От машу до махаю. А кофе мой или моё?

Иногда язык меняется прямо у нас на глазах. И мы даже не замечаем, как вчерашняя ошибка постепенно становится сегодняшней нормой.

Ещё совсем недавно правильно было «я машу рукой». А «махаю» считалось разговорной формой.

Сегодня «махаю» уже вошло в литературную норму.

Иногда люди просто начинают говорить так, как проще и естественнее для современной языковой системы. Махать — махаю звучит логично. И язык постепенно принимает эту форму.

А теперь кофе. Долгое время мы знали, что кофе — он, мой кофе. Мужской род и точка.

Но очень часто слышали «моё кофе». Резало ухо?  Теперь можно не напрягаться. Средний род уже допускается как литературная норма.
 
Вот теперь , наверное, на очереди « служИтели в церкви » и «служителЯ», «договоры» и «договора», «их» и «ихний»...

 Но есть ещё маленькая радость и надежда что «их» остаётся литературной нормой, а «ихний» пока всё-таки является просторечием (надолго ли?).

  Язык, словно, проводит невидимую границу. Одни формы он со временем принимает, другие пока не пускает в литературную речь.

Так что же происходит?

Язык развивается или мы просто становимся менее грамотными?

 Наверное, истина где-то посередине. Язык принадлежит народу. Но литературная норма нужна для того, чтобы сохранить его точность, красоту и преемственность.

Вот эдак  лет через сто наши  потомки будут говорить «моё кофе», «махаю рукой» «служителя», «договора» и даже не поймут, почему когда-то кто-то возражал  и не принимал такие формы.

Язык никогда не стоит на месте.

Но, всё-таки, где же проходит граница между естественным развитием языка и победой неграмотности?

Вот это мне действительно интересно.

А как думаете вы?