выданную Никите Балмашеву Краснодарским комитетом партии. Жизнеописание мое до 1914 года объясняю как домашнее, где занимался при родителях хлебопашеством и перешел от хлебопашества в ряды империалистов защищать гражданина Пуанкаре и палача германской революции Эберта-Носке, которые, надо думать, спали и во сне видели, как бы дать подмогу урожденной моей станице Иван Святой Кубанской области. И так вилась веревочка до тех пор, пока товарищ Ленин совместно с товарищем Троцким не отворотили озверелый мой штык и не указали ему предназначенную кишку и новый сальник поудобнее. С того времени я ношу номер двадцать четыре два нуля на конце зрячего моего штыка…»

И мой старый школьный друг видел цель на конце своего штыка. Конечно штык у него был гипотетическим. Он в СВО участия не принимал. По возрасту не проходил. И финансово боевые действия не поддерживал. Тут кто бы его пенсионера поддержал. Но в словесных баталиях принимал участие с жаром, отстаивая те действия, которые развиваются в соответствии с заранее намеченными планами.

И все было прекрасно. Но удары коварного врага стали все чаще. И закончилось тем, что пришлось моему другу лететь к сыну в другой город.  Почему? Не знаю. Но коли полетел, значит надо. Сын его был ранен на СВО.  Но вот что-то там у сына дальше приключилось такое, что отцу пришлось туда лететь. Друг мне этого не рассказывал.

Пришлось ему лететь через Москву. В саму Москву он не заезжал. Пересел с самолета на самолет. Рейс задержали. И торчал он в забитом аэропорту почти сутки. Но это мелочи. Не он один. Весь народ переживает не лучшие времена.

  Как у него получилось, какие юридические вопросы он утрясал личным присутствием, не знаю.  Но пробыл он две недели и вернулся домой. И когда я ему позвонил и спросил, как съездил, он мне ответил, что даже лучше, чем ожидал. Деталей не раскрывал. Я знал, что раньше он ездил к сыну годом раньше, когда тот вернулся из госпиталя.

- А чем же лучше? – спросил я

- А прежде пока доберешься до города из аэропорта в пробках настоишься. А теперь пробок никаких. Дорога чистая.

- Ну так понятно. С бензином дефицит. Люди лишний раз не ездят. Если раньше человек, то к приятелям на машине, то на дачу, то на рыбалку, то теперь бензин по каплям считает.

- Вот и прекрасно, - сказал мой друг, у которого ни дачи, ни машины не было – Нужно ехать – садись в общественный транспорт и кати. Было такое время. Не умерли. И дорога теперь не забита.  Автобусы ездят без проблем. Признаки демократии

- Ты думаешь это хорошо для простого народа? я думаю это расчищает дорого для тех, у кого бензин будет всегда.

- Ну и правильно, - сказал мой приятель

- А ну так вообще отобрать у людей личные машины, - предложил я вариант, - Тогда вообще будет красота.

- Машины можно не отбирать. Это чересчур.  Достаточно сделать так, чтобы давать бензин в нужные руки.

- Какие нужные?

- Тем, кому это надо для блага родины, для укрепления ее обороноспособности.

-То есть, дорогу патриотам? - спросил я

- Вот именно!!! -  сказал друг.

- Так это нужно специальные патриотические талоны на бензин ввести?

- А почему бы и нет, - согласился мой друг.



Нетипично? Не думайте, что я этого героя выдумал.