Под прикрытием -14

  Сергей понимал для чего Сашку везли в гостиницу, он знал о тех провокациях, в которые попадали юнцы, вербуемые для ночных увеселений. Ему надо было теперь держаться рядом, если так сложились обстоятельства ни кем не ожидаемые. Нельзя было допустить насилия над этим неподготовленным парнем. Как он тогда посмотрит в глаза полковнику Богданову? А если это был его хитроумный план? А если это, ещё коварнее, был план соблазнить сотрудника под прикрытием для Полянского? Сергей побледнел от таких безумных мыслей. А машина в это время уже тормозила у гостиницы "Турист",

  Кругликов, как это делал уже не раз, открыл дверь чёрного хода в гостиницу из глухого двора, куда за высокие ворота загнали жёлтый автомобиль. Он и водитель легко подхватили бесчувственного Сашку, затащили его на лестницу и в темноте понесли на четвёртый этаж, где уже был забронирован номер "люкс".
Сергей тащил под руку сильно хмельную Мирославу. Открыли дверь в коридор с широкой ковровой дорожкой посередине с чёрной лестницы. Прислушались к тишине, втащили Сашку, донесли до номера. Мирослава и Сергей шмыгнули следом за вошедшим в двери Кругликовым.
  Дверь захлопнули, щёлкнули замком. Сашку бросили в одежде на широкую кровать, стоявшую посередине номера. Его голова сразу утонула в пышных подушках.
- Ну!.. - Кругликов обдирал глазами Нефёдова, который вдруг почему-то сробел.
- Давай я, что ли...
  Сергей подскочил к кровати первым. Он старательно срывал с Терещенко одежду, снимая с него костюм, рубашку, оголяя плечи, грудь, бёдра... Сашку раздели до нага, прикрыли тонкой простынкой, стали ждать Мирославу, которая возилась в ванной комнате. Наконец она вышла в тонком прозрачном халатике, робко прошла к кровати, взглянула на парня:
- Нет, я не могу!.. - вдруг вскипела она.
- Ты что, дура?! Уже всё готово, - Кругликов бросился к двери на стук, распахнул её, быстро впустил фотографа. - Идиотка!.. На, выпей!
  Он влил из термоса шипучий напиток в стоявший на тумбочке бокал, поднёс к губам женщины, насильно заставил её выпить.
  Мирослава выпила, откинула прядь распущённых волос с лица, охнула, распахнула на груди тонкий халат, показав голое тело. Женщина упала на Сашку, подминая его под себя.
- Не могу показывать яростные чувства, когда подо мной ничего не шевелиться.
- А раньше могла?! Постарайся... Для тебя же надо! - подначивал Кругликов. - Когда проснётся, не сможет от тебя отказаться, тогда и зашевелиться, - он неприятно рассмеялся, поправив очки на переносице.
- Не так, - командовал фотограф, - хватай его за плечи, развернись ко мне прямо, чтобы в кадре были видны твои голые, соблазнительные телеса... А теперь ложись рядом с ним, обними его... нежнее, ласковее смотри!
  Она сделала, как ей приказали.

  После изнурительных, позорных фотосъёмок, Мирослава стала отключаться на глазах, напиток подействовал... Он сперва придал ей энергии и сексуального азарта, а теперь валил в глубокий сон.
  Её, обнажённую, подвинули ближе к Сашке. Сергей сам их накрыл тонкой простынкой.
- Как думаешь - проснётся, соблазнится? - спросил, поглядывая на часы, Кругликов. - Уже прошло два часа, он скоро должен отойти... Идёмте!
  Скомандовал завхоз, выталкивая из номера свидетелей преступления - Сергея, фотографа, и шофёра.
  Они вчетвером быстро спустились вниз, как и поднялись.
- Кому-то надо остаться, - произнёс Сергей, усаживая бледного Нефёдова за руль. - Очень опрометчиво просто так их бросать.
- Оставайся ты, - брякнул Кругликов. - К тебе у хозяина доверие есть. Ты с его цыпой развлекаешься, уже свой человек, значит. Давай! - он с язвительной усмешкой на губах хлопнул Сергея по плечу, садясь в "Москвич".

  В голове у Сашки стало проясняться. Радужные круги перестали плясать, ушло состояние тяжести, скованности. Постепенно возвращалось сознание, затуманенное снотворным препаратом, незаметно добавленным в шампанское.
  Терещенко открыл глаза. Он не понимал где находится, чувствительность возвращалась в тело постепенно. Наконец он почувствовал руки, ноги, зашевелил плечами, повернул на подушке голову к свету. Сквозь окно, задёрнутое тонким тюлем, просвечивал ночной уличный фонарь. Где он? Сашка развернулся на постели. Его нос уткнулся в лицо Мирославы, в такое тихое, спокойное лицо... Он сперва не понял, что это - обнажённая женщина лежала рядом с ним?.. Сашка похолодел от ужаса, приподнимая на себе тонкую простыню. Осмотрел себя с изумлением, понял, что тоже был нагим, совсем, даже нижнее бельё сняли... Ужас! Терещенко почувствовал, как волосы поднялись дыбом на затылке. Резко сел на кровати, соображая, что делать дальше. Потом стал медленно сползать на пол, держась за простынь. По мере того, как сползал, наматывал на себя эту спасительную материю, обматывая бёдра, придерживая её на талии. Наконец он вскочил, подбежал к двери, дёрнул на себя ручку - закрыто! Голова закружилась, хотелось упасть на пол, а тут, как в бреду, перед ним возникла обнажённая фигура. Проснувшаяся Мирослава хотела продолжения банкета!
  Она набросилась на Терещенко тигрицей, пытаясь сорвать с него простынь. Они, опрокинувшись на пол, катались по скользкому паркету. Сашка отбивался от наседавшей сильной женщины ногами и руками, пытаясь освободиться, путаясь в складках белой тани:
- Уйди же, ты, ну... Уйди! - восклицал он, отпихивая её с себя. - Пусти-и-и!..
  Она наседала, пытаясь подмять его тело, валяла Сашку по полу, пока не устала. Мирослава снова ощутила слабость, откинула голову, откатившись к ножкам кровати. Исцарапанный, взлохмаченный Терещенко, дрожа всем телом, стал отползать от этой страшной тигрицы к балкону, придерживая на себе простыню. Он быстро полз в сторону окна. Поднялся, запутался в складках ткани, снова упал на пол, опять пополз... Он вскочил у стеклянных створок, распахнул их настежь, выскочил на балкон. Прохладная южная ночь обдала своим терпким, осенним ароматом. Сашка подошёл к перилам, перегнулся вниз. Накинул на свои голые плечи кусок простыни и округлив большие глаза, крикнул:
- Эй, кто-нибудь, помогите!
  Прислушался к шуму города внизу, понял что высоко, не спрыгнуть, и крикнул ещё громче:
- Помогите! - со страхом обернулся к двери, ожидая увидеть там Мирославу: - Меня похитили! Эй!... Помогите! - он размахивал руками, чтобы привлечь больше внимания, а потом от отчаяния и страха совсем громко заорал: - Убивают!... Насилуют!..
  На его дикие, отчаянные вопли под балконами гостиницы, выходившими на проезжую часть улицы Красной, стала собираться толпа зевак:
- Вызывайте милицию! - кто-то громко предлагал. - Парень, вроде не в себе, раздетый... Точно, милицию надо!

  Егоров всё это время носился по Краснодару, как угорелый. Он был везде: в ресторане "Центральный", в санаториях, пансионатах, гостиницах, в тех, куда обычно приезжают туристы за развлечениями, где можно найти бары и кафе после полуночи. Отчаявшись, прибежал в дежурную часть ГУВД, подавая Сашку в розыск.

  Полина сидела дома, смотрела на неподвижное лицо отца и понимала, что всё пошло не так в их общем деле. Егоров обещал позвонить им домой, если что-то проясниться. Девушка чувствовала себя неловко, и в тоже время надеялась, что с Сашкой ничего страшного не случиться. Он сам танцевал с этой женщиной, улыбался, показывал, как ему весело, потом, возможно, уехал с ней добровольно. Она вскружила ему голову, вот он, будучи влюбчивым, поддался её знойным чарам. Но с другой стороны, Полина чувствовала, что нравится ему, и в таком случае, он бы её никогда на эту возрастную даму не променял.
  Сомнения одолевали, будоражили кровь, но в мыслях снова, даже в такие тревожные минуты, возникал образ капитана Сойникова. Он неотступно следовал за ней всё последнее время. Это непонятное чувство было сильнее Полины, она хваталась за него, как за воздух в спёртом помещении, ей было сладко, невыносимо мучительно и в тоже время радостно осознавать, что в её жизнь врывается такое книжное понятие, как - любовь!

  Егоров в дежурке составлял докладную записку на имя Богданова, когда туда позвонили с улицы Красной. Лейтенант, сидевший на приёме звонков, повернул к нему голову:
- Звонят от гостиницы "Турист". Какой-то парнишка там сильно кричит с балкона четвёртого этажа. Люди стоят толпой, боятся, что он спрыгнет.

  Егоров на оперативной машине гнал через весь город. В паре с ним поехал дежурный по городу старший лейтенант Антипов.
  Алексей сразу узнал Сашкин голос, раздававшийся в темноте с чётвёртого этажа. Предъявив удостоверение, они с напарником забежали в гостиницу, буквально взлетели на четвёртый этаж.
  Под дверью возился с замком Сергей в компании с испуганной дежурной по этажу. Егоров подскочил к нему, как ужаленный:
- Ты?! Как ты мог?! - хватая за грудки Малофеева, вскричал Алексей.
  В это время дверь щёлкнула, дежурная по этажу наконец справилась, открыла запасным ключом замок люкса. Все из коридора влетели в номер. Продрогший Сашка в накинутой простынке, стуча зубами, вышел с балкона в комнату. Мирослава сидела на полу у кровати, пробуждалась, пьяными глазами смотрела на вошедших, пытаясь сообразить, что произошло и где она пребывает. Она стянула со спинки стула розовый халатик, накинула его на голое тело, поднимая на Егорова томный взгляд.
- Ты, паскуда! - подскочил к ней Алексей, хватая её с пола. - Ты, грязная шлюха!.. Что ты сделала с парнем, что?! Что?! - он, выходя из себя, краснея, задыхаясь, тряс её, как грушу.
  Сашка, глядя на эту картину, от стыда сполз по стене в углу у вешалки, прикрываясь простынью, закрывая голову руками. Здесь же в дверях стоял Сергей, косил на него глазами, но подойти близко не смел.
  Антипов стал разнимать Егорова и Мирославу, понимая, что этот припадок у коллеги может плохо кончится для женщины. Этот приезжий капитан из Приморска, сейчас на его глазах завалит местную диву Мирославу.
- Ну всё, всё, Алексей Михайлович... Всё! - кричал Антипов, отцепляя Егоровские руки от шеи покрасневшей женщины.
  После того, как Алексей с силой отшвырнул Мирославу от себя, и она шмякнулась на кровать лицом вниз, он переключился тут же на Сергея:
- А ты, мразь... Мерзкий любовник-уголовник! Ты куда смотрел, а? Или ты это сделал нарочно?! Ты всегда его ненавидел, паскудник! - Алексей кивнул на убитого горем Терещенко, смирно сидевшего в углу. - Ты что с ним сделал, что?! Что вы тут с парнем сотворили, говори?!
  Егоров впился в горло Малофееву.
- Уйди, бешеный! - оторвался от него Сергей, удерживая его руки. - Да, привёз его сюда в номер... Не мог оставить одного в этой компании. И не только привёз, я его и раздел сам... до последней нитки!
- Ты?! Как ты мог, ублюдок?! - Егоров впился снова.
  Они оба сильные, молодые, тренированные, покатились по полу на глазах у стоявших свидетелей этой бурной сцены.
  Сашка отвернулся к стенке, дрожа всем телом. Антипов тощий, поджарый, в сдвинутой на затылок форменной фуражке, прыгал вокруг побоища, пытаясь разнять и растащить разъярённых коллег.
  В конце концов они успокоились. Малофеев вытирал рукавом разбитые губы, а Егоров поднял Сашку с пола, повёл его в ванную, включил горячий душ...

  Когда ехали обратно в машине, он накинул на Терещенко свой форменный плащ, и так же, как в 1962 году, вытащив его из холодных волн Чёрного моря, прижал к себе его дрожавшее от холода и ужаса, тело.

  Полковник Родионов узнал все подробности утром на планёрке. Сопоставив все факты, стало ясно, что Терещенко явился жертвой шантажа. Сергей рассказал, не для протокола, в каких позах фотографировал его нанятый Кругликовым человек.
- Скорее всего, - говорил Богданов, - Кругликов предъявит парню эти скабрезные фотки в обмен на услугу - выступать в ночном закрытом клубе. А возможно, что его наметили для более серьёзного дела, для "фильмов иксов". Мы ещё находимся в процессе работы, не знаем пока, кто режиссёр, имеет ли он отношение к давним связям Кайши со студией Болгарии. Только одно совпадение задевает, это трудоустройство Ясека Брачека на Ялтинскую студию в прошлом году, и после этого возобновился канал нелегальщины, незаконной кинопродукции за рубеж. Работа над этим ведётся, а мальчишка наш попал в руки подлых негодяев... Надо ждать их дальнейший ход.
- Как только это произойдёт и Кругликов предъявит Сашке интимные фото, Малофеев тут же даст официальные показания на протокол. Можно будет предъявить этой шайке статью о похищении человека, - вставил Павловский. - А сейчас это пока выглядит, как добровольное согласие со стороны Терещенко, посетить гостиницу с Мирославой впридачу. Что мы тут можем доказать? То, что видел Егоров и все остальные? Как парень кричал на балконе? Да, испугался. Но это ничего не значит. Мирослава уже строчит заявление об изнасиловании. Я угадал?
- Возможно, - подтвердил Богданов. - Это будет ход конём, если парень на них официально заявит. У него нет свидетелей, кроме Мирославы, с которой он оставался на едине почти всю ночь в номере. Сергей ещё, но тот пока вне игры, он "под прикрытием", официально не числится в нашем ведомстве. Наоборот, он подельник её мужа, и любовник её самой. По их общей версии, Сергей никогда не подставит своих благодетелей. Они ему доверяют, а вот Егоров...
- Он может всё испортить, - опять вставил Павловский, - если уже своим стремительным появлением все не испортил в самом начале.
- Наоборот, - повернулся к нему Богданов. - Так сыграть разгневанного милиционера, не возможно. Выглядел он, как настоящий сумасшедший. Мне Антипов описал эту картину. Хичкок отдыхает!.. Знаете великого Хичкока? Я режиссёра имею в виду?
  Многие за столом кивнули головами.
- И что из этого следует? - переспросил майор Павловский.
- А то, что цель шантажа у этой компании приобрела настоящую реальность и подтверждение Сашкиной надёжности. Они прекрасно знают, через своих соглядатаев, - полковник окинул взглядом сидящих коллег, - что мы неоднократно предпринимали попытки внедрить в их притон своего человека. Кто же додумается после такой открытой колоды, как Егоровское нападение на гостиницу "Турист", сделать из Терещенко подставного? Алексей уже отличился в присутствии Мирославы, подтвердил своим поведением, что все попытки привлечь Сашку к чему-то непотребному, выйдут боком этой компании. Если бы был Терещенко подставной, по мнению того же Боброва, то он бы сам в постель к ней залез. Тут ещё психологический расчётец имеется.
- Это так, только как бы нам этот расчётец боком не аукнулся, - сомневался Павловский. - Мы тут с вами всё уже рассчитали, а как теперь этот парень будет действовать? Ведь после всего случившегося, уговорить его на продолжение игры будет не просто. Он сильно напуган. Или опять через Егорова?
- Пусть всё идёт, как должно идти. Не напирайте... Без наскоков надо с терпением подойти к такому сложному делу. А мы будем ждать ответных ходов Боброва. Ведь для чего-то были усилия им предприняты вчера? Не просто же так немного поразвлечься решила его жёнушка с молодым пацаном в гостинице? - заключил полковник Богданов, закрывая совещание.
  После этого он будет долго разговаривать по телефону со своим агентом Султановым, закрывшись в кабинете один. Их совместные действия положат начало авантюрной комбинации, о которой никто не будет осведомлён, кроме Егора Зайцева.

  ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.