Сила перевоплощения

  «Не верю!» - фраза, ставшая легендарной в мире театра, кино и в бытовой сфере после того, как её стал употреблять в качестве режиссёрского приёма К. Станиславский. Суть метода состоит в том, что актёр, работая над ролью, устанавливает внутреннюю жизнь своего персонажа, включая его мотивацию и эмоциональное состояние. То есть актёр должен представить себя в условиях, заданной пьесой.
  До определённого времени я посещал одно литературное объединение. Встречались мы там два раза в месяц, читали прозу, стихи, кто-то пел и играл на гитаре или балалайке. Однажды я принёс свой фотоаппарат и сделал несколько снимков с данного мероприятия. В следующий раз на встречу не пришёл по уважительной причине и эти фотографии передал одной женщине, которая имела значительные размеры для женского пола, была близка к руководству кружка и должна была раздать их по совести. Но оказалось не по своей. В городе повстречал коллегу по объединению и рассказал, что передал фотографии нашей общей знакомой и полюбопытствовал у него получил ли он что-то из них, ведь его лицо тоже мелькало на нескольких снимках.
  - Нет! Я ничего не получал.
  - Ты спроси при следующей встрече.
  - Хорошо! Спрошу.
  Так тот и поступил. Во время перерыва в мероприятии он, человек скала, подошёл к женщине значительных размеров, которая выглядела перед ним девочкой  и попросил дать ему объяснения по данному факту.
  - Тебе дать объяснения моему поступку, - переспросила она.
  - Дайте, пожалуйста! - ответил человек скала.
  - Мы сегодня проходим тему «не верю» в прозаических произведениях! - обратилась она к народу, - сейчас мы вам продемонстрируем, как надо это играть на сцене, чтобы все поверили в твою игру, в твоё перевоплощение. В талант, одним словом.
  С этими словами та отошла от него на шаг и нанесла удар своей ногой в его промежность. От этого удара, тот согнулся, очевидно она попала ему в очень больное место. Затем рукой схватила его за лысую голову и направила
 в направлении своей коленки с такой силой, что человек скала, после их столкновения, упал на пол. Женщина значительных размеров стала монотонно наносить ему удары ногами по бокам. Его качало на полу из стороны в сторону, как холодец на блюде, когда его несут на вытянутых руках. Из-за соседнего стола поднялась семейная парочка и под ручку стали прохаживаться по телу лежащего на полу, ибо габариты последнего позволяли это делать свободно. Муж дамы недолюбливал лежащего. Его жена не была с тем в контрах, а прошлась с ним по его телу просто так, за компанию. Обратил своё внимание на то, что никто не кинулся разнимать драку, скорее избиение лежачего. Многие подумали, что так должно быть, так надо играть  свою роль на сцене, ведь такая тема к этому обязывала. Я был в их числе. Но я-то собирал материал на рассказ и вмешиваться в подобный инцидент, как бы, не имел права. Некоторые отвернулись. Председатель стал смотреть в окно и оттуда наблюдал за происходящим, как через зеркало, ибо это его родственница избивала лежащего на полу. Директриса шмыгнула в подсобное помещение и стала заваривать чай, чтобы не стать свидетелем представления и не давать позже объяснения случившемуся в компетентных органах. Только одна престарелая писательница в голос стала причитать, очевидно не прочувствовав до конца темы сегодняшнего заседания кружка.
  - Что вы делаете, товарищи, разве можно так!?
  - Можно, ещё как можно. Это всё игра для зрителей - отвечала ей женщина больших размеров.
  - Но ему же больно!
  - Мы только имитируем свои удары. Создаём иллюзию у зрителей. В этом и есть наше мастерство в сценическом искусстве.
  - Ничего себе, а я подумала, что его действительно колотят.
  - Всё это игра. Если хотите, то жахните по нему пару раз ногой и точка.
  Крик вопиющего никто не желал услышать. Всё так же закончилось, как и началось. Участники разошлись по своим местам, а председатель кружка объявил всем, что эта сценка специально была приурочена к проходящей теме литературного заседания. Директриса принесла чай с конфетками и раздала всем, кроме лежащего на полу. Мужчину того подняли и усадили в кресло, стоящее в углу комнаты. Так там он и горевал до конца мероприятия. В скорости наша встреча была завершена.
  Через неделю я в городе встретил человека скалу. Поздоровались. Я внимательно посмотрел и увидел на его теле множество синяков и ссадин от ударов женщины и прогулки по его телу семейной пары на последнем занятии. Ничего ему не сказал, но в голове мелькнуло известное изречение. Не верю! Не верю сказанному на встрече, что его не избивали, а только имитировали, не верю своим глазам, видя синяки на теле человек. А как восхитительно было сыграно! Играть на сцене не надо, не надо и перевоплощаться. Там необходимо жить. Написано в тексте занимаются сексом, так и займитесь им у всех на виду в натуральную величину, чтобы и зрителям тоже захотелось этого. Написано ударить визави по лицу, так и не стесняйся это сделать. Вспомни, как тот опередил тебя в получении квартиры и обошёл в очереди на автомобиль. Ещё и место твоё занимает на стоянке перед театром. Сука такая! Не забудь и о том, как тот увёл из твоей конюшни любимую лошадку. Так что не стесняйся, а приложись от души по его физиономии за все прожитые годы нервного напряжения, чтобы потом было что-то вспомнить в старости. Но ведь артисту будет больно? Не спорю. Но он артист, ему за это деньги платят. Зато как будет правдоподобно. Синяки до следующего представления спадут, ведь оно будет только через неделю или более, а какие останутся, гримёр заштукатурит. Опять же актёр, актриса завтра могут взять бюллетень и до следующего спектакля залечить все раны. По крайней мере зрителям это понравится и они потянутся на артистов театра. Популярность возрастёт в несколько раз, а там и приглашения на главные роли в театры и кино. Ради чего все эти мучения – ради искусства, в котором главное реалистичность, а не обман зрителя и не пение под фонограмму. Ведь что наша жизнь – игра!