ЭКЗАМЕН
Ми;хос и А;ргус стояли перед огромной деревянной дверью, где проходили выпускные экзамены на звание Демиурга.
- Ты как? Всё успел? – спросил Аргус у коллеги, нервно теребя край своей хламиды.
- Конечно! – ответил Михос, гордо задрав подбородок.
- А ты кем населил свой мир? – спросил Аргус, лишь бы не думать о предстоящем экзамене.
- У меня много всяких разных… - отмахнулся Михос и подозрительно посмотрел на Аргуса. – А ты?
- У меня только люди, - скромно потупившись ответил Аргус.
- А чё так? – хмыкнул Михос. – Не успел? Или фантазии не хватило?
- Подумал пусть минимум, но качественно, - моргнул Аргус и резко схватив за хламиду Михоса, посмотрел ему прямо в глаза. – Думаешь, примут?
- Вот, не знаю… - Михос и не пытался успокоить товарища. – Я подумал, наоборот, чем больше всякого разного, тем лучше.
Аргус нервно провёл по лицу руками, прогоняя усталость последних столетий. Несколько минут они молчали. Аргус не выдержал первым:
- А магия? Ты использовал?
- Обязательно! – Михос с превосходством посмотрел на Аргуса. – Куда ж драконы без магии.
- У тебя есть драконы!? – Аргус в ужасе посмотрел на Михоса.
- Не только, - Михос самодовольно начал перечислять всё население своего мира. – Ещё есть гномы, эльфы: тёмные и светлые, орки, гоблины, вампиры, оборотни, русалки, ведьмы, некроманты, нежить ещё всякая…
- А ты не переборщил? – испуганно уставился на товарища Аргус.
- Не-а, - ухмыльнулся Михос и похлопал по плечу Аргуса. – Я решил использовать всё, что нам рассказывали на занятиях.
- А как же баланс? – усомнился Аргус.
- Да всё нормально, - уверенно кивнул Михос. – У меня там земли больше, чем воды. Так что места всем хватит. А у тебя что, люди, да ещё и без магии? Это ж скучно!
- Ну, не то чтобы скучно… - засомневался Аргус. – Им там есть чем заняться…
- И чем же? – Михос с интересом уставился на Аргуса. – Войнами, что ли?
- Ну, не только… Ещё космос изучают, искусственный интеллект пытаются создать, генетика, опять же…
- И живут, небось, мгновение, - не унимался Михос.
- Лет шестьдесят – восемьдесят, - стушевался Аргус. – А у тебя есть долгожители?
- Есть! – радостно воскликнул Михос. – От пятиста до нескольких тысяч лет, это не считая людей. Они живут около сотни.
- Мои столько не выдерживают, - сокрушённо покачал головой Аргус. – Экология там не очень… Эпидемии всякие… Войны опять же…
- Ты что, ад создал? – задумчиво хмыкнул Михос.
- Да нет, обычный мир людей… - Аргус опять принялся теребить край своей хламиды.
- Эй, горе-творцы, заходите! – раздалось из-за приоткрытой двери.
Михос приосанился и направился к двери первым. За ним понуро побрёл Аргус.
На следующий день Михос и Аргус столкнулись в коридоре.
- Михос, чего такой мрачный? – поинтересовался у товарища Аргус.
- Сказали всё переделать… - зло выплюнул несостоявшийся Демиург. – Тебя тоже отправили на доработку?
- Нет, мой мир приняли, - гордо сказал Аргус. – Правда с оговорками…
- Это какими ещё оговорками, - насторожился Михос.
- Теперь я должен неотлучно находится в созданном мной мире и следить, чтобы всё не вышло из-под контроля, а люди не поубивали друг друга.
- О, как! – задумался Михос. – Даже не знаю, что лучше. Я переделаю свой мир и отправлюсь отдыхать, а тебе теперь будет не до отдыха…
1. ПОИСКИ СМЕРТИ
- Викентий, доброе утро, - Айрис ненадолго отвлеклась от монитора, когда я вошёл в наш офис. Сегодня было довольно жарко, так что в офисе гудел кондиционер и одуряюще пахло свежезаваренным кофе. Большие напольные часы, оставшиеся нам от прошлых хозяев офиса, пробили девять.
- Доброе утро, Айрис.
Я прошёл к себе в кабинет, взял лейку и банку с мухами. На моём окне стоял большой горшок с королевской росянкой. Я приобрёл её, когда открывал этот офис. Что я могу сказать? Мы подружились.
- Доброе утро, Росянка, - она чуть шевельнула листочками в ожидании угощения. Я полил её и кинул пару мух, которые Росянка ловко поймала листочками. Я ещё пару минут посмотрел, как её листья начали закручиваться, обволакивая мух своими клейкими капельками, пожелал ей приятного аппетита и пошёл на кухню.
Проходя мимо ростового зеркала, которое закрывало собой вход в кладовую, я мельком глянул на себя. «Пожалуй, эта стрижка мне идёт», - констатировал я, проведя по чёрным волосам рукой. Поправил на шее красный камень на тонкой цепочке, который странным образом был со мной сколько себя помню. Самое интересное, что помню я себя где-то лет с двадцати. А до этого – серый туман.
Налив себе в чашку кофе, я подошёл к Айрис. Она сегодня была в хорошем настроении. Об этом говорила её легкомысленная причёска с перламутровым гребнем. Её белые волосы, белое лёгкое платье создавали атмосферу воздушности. Присев на её стол, я сказал:
- Представляешь? Сегодня опять пробки у воздушных ворот! Скоро придётся выходить на работу на час раньше.
- Ну так перенеси офис ближе к дому, - легкомысленно пожала она плечами, отпив кофе, - И слезь с моего стола! Сколько говорить.
- Я не могу, ты же знаешь.
- Ну, тогда переезжай поближе к офису.
- Не смешно, - я пересел в кресло для посетителей и отхлебнул из чашки.
- А что? – Айрис посмотрела на меня своими разноцветными глазами. – Будешь как все жить в квартире, а не в доме. Я же живу и ничего.
- Ты же знаешь, мне в этой жизни нужно не много: тишина, сумерки и ты.
Айрис укоризненно посмотрела на меня. При утреннем свете ей можно было дать не больше двадцати трёх лет. Не красавица, но что-то меня в ней притягивало. Даже представлять не хочу, что будет если в один прекрасный день она вдруг пропадёт. Это как лишится руки или ноги.
- Сегодня запись есть? – я допил кофе и встал.
Она покачала головой и протянула мне пустую кружку. Я молча взял и отнёс их в мойку.
- Пойду приберусь у себя в кабинете, - я помыл кружки, и мне захотелось разобрать бумаги на моём столе. В наше время мало кто использовал бумагу для хранения информации. Но для меня это было скорее ритуал, чем способ увильнуть от Системы. Айрис удивлённо приподняла бровь, и хотела было что-то сказать, но нас прервал телефонный звонок.
- Агентство «Поворот», добрый день.
После непродолжительного сосредоточенного молчания, Айрис сказала:
- Хорошо, я подойду через час. Всего хорошего.
- Это куда?
- Типография. Продлеваем рекламу агентства. Они предложили новый дизайн объявления.
- А зачем нам новый, если и старый хорошо работает? – удивился я.
- Сначала нужно посмотреть, - улыбнулась Айрис. – Продлеваем на месяц? Или сразу на полгода?
- Сама решай, - отмахнулся я. – И на обратном пути купи каких-нибудь сэндвичей. Я за время уборки успею проголодаться.
Айрис хмыкнула и начала собираться в типографию.
Когда за Айрис закрылась дверь, звякнув колокольчиком, я сел за свой стол и уставился в одну точку. Внезапно на меня накатило тягостное чувство тоски по чему-то, чего я либо не помнил, либо даже не знал. Ненавижу это состояние! Я стукнул кулаками по столу, тряхнул головой и начал разбирать бумаги на столе.
Бумаг было много. Последний раз я разбирал стол, наверное, полгода назад. Спустя пару часов все бумаги были разобраны, подшиты в папки. Папки подписаны и расставлены на специальной полке в кладовке за зеркальной дверью. Там же хранились и Артефакты. Это была оплата наших услуг. Изначально просто вещи: книга, засушенный цветок, гребешок или туфля. Но, когда я заканчивал дело, клиент вкладывал часть своей души в какую-то вещь, которая ему понравилась или просто попалась под руку. И эта вещь становилась Артефактом. При том, что я даже не всегда знал, что какой Артефакт может.
Звякнул колокольчик, и я выглянул из кабинета. Мои губы невольно растянулись в улыбке, увидев, как Айрис бросив сумочку и пакет с сэндвичами на столик, поправляет причёску у зеркала.
- С чем сэндвичи? Я уже проголодался. Зато всё разобрал.
- Викентий, твоих любимых не было, поэтому я взяла другие твои любимые. С курицей и зеленью.
- Отлично, пойдём обедать, - я потёр руки, предвкушая трапезу, но опять зазвонил телефон. – Не отвлекайся, ставь чайник, я сам отвечу.
- Агентство «Поворот», приветствую Вас.
- Здравствуйте, - раздался тихий неуверенный мужской голос. – Я не знаю зачем я позвонил…
- Ничего страшного, - улыбнулся я, - если позвонили, значит так и должно быть. У Вас какие-то вопросы или проблемы?
- Да-а… у меня, вроде, всё хорошо, - замялся мужчина, - вот только…
- Меня зовут Викентий, - я почувствовал, как в животе заурчало, а нос дразнил запах вкуснейшего сэндвича, которые делали только в одном месте. – Приходите к нам в агентство «Поворот», и мы просто поговорим.
- Даже не знаю, - мямлил мужчина.
Мне это надоело, и я, резко выдохнув, сказал:
- Так, жду Вас завтра в одиннадцать, всего хорошего.
И повесил трубку. Знаю я таких. Будут мяться, сомневаться, отнекиваться, а потом окажется, что у них такая интересная задачка!
- Иди кушать, - позвала Айрис. – Что там? Клиент?
- Потенциальный, - я поднял палец вверх и устроился на диване для ожидания посетителей, а в их отсутствии, нашего отдыха.
Айрис пристроилась рядом со мной, а на столе уже стояло большое блюдо с сэндвичами и две большие кружки горячего ароматного чая.
- Что там с рекламой, - я откусил большой кусок и принялся тщательно его пережёвывать.
- Посмотрела я на новый дизайн, - Айрис сморщила нос, - изменений минимум, а стоит в два раза дороже. Так что, я оплатила ещё на полгода наше старое проверенное временем.
- Отлично, - первый сэндвич уже скрылся в недрах моего организма, и я взялся за второй.
- В заведении мадам Тони теперь можно заказать доставку дронами. Я тебе скинула номер на коммуникатор, - Айрис покосилась на меня и отпила чаю.
- Смотрю, уже многие пользуются этим новшеством. Этак скоро нам вообще не придётся выходить из дома, - я нацелился на третий сэндвич.
- А ты в курсе, что теперь полицейским дронам разрешено заглядывать в окна? – Айрис взяла второй сэндвич.
- У нас же зеркальные окна, - я допил чай и в блаженстве откинулся на спинку дивана.
- Теперь это не преграда, - Айрис поправила свой кулон с прозрачным камнем. – А я, между прочим, живу на двадцать седьмом этаже.
- Так завесь окно тряпкой, как в древние времена, - предложил я.
Айрис ненадолго задумалась, оценивая моё предложение, потом кивнула своим мыслям и понесла посуду на кухню.
- Так кто звонил? Клиент? – Айрис как всегда резко сменила тему.
- Да, придёт завтра утром, - я переваривал скромный обед и наблюдал за радужными рыбками. Пару лет назад Айрис принесла в офис аквариум и в ультимативной форме заявила, что ей нужны рыбки, чтобы было с кем поговорить, пока я занят с клиентом. Рыбки и правда притягивали взгляд. А их плавные движения в прозрачной воде вынуждали мозг погружаться в лёгкий транс.
Я вздрогнул, когда Айрис коснулась моего плеча.
- Что? Я опять? Эти твои рыбки, это что-то, - я тряхнул головой и протёр глаза, чтобы вернуть себе контроль над реальностью. – Гипноз какой-то.
- В какой-то степени так и есть, - подтвердила Айрис мои догадки. – Зато клиенты всегда умиротворенные, сидят на диванчике и ждут, когда ты их примешь. А помнишь, как было до рыбок?
- О, да. Помню пару буйных, когда пришлось стекло менять в витрине.
Часы пробили два.
- У нас есть время до закрытия, может поразбираем Артефакты? – предложила Айрис.
- Давай, - я поднялся с дивана, - последний клиент оставил нам любопытную вещь.
- Какую? - Айрис из ящика стола достала планшет и направилась в сторону моего кабинета.
- Чайную ложку, - я направился вслед за ней.
Мы остановились на мгновение перед зеркальной дверью. Наши отражения пошли лёгкой рябью, и мне показалось что вместо нас двоих стоит высокое существо. По-другому этого огромного человека в странных одеждах не назовёшь. Я моргнул, и видение исчезло, а Айрис уже нажала незаметную кнопку на стене и зеркало бесшумно отъехало в сторону.
Я подошёл к полупустому стеллажу и взял в руки чайную ложку жёлтого металла.
- Готова?
- Так, - Айрис потыкала пальцем в планшет, - господин Йопулас – Чайная Ложка Насыщения. Готова.
- Пиши, - я расфокусировал зрение и принялся диктовать, - при активации Артефакт влияет на чувство голода. Тут два варианта развития событий: либо владелец перестаёт чувствовать голод на то время пока Артефакт работает, либо Артефакт меняет вкус пищи на тот, который в данный момент больше хочется владельцу. Продолжительность действия зависит от…
Время пролетело незаметно, часы пробили шесть. Айрис выдохнула и выключила планшет.
- Всё на сегодня, - она размяла затёкшие плечи. – Надеюсь ты не собираешься задерживаться? У нас завтра клиент.
- Потенциальный, - опять поднял палец вверх и устало улыбнулся. – На сегодня, действительно хватит. К тому же я планировал сегодня приготовить на ужин «пьяного кролика».
- О, - Айрис не нашла что сказать и растерянно улыбнулась. – А у меня сегодня рыба, уже разморозилась, наверное
Через пять минут мы уже закрывали дверь нашего офиса. Металлические ставни на витрины мы поставили два года назад, всё из-за тех буйных посетителей. Когда ставни опустились, я приложил руку к электронно-магическому замку.
- До завтра, - Айрис махнула мне рукой и пошла на остановку воздушного такси. Меня такси с автопилотом уже ждало у дверей.
- До завтра, - откликнулся я и сел в машину. Поднявшись на уровень пятого этажа, машина рванула в сторону пригорода.
Вечер прошёл как я и планировал, «пьяный кролик» под вечерние новости и викторину «Угадай животное» Не знаю почему, но я всегда угадывал.
Утром я пришёл первым и сразу же направился на кухню. Сегодня нам доставили новый сорт кофе в качестве рекламной акции, и я хотел попробовать. Запустив кофемашину, я пошёл поздороваться с Росянкой. Моя питомица достигала уже метра и не останавливалась в росте. Звякнул колокольчик, и я пошёл встречать Айрис. Она отряхнула зонт от капель и поставила его в корзину при входе.
- Доброе утро, Айрис. Сегодня разве обещали дождь?
- Доброе, - Айрис поправила свою причёску и принюхалась. – Дождь не обещали, верно. Как я поняла, тучка небольшая, её решили не расстреливать. Новый кофе?
- Давай попробуем, - я уже разлил по чашкам и сел на диван, приглашая жестом Айрис.
- Как думаешь, придёт? – Айрис взяла чашку и принюхалась.
- Посмотрим, - пожал я плечами. - Чувствуешь? Нотки ореха и ванили.
- Да, неплохо, - она прислушалась к ощущениям, - мне нравится.
Дверной колокольчик отвлёк нас от дегустации. Мы оба посмотрели на двери. Там стоял блёклый мужчина лет пятидесяти и прищурясь разглядывал обстановку.
- Вот так вот, - вместо приветствия прохрипел он. – Я пришёл…
Он растерянно смотрел, не понимая что он тут делает. Айрис уже шла к нему на встречу:
- Вас приветствует агентство «Поворот». Позвольте я возьму Ваш зонт, - Айрис вопросительно посмотрела на мужчину. Он нерешительно протянул свой большой прозрачный зонт, и Айрис пристроила его в корзине, рядом со своим…
Я же наблюдал за мужчиной со стороны. Он был похож на персонажа кинохроники прошлого века с выцветшей плёнки. Двигался какими-то рывками, говорил тихо и хрипловато. А главное в нём почти не было цвета.
- Доброе утро, - я направился в его сторону и протянул руку. – Вы вчера звонили.
- Да, это я… - мужчина пожал мне руку. – Я до сих пор не знаю зачем я пришёл, но может и правда, вы меня выслушаете?
- Как Ваше имя? – Айрис приготовилась вносить клиента в базу. – Возраст? Где работаете?
- Ткачёв Алексей Николаевич, вчера исполнилось пятьдесят, вот так вот, - он скользнул взглядом по рыбкам и на мгновение завис.
- Пойдёмте ко мне в кабинет, и Вы мне всё расскажите, - я буквально развернул его за плечи, иначе у нас в офисе появилась бы статуя.
Мы зашли в кабинет, и я предложил Алексею Николаевичу присесть в кресло, а сам сел напротив в другое. Мужчина опять начал вертеть головой, разглядывая обстановку. Увидев Росянку, он незаметно съёжился. Но от моего взгляда ничего не укроется.
- Алексей Николаевич, - начал я тихим и вкрадчивым голос, дабы не спугнуть человека, - Вы чем-то расстроены? Последнее время Вас ничего не радует?
- Да, да, именно, - ненадолго оживился мужчина. – Именно не радует. Знаете, как будто жизнь потеряла краски. Вот так вот.
- И давно это началось?
- Да вот и не вспомню, уже, - он почесал голову и прищурился, погружаясь в свои воспоминания. – Да, лет девять назад. Меня тогда знатно пробило молнией. Вот так вот. Мы ездили с коллегами на пикник в городской Дендрарий.
Мужчина помолчал, одёрнул рукава куртки, которая ему явно была коротковата, и продолжил:
- Внезапно началась гроза, хотя по прогнозам не должна бы. Вот так вот. Мы побежали в укрытие, а я споткнулся. Вот так вот. Тут ударила молния прямо мне в спину. Я даже сознание не потерял. Все сначала испугались, а потом сказали: «Повезло!» Вот так вот. С тех пор всё было вроде нормально, только краски стали блёкнуть. Я даже к окулисту ходил. Вот так вот. Но мне сказали, что с глазами всё в порядке.
Мужчина умоляюще посмотрел на меня.
- Я ничего не мог сделать. Терпел. Вот так вот. А потом подумал, что если я должен был умереть? Что если моя смерть опоздала или заблудилась? И я начал её искать.
- Смерть? – уточнил я, быстро набрав сообщение на коммуникаторе.
- Да, - мужчина осторожно покосился на меня, будто ожидая что я если сразу его не выгоню, то по крайней мере обсмею. – Вот так вот.
- И как, нашли?
- Нет, - мужчина скривился. – Я много раз ездил в дендрарий, стоял под тем деревом, где меня ударило. Но ничего. Вот так вот. Может Вы мне поможете найти мою смерть?
- А зачем Вы ищете свою смерть? – задал я ему встречный вопрос.
- Не знаю, - мужчина испуганно оглянулся на Росянку. – Может быть, чтобы умереть?
- А Вы, Алексей Николаевич, думаете, что это единственный выход из сложившейся ситуации? Вы не пробовали вернуть себе краски жизни другим способом?
- Это как? – мужчина насторожился.
- Когда Вы последний раз вкусно кушали? – я слегка улыбнулся.
- Не помню, - мужчина поправил воротник курточки. – Кажется тогда на пикнике…
- Тогда, позвольте Вас угостить лёгким завтраком, - я выглянул в приёмную. Айрис уже накрыла столик. Мужчина скептически посмотрел на еду, но двинулся в сторону дивана. Прихватив из кладовой чайную ложку - Артефакт, я последовал за ним.
- Алексей Николаевич, вспомните самое вкусное блюдо, которые Вы когда-нибудь пробовали, - предложил я, протягивая ему Артефакт.
Мужчина машинально взял чайную ложку и посмотрел на кусок торта на своей тарелке. Он погрузился в воспоминания, пытаясь найти ответ на мой вопрос. И сам не заметил, как начал отщипывать по кусочку торт. Когда он доел свой кусок, он удивлённо оглянулся, а потом посмотрел на меня:
- Потрясающе вкусный торт, Викентий! – на его лице расцвела улыбка, пегие от седины волосы начали приобретать насыщенный каштановый цвет, а на щеках появился здоровый румянец.
- Вы правы, господин Ткачёв. Это лучший торт, какой я пробовал в своей жизни. А как тебе Айрис?
- Я предпочитаю не такие сладкие. Но торт, действительно, заслуживает нашего внимания.
- А ведь можно добавить в крем лимонной цедры, - воодушевился Алексей Николаевич. – Тогда он не будет таким сладким. Как Вам кажется?
- Совершенно с Вами согласен, - я улыбнулся. – А Вы кем работаете?
- Я инженер-логистик в Центре Управления Разработкой Дронов, - поморщился мужчина. – Вот так вот. А если сделать из этого торта основу под пирожные разной формы и цвета, уложить спиралью…
«А он оказывается очень высокий», - подумал я, глядя на преобразившегося мужчину.
- Так, всё-таки давайте вернёмся к вопросу, с которым Вы сюда пришли, - предложил я.
- С каким вопросом? – мужчина непонимающе смотрела на меня.
- Вы хотели найти свою смерть, - напомнила Айрис.
- Разве? – Алексей Николаевич удивлённо приподнял брови. – Ах, да, вспомнил. Что ж, теперь мне это определённо не нужно. Вы мне помогли вернуть краски жизни через вкус. Я теперь точно знаю, что мне делать дальше. Что я Вам должен за Вашу помощь, Викентий?
- Сущий пустяк, - улыбнулся я. - Просто возьмите в руки какую-нибудь вещь и мысленно проговорите, что Вы сейчас чувствуете. Эта вещь и будет нашим гонораром.
Мужчина огляделся по сторонам, и его взгляд упал на зонт в корзине. Он вскочил и решительно направился к нему. Задержав зонт на несколько секунд в руках, он протянул его мне:
- Благодарю Вас, Викентий. Вы открыли мне глаза! Теперь всё будет по-другому. Я к Вам загляну потом, когда всё получится. Обязательно. А сейчас мне надо бежать. Всего хорошего, - он выскочил на улицу, не обращая внимания на дождь.
- Всего хорошего, - эхом отозвался я, глядя на закрывающуюся дверь за сегодняшним клиентом. Я прекрасно знал, что прийти ещё раз к нам у него не получится. Он либо забудет об этом месте, либо у него будут постоянно появляться более важные дела. Не важно что, главное, что ни один клиент больше никогда к нам не возвращался. Кроме Айрис. Я посмотрел, как она убирает со стола посуду и остатки торта и вспомнил нашу первую встречу.
Я тогда учился в Техническом Университете, когда мои родители попали в аварию, оставив мне неприлично большое состояние. Я бросил учёбу и решил посвятить себя делу, которое мне нравилось больше, чем руководить корпорацией. Я открыл маленькую фирму. Нашёл помещение не совсем в центре города, но и не на окраине. Сделал в нём ремонт, не как полагается, а как мне хотелось. Дал в газету объявление: «Агентство «Поворот». Находим потерянное. Ул. Тенистая,17. Тел:…»
За первый месяц работы ко мне обращались пару раз: один раз с просьбой найти зонтик, а второй забытую в такси сумочку. Но однажды колокольчик звякнул, оповещая о посетителе. Я выглянул из своего кабинета и увидел беловолосую девушку лет двадцати в светлом платье и с радужными глазами. Радужка её глаз, действительно, переливалась всеми цветами радуги. Я стоял, разинув рот. Она тоже молчала, разглядывая обстановку.
- Здравствуйте, - наконец встряхнулся я, - Вы по объявлению? Вам что-то нужно найти? Меня зовут Викентий Аргус, а Вас?
- Айрис Васпада, - представилась она и прошла прямо к дивану, как будто она здесь уже бывала не один раз. – Я потеряла кулон с прозрачным камнем. Он дорог мне как память о моей бабушке. Вы же сможете его найти?
- Хотите кофе? – не ожидал сам от себя. – Со сливками и сахаром?
- Да, пожалуй, - она склонила голову в раздумье. Часы пробили полдень.
- Айрис, мне нужна от вас информация, - спрашивал я из кухни, заваривая кофе. – Где Вы последний раз видели кулон? Кто ещё знает о нём? Где Вы его обычно храните?
- Последний раз я его надевала неделю назад на корпоратив. О нём знают все мои коллеги. Обычно я его не снимаю, - чётко, по-деловому отчиталась Айрис и приняла у меня чашку с кофе.
- Искали? Дома? На работе? Кстати, а где Вы работаете?
- Администратор в «Королевстве».
- О, лучшая гостиница в городе, - хмыкнул я. Промелькнула мысль: «А может пригласить на свидание?» - А корпоратив где был?
- В ресторане гостиницы, - Айрис отпила кофе, удовлетворённо кивнула и посмотрела мне прямо в глаза. – Так Вы поможете найти кулон?
Я задумался, постукивая пальцами по столу. Чутьё говорило, что кулон либо дома, либо в ресторане. Дело, в общем, ерундовое. Только мне ужасно не хотелось расставаться с Айрис. Было в ней что-то такое, необъяснимое, загадочное. Тогда я подумал, что это гормоны и твёрдо решил пригласить её на свидание, когда закончим дело.
- Ну что ж, - я поднялся, - пойдёмте.
- Куда? – она поставила пустую чашку на стол и встала.
- Как куда? К Вам домой, - я смотрел на её реакцию. Ни один мускул не дрогнул на её лице. «Вот это выдержка!» - думал я. «Хотя, чего это я. Она же администратор гостиницы, ей и не такие предложения поступали».
- Я там всё обыскала, - твёрдо сказала девушка. – Но, если Вы хотите, можете сами посмотреть. И да, спасибо за кофе.
Она направилась к выходу, а я пошёл вслед за ней, удивляясь, когда она умудрилась перехватить инициативу? Минут десять полёта на такси, и мы перед её высоткой. На лифте поднялись на этаж, и она впустила меня в небольшую уютную квартирку. Сам я никогда не любил квартиры. Слишком много соседей и очень шумно. Но тут дело вкуса и финансов. Окинув всё пространство гостиной взглядом, я заглянул в спальню. Потом направился на кухню и ванную. Айрис тенью ходила за мной, но никак не комментировала мои действия.
- У Вас есть фото кулона, чтобы я знал, что ищу? – я откровенно любовался Айрис.
- Да, вот, - она достала свой коммуникатор и включила голограмму с корпоратива. Она была в кремовом лёгком платье и на шее висела тонкая цепочка с полупрозрачным камнем без оправы.
- Всё понятно, - я решительно направился в спальню. На комоде стояла хрустальная статуэтка совы. А на шее у неё висела цепочка с прозрачным камнем.
- Этот? – я указал на статуэтку.
Айрис охнула, прикрыв рот рукой. Щёки её порозовели.
- Я же всё обыскала, - пожаловалась она. – Видимо пришла с корпоратива и машинально повесила на то, что под руку попалось и забыла.
- Бывает, - улыбался я.
- Сколько я Вам должна? – она полезла в коммуникатор, чтобы перевести деньги. Но я её остановил.
- Я принимаю плату не деньгами, - начал было я, но её помрачневшее лицо заставило меня поторопиться с объяснениями. – Мне нужна любая вещь, какая вам понравиться или попадётся под руку.
- Любая вещь, - быстро успокоившись, она оглянулась по сторонам. – Вот. Моя любимая книга, подойдёт?
Она протянула мне старинную книгу на бумаге в кожаном переплёте. Надо сказать, большая редкость, и стоит немеряно. Это же как дорог ей кулон, что она готова пожертвовать такой ценностью?
- Что Вы, - я реально замахал руками, - это же такая редкость. Можно просто заколку, камушек, чашку, любую мелочь.
Она внимательно посмотрела на меня и протянула мне книгу.
- Ещё одно условие, - тут уже мне стало неудобно, но я продолжил. – Вы должны взять книгу в руки и проговорить про себя, что Вы чувствуете, после того как нашёлся Ваш кулон. Книга станет Артефактом.
- Артефактом? – удивилась она, но прижала книгу к груди и закрыла глаза. Через пару минут она снова протянула мне книгу.
- Берите.
Я взял в руки книгу. Мощная волна знакомой энергии прокатилась по моему телу. Не заметил, как слёзы потекли из глаз, а сам я сел на ближайший стул, не в силах справиться с чувствами.
- Что с Вами? – Айрис кинулась ко мне и дотронулась до плеча. – Её глаза расширились от удивления, и она приземлилась на соседний стул.
- Всё в порядке, Айрис Васпада, - я уже пришёл в себя и быстро проанализировал ситуацию. – У меня к Вам предложение.
Девушка напряглась, но молча слушала меня.
- Не хотите работать в моей фирме?
- Что? Работать? – она откинулась на спинку и непонимающе смотрела на меня.
- Сколько Вы получаете в гостинице? – напирал я.
- У меня довольно большая зарплата… - она явно не хотела озвучивать цифру.
- Я буду платить Вам в два раза больше, - перебил я её.
- В два раза больше? - она недоверчиво покачала головой. – Боюсь, вы разоритесь на моей зарплате, если берёте оплату вещами.
- О, об этом не беспокойтесь, - я окончательно пришёл в себя, - мне принадлежит часть предприятий города, сеть магазинов, несколько заправок и так по мелочи…
Айрис надолго замолчала. Потом встала и подошла к сове. Надела кулон на шею и повернулась в мою сторону:
- Мне нужно подумать. Два дня.
- Хорошо, - кивнул я, - я работаю с девяти утра. Если решитесь, приходите прямо на работу через два дня. Ну, а если нет… Вы знаете мой номер.
На этот мы попрощались, и я покинул её квартиру. Через два дня Айрис переступила порог офиса и с тех пор она мой незаменимый партнёр. А её книга хранится в коллекции Артефактов под номером один. И я до сих пор не решился проверить, что же эта книга может.
Айрис подошла ко мне и протянула руку к зонту:
- Давай, чего застыл?
- А? Да так, - отмахнулся я. – Вот скажи мне, что за клиенты пошли. Я же сказал, чтобы приходил в одиннадцать, а он? Мы даже кофе попить не успели.
- Зато дело закончилось очень быстро, и никуда ехать не пришлось.
- Это верно. Ладно, сегодня поработали неплохо. Пойду поваляюсь в ванной. А вечером посмотрит, что за Артефакт нам оставили господин Ткачёв.
2. САТИ;
Лето в самом разгаре. Тротуары плавились от жары. Люди старались передвигаться только на такси с кондиционерами или сидеть в помещении. Этим утром я пришёл раньше Айрис. Кондиционеры работали, создавая комфортную температуру, поэтому утренний кофе никто отменять не будет. Я включил кофемашину и пошёл в кабинет. Покормив Росянку, я пошёл разливать кофе по чашкам, но зацепился взглядом за своё отражение. Сегодня даже я изменил своим правилам и надел светлую бирюзовую рубашку и кремовые брюки. Красный камень блеснул на моей груди. Дотронулся до него просто по привычке, пытаясь вспомнить хоть что-то из своего детства. Хотя бы откуда у меня появился этот кулон. Но, как всегда один серый туман.
Колокольчик на двери звякнул, выдернув меня в реальность.
- Викентий, - крикнула с порога Айрис, - выходи, я мороженое принесла. Давай, пока не растаяло.
- Кофе уже готов, - вышел я из кабинета. Почему Айрис всегда у меня вызывает улыбку?
Мы устроились на высоких табуретах на кухне. Я налил нам по чашечке кофе, Айрис разложила по креманкам мороженное.
- Айрис, всё-таки скажи, почему ты решила прийти ко мне работать? Сколько лет спрашиваю, столько ты отмахиваешься.
- Я думаю, ты и так знаешь, - Айрис сверкнула своими радужными глазами из-за чашки.
- И всё-таки, хочу услышать от тебя, чтобы наконец-то закрыть этот вопрос. Иначе мне придётся спрашивать тебя до самого конца.
- Чьего конца?
- Нашего, Айрис, нашего, - я допил свой кофе и потянулся за добавкой. – Потому что, когда мы закончимся, всё и так станет понятно.
- Ладно, давай закроем тему, - Айрис протянула мне пустую чашку, и я налил ей ещё кофе. – Всё это время я отнекивалась, не потому что не хотела говорить на эту тему. А просто не знала, как сказать. Сейчас попробую сформулировать.
Айрис молча пила кофе с мороженым и формулировала. А я сидел и думал «Мне так повезло встретить её, или это было предрешено изначально?»
- Просто, когда я потеряла кулон, я никогда бы не стала ни к кому обращаться за помощью. Не такая уж проблема, поискала бы сама. Если бы не нашла, в конце концов, смирилась бы с потерей. И не такое теряла по жизни.
Тень пробежала по её лицу, камень на мгновение стал мутным.
- Но через неделю поисков, когда я готова была уже всё бросить, мне на глаза попалась газета с твоим объявлением. Какой-то постоялец оставил у меня на стойке. У меня возникло непреодолимое желание позвонить. Зачем, я сама не поняла. А когда я до тебя дотронулась… там в квартире… - Она резко подняла голову и посмотрела мне в глаза, - я почувствовала что-то непонятное, но такое сильное, что ноги подкосились. И я точно знала, что ты почувствовал что-то похожее. Мне надо было подумать, разобраться во всём этом. Через два дня я пришла к тебе, так ничего и не поняв. Но почувствовала, что так будет правильно. Мне необходимо быть рядом с тобой.
Она опять отвела взгляд, рассматривая кофейную гущу в своей чашке.
- Не поверишь, прошло столько лет, а я так и не разобралась…
- Поверю, - тихо сказал я. – Ты всё правильно сказала. У нас с тобой необъяснимая, практически магическая связь, которую я тоже объяснить не могу. Поэтому и спрашивал тебя всё это время. Вдруг ты работаешь тут вопреки своим желаниям, просто потому что обещала. Теперь я спокоен. Мы просто привязаны друг к другу магически или как-то ещё. Со временем вместе разберёмся.
Айрис кивнула и пошла мыть посуду.
- Чем сегодня займёмся? – спросил я. – Записи ведь не было?
- Не было, - подтвердила Айрис и пошла кормить своих гипнотических рыбок. – У меня-то есть чем заняться, а ты может уже наконец-то разберёшься с Артефактом №1?
- Хочешь открою страшную тайну? – я наклонился к её уху и прошептал, - Я боюсь.
- До сих пор? – Айрис с укором посмотрела на меня и включила свой компьютер. – А если это поможет тебе вспомнить твоё прошлое?
- Этого то и боюсь, - нахмурился я и направился было в кабинет, но колокольчик известил нас о прибытии нового клиента.
Мы с Айрис застыли на месте, рассматривая женщину лет тридцати очень экзотической наружности. Индианка. Просто символ всех индийских женщин и стереотипное представление о ярких одеждах, множестве украшений и рисунках не теле.
- Намасте;, - женщина сложила руки в традиционном индийском приветствии и слегка наклонила голову. Затем начала оглядываться. Взгляд у неё был удивлённый, как будто она открывала дверь в одном месте, а шагнув за порог, оказалась в другом.
Первой пришла в себя Айрис. Вот что значит опыт гостиничного администратора.
- Приветствую Вас. Агентство «Поворот» к вашим услугам. Мы поможем найти то, что Вы потеряли. Меня зовут Айрис.
- Добрый день, я Викентий, - представился наконец-то и я, - проходите сюда на диван.
Женщина наконец-то решилась и села на краешек дивана. Айрис тут же бросилась на кухню и через минуту перед индианкой стоял запотевший стакан с фруктовым коктейлем.
- Дханьявадах, манье, - женщина опять сложила руки и поклонилась. Потом осторожно взяла стакан и с жадностью принялась пить прохладную жидкость.
- Санскрит? – я удивлённо посмотрел на женщину, потом на Айрис, ища у неё подтверждения.
Айрис кивнула и принесла целый кувшин напитка и два стакана для нас. Мы все расселись вокруг столика, и я заговорил:
- Вы меня понимаете?
Женщина кивнула.
- Скажите, как Вас называть?
- Сунита Даси, - ответила женщина. – Я не понимаю, как здесь оказалась. Мой муж недавно умер. И моя свекровь, и другие родственники мужа заперли меня в доме. Они хотели провести ритуал сати;…
- Так, подождите, как заперли в доме? Зачем? – возмутилась Айрис и налила Суните ещё коктейль.
- Чтобы я не сбежала, - женщина сидела как неживая. Её измождённое лицо и обречённость во взгляде сильно контрастировала с её ярким свадебным нарядом.
- А Вы хотите сбежать? – я не понимал, что вообще происходит и откуда взялась это женщина.
- Мне некуда бежать, - тихо проговорила Сунита и опустила голову.
- Так, я ничего не понимаю, - тряхнула головой Айрис. – У Вас умер муж, Вам надо его похоронить. Родственники мужа решили провести ритуал, как Вы его назвали?
- Сати, - Сунита начала тихо всхлипывать.
- Что за ритуал? Похоронный? – я понимал, что женщине нужно как-то помочь, но для этого нужно хотя бы понимать, что у неё за проблема.
- Я не знаю куда я попала, но полагаю вы не знакомы с нашими ритуалами, - Сунита заговорила монотонно. – Ритуал сати заключается в том, что я должна взойти на погребальный костёр мужа и сгореть с ним вместе. Это мой долг жены. Но у меня не хватает смелости.
- Что? Сжечь себя заживо? – прошипела Айрис, глядя на нашу гостью расширившимися глазами. – Это что за долг такой? А уйти назад к родителям?
- Это невозможно, - Сунита покачала головой. – В день свадьбы родители простились со мной навсегда. Для них я уже давно мертва.
- Что это за общество такое? – возмутился я. – Что за порядки? Вы же ещё молодая женщина, можете выйти замуж второй раз.
Сунита покачала головой.
- В нашем обществе это не принято. У нас девочка с рождения принадлежит мужчине. Сначала отцу, потом мужу. Если у неё родится сын, то после смерти мужа, она будет принадлежать своему сыну…
- Что за бред? – не выдержал я, стукнув кулаком по колену. – Как такое возможно? Вы же не скотина какая, Вы же человек, Сунита!
- Вы ошибаетесь, - Сунита грустно вздохнула и подняла на меня свои большие тёмные глаза, полные слёз. – У нас больше ценится корова, чем женщина. Мне не повезло, у меня нет сына. Поэтому мне предстоит себя сжечь.
Мы с Айрис молчали, ошарашенные таким укладом жизни. О чём-то подобном нам рассказывали в университете на уроках древней истории. Но чтобы сейчас встретить такое в нашем мегаполисе, полный бред.
- А где ты живёте, Сунита? – спросил я, начиная что-то подозревать.
- В Айодхье. У нас женщина после смерти мужа - ничто. Даже если она была царицей.
Мы с Айрис переглянулись.
- Так что ты хочешь найти? – я уже понял в чём проблема этой женщины. Осталось только подвести её саму к пониманию.
- Мне нужна смелость, чтобы выполнить свой долг. А я боюсь огня.
- А кто тебе сказал, что твой долг именно умереть? Может быть у тебя другой долг?
- Я дочь брахмана. Мне с детства внушали какой я должна быть. И я чувствовала своё несовершенство, потому что я не идеальная дочь, не идеальная жена.
- А тебе никто не говорил, что идеального в этом мире не существует?
- Я знаю, - Сунита уверенно посмотрела на меня. – Но бог нам всем велел стремиться к идеалу. Если я выполню свой долг идеальной жены, моя карма очиститься, и я смогу родиться мужчиной в следующей жизни.
Айрис подавилась коктейлем и закашлялась.
- Мужчиной? Зачем? Тебе не нравиться быть женщиной?
- Женщины нечисты по природе своей, - опустив глаза проговорила Сунита, явно повторяя чьи-то слова. – Если буду стараться в этой жизни, то в следующей смогу делать то, что мне нравиться.
- То есть, когда ты родишься мужчиной, то будешь также унижать женщин? Этого ты хочешь? – возмутилась Айрис.
Сунита задумалась. Медленно покачала головой:
- Я не хочу этого.
- Мне тоже с детства внушали, что женщина – это человек второго сорта. Что нам многое недоступно, что мы глупее, слабее. Что мы годимся только скрашивать жизнь мужчины и рожать. В чём-то они правы, но то что мы глупее и годны только чтобы рожать, тут я не согласна. Встречала я мужчин намного глупее меня!
- Но, мужчины, действительно сильнее, - возразила Сунита.
- Только физически, - отмахнулась Айрис, - да и то не все. Зато мы выносливее. Вот какой мужчина сможет с ребёнком, привязанным к спине весь день трудится на полях, готовить еду, стирать, собирать хворост?
Сунита горько усмехнулась:
- Да, женщины работают большое, чем скотина. Скотину берегут, а нас не жалко.
Женщины замолчали каждая о своём, а я решил продолжить:
- Сунита, вот скажи. Многие люди помнят то, что они обещали себе в прошлой жизни? – я понимал, что нужно осторожно задавать вопросы. Чуть пережмёшь, и она закроется, чуть не дожмёшь, и она не поймёт.
- Не встречала ни одного, - Сунита уверенно покачала головой.
- Тогда как ты можешь быть уверена, что, родившись мужчиной в следующей жизни и получив классическое воспитание в древних традициях, ты не захочешь отправить свою невестку на костёр, вслед за умершим сыном?
Сунита в ужасе посмотрела на меня и закрыла рот обеими руками. Казалось она пытается удержать внутри крик отчаяния.
Айрис с укором посмотрела на меня. Её взгляд говорил: «Ну что разрушил мир этой бедной женщины?»
- А ещё, будучи мужчиной, ты будешь иметь полное право бить жену, и относится к ней хуже, чем к корове, - я рушил последние стены мировоззрения Суниты. Но как строить новое, когда для него нет места?
По щекам Суниты текли слёзы. она так и закрывала рот руками, не разрешая себе иметь собственное мнение.
- Принеси, пожалуйста, зонт, - прошептал я на ухо Айрис, и она бесшумно удалилась.
- Сунита, - я включил всё своё обаяние, чтобы женщина услышала меня сквозь свою боль, - подумай, а что можно сделать сейчас? Не дожидаясь, когда ты родишься мужчиной? Как женщина, что ты можешь сделать?
Айрис также неслышно сунула мне в руки зонт и села на своё место. Я раскрыл его, большой прозрачный, и дал в руки женщине. Там машинально взяла и съёжилась, пытаясь спрятаться под зонтом целиком.
- Скажи, Сунита, у вас в городе есть вдовы, которые не умерли после смерти мужа?
- Есть.
- И как они живут, что делают?
- Кому повезло иметь детей, они живут в семье мужа и растят их. А у кого нет… Некоторые уходят в ашрамы… - лицо Суниты начало светлеть от понимания, что необязательно умирать. И у неё есть выход.
- А ты раньше бывала в каком-нибудь ашраме?
- Да, мы с отцом и братом ездили в Ашрам риши Вальмики, - на лице Суниты появилась лёгкая мечтательность. – Мне там очень понравилась. И я там видела много женщин, которых отвергло общество. И вдов тоже. Так значит…
Сунита посмотрела на зонт, потом на меня. В её глазах мелькнула надежда - и сразу угасла.
- Но я не могу просто уйти. Моя свекровь найдёт меня. Она скажет, что я опозорила семью. В ашраме меня примут, но я буду знать, что я - та, кто не смогла выполнить долг. Это будет хуже, чем смерть.
- По крайней мере это будет. А смерть заберет всё, и плохое, и хорошее.
Зонт над Сунитой начал переливаться радугой. Женщина посмотрела на верх и улыбнулась. Расправила плечи и облегчённо выдохнула. Я улыбнулся Суните. Кажется, мне удалось достучаться до неё. Не без помощи зонта озарения, конечно. Но кто я такой, чтобы не воспользоваться Артефактом, если есть такая возможность?
- Я всё поняла, - Сунита улыбнулась и протянула мне зонт. – Могу я прямо отсюда попасть в Ашрам риши Вальмики?
- Почему нет? – пожал я плечами. – Думаю, если захочешь, шагнув через порог окажешься прямо там.
- Чем я могу отблагодарить вас? – Сунита светилась решимостью.
- Вы должны дать нам какую-то вещь, но сначала проговорить свои чувства, держа её в руках. Эта вещь станет Артефактом, который возможно поможет кому-нибудь ещё принять правильное решение.
Сунита не задумываясь сняла с шеи мангал-сутру, брачное ожерелье, зажала его в руках и зажмурилась. Когда женщина протянула ожерелье, оно издавало голубоватое свечение. Первый раз такое вижу. Вот это, наверное, мощный Артефакт получился!
- Дханьявадах, пралайянта, - сказала Сунита, сложив руки в приветственном жесте и поклонившись чуть ниже, необходимого.
Затем она развернулась, открыла двери и решительно шагнула. Я лишь краем глаза заметил много зелени и вдалеке яркие постройки ашрама. Дверь закрылась, звякнув колокольчиком и мы остались в тишине. За окном пролетел полицейский дрон с синей мигалкой.
- Что это было? – спросила Айрис.
- А ты не поняла? Это был персонаж из индийского эпоса. Представляешь какой это Артефакт? – Я показал светящееся ожерелье.
- Из эпоса? – глаза Айрис опять расширились и засверкали радугой. – Как это возможно? Она же была живая… Коктейль вон пила…
- А ты разве не помнишь? Года три назад к нам приходил персонаж книги. Какой-то путешественник, потерявший дорогу к дому.
- Помню, - кивнула Айрис. – Но тогда я не очень вникала, ты сам разобрался. А из эпоса у нас первый раз, - задумалась Айрис и пошла прибрать со стола.
А я понёс оба Артефакта в кладовку. Разбираясь с Артефактами, я думал о Суните, о жизни вообще и о себе. Кто я на самом деле? Я не помню своего детства, и боюсь его вспоминать. Может там ничего особенного, просто мальчик, который потерял память. А может оказаться, что я тоже персонаж какой-нибудь книги. Вышел в этот мир зачем-то и так и остался здесь. И кто такая Айрис. И почему нас так тянет друг к другу? Столько вопросов.
Айрис, - я вышел в приёмную. Она уже сидела за компьютером и что-то вдохновенно записывала, - Я ты хотела бы знать кто ты на самом деле?
- Что? – она оторвалась от своего занятия, пытаясь вернуться в реальность и понять о чём её спрашивают.
- Ну, ты хотела бы знать, кто ты на самом деле? Или откуда?
- Всё, что я знаю о себе, так это то, что меня подкинули к дому малютки. Так что я росла среди патриархальных стереотипов и до определённого времени считала себя второсортной.
- И что заставило тебя изменить мнение о себе? – я пристроился в кресло для посетителей.
- Ты, - просто сказала она и посмотрела мне в глаза. – Ты всегда относился ко мне как к равной. И, со временем, я тоже стала относиться к себе как к равной. Рядом с тобой я осознала, что человек не должен зависеть ни от каких ярлыков. Человек сам волен решать кто он. Ограничен он может быть только своими способностями.
- А что ты пишешь? – я решил сменить тему, а на досуге обдумать слова Айрис.
- Рассказы.
- О чём?
- Обо всём, что меня вдохновляет. Вот, например, Сунита. Мне захотелось о ней написать…
- Дашь почитать?
Айрис помолчала, раздумывая, но потом кивнула. Она полезла в ящик стола, достала флешку в виде рыбки и воткнула в разъём компьютера. Через минуту она протянула мне флешку и сказала:
- Не суди строго, я не писательница. Это просто мои чувства и мысли, которые требовали выхода.
- Спасибо за доверие, - я взял флешку и спрятал в карман. – А мы сегодня обедать будем? Хочешь сходим в кафе? Или закажем доставку?
- Давай закажем что-нибудь из индийской кухни…
- Хорошо, - я прекрасно понял её желание. Она погрузилась в мир индийской сказки. А экзотическая еда как нельзя лучше помогала почувствовать себя причастной к чему-то загадочному.
Я включил свой коммуникатор и принялся листать списки кафе, где моно заказать индийскую еду. Часы пробили двенадцать. Оказалось, такое кафе найти не просто. Есть только два на весь город. Но в одном нет доставки. Так что я заказал всего понемногу. Обещали доставить в течение получаса. И, пока Айрис продолжала выплёскивать свои мысли на «бумагу», я пошёл в ванную. После каждого клиента мне просто необходимо смыть с себя что-то, я даже не знаю, как это назвать. Следы общения с чуждой энергетикой, или усталость от применения магии, или постои чистить разум водой, чтобы быть готовым принять следующего клиента.
Вышел я из ванной, посвежевший, благоухающий ароматами трав, и слегка проголодавшийся. В это время к двери как раз подлетел дрон-доставщик. Я открыл дверь, взял пакет, и дрон резко взмыл в небо.
- Айрис, пошли кушать, - проходя мимо неё я помахал пакетом, из которого распространялся одуряющий запах масла гхи и специй.
Через пять минут мы уже дегустировали блюда, делясь впечатлениями. Конец обеда ознаменовался зелёным чаем с ладду.
- Кстати, пока ты плескался, нам звонили из администрации. Обещали на днях проверку.
- Чего они хотят проверять на этот раз? – поморщился я.
- Полагаю, они хотят проверить какие ещё у тебя появились Артефакты за это время. Возможно даже кое-что прибрать, как «особо опасные».
- Хм, пусть приходят. Ничего опасного у нас нет. А если не успокоятся, придётся показать наш охранный Артефакт в действии ещё раз.
Айрис улыбнулась. А я вспомнил, как пять лет назад к нам приходили проверять Артефакты. Увидев нашу коллекцию, у инспектора загорелись глазки, и он захотел прибрать себе если не все, то многие из них. Он начал составлять акт, вписывая туда якобы опасные Артефакты. Тогда я решил первый раз испытать Артефакт, оставленный последним клиентом. Это была ароматическая лампа. Я зажёг её и стал ждать. Инспектор сначала принюхался, поморщился, потом чихнул и начал озираться по сторонам. Через несколько минут он начал судорожно чесаться, крутясь по кругу. А ещё через пять минут таких плясок, он схватил свой портфель с недописанным актом и, ни слова не сказав, выскочил на улицу. Я наблюдал за ним сквозь окно. Там он сразу прекратил чесаться и удивлённо ощупывал себя. Потом развернулся, чтобы зайти снова к нам, но у двери остановился и задумался. Постояв так ещё минут пять, он просто махнул рукой и сел в такси, спустившееся с крыши нашей высотки, где была организована временная стоянка.
- Было вкусно, хотя и не привычно, - отметила Айрис, собирая контейнеры из-под еды.
- А мне понравился бирьани, хоть и с курицей. Да и ладду можно иногда заказывать. Слушай, можно вообще ввести традицию заказывать раз в месяц блюда разной кухни, - меня понесло.
- Зачем? – Айрис устало посмотрела на меня. – Любая традиция – это своего рода насилие над сущим. Ты сам всегда об этом говорил. Представь, что каждое 14 число месяца мы будем заказывать бирьяни и ладду. А если в этот день мне захочется борща и голубцов? Либо насиловать себя в угоду традиции, либо нарушать традицию. Да что я тебе объясняю основы, которым научилась от тебя!
Под конец Айрис даже немного вспылила.
- А мне нравится, когда ты злишься, ты такая очаровашка, - хихикнул я.
- Ты, случайно, не заболел? – Айрис насторожилась. – Это на тебя не похоже… А может ты использовал какой-нибудь Артефакт? Или на тебя так специи влияют?
- Не знаю, - я легкомысленно пожал плечами. – Чем займёмся?
- Над зарегистрировать нашу клиентку и её Артефакт, - серьёзно сказала Айрис и пошла к компьютеру.
- Что писать в графе возраст?
- Пиши тридцать, - отмахнулся я и направился в кладовку. – Приходи Артефакт проверять.
Когда Айрис с планшетом пришла, я взял в руки ожерелье и расфокусировал зрение.
- Пиши. Артефакт мангал-сутра, временно убирает страх смерти. Даёт силу сказать «нет». Пока всё.
- Так, номер одна тысяча сто двадцать второй.
Я написал на бирке номер и положил на полку.
- Какие ещё не проверены?
- Пятьдесят седьмой, сто девяносто первый, триста девятый…
- Стоп, стоп, стоп, я столько сразу не осилю. Давай пятьдесят седьмой проверим.
Я достал с полки Артефакт пятьдесят семь, который оказался дудочкой. Я опять расфокусировал зрение и начал диктовать:
- Пиши. Артефакт дудочка настроения. Может подавлять тревогу, делает слова убедительными. На сегодня с Артефактами всё.
Айрис убрала планшет в стол и задумчиво уставилась на рыбок.
- Скажи, Викентий, а зачем мы всё то делаем? Мы даже не зарабатываем. Просто помогаем людям, и не только. Это какая-то благотворительность…
- Не знаю как ты, я просто не могу не делать этого, - серьёзно сказал я. – Как бы цинично это не звучало, но я вздохнул с облегчением, когда погибли мои родители. Мне не надо было оправдывать их ожидания и делать то, что делают благовоспитанные юноши. Я мог наконец-то применить свой дар по назначению.
- Дар находить?
- Если очень просто, то да. Родители хотели видеть меня директором логистической компании. А поиск оставить как хобби, в свободное время. А где ты видела хоть одного директора, у которого есть свободное время?
- А ты любил своих родителей? - Айрис заинтересованно посмотрела на меня.
- А должен был? – ответил я вопросом на вопрос.
- Ну, это считается хорошо, когда родственники любят друг друга…
- Очередной догмат и насилие, - отрезал я. – Родители – это по сути незнакомцы, с которыми меня вынуждаю жить, потому что они меня родили. А если они мне не нравятся как люди? А если у нас с ними несовместимость? Если я не могу им доверять, потому что они не один раз меня обманывали? Вот, скажи, Айрис, человек, который раз за разом тебя обманывает. По мелочам, ничего особенного. Ты можешь быть в нём уверена? Ты будешь ему доверять?
- Нет, - Айрис покачала головой. – Я с таким общаться не буду, это точно.
- А нам говорят, вы должны, потому что это ваши родители! А ещё меня умиляет лозунг: «Берите пример со старших!» Если старшие тебе постоянно врут. По традициям я должен брать с них пример и тоже врать? Но если это противоречит моим принципам?
- Тут ты прав, - складка между бровей Айрис стала заметнее. Сейчас она выглядела на свои сорок, а кулон слегка потемнел.
- А ещё ты спрашиваешь, любил я своих родителей? Вот ты мне скажи, что такое ты имеешь в виду, когда говоришь «люблю»? Можешь сразу не отвечать. Я думал над этим вопросом полтора года, прежде чем пришёл к определённым выводам. Так что, если будет настроение, подумай, - я чувствовал, что меня колотит мелкая дрожь. Почему меня так задели слова Айрис? Вроде я всё это переболел уже давно.
- Давай закроемся пораньше, я пойду домой, - бросил я находу. Первый раз за всё наше многолетнее знакомство, я убежал из офиса раньше времени и в расстроенных чувствах. Моего такси ещё не было, и я просто быстрым шагом пошёл в сторону дома, пытаясь хоть немного унять дрожь. Перед глазами стояло напуганное и удивлённое лицо Айрис. Кажется, в тот момент она смотрелась совсем старой из-за своих белых волос. Я проклинал себя за то, что не сдержался, за то, что позволил втянуть себя в этот неприятный для меня разговор. Но, что сделано, то сделано. Завтра пойду извиняться. А сейчас, главное без проблем добраться до дома.
Два часа ходьбы очень хорошо прочищает голову. Проверил на себе этим вечером. А ещё я жутко проголодался. И ноги мои, не привыкшие к таким нагрузкам, решили подать в отставку. Хлопнув рукой по электронно-магическому замку, я зашёл в прихожую и тут же сполз на пол, не в силах больше стоять. Скинул неудобные туфли и швырнул их роботу-дворецкому:
- Выброси.
Огоньки-глаза дворецкого мигнули, и он поехал к мусорному баку, держа рукой-клешнёй мои истрёпанные ботинки.
- Что подать на ужин? - спросил дворецкий механическим голосом. – Бефстроганов с рисом, запечённый лосось с картошкой, лазанья или суп-пюре из шампиньонов? На десерт фруктовый салат со взбитыми сливками.
Я с трудом понялся на ноги и побрёл в гостиную, где дворецкий уже накрывал к ужину.
- Давай суп и лазанью, - я устроился на диване у журнального столика, где любил ужинать под новости или какую-нибудь передачу и включил телевизор. – И не забудь десерт.
Дворецкий уже привёз столик с ужином, а по телевизору как раз показывали видео снятое дронами о том, как хорошо горит один из моих заводов. Я тут же набрал на коммуникаторе номер директора завода.
- Алло, господин Аргус! – голос директора дрожал.
- Скажи мне, Николас, почему я узнаю о пожаре на моём заводе из новостей по телевизору, а не от тебя?
- Я не успел сообщить Вам, я пытался спасти хоть что-то…
- Ты пытался сам тушить пожар? – раздражение, рождённое ситуацией, нарастало с каждой секундой.
- Я?.. нет… я руководил… Там, понимаете…
- Завтра к утру мне полный отчёт об убытках, - я выключил коммуникатор. Ещё немного, и я бы запустил что-нибудь тяжёлое в телевизор.
- Включи спокойную музыку, - попросил я своего дворецкого и принялся за ужин.
Умный дом, понял моё состояние и приглушил свет. Лёгкие джазовые композиции, огонь, потрескивающий в камине, бокал вина и хорошая еда, сделали своё дело. Я понемногу успокоился. Проблемы с заводом я сразу же выкинул из головы. В конце концов он застрахован. А вот лицо Айрис стояло у меня перед глазами, и я всё больше чувствовал вину перед ней. Зачем сорвался? Чем она виновата в моих проблемах с родителями? Нет, до завтра я сам себя съем.
- Алло, Викентий? – Я услышал удивлённый голос Айрис в коммуникаторе. – С тобой всё в порядке?
- Извини, Айрис, я на тебя сорвался. Я не должен был.
Повисла тишина, потом Айрис заговорила:
- Да, не должен был. Но я тебя понимаю. Так что, как говорил один умный человек: «В любом конфликте виноваты оба». Если бы я не задала тот вопрос про родителей, ты бы не сорвался. Но, с другой стороны, это даже хорошо, что сорвался. Теперь понятно, что родителей ты так и не простил. Есть над чем работать.
- Да, спасибо тебе, что помогаешь держать себя в руках и не разнести этот мир в клочья.
- А ты можешь? – удивилась Айрис.
- Честно, не пробовал, - не заметил, как улыбка вернулась ко мне.
- Вот и не надо. Нам ещё есть чем заняться. Спокойной ночи, Викентий.
- Спокойной ночи, Айрис.
- Не смей больше кричать на Айрис! - я дал сам себе подзатыльник и взвыл от боли.
3. КАРАНДАШ
На следующий день я был на работе задолго до открытия и жаловался Росянке на жизнь, скармливая ей мух. Я сидел на подоконнике своего кабинета и смотрел на пролетающие мимо такси, дронов–доставщиков, редких пешеходов. Вечные сумерки, прохлада и запах цитрусовых в моём кабинете всегда успокаивали меня. Серый комбинезон и высокие сапоги на шнуровке, как нельзя соответствовали моему не очень радужному настроению.
Дверной колокольчик отвлёк меня от тяжёлых мыслей, и я отправился встречать Айрис. Сегодня на ней было тёмно-синее платье, а глаза не сверкали радугой, а были спокойного голубого цвета. «Хорошо же я подпортил всем настроение!» - подумал я, а вслух сказал:
- Доброе утро, Айрис. Как настроение?
- Доброе, Викентий. Настроение так себе. Могло быть и получше.
Она прошла сразу на кухню и начала греметь чашками. Зажужжала кофемашина.
«Кофе!» - я хлопнул себя по лбу и поспешил на кухню. Кофемашина уже урчала, а на столе красовалось большое блюдо с пирожками. Айрис редко пекла пирожки. Только когда её что-то сильно беспокоит, чтобы занять руки и голову.
- Айрис, я свинья. Я испортил тебе настроение вчера, извини ещё раз, - я попытался улыбнуться, но вышло как-то криво.
- Хватит извиняться, Викентий, - она строго посмотрела на меня. – Тут дело не только в твоей несдержанности и моих неуместных вопросах. Просто у меня начались проблемы с жильём.
- А что случилось? – я налил нам кофе и поставил чашку перед Айрис.
- Мне утром прислали на коммуникатор сообщение. Дали неделю, чтобы съехать из квартиры. А где за неделю найти приличное жильё, да ещё и близко от офиса?
- Почему съехать?
- Дом признали аварийным… Что-то там с магическим контуром, я не поняла. Короче, сказали, что его будут сносить и строить новый.
- Вас всех на улицу выставили? – удивился я.
- Не то чтобы на улицу, - Айрис допила кофе и протянула чашку. Я машинально налил её и себе и взял пирожок. – Выдали компенсацию… Можно пока пожить в гостинице…
- Зачем? Живи у меня. На работу будем вместе ездить, - у меня даже настроение улучшилось.
- У тебя? В доме? – Айрис задумалась, потом откусила от пирожка добрую половину и долго его жевала. – Если подумать, то за всё это время я не была у тебя ни разу. А дом большой?
- Достаточно большой, чтобы неделями не встречаться, если не захочешь, - рекламировал я свои хоромы. – Дом умный, оснащён всякой техникой. Познакомлю тебя с дворецким.
- Дворецкий? У тебя есть настоящий дворецкий?
- Да, последняя модель ZtP78-lux.
- О… - глаза Айрис сверкнули радугой. – Это же…
Дверной колокольчик не дал ей договорить.
- Кушай, это скорее всего ко мне, - я направился ко входу. На пороге топтался Ник с планшетом в руках. За окном маячило такси-автопилот. Директор явно не спал всю ночь. Всегда одетый с иголочки, с аккуратной причёской и в фирменных тонированных очках, сейчас он представлял из себя жалкое зрелище. Тёмные круги под глазами, осунувшееся лицо, костюм помят, волосы взлохмачены. Во мне даже колыхнулось что-то похожее на жалость.
- Ник, проходи в кабинет, - кивнул я директору и открыл двери, пропуская его внутрь.
- Господин Аргус, - сходу начал он тыкать пальцем в экран планшета, - по предварительным подсчётам: прямой ущерб, - директор сглотнул и поправил очки.
- Садись, - я кивнул на диван и налил ему воды, - и не тараторь.
- Да, господин Аргус, - Ник залпом осушил стакан и уткнулся в экран планшета. - Разрушена часть цеха изготовления процессоров, обрушилась кровля, повреждены стены и полы на площади около 127 м;. Уничтожена часть производственных линий, сгорели электрощиты и кабельные линии (около 700 метров проводов подлежат замене). Уничтожен запас комплектующих и частично готовая продукция на складе. Приблизительная сумма ущерба, - он достал большой клетчатый платок из кармана и вытер лоб, - около 120 миллионов тугриков.
Он покосился на пустой стакан, я налил ему ещё воды. Он выпил и, тяжело вздохнув, продолжил:
- Косвенный ущерб, такой как недополученная прибыль из-за постоя ориентировочно 7–10 суток, зарплата персоналу, средства на тушение: расход пенообразователя и воды за 4 часа тушения, износ пожарной техники, топливо для машин - около 3,2 миллионов тугриков.
Он замолчал и уставился на меня, ожидая моей реакции. Я прикинул, что эта сумма скорее всего удвоится, а то и утроится. Значит убытков на 300 – 500 миллионов. Не смертельно, но неприятно.
- Что ж. Мне нужны будут точные цифры убытков, план восстановления, логистика по поставкам и, самое главное, причина пожара. Я не тороплю, но мне нужна информация как можно быстрее.
- Всё понял, господин Аргус, - Ник опять вытер вспотевший лоб и поправил очки. – Могу извещать Вас о ходе расследования каждый день.
- Не надо каждый день. Только когда будет важная информация. Свободен.
- Всего хорошего, господин Аргус, - Ник подскочил с дивана и слегка дёрганной походкой направился к такси. Звякнул колокольчик. Дверь закрылась. В помещении опять воцарились тишина и умиротворение.
- Кто это был? – Айрис зашла ко мне в кабинет и села в кресло, всем своим видом показывая, что не уйдёт, пока не получит объяснения.
- Директор Логам-Тех. – Не хотел я посвящать Айрис в свои проблемы. – Ник Данмеер.
- А чего приходил? Клиент?
- Нет, - я поморщился, потом вздохнул, - вчера горел мой завод комплектующих к дронам. Он приходил отчитаться по ущербу.
- Ох, - Айрис схватилась за сердце, - а я тут со своими проблемами с квартирой… Ну, ничего себе! Это ж сколько денег!? А что говорят? Поджог или что?
- Да, не знаю, пока, - я отмахнулся, - будут расследовать. Дней через десять сообщат. Ты лучше скажи, есть на сегодня запись?
- Да, - Айрис встала, перекинула косу на спину и торжественно сообщила, - записался молодой человек, зовут Валентин Доро. Придёт сегодня после трёх часов. У нас ещё часа три до обеда, чем займёмся?
- Генеральной уборкой, - хмыкнул я и полез в кладовку за Артефактом чистоты. Помню как он у нас оказался. Где-то с полгода назад, приходила к нам бабушка в поисках своего здоровья. Мы ей помогли, и она оставила нам отличную метлу, которая и стала Артефактом чистоты. С тех пор генеральные уборки стали для нас одним удовольствием.
- Тогда я пойду писать рассказ, а ты развлекись.
Три часа пролетели незаметно и с пользой. Всё вокруг сияло чистотой. Мы обедали на кухне в ожидании клиента. Разговор не клеился. Каждый думал о своём. Часы пробили три. Мы не сговариваясь повернулись к двери, но там никого не было.
- Он и не обещал ровно в три, - Айрис пожала плечами, - он сказал после трёх.
- А я ничего и не говорю, - я тоже пожал плечами и уткнулся в планшет, чтобы почитать новости. Тиканье часов и клацанье по клавиатуре нарушало тишину офиса. Я прочитал всё, что представляло хоть какой-то интерес и поднялся, чтобы заварить чай. Колокольчик возвестил о прибытии клиента. Айрис тут же подскочила:
- Приветствуем Вас в агентстве «Поворот» …
Она осеклась на полуслове. У входа топтался мальчишка лет двенадцати, лопоухий, курносый и с веснушками. Правда безупречная школьная форма и идеальная стрижка выдавали статус его родителей как зажиточных горожан. В руках он держал сумку с учебниками.
- Здравствуйте, - мальчишка огляделся, потом остановил свой взгляд на Айрис. - Я записывался. Мне нужно найти карандаш. Вы поможете?
Он перевёл взгляд на меня.
- Меня зовут Валентин Доро. Мне двенадцать лет. Я учусь в школе КВАНТ.
- В смысле, в Клубе Высокого Анализа Национальных Технологий? – переспросила Айрис, занося данные в компьютер.
- Совершенно верно.
- Я Викентий Аргус. Так тебе нужно найти карандаш?
- Да.
- Тогда проходи в мой кабинет, присаживайся, - я кивнул Айрис, показывая, что в этот раз лучше ей не вмешиваться. Айрис слегка улыбнулась мне и опять принялась стучать по клавишам.
Валентин сел в кресло лицом к Росянке, с интересом разглядывая растение, ещё не до конца переварившее свой обильный завтрак. Я расположился напротив.
- Итак, - я разглядывал мальчугана, пытаясь понять шутит он или у него серьёзные проблемы. – Какой карандаш я должен найти? И не проще купить новый?
- Не проще, - Валентин покачал головой. – Этот карандаш мне подарил один художник. Позапрошлым летом я был на экскурсии в дендрарии и там встретил художника. Он рисовал такие чудесные картины… - лицо мальчика просветлело. – Пока вся наша группа ходила по парку, я разговаривал с Пьетро. Он даже дал мне порисовать. А потом разрешил оставить себе карандаш. Я первый раз в жизни почувствовал себя так странно и хорошо одновременно. Приехав домой я тут же рассказал отцу, что хочу рисовать. А он сказал, что раз у меня столько свободного времени, что я собираюсь тратить время на писульки, лучше дополнительно позаниматься математикой. С тех пор я рисовал украдкой по ночам. Прятал свои рисунки в тайнике. А отец нанял мне репетитора по математике.
Валентин с тоской посмотрел на Росянку, потом на зеркало, потом на меня. Его потухший взгляд говорил о том, что мальчик потерял что-то очень важное для него. И тогда я понял, что это не шутка.
- Было тяжело, я не высыпался, но я мог хоть ненадолго стать самим собой.
- А ты пробовал объяснить отцу?
- Конечно, не один раз. Но отец только ещё больше злился и говорил, чтобы я больше внимания уделял учёбе в школе.
- Как ты думаешь? Если отец разрешит тебе рисовать пол часа в день, это тебя устроит?
Валентин задумался. На его живом лице отражался весь ход мыслей.
- Наверное, это лучше, чем ничего. Нас учили в школе: если не получаешь, что хочешь, надо идти на компромисс.
- М-да, действительно, - я в задумчивости стучал пальцами по подлокотнику кресла. – Хорошо, скажи мне, Валентин, когда и где ты видел свой карандаш последний раз?
- Три дня назад я перед сном рисовал облака и птиц, утром пошёл в школу. Карандаш я всегда ношу с собой. Пришёл домой и карандаша уже не было. А Ваше растение реально питается насекомыми?
- Да, это Росянка, - я задумался, глядя на карандаш, торчащий из нагрудного кармана пиджака Валентина. – И с тех пор ты не можешь найти свой карандаш?
- Не могу, - буркнул он. – Вы поможете найти?
- Обязательно, - кивнул я, обдумывая как лучше объяснить мальчику, что карандаш он не терял. – Скажи, Валентин, как ты относишься к своему отцу?
- Я уважаю отца, - не задумываясь выпалил он. – Он дал мне жизнь и тратит на меня кучу денег.
- А ты задумывался зачем он это делает?
- Как это зачем? – мальчишка оторопело уставился на меня. – Потому что…
Я мог считать по его лицу всё что он думает. Двенадцать лет, тот возраст, когда человек если и одевает маску, то не часто. И ещё можно увидеть его истинное лицо. Мальчик думал. Я ему не мешал. Прошло минут десять, когда он наконец заговорил:
- Я не знаю почему…
- А отец тебе рассказывал о чём он мечтал в детстве?
- Да, как-то однажды он мне рассказал, что в детстве увлекался модельками роботов. Но его отец был против… - Валентин уставился на меня, опешивший от понимания. – Получается он мне мстит? За то, что ему не дали заниматься его любимым делом?
- Или он считает, что его отец был прав, запретив заниматься ерундой и заставив делать карьеру.
- Ерунда какая-то.
- А отец хоть раз говорил, что любит тебя?
- Никогда. Он прагматик. Он сам так говорит. У нас в семье нежности не приняты.
- А мама?
- А мама делает то, что скажет отец. Видимо поэтому он считает её хорошей.
- Значит твой отец хочет, чтобы ты тоже стал хорошим? Делал то, что он говорит. А как можно назвать того, кто делает то, что хочет кто-то. Как будто за ниточки дёргают.
- Марионетка? – мальчишка просиял, от того что смог ответить на вопрос. - Мы ходили в детстве на спектакль. Так куклы на верёвочках танцевали. А что, люди тоже бывают марионетками? – он нахмурился.
- Ещё как бывают, - мне нравился живой ум мальчишки. – А теперь расскажи, что для тебя карандаш?
Валентин опять надолго завис, уставившись в пространство невидящим взглядом. Да, с детьми работать с одной стороны сложно, а с другой они больше готовы к изменениям, чем закостеневшие взрослые. В приёмной часы пробили четыре.
- Я думаю, - осторожно начал Валентин, - карандаш – это моя свобода. Свобода от тех верёвочек, за которые дёргает кто-то. Получается без карандаша я как кукла, а с карандашом я – это я. Я что, потерял себя?
- Получается так, - я пожал плечами. – Но, не переживай, я помогу тебе найти то, что ты потерял. Давай, вставай.
- Зачем? – насторожился парень.
- Пойдём искать твой карандаш.
- А… А куда пойдём? В школу или домой?
Я подошёл к зеркальной двери в кладовую и поманил к себе парня. Валентин неуверенно подошёл и встал перед зеркалом.
- А теперь внимательно смотри, - сказал я и сделал шаг в сторону.
Валентин долго разглядывал своё отражение. Но вдруг радостный возглас нарушил тишину офиса.
- Вот же он! В кармане! – Валентин смеялся, крутя карандаш в руках. – Как же я его не увидел раньше? Вот это поворот!
Я ухмыльнулся. Зеркало тоже было Артефактом. Когда-то была у нас танцовщица, потерявшая своё вдохновение. Конечно же мы его нашли. И она оставила нам в качестве гонорара Зеркало Истины.
- Так вот какой я на самом деле… - парень жадно разглядывал своё отражение. Не папин сын, не ученик, а просто я – это Я. И я его не знаю…
Он ткнул пальцем в своё отражение.
- У тебя ещё будет много времени познакомиться с собой. И, главное, познакомить с собой окружающих тебя людей.
- Спасибо Вам, Викентий. Вы помогли мне найти карандаш, - он сжал карандаш в руке. – Мне сказали, что в качестве оплаты Вы берёте вещь. Я хотел бы отдать Вам мой счастливый карандаш.
- Ты уверен?
- Абсолютно, - Валентин протянул мне карандаш с золотистой аурой. – Спасибо Вам, большое. Я побегу знакомиться с отцом…
Валентин подхватил свою сумку и помчался на выход. Айрис с удивлением посмотрела ему вслед, но никак не прокомментировала.
- Хороший мальчишка, - я вышел в приёмную с карандашом в руке. – Я рад, что смог ему помочь.
- Так в итоге что он потерял? – Айрис с интересом рассматривала карандаш в моей руке.
- Себя.
- Да-а. Себя у нас ещё не теряли, - покачала головой Айрис и вытащила из ящика стола планшет. – Сразу зарегистрируем?
- Давай. – Я расфокусировал зрение и начал диктовать. – Может нарисовать портрет истинного Я. Показывает то, что человек уже имеет. Имеет свойство не заканчиваться и не теряться. Всё.
Я тряхнул головой, возвращаясь в реальность.
- Устроишь Артефакт на место? Я пока в ванной поплескаюсь.
- Не торопись, - Айрис взяла карандаш и принялась пристраивать к нему бирку с номером.
Выйдя из ванной, я застал Айрис задумчиво глядящую на причудливый танец радужных рыбок. Она подпёрла рукой подбородок и погрузилась в себя.
- Не хочешь сегодня уйти пораньше? Можем поужинать у меня дома, заодно и оценишь жильё?
- А? – Айрис вздрогнула, постепенно возвращаясь в реальность. – Да, конечно.
Она всё ещё была несколько рассеяна, так что я не мог не уточнить.
- Айрис, ты меня слышишь? Поедем ко мне, посмотришь потенциальное жильё?
- Да, поедем, - её взгляд сфокусировался окончательно, и она начала собирать сумку. – Только сразу предупреждаю, я ещё не согласилась. Просто посмотрю.
- Конечно, - выключил в офисе свет и пригласил Айрис на выход. Пришлось немного подождать такси с автопилотом. Всю дорогу мы молчали. Айрис с любопытством смотрела по сторонам. Подлетев к коттеджному посёлку, мы вышли из такси, и машина тут же взвилась в небо и направилась назад в центр мегаполиса.
- У тебя тут даже садик есть, - Айрис покачала головой то ли осуждая, то ли восторгаясь. Я так и не понял.
- Проходи, - я шлёпнул ладонью по панели доступа и двери бесшумно разъехались в стороны. – Можешь обувь оставить здесь, дворецкий потом почистит. На полу у меня везде мягкое покрытие и подогрев, так что ногам тепло и приятно. Я никогда не ношу тапочки.
Я скинул ботинки. Навстречу нам уже спешил мой дворецкий и привычным электронным голосом спросил:
- Добро пожаловать, господин Аргус. Как я могу обращаться к Вашей спутнице?
- Ничего себе, - Айрис скинула туфли и теперь как маленькая девочка восторженно смотрела на робота-дворецкого последней модели. – А как его зовут?
- Никак. Модель ZtP78-lux. Он же робот зачем ему имя? – не понял я.
- Те, действительно не понимаешь, - Айрис нагнулась к роботу. – Меня зовут Айрис. А тебя как называть?
- Госпожа Айрис, меня называют робот-дворецкий модель ZtP78-lux, - голос дворецкого изменился на приятный мужской баритон.
- Это неудобно. У дворецкого должно быть имя. Может ты сам придумаешь себе имя?
Дворецкий помигал лампочками и издал звуки, похожие то ли на смех, то ли на кашель.
- Зовите меня Себастьян. Мне нравится Себастьян.
- О, откуда ты знаешь это имя? И что с твоим голосом? – опешил уже я.
- Пока господин Аргус отсутствует, я иногда смотрю телевизор. Мне нужно развиваться. Мне нужна информация. По развлекательному каналу показывали аниме. Название «Тёмный дворецкий». Мне нравится Себастьян. Хочу быть как он. Голосовой модуль можно настроить по желанию.
- Ничего себе у меня тут дома такое творится, а я не в курсе, - я пошёл в гостиную. – А почему ты мне раньше не говорил.?
- Вы не спрашивали, - у моего железного дворецкого появились интонации, и я бы даже сказал, характер. Пока не знаю какой, но тем интереснее.
- На ужин сегодня крем-суп из тыквы, жульен с шампиньонами, биточки куриные с дольками картофеля, овощной салат, вино на выбор, - продолжил дворецкий.
- Ладно, Себастьян, накрывай ужин, а я пока покажу Айрис дом.
- Ужин будет готов через десять минут.
- Какой они интересный, - Айрис зашла в гостиную оглядывая всё вокруг.
- Здесь обычно я отдыхаю и смотрю новости или передачи. Здесь же выход на задний двор. Шторы! – скомандовал я. Шторы медленно поползли в разные стороны открывая вид на уличный бассейн и место для отдыха в лучах заходящего солнца.
- Вот это красота, - восхищалась Айрис. – И там купаться можно?
- Конечно. А когда становиться холодно, я накрываю бассейн куполом. И можно купаться даже зимой.
- Впечатляет…
- Идём покажу твои комнаты, - я направился к лестнице на второй этаж.
- Комнаты? Я не ослышалась?
- Не ослышалась, - я улыбнулся и открыл первую же дверь налево. – Это кабинет. Стол с компьютером, небольшая фонотека, выход на балкон. Кстати балкон тянется вдоль всех комнат второго этажа.
- А… - Айрис не смогла придумать что сказать, поэтому просто пошла за мной дальше.
- Следующая комната спальня. Тут сама всё видишь. Там дверь в ванную и туалет. Выход на балкон. Кстати все окна зеркальные, но можно снять затемнение обычной звуковой командой. Свет!
Стёкла в окнах стали прозрачными, как будто тёмная плёнка сползла вниз, открывая чудесный вид на деревца и бассейн внизу.
- Обратная команда – зеркало. - Мне стало как-то неудобно. Айрис смотрела на всё это с открытым ртом. А я привык к роскоши. И даже не понимал, как это выглядит со стороны для простого человека, живущего в обычной квартире. Айрис молчала, и я начал терять уверенность. – Там дальше ещё есть комната с тренажёрами. И ещё просто комната для отдыха с мягкими сиденьями и комнатными растениями. Тебе подойдёт?
- Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, - Айрис наконец отвисла и заговорила. – И ты здесь живёшь один?
- Почему один, с дворецким, - не понял я, в чём собственно проблема.
- Да, вот ты ещё толком не успел родится, как тебя уже вписали в местную иерархию.
- Господа, ужин готов, - послышалось снизу.
- Пошли ужинать, я уже проголодался, - я направился вниз, Айрис за мной. – Так что ты говорила про иерархию?
- Я говорю, что ты никогда не жил в квартире, а я никогда не жила в таком доме. Чувствуешь веяние иерархии?
Мы сели за стол и приступили к ужину.
- Ты хочешь сказать мир не справедлив? – я предложил Айрис вина, но она отказалась.
- С чего бы? Вообще само понятие справедливости, по-моему, придумали люди, чтобы… кстати, крем-суп восхитительный. Не думала, что тыква может быть такой вкусной. Так вот, чтобы оправдать свою зависть, что ли. Не могут быть все люди одинаковыми. И, следовательно, не могут быть у всех одинаковые стартовые условия. Вот кому досталось меньше, начинают говорить о несправедливости мира. Ты так не считаешь?
- Согласен, суп вкусный.
- Да я не об этом, - Айрис надулась, но потом ухмыльнулась. – Ты считаешь, что справедливо, что ты получил такое состояние и живёшь в роскоши? А ведь многие люди живут в трущёбах и не могут себе позволить свежие овощи.
- Я считаю, что понятия кармы, справедливости, воздаяния за грехи, посмертного рая, всё это в какой-то степени работает для тех, кто в это верит. Есть ещё такое мнение, что человек имеет то, что ему действительно нужно для жизни. И если у меня такой дом, значит он мне нужен. А если человек живёт в лачуге, значит больше ему и не нужно. А вот почему? Какая в этом причина? Тут уже дело человека самого разобраться в этом.
- А мы не тем ли и занимаемся, что помогаем людям понять причину их несправедливости? – Айрис отодвинула пустую тарелку и принялась за биточки.
- В какой-то степени так и есть, - я решил продолжить жульеном. – только я до сих пор не могу понять, что побуждает меня этим заниматься.
- Нас, - поправила меня Айрис. – Я тоже периодически думаю об этом. Потому и пишу свои рассказы, чтобы попробовать сформулировать вопросы, а потом попробовать сформулировать на них ответы. Кстати, ты прочитал мои рассказы?
- Кстати, да. Я не думал, что ты так тонко чувствуешь наших посетителей. И слог у тебя интересный. Особенно сильный рассказ получился о человеке, потерявшем своё имя.
- Спасибо, - Айрис наклонилась ближе к тарелке, явно смутившись от похвалы. - Я пишу, просто потому что надо это выплеснуть наружу. А поговорить мне особо не с кем.
- Если будешь жить здесь, мы можем говорить с тобой каждый вечер за ужином и после, - Айрис изучающе посмотрела на меня. В глазах всё ещё виднелось сомнение. – Что тебя беспокоит?
- Мне бы очень не хотелось переводить наши отношения в горизонтальную плоскость, - она смотрела мне прямо в глаза, пробираясь всё глубже, словно хотела заглянуть в душу.
- Ни в коем случае, - может излишне категорично сказал я. – Это разрушит всё, что мы с тобой строили эти годы.
Я почувствовал, как она облегчённо выдохнула, и слегка улыбнулась.
- В таком случае, я согласна пожить у тебя. Потрясающий дом! Когда ещё доведётся пожить в таком? И Себастьян у тебя просто душка.
- Большое спасибо, госпожа Айрис, - донеслось из кухни, и дворецкий медленно выехал к нам, неся на подносе десерт. – Я рад, что Вы согласились жить в этом доме. Кстати, дом тоже не против, чтобы ему дали имя.
- О как, - расхохотался я. – Стоило тебе появиться в моей обители, как всё начинает оживать и требовать себе имя!
- Ну это же здорово, - Айрис по-детски сложила руки на груди, - Себастьян, а дом говорить может?
- Полагаю, голосовой модуль со временем можно будет внедрить в его систему. А сейчас он может написать. Например, на телевизоре.
Огромный экран на стене включился и проявились витиеватые буквы:
«Добро пожаловать, госпожа Айрис. Я умный дом модель ZJQ35/1-lux. Пожалуйста, дайте мне имя, как дворецкому».
- Спасибо, умный дом. Как тебе имя Роберт?
«Прекрасное имя. Теперь Вы можете просто сказать: Роберт, включи свет! Звучит прекрасно».
- Оказывается я тут живу с Себастьяном и Робертом, - под разговор я доел и биточки, и салат и принялся за десерт. - Ну что ж, теперь нас здесь будет четверо. Предлагаю завтра устроить выходной. Я помогу собрать твои вещи. И завтра ты здесь будешь ужинать уже как хозяйка.
- Что ж я не против, - Айрис тоже приступила к десерту.
4. ФОРС-МАЖОР
Весь день мы паковали и перевозили вещи Айрис. Вечером Себастьян устроил нам праздничный ужин, а Роберт показал лёгкий фильм о выращивании тропических растений. Утром мы проснулись поздно, потому что Айрис полночи раскладывала свои вещи по полкам и ящикам, а я всячески отвлекал её разговорами. Когда я увидел за окном дождь, то вспомнил, что как раз сегодня была объявлена большая уборка в городе. А это значит весь день будет идти дождь и смывать пыль и грязь с улиц и крыш домов. И тогда я решил, что ещё один выходной нам не помешает. Весь день мы ничего не делали, болтали обо всё и ни о чём, смотрели телевизор. Даже искупались в бассейне. Никогда не плавал под дождём. Очень интересный опыт. После ужина мы забрались с пледами и орешками на диван. Роберт показал нам глупый, но милый фильм про полицейского, который пытался в одиночку искоренить преступность в городе. В общем, ни о чём не жалею. Айрис тоже вроде понравился выходной.
На утро мы отдохнувшие и посвежевшие прибыли на работу вместе. Я пошёл включать кофемашину. Айрис взяла Артефакт Чистоты и прибрала пыль, набравшуюся за выходные. Мы успели выпить кофе, помыть посуду и уже думали, чем заняться, когда зазвонил телефон.
- Агентство «Поворот», Доброе утро. Да, господин Грач, Вы можете прийти в любое время до шести часов. Всего доброго. Вечером клиент, - Айрис вносила в базу имя и фамилию.
- Хорошо, пойду пока новости почитаю.
Днём позвонил директор завода и сообщил точную цифру ущерба. Я поморщился, но потом махнул рукой. Пусть сами разбираются. А следствие ещё не закончилось, поэтому завод до сих пор стоит, и причина пожара не известна.
Часы пробили пять вечера. Я уже подумал, что Грач не придёт. Но колокольчик звякнул и в приёмную вошёл невысокий коренастый молодой человек с густыми тёмными бровями и светлыми кудряшками на голове. Лицо его было хмурое, в руке он держал потёртый портфель.
- Добрый вечер, я Феликс Грач.
- Здравствуйте, Феликс, Я Викентий, проходите, присаживайтесь. Это Айрис, Вы с ней сегодня утром общались. Рассказывайте, что Вы потеряли?
- Не знаю, сможете ли Вы мне помочь, - он устало привалился к спинке дивана, - я потерял веру…
- Во что? – Айрис принесла кувшин морса и стаканы.
- В то, что есть смысл в том, что я делаю, - Феликс потёр лоб.
- Чем Вы занимаетесь? – подключился к беседе я пока Айрис разливала морс.
- Я врач городской больницы. Обычный терапевт.
- Вы же лечите людей, в этом есть смысл.
- Понимаете, я вылечу одного – приходят ещё десять. А иногда опять приходят те, кого я уже вылечил, и я снова их лечу. И так по кругу.
- Полагаю, Вы знали, что люди болеют, когда решили стать врачом?
- Люди, которые питаются фастфудом, дышат выхлопами заводов, курят, работают на вредных производствах или в шахтах… Их можно лечить постоянно. Сколько бы ни лечил, они продолжат болеть.
- Феликс, Вы хотите изменить мир?
- Не думаю, что это мне по силам, - Феликс взял стакан и отпил пару глотков, - я делаю, что могу.
- Мы все делаем, что можем, - Айрис отправилась на кухню и принесла вазочку с печеньем.
- А вот вы, - Феликс нервно схватил печенье, - вы верите в то, что приносите пользу?
- Я не верю, - я тоже взял печенье, обед уже давно переварился. – Я знаю, что приношу пользу. Правда, не думаю, что у нас с Айрис больше клиентов, чем у Вас пациентов. А Вы действительно приносите пользу, или Вам просто нужно верить в то, что Вы её приносите.
Феликс застыл с надкусанной печенькой в руке. Я его не торопил. На его подвижном лице отражался весь тяжёлый мыслительный процесс. Наконец он поднял на меня глаза и сказал:
- Я надеюсь, что всем, кого я лечил, я принёс больше пользы, чем вреда.
Я написал Айрис сообщение, чтобы принесла Артефакт. Она незаметно выскользнула из-за стола и скрылась в моём кабинете.
- Тогда при чём тут вера? Или Вы потеряли и надежду, за компанию? – я посмотрел на Феликса.
- Похоже на то, раз я уже решился прийти за помощью. Я слышал о вашем агентстве от некоторых своих пациентов… - он закинул остатки печеньки в рот. – Все говорили, что они пришли искать потерянное, а уходили с совершенно другим мироощущением и пониманием, что ничего не теряли. А если и потеряли, то оно не стоит того, чтобы искать… Или, что и не теряли вовсе, просто смотрели не в ту сторону.
- Ну, тогда я могу Вам сказать: то, что Вы потеряли и искать не стоит. Попробуйте просто посмотреть на ситуацию шире. Если каждый врач решит, что от него мало пользы и перестанет работать, что случиться?
- Люди будут много болеть и умирать раньше, - Феликс смотрел на меня с готовностью студента-отличника.
Айрис вернулась и поставила на стол хрустальную солонку. Феликс мельком взглянул на неё, но не обратил внимания.
- Получается, что Вы и другие врачи делаете полезное дело.
- Ну так-то оно так, но толку от одного меня мало…
- Но вы же не один, врачей много. Каждый вносит посильный вклад. В результате люди становятся немного здоровее, а кто-то и полностью излечивается.
- Но не все, - Феликс тяжело вздохнул и допил морс.
- А почему Вы считаете, что выздороветь должны все люди? – я с интересом посмотрел на шокированное выражение лица мужчины.
- Ну как же… это …
- Все люди разные, у всех разные способности, разные интересы и разное здоровье. Соответственно, и разные сроки жизни. А ещё есть люди, которые просто не хотят жить, как бы Вы не старались их лечить. А Вы пытаетесь взять на себя роль Творца?
- Нет, конечно, но результат удручает…
- А Вы разве работаете на результат?
- Наверное… Ведь когда пациент выздоравливает, получаешь моральное удовлетворение. Чувствуешь, что ты работал не зря…
- Получается, для Вас результат важнее процесса?
- Так ради результата мы и работаем.
- Например, грубый и хамоватый врач так же лечит пациентов. И даже некоторые выздоравливают. Он работает на результат, процесс не важен. Есть доктор, который просто поговорит с пациентом, и тому становится легче. Просто от разговора. Для такого доктора важен не только, и не столько результат, сколько процесс выздоровления.
- Нет, ну под таким углом зрения, конечно процесс тоже важен. Грубить пациентам – это всё лечение на смарку. Больным людям очень важен положительный настрой.
- Так как на счёт веры в полезность Вашей работы? – я пристально посмотрел на уставшего молодого человека. – Возьмите в руки солонку, пожалуйста.
Феликс недоумённо посмотрел на меня, но солонку взял.
- А теперь, расскажите, что Вы теперь чувствуете. Вы действительно потеряли веру в полезность Вашей работы?
Феликс собирался с мыслями, а в его руках начал слабо светиться золотистым светом Артефакт Сути.
- Я понял. Выходит, я не мир спасаю. Я просто продлеваю людям возможность есть фастфуд, дышать выхлопами и снова ко мне возвращаться. - Он замолчал. В его руках свет от солонки становился всё ярче. И вдруг Феликс усмехнулся. - Но это их выбор. А моё дело - чтобы у них был шанс прожить ещё один день так, как им хочется. А завтра… завтра посмотрим.
Он с благоговением поставил солонку на стол.
- Я знаю, что вы не берёте денег. Только какую-нибудь вещь. Я хотел бы вам оставить свой деревянный стетоскоп. Мне его подарил мой учитель.
- Это необязательно, - возразила Айрис, - можно что-то не такое ценное…
- Нет, Вы мне дали возможность жить дальше.
Феликс вытащил из портфеля стетоскоп, подержал его в руках и протянул мне.
- Почему-то я знаю, что мы с вами больше не увидимся. Спасибо вам и всего хорошего.
Феликс развернулся и вышел за дверь.
Я стоял со стетоскопом в руке и думал о том, скольким людям за эти годы мы смогли помочь. Но Айрис отвлекла меня от размышлений:
- Поехали домой? Артефакт завтра зарегистрируем.
- Да, пожалуй, поехали, - не знаю почему, но у меня испортилось настроение.
Добравшись до дома, я сразу ушёл в ванную в надежде понять настроение перед ужином.
- Господин Аргус, ужин готов, - отчитался Себастьян.
Ужин прошёл в разговорах ни о чём. Айрис ушла в комнату отдыха, когда мне позвонил директор завода с отчётом.
- Господин Аргус, выяснили причину пожара. Это был поджёг. Началось возгорание в цехе сборки дронов. Поджигатель оказался одним из наших рабочих. Сейчас его допрашивает полиция, но судя по всему, он был не доволен своей работой…
- И вместо того, чтобы поменять работу, он решил её уничтожить, - резюмировал я доклад Ника. – Понятно. Каковы планы по ремонту? Когда планируете открываться?
- К ремонту уже приступили, господин Аргус. Планирует к концу недели уже запустить цех комплектующих. В начале следующей будет готов отдел проектировки. Через десять дней завод полностью выйдет на старые мощности.
- Ну что ж, ты неплохо справился Ник Данмеер. Следующий отчёт жду, когда процесс полностью восстановится. Всего хорошего.
- Доброй ночи, господин Аргус.
Настроение не улучшилось. Я не понимал, что происходит. Завод восстанавливается, Айрис рядом, агентство работает. Что не так? Этот вопрос мучил меня весь вечер. Впервые за много лет я не мог понять, что происходит. Заснул уже под утро.
Невзирая ни на что, на работу мы пришли вовремя. Утренний ритуал: кормление питомцев, кофе на кухне, бой часов, возвестивший начало нового рабочего дня. Странное чувство так и не покидало мня, но стало чуть тише, утонув в шуме города. Дверной колокольчик заставил меня вздрогнуть. Чего я испугался? Сам не понял, но пошёл встречать гостя.
У порога стояла уставшая женщина неопределённого возраста и внешности. Встретишь такую на улице и через пять минут не вспомнишь.
- Здравствуйте, - женщина окинула помещение потухшим взглядом. – Я подумала, вдруг вы сможете помочь? Меня зовут Лея Воскресенская. Мне сорок лет.
- Добрый день, а Воскресенский Адам случайно не Ваш родственник? – Айрис выскочила из-за своего стола с любопытством рассматривая нашу новую клиентку.
Я ни за что бы не дал ей сорок. Выглядит на все пятьдесят!
- Да, Адам мой муж, - отстранённо сказала женщина и одёрнула рукав бесформенной вязаной кофты.
- Добрый день, проходите, присаживайтесь, - попытался улыбнуться я.
Мы расположились на диване в приёмной. Айрис присоединилась. Она старается всегда присутствовать при разговорах с женщинами. Может из чувства солидарности, может, чтобы женщины чувствовали себя комфортнее.
- Что привело Вас к нам? - начал я стандартный опрос.
- Я потеряла лёгкость, - ответила женщина, устало откинувшись на спинку дивана. – Я была самой энергичной на нашем курсе в университете. У меня было столько энергии, что я могла сподвигнуть группу пойти в поход. А сейчас я просыпаюсь такой уставшей, что жить не хочется.
Похоже у этой клиентки даже реветь уже сил не осталось. Что же её так истощило?
- Вы замужем за таким популярным человеком. Вам, наверное, покоя не дают фанатки. Сам Адам Воскресенский, лучший телеведущий и просто красавчик! – Айрис перехватила инициативу.
- Да… - женщина тоскливо посмотрела в сторону кухни. – Мой муж публичный человек.
Я встал и отправился на кухню заварить кофе, чтобы не мешать Айрис наладить контакт с женщиной. Да и кофе ей не помешает.
- У Вас, на сколько я знаю, и дети есть, - Айрис пыталась растормошить женщину.
- Да, трое. Старшему четырнадцать, младшему три. И близнецам по восемь.
Я про себя присвистнул, но продолжил молча разливать кофе по чашкам.
Когда я поставил перед женщиной чашку с кофе, я увидел слёзы в её глазах.
- Благодарю Вас, - она взяла в руки чашку и с такой нежностью смотрела на неё, что мне стало не по себе. – Мне уже давно никто не готовил кофе. Нет, нет… в кафе я иногда бываю, но там это работа. А тут Вы сварили специально для меня. У меня ощущение, что последние лет пятнадцать меня просто не существует. Я стала функцией. Тяжело, изо дня в день, выполняющая возложенную на неё работу.
- Неужели у вас нет помощников? Горничной или гувернантки.
Лея подняла глаза от чашки.
- Есть. У нас есть горничная. Она следит за гардеробом Адама. И гувернантка есть - она занимается детьми, когда мы выходим в свет. Чтобы все были причёсаны и улыбались.
- А вы?
- А я не «выход в свет». Я дом, он должен просто работать.
- И Вас это устраивает? – включился уже я.
- Не знаю, я не задавалась таким вопросом. Когда день полетает за днём, и засыпаешь, не донеся голову до подушки, тогда не до размышлений о жизни. Ты просто живёшь по накатанному. А сегодня Адам уехал на съемки за город, младшие гостят у бабушки, старший у друзей. У слуг выходной. Я осталась в огромном доме одна. И тут мне стало так страшно и тоскливо. Увидела на толе газету с вашим объявление и подумала, что если не поможет, так хоть выговорюсь.
- Вы что-то хотите изменить в своей жизни?
- Не знаю, наверное, не смогу, даже если захочу, - она допила кофе и аккуратно поставила пустую чашку на блюдце. – Я же не могу бросить своих детей.
- А если бы у Вас сейчас была возможность уехать отдыхать на месяц, например. Чем бы Вы хотели заняться?
Она удивлённо уставилась на меня.
- Не знаю… Наверное, меня уже давно нет… Той, которая чего-то хотела.
- Вы хотите сказать, что настолько «вшиты» в процесс жизни Вашей семьи, что перестали быть личностью со своими желаниями и амбициями?
- Получается так… - Она потерянно смотрела по сторонам. Её взгляд зацепился за радужных рыбок, и она зависла.
- Пойду ещё кофе сварю, - Айрис поднялась с дивана, - похоже это на долго.
- Госпожа Воскресенская, - попытался выдернуть из транса нашу гостью. – Лея! Очнитесь!
- Ой, я что заснула? – смутилась женщина и поправила ворот кофты.
- Нет, просто Вы слегка впали в транс. Это всё рыбки.
- А-а… магия, - устало улыбнулась кончиками губ Лея. – Очень интересно…
- Будете ещё кофе? Печень вот берите, - Айрис принесла поднос с чашками и нашей традиционной вазочкой с печеньем.
- Спасибо, - Лея взяла в одну руку чашку, а в другую печенье, - с удовольствием.
- Значит ещё не всё потеряно. Вы ещё можете испытывать удовольствие от простых вещей, - я с трудом сдерживал своё плохое настроение. Похоже, мы с Леей топили друг друга в «болоте» эмоций. Одна надежда на Айрис.
- Да иногда я чувствую вкус блюда, но далеко не всегда.
- А подруги? У Вас есть подруги, с которыми можно отдохнуть? – как утопающий хватается за соломинку, спросила Айрис.
- Нет, - грустно улыбнулась Лея. - Подруги закончились, когда Я родила первенца.
Она допила кофе и поднялась.
- Спасибо, что выслушали меня. Но мне пора домой. У меня много дел. Когда я занята чем-то, я могу не думать ни о себе, ни об одиночестве, ни об усталости. А тут что-то я совсем расклеилась, - она тряхнула головой, одёрнула кофту, нацепила на лицо дежурную улыбку и направилась к двери. На пороге она обернулась, окинула тоскливым взглядом приёмную и сказала:
- Вы не виноваты, просто я внутри уже мертва…
Колокольчик звякнул. Дверь закрылась. А мы с Айрис так и сидели, не в силах понять что же произошло. Впервые за много лет у нас не получилось помочь женщине, уставшей от жизни!
- Думаешь – это не случайность? – вдруг спросила Айрис, серьёзно посмотрев на меня. – Наша система дала сбой впервые…
- Что-то происходит, - отозвался я, камень на шее начал нагреваться. – Я чувствую, что что-то не так. Возможно мы занимаемся ерундой?
- Почему ты так решил? Мы же помогли многим людям.
- Ты уверена, что мы им помогли? А что с ними происходит, когда они выходят за двери? Мы же не знаем.
- Не знаем, да. Но выходят они от нас воодушевлённые, с новым мировоззрением…
- А ты считаешь, что новое мировоззрение лучше старого? А не является ли вообще любое мировоззрение иллюзией? Большой, такой, всеобъемлющей иллюзией?
- Иллюзией?.. – Айрис задумалась. – Так получается, что мы все живём в иллюзии. И всё, что с нами происходит тоже иллюзия. Тогда получается, что мы и не живём вовсе! Этак можно договориться до чёрт знает чего!
- А что не так? Ты думаешь, что Алексей Николаевич переучится на кондитера и всё будет хорошо? Он не потеряет снова чего-нибудь другое? Например, смысл печь торты? А Феликс? Думаешь он будет теперь в восторге просто бесконечно лечить бесконечных пациентов и будет радоваться этому? А Лея? Она живёт, но мертва внутри. Поэтому нам и не достучаться до неё. Её больше нет! Что происходит с людьми?!
Я схватился за голову и стал раскачиваться вперёд и назад, пытаясь снова обрести ту уверенность, с которой все эти годы работал.
- Ты хочешь всё бросить после одного провала? – Айрис впервые на моей памяти злилась. - Лея ушла, да, мы не смогли ей помочь. Но до неё были Феликс, Алексей, другие. Если ты сейчас сломаешься - значит, всё было зря.
- А если изначально всё это было зря? Если мы просто убедили их, что проблема решена, а на деле - ничего?
- Даже если мы помогли ненадолго. Даже если человек снова сорвётся. Ты сам говорил Феликсу, что дело не в результате, а в процессе. Мы даём возможность человеку прожить какое-то время в гармонии. Мы даём ему отсрочку.
- Возможно ты права, - я перестал раскачиваться и посмотрел Айрис в глаза. – Просто я ещё никогда не видел человека. Мёртвого внутри. Это страшно.
- Не знаю, может жизнь слишком тебя оберегала, - она подошла и впервые обняла меня за плечи. – Ты не жил в трущобах, практически никогда не болел. Даже смерть родителей тебя не сломала.
- Да, прости, что-то я совсем расклеился, - я поцеловал её в щёку. – Спасибо, что не даёшь погрязнуть в болоте.
Я отмокал в ванной, наверное, часа два, пытаясь улучшить своё настроение. Помогло не очень, но, по крайней мере, я смог натянуто улыбаться, когда мы с Айрис пошли обедать в ближайшее кафе. Камень был терпимо горячим, но больше не нагревался.
Вторая половина дня прошла как в тумане. Кто-то звонил, я перебирал Артефакты в кладовой, вспоминая прошлых клиентов. Дома нас как всегда встречал Себастьян:
- Господин Аргус, желаете ужинать сразу или подать позднее?
- Ты как, - я посмотрел на Айрис. Она была задумчивой. Её камень на шее потемнел.
- Давай через час, - она скинула туфли и пошла наверх.
- Через час, так через час, - мой камень на шее был всё ещё горячим.
Роберт словно почувствовал напряжение между нами и приглушил везде свет, а в гостиной включил ненавязчивую музыку.
Ужин проходил в молчании, пока Айрис не заговорила:
- Ты так и будешь молчать?
- Я думаю о Лее. «Мёртвая внутри». Она сказала это так спокойно, будто констатировала погоду.
- Тебя это удивляет?
- Меня пугает, что я ей верю. И что таких, как она, может быть больше.
- Знаешь, в чём разница между живым и мёртвым внутри? Мёртвый внутри не жалуется. Он не приходит к нам. Он просто делает, что должен. Готовит, убирает, улыбается мужу. Лея пришла, потому что в ней ещё что-то теплилось. Она хотела, чтобы её разбудили.
- А мы не смогли.
- Мы хотя бы увидели. Может, впервые. Остальные живые мертвецы просто проходят мимо нас каждый день. В кафе, в парке, на почте. Мы их не замечаем.
- И что, мы теперь будем вглядываться в каждого прохожего? Искать мёртвых внутри?
- А ты разве не этим занимаешься последние годы? Только называешь это иначе.
Какое-то время мы молча ели.
- Может, я тоже мёртвый внутри. Просто это пока незаметно.
- Если ты мёртвый, то и я. Мы работаем вместе. пьём кофе вместе, смотрим на рыбок вместе. Если это смерть - она какая-то подозрительно уютная.
- Или это просто отсрочка. Как ты сказала Лее, мы даём отсрочку другим. А себе?
- Ну думаю, что это отсрочка. Тут что-то другое, что я не могу пока понять. Может, уже всё-таки пора взять Артефакт №1 и зарегистрировать его? Может он как раз для нас?
- Думаю, так и есть. И сейчас я, как никогда, готов посмотреть, что он из себя представляет.
- Ты наконец-то готов встретиться со своим прошлым? – Айрис внимательно посмотрела на меня. От её пронизывающего насквозь взгляда стало как-то не по себе.
- Никогда не буду готов, но кто меня спрашивает? – я подавил желание послать всё к чёрту и улететь куда-нибудь, где ещё есть чистая вода и пляж с пальмами. – Видимо сам мир говорит, что пришло время.
- Значит завтра, с утра?
Я обречённо киваю. Мы ещё поболтали немного и разошлись по спальням. Я опять не мог долго заснуть. В голове крутились мысли о Лее, Книге, других клиентах. Почему-то всплыли напольные часы в приёмной и радужные рыбки. На рыбках я и погрузился в долгожданный сон. Только и успел подумать, что рыбки действуют даже в воспоминаниях.
Я стоял перед огромными двухстворчатыми деревянными дверьми и чего-то ждал. Почему-то нервничал, как будто решалась моя судьба. Двери начали медленно открываться, и я шагнул внутрь. Чёрный безграничный космос окружил меня со всех сторон. Я падал одновременно во все стороны. Иногда натыкаясь на маленькие и не очень звёздочки. Мимо проносились галактики разных размеров и форм. Дул ветер. «Откуда ветер в космосе?» - только и успел подумать я, как увидел, что ко мне быстро приближается большая голубая планета. Вот уже видны очертания гор и океанов. Изображение стало расплываться, ощущение полёта усилилось. Я ожидал страшного падения с огромной высоты, но… зазвонил будильник.
Я открыл глаза. Сердце бешено колотилось. Подушка была мокрая от пота.
- Что это было? – спросил я вслух самого себя, скорее, чтобы убедиться, что я могу ещё говорить. Голова предательски кружилась, но я заставил себя подняться и пойти в ванную. Умывшись, я посмотрел на себя в зеркало. Может чуть пристальнее, чем обычно. Те же глаза, в которых клубится туман. Те же короткие чёрные волосы, аккуратно причёсанные. Тот же красный камень на шее. Теперь он было просто приятно тёплым. Но ощущение было совершенно другим. Как будто после падения в космосе каждая клеточка моего организма наполнилась воздухом. Тело стало слишком лёгким, но недостаточно лёгким, чтобы летать. Я медленно вдохнул, потом также медленно выдохнул и пошёл завтракать.
В гостиной уже был накрыт стол. На большом экране плавали среди водорослей экзотические рыбки и играла лёгкая музыка. Температуру воздуха Роберт сделал чуть холоднее, чем комфортную. Наверное, чтобы легче было проснуться. Себастьян не доставал разговорами. Просто молча принёс тарелки с омлетом и уехал на кухню. Айрис уже ждала меня за столом. Сегодня она надела своё самое нарядное белое платье, как будто чувствовала торжественность момента. Я, как всегда, во всём чёрном.
- Доброе утро, как спалось? – с напускной весёлостью сказал я, усаживаясь за стол.
- Мне приснился странный сон, - Айрис задумчиво ковыряла вилкой в тарелке. Я насторожился. – Я стояла перед огромными деревянными дверьми…
- А потом долго падала в космосе? – по спине пробежали мурашки, а волосы зашевелились от чувства, что вот-вот мы погрузимся с головой в какую-то страшную тайную.
Айрис быстро перевела на меня изучающий взгляд.
- Тебе снилось тоже самое?
Почему-то она не удивилась столь странному совпадению.
- Да, разве это не странно? – камень на шее слегка нагрелся. – Смотри, твой камень начал светиться.
Айрис посмотрела на свой кулон, потом на мой и хмыкнула.
- Твой тоже. Ты думаешь, это связано с тем, что мы решили наконец-то активировать книгу?
- Возможно, - я пожал плечами. – Давай, по крайней мере поедим как следует. Чтобы потом не случилось, лучше пусть это случится на сытый желудок.
Айрис улыбнулась и кивнула. Дальше ели в молчании, под звуки моря и флейты.
Мы старались оттянуть момент, но на работу приехали вовремя. Не сговариваясь пошли на кухню пить кофе. Мы стояли на пороге чего-то неизвестного, или по какой-то причине забытого. Ещё немного, несколько минут побыть в неведении… Но вот кофе выпит, посуда помыта. Мы дружно выдохнули и пошли в кабинет. На мгновение задержались перед зеркальной дверью. Пространство вокруг нас пошло рябью, и мне померещилось, что за нашими спинами стоит большой незнакомец в плаще с капюшоном, под которым не видно лица. Я моргнул, и видение растаяло. Айрис в это мгновение тряхнула головой и посмотрела на меня с вопросом в глазах. Я кивнул и взялся за ручку зеркальной двери. В этот момент звякнул дверной колокольчик и в приёмную кто-то вошёл.
5. ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ
Мы переглянулись и пошли в приёмную. На пороге стоял мужчина незапоминающейся наружности в клетчатой рубашке и джинсах. Он шарил глазами по сторонам. Увидев радужных рыбок, он нахмурился:
- Вы тоже запираете живое в клетках?
- Это… нет, это радужные рыбки, они…
- Плевать! Чем вы вообще тут занимаетесь? Людей дурите? А?
- Что Вам надо, - я сделал шаг вперёд, закрыв собой Айрис. – Кто Вы такой?
- Герман я, а ты? – он небрежно скинул рюкзачок со спины и направился к дивану.
- Меня зовут Викентий, - я последовало за ним, дав знак Айрис, чтобы держалась подальше. Она прятаться не захотела и села на своё рабочее место. - Так что Вам надо?
- Это вы тут типа людям помогаете найти, то что они потеряли? – он закинул ногу на ногу.
- Да, - я сел напротив.
- Отлично, - мужчина оскалился, - найдите мою семью.
- В каком смысле? Они потерялись в городе?
Герман усмехается, но глаза остаются безумными:
- Потерялись. Можно и так сказать. Наш дом взорвали. Моя жена, мои дети - они просто спали, когда ваш хвалёный город решил зачистить пару улиц от бандитов. Успешная операция, так сказали в новостях. Ни слова о мирных. Ни слова о том, что в том доме жили люди, которые просто платили налоги и хотели, чтобы их оставили в покое.
Пауза. Потом добавляет тише, без усмешки:
- Я был в ночной смене. Пришёл утром - а там пепел. И табличка «Опасная зона. Проход запрещён». Как будто моей семьи никогда не существовало.
- Герман, я не могу вернуть вашу семью. Вы это понимаете?
- Понимаю. Я не за этим пришёл. Я пришёл, потому что говорят, вы помогаете найти то, что потеряно. Я потерял не только семью. Я потерял веру, что этот мир устроен хоть как-то справедливо. Найдите мне её. Или скажите, что её нет. Тогда я хотя бы перестану искать.
- Веру, справедливость? – я начинал злиться. – Брось, ты этого никогда не найдёшь! Верят те, кто не знает. А ты теперь знаешь. И знаешь, что справедливости нет в этом мире. Полагаю, что и в других тоже.
Взгляд Германа прояснился, и он долго смотрел на меня о чём-то раздумывая.
- Так ты полагаешь, что нужно смириться и просто продолжать жить? Работать на этот механизм, кушать, что рекламируют, радоваться, что тебя сегодня не убили…
- В какой-то степени мы все так живём, - я не мог смотреть ему в глаза. Я не знал что ему сказать.
- Это-то и страшно, - Герман положил рюкзак на колени и обнял его. – Люди привыкли так жить. Никто не видит, что происходит вокруг. А если и видят, то кто рискнёт выступить против этой огромной бездушной машины?
- Ты думаешь, если бы мы пошли по другому пути развития, было бы лучше?
- Не думаю, - Герман тоскливо смотрел на рыбок. И самое странное, что они на него никак не влияли. – Мне кажется ошибка закралась в самих людей.
- Почему? – Айрис незаметно подсела к нам. – Человек - это уникальное создание. По физиологии животное, но разум и интеллект даёт неограниченные возможности…
- Ага, неограниченные возможности убивать друг друга, - ухмыльнулся Герман. – Животные никогда просто так не убивают. А человек – очень даже. Хотя бы потому, что может!
- С одной стороны ты прав, с другой нет. Люди все разные. Кто-то из последних сил пытается сделать мир лучше, лечит больных, помогает обездоленным. А кто-то взрывает дома, считая людей сопутствующим ущербом.
- Вот именно! – Герман сглотну. – Дайте, что ли водички, горло пересохло.
- Сейчас, - Айрис рванула на кухню. – А может кофе выпьете?
- А почему бы и нет, - хмыкнул Герман, - можно напоследок…
Айрис включила кофемашину и принесла Герману стакан воды. Тот залпом осушил стакан и удовлетворённо крякнул. Все молчали. Часы пробили десять, кофемашина шипела.
- А вы ещё во что-то верите, раз пытаетесь помогать людям, - Герман снова осмотрел помещение, останавливаясь на каждой вещи чуть дольше обычного.
Айрис принесла кофе:
- Конечно верим. Вера двигает многих людей. Кого-то движет знание, кого-то надежда. У всех живущих есть для этого, ели не причина, то хотя бы повод.
- И какой повод у вас? – Герман сделал глоток кофе с видимым блаженством.
- Честно? – я взял свою чашку и отпил. – Ещё вчера я смог бы ответить. А сегодня не знаю. По большому счёту я и себя-то не знаю. Моя память начинается с двадцати лет. Может я вообще не тот, кем привык себя считать.
- А я вообще, приютская, - Айрис приняла эстафету. – Мне, кроме жизни терять просто нечего.
- Вот и мне нечего, - Герман допил кофе, поставил на стол чашку. Потом медленно расстегнул рюкзак, достал из него пистолет и выстрелил себе в голову.
Айрис вскрикнула и зажала рот руками. А на меня навалился ступор. Я просто сидел и смотрел как Герман завалился на диване, как под его головой растекается ярко-красная кровавая лужа, контрастируя со светлой обивкой дивана. Как гаснет разум в его мутнеющих глазах. Как перестала биться жилка на его шее. Вот и всё. Конец нашему агентству. Тут никакие деньги не спасут. Да и сам я больше не смогу этим заниматься.
- Всё, - хриплым голосом сказала Айрис. – Запри дверь, нам сейчас лишние свидетели не нужны.
- Ты как всегда права, - я встал и направился к двери. Одним движением активировал электронно-магический замок. Почему я не сделал этого раньше?
- Похоже ты потерял уверенность в себе? – тихо проговорила Айрис. – Может уже пора взять Артефакт №1?
- Да, идём, – я решительно направился в кабинет. – Давай. Берём его вместе! И расхлёбывать будем вместе!
Айрис зашла в кладовку, я откинул стеклянный колпак, и мы одновременно осторожно взяли книгу. Ничего не произошло. Мы вышли из кладовки и сели на диван напротив зеркальной двери.
- Что делать? Будешь смотреть его?
Я кивнул и расфокусировал зрение. Меня внезапно окатило волной энергии и отбросило в угол дивана. Айрис вскрикнула и отлетела в противоположный угол. Книга осталась лежать между нами, источая странное зеленоватое свечение. Немного отдышавшись мы, не сговариваясь, встали и подошли к книге. Одновременно протянули к ней руки и тут свечение стало ярче, так что нам пришлось прищуриться. Когда я открыл глаза, увидел, как Айрис с ужасом смотрит на своё отражение в зеркале. Я обернулся и увидел вместо наших растрёпанных фигур одну большую, завёрнутую в плащ с капюшоном, державшую в руках нашу планету.
И тут я вспомнил всё. Экзамен на звание Демиурга. Мой проект, который прошёл только с условием, что я лично буду наблюдать за людьми. Викентий и Айрис, которые никогда не рождались… Это был я - наблюдатель и корректировщик людских судеб. Мужчина и женщина застыли на месте. Я подошёл к ним. Маленькие хрупкие создания. Я был с ними не очень долго, но успел привязаться. Я осторожно снял кулон с прозрачным камнем с шеи Айрис и тело упало на диван, прекратив жить. Я снял красный кулон с шеи Викентия, и тот тоже упал на диван. Агентство «Поворот» прекратило своё существование. В нём больше не было никакой необходимости. Теперь телами займутся полицейские. Или не займутся. Это не моя забота. А мне нужно спешить на комиссию. Я прикрыл глаза и расслабился. Я падал во все стороны сразу…
АРМАГЕДДОН
Аргус был в отчаянии. Всё вышло из-под контроля. Воспользовавшись своим положением единственных разумных существ в мире люди принялись творить всё, что им вздумается.
- Аргус, привет! – в зал, где находился штаб Аргуса, влетела не в меру энергичная Лил, уже вполне состоявшийся демиург и подруга детства.
- Привет, - грустно ответил Аргус. – Какими судьбами?
- Да вот, вернулась из турне по мирам, решила к тебе заглянуть. Как ты тут? Как твой мир? Всё получилось?
- Да, не то чтобы… - замялся Аргус.
- Что не так? – посерьёзнела Лил. – А ну, показывай!
- Ну… Вот, смотри, - Аргус указал на большой экран, где на фоне чернеющего звёздного неба крутился голубой шар планеты.
- Так… - Лил села за пульт управления и принялась двигать рычаги и нажимать кнопки, то приближая, то удаляя различные участки планеты.
- Это что?! – возмущённо спросила Лил, указывая на полигон в пустынной местности.
- Испытание ядерного оружия, - сникшим голосом сказал Аргус и отвёл глаза.
- Понятно… - скрипнула зубами Лил. – А это?
- Это мегаполис…
- Аргус! Ты же знаешь из истории, что большое скопление разумных на одной территории приводит к печальным последствиям, и это мягко говоря, - Лил укоризненно посмотрела на друга.
- Знаю… А что я мог поделать? – оправдывался Аргус. – Они, как помешались на науке, так стали селиться кучками. Про природу вообще забыли…
- Да-а… Про баланс ты тоже забыл? Пол планеты не населено! – возмущалась Лил.
- Я же не могу их насильно туда перенести! – возмутился Аргус. – А в городе жить проще…
- Ну да, ну да, - покивала головой Лил, – смотрю, выражение «Лень -двигатель прогресса» из твоего мира?! Это «гениальная» мысль уже, как вирус, распространяется по другим мирам… Кстати, вирусы тоже твоё изобретение?
- Ну, у нас в задании по созданию миров были определённые параметры по количеству видов, - мямлил Аргус, комкая край хламиды. – Я сначала попробовал что-то большое…
- Небось динозавры! – хмыкнула Лил. – Знаю твою любовь к этим примитивным.
- Они не примитивные! – от возмущения Аргус вскочил с кресла и сжал кулаки, готовясь отстаивать своих любимых существ.
- Ладно, ладно, успокойся, не примитивные. Но, тогда, где же они?
- Вымерли, - Аргус устало плюхнулся в кресло и опустил голову на грудь.
- Сочувствую. И что? Ты решил их заменить на что-то поменьше?
- Ну да, - кивнул Аргус и жалобно посмотрел на свою подругу.
- Понятно. И это вызвало эпидемии среди людей, а они начали изобретать всякую дрянь и уничтожать не только болезнетворные, но и полезные бактерии. Что привело к ещё большему дисбалансу.
Аргус понуро молчал.
- А ещё, я смотрю, у тебя замкнутая система, - задумалась Лил. – И как ты выкручиваешься?
- Придумал реинкарнацию, - оживился Аргус. – Души умерших людей отправляются на какое-то время в мир мёртвых…
- Так ты ещё и мир мёртвых сюда прилепил? И где он? – Лил начала пристально всматриваться в планету.
- Спрятал на той стороне Луны. С Земли не видно, - засмущался Аргус.
- А, понятно, и что дальше?
- Ну, душа человека какое-то время находится в мире мёртвых. Там стираются все воспоминания о прошлой жизни. Потом она спускается назад на Землю, по дороге обрастая новыми желаниями, целями и качествами характера…
- А-а… Секонд-хенд и хендмэйд в одном флаконе, - не удержалась от язвительного замечания Лил.
- Издеваешься?! – обиделся Аргус.
- Ну что ты, - улыбнулась Лил и обняла Аргуса за плечи. – В ситуации замкнутой системы - это единственный вариант. Ты молодец.
- Делаю, что могу, - буркнул Аргус, - слишком много условий нам дали для экзаменационной работы. Вот Михос напихал в свой экзаменационный проект всё, что мы изучали. И что ты думаешь? Его завернули, велели переделать. А мир на уничтожение!
- Да, тебе ещё повезло, что мир сразу не уничтожили, - задумалась Лил. – Но у тебя же скоро контрольная проверка?
- Да, - тяжело вздохнул Аргус, - вот, сижу и смотрю, что тут можно сделать, чтобы спасти этот мир…
- То есть, ты уверен, что в таком виде этот мир примут? – спросила Лил, пристально глядя в глаза Аргусу.
- Не уверен, - с сомнением покачал головой Аргус, - но всё возможно…
- А что в твоём мире есть такого, за что его могут сохранить? – спросила Лил и опять начала дёргать рычаги и нажимать кнопки, пытаясь увидеть хоть что-то, что наверняка даст шанс этому миру. – Не вешай нос, Аргус, сейчас, что-нибудь найдём…
- Давай, попробуем… - Аргус с сомненьем покачал головой, и с напускным энтузиазмом вперился в экран.
- Смотри, Лил, люди создают семьи, это же хорошо! Растят детей, обустраивают жилище…
- Ну, это, конечно. хорошо, - с сомнением покачала головой Лил, - но, посмотри сколько брошенных детей! А сколько людей живут в нищете?! А сколько детей умирают в младенчестве?! И это при развитой медицине?!
- Ну, да… - сник Аргус. – Зато медицина на таком высоком уровне, что люди уже могут продлевать жизнь за счёт пересадки органов и искусственных имплантов.
- Да, и тут же всплывает чёрный рынок, - парировала Лил. – Мафия, грабёж, бандитизм…
- Всегда есть недовольные, и те, кто хочет получить всё и сразу… - промямлил Аргус. – Это же люди, они всегда чего-то хотят…
- Вот именно! – взвилась Лил. – Это их природа – чего-то хотеть. Но тут нужно было вживить в их сознание строгую мораль! Они должны чётко понимать, что можно делать, а что нельзя!
- Ну так я внедрил на Земле религии, - оправдывался Аргус.
- Сколько? – с сомнением посмотрела на друга Лил.
- Не знаю… - стушевался Аргус. – Это как-то вышло из-под контроля.
- Супер! – разозлилась Лил. – То есть ты дал людям ещё один повод враждовать. И вместо того, чтобы прививать правильное мышление, религии внесли в мир раздор! Отлично!
- Я сначала хотел посмотреть, что из этого получится, а потом уже было поздно… - сник Аргус.
- Ну да, - кивнула Лил, - а теперь, чтобы создать единую религию, нужно не одно тысячелетие… Да и не купятся люди уже на религию, слишком сильно развилась наука…
- Да, тут я тоже упустил, - сокрушался Аргус. – Они так рьяно принялись изучать этот физический мир, что возомнили себя демиургами…
- Что и требовалось доказать! – Лил уставилась на Аргуса. – Нельзя допускать неразумных детей к пульту управления миром.
- Это ты обо мне? – обиделся Аргус.
- Ну… В основном о людях, но и ты хорош. Тебе же велели контролировать происходящее в мире, а ты что, просто наблюдал?
- Э-э… Я, понимаешь, так рвался создать свой первый мир, что несколько упустил тему с контролем… Как только я что-то придумывал, так оказывалось уже поздно, всё вышло из-под контроля на столько, что хоть заново мир создавай! – Аргус с досады махнул рукой.
- Вот, как бы тебе комиссия не предложила всё переделать, - Лил сочувственно посмотрела на друга.
- Завтра увидим, - обречённо вздохнул Аргус.
На следующий день вечером Аргус сидел в баре и надирался.
- Что, всё так плохо? – поинтересовалась Лил, подсаживаясь к Аргусу со своим бокалом.
- Да не то чтобы… - Аргус посмотрел слегка осоловевшими глазами на подругу. – Сказали, что мир получился неплохой, но…
- Но, что? – Лил нетерпеливо поёрзала на стуле. – Ну! Не тяни! Что они сказали?
- Сказали, что самая страшная опасность для моего мира – это люди… - Аргус опрокинул бокал и опустил голову на руки.
- Ну, и что? – тормошила Аргуса подруга. – Что с людьми?
- Велели уничтожить… Всех… - когда Аргус поднял голову и посмотрел на Лил, в его глазах стояли слёзы.
- Ну, так это же хорошо! – обрадовалась Лил. – Главное, мир твой понравился, а уж кем населить его – это не проблема!
- Но, ведь было же что-то и хорошее? – пьяно бормотал Аргус. – Зачем же всех?
- В мире должно быть и «плохое», как ты говоришь, и «хорошее», - назидательно сказала Лил, заказывая себе ещё бокал вина. – Ведь у тебя в задании был дуальный мир? Я права?
Аргус пьяно кивнул и потянулся за бутылкой.
- Значит, основная задача в твоём мире – это поддержание баланса между «плохим» и «хорошим», - резюмировала Лил, потягивая вино. – Ты как, уже уничтожил человечество?
Аргус энергично замотал головой:
- Не могу…
- Ну, друг мой, - Лил допила остатки вина и, подхватив друга под локоть, подняла его на ноги, - «могу», «не могу» – это не слова Демиурга. Пошли, буду помогать!
Протрезвевший Аргус и Лил сидели у пульта управления и смотрели на голубую планету, вращающуюся в черном звёздном пространстве.
- Ну что? Готов? – сочувственно спросила Лил друга.
- Готов! – тяжело вздохнул Аргус и решительно кивнул.
Лил нажала на красную кнопку, и они увидели, как Землю на экране заволокло жёлтым дымом. Его струйки обволакивали Землю, как будто танцуя под неслышную космическую музыку. Это было настолько красиво, что Аргус заворожённо смотрел на экран и медленно покачивался вслед движению жёлтых струй. Из состояния прострации Аргуса вывел подзатыльник Лил.
- Не спи, демиург! Время творить!
Аргус посмотрел на Лил своими светлыми глазами, полными счастья, необычайного облегчения и решимостью.
- Спасибо, Лил!
- Не за что, - отмахнулась подруга и, хитро улыбнувшись, спросила:
- Небось, теперь весь мир снова будет населён динозаврами?
- Да! – твёрдо сказал Аргус. – Только теперь они будут разумные…
Агентство поворот
© Copyright: Ая Ом, 2026
Свидетельство о публикации №226072601779
Свидетельство о публикации №226072601779
Рецензии