Транзитом от Воркуты до Анадыря

Там, где ветры целуют седые снега,
Где веками беснуется злая пурга,
Протянулся наш Север — великий простор,
Где у каждого града — свой нрав и узор.
Мы начнем этот путь от углей Воркуты —
Града, сильного духом, зажатого в льды.
Там шахтерская доблесть хранит теплоту,
Побеждая полярной ночи слепоту.
А в печорском, уютном Нарьян-Маре — свет,
Здесь хранят оленеводы дедовский завет.
Мчатся нарты легко по замерзшей реке,
И горит огонек в расписном чумке.
На Полярном круге застыл Салехард —
Древний Обдорск, истории верный форпост.
Над соборами чертит сиянья штандарт
Свой космический, яркий, светящийся мост.
А восточней, сквозь бури и яростный хлад,
Встал Норильск — исполин, покоривший мороз.
Он — гигант из металла, руды и огней,
Ставший сердцем суровых, рабочих ночей.
Дальше к Лене-реке, где Якутск вековой
Держит вечность земную под мерзлой плитой.
Где алмазная грань и  мороз в шестьдесят
Человеческой дружбой и верой горят.
Где волна разбивает гранитный причал,
Где форпост Североморск свои флаги поднял,
И Мурманск не спит под полярной зарёй,
В Апатитах хранит горы камень седой.
Где Архангельск встречает ветра и шторма,
Где из дерева строились раньше дома,
Где в тиши стапелей Северодвинск затаил
Всю мощь субмарин и неведомых сил.
А за Утренью, дальше, к сибирской тайге,
Где огни зажигает Югра на реке,
Там, где Ханты-Мансийск средь великих лесов
Слышит песню снегов и шаманских костров.
Путь уходит в Якутию — к вечным снегам,
Там, где Мирный открыл путь алмазным следам,
Где угольный Нерюнгри греет дома,
и огромный район заковала в туманы зима.
А на самом краю, где кончается век,
Сквозь торосы пробился портовый Певек.
В тишине Билибино мирно стоит,
Мирный атом средь сопок чукотских горит.
Что ж, пройдя сквозь хребты, мы закончим поход
Там, где солнце встречает российский народ:
В Анадыре ярком, где каждый фасад —
Словно радуги вспышка средь снежных осад.
Этот Север суров, но прекрасен вдвойне
Теплым словом, живущим на вечной земле.